Бесплатный фрагмент - Пробуждая магию

Глава 1

— Жемчужинка, я вернулась! — послышалось из холла. — Вы что, всё ещё не встали?

Тяжёлые шаги матери раздавались даже на втором этаже, поэтому Грета поспешила спуститься — помочь. Так рано матушка могла уйти только на рынок, и, пройдя на кухню, девушка в этом убедилась. Тяжёлая широкая корзина стояла на столе, служа укором нерадивой дочери: не догадалась подняться с рассветом и составить матери компанию.

— Становись к плите! — скомандовала высокая женщина, снимая платок, на котором серебряными искрами таяли снежинки.

— А где Абра?

— Я дала ей выходной перед праздниками. Пусть побудет с мужем и детьми.

— Только не говори, что отпустила её на десятину, — с лёгким возмущением протянула девушка. Ей никогда не нравилось заниматься домашними делами, а если мать отпустила помощницу надолго, вся тяжесть ляжет на её плечи.

— Два дня сейчас и ещё два в честь Светлого.

— Ну хоть тогда мне не придётся стоять у плиты.

— И в кого ты такая? — покачала головой женщина. — Ладно, работай не языком, а руками. Пойду разбужу братьев — пусть сходят за еловыми ветками и рабрикой. Надо дом украшать, а то, как всегда, в последний момент начнут и сделают кое-как.

— А Ликарика с Савдой не могут?

— Ты сама знаешь, почему я прошу тебя.

— Но ма…

— Не пререкайся! — резко бросила она, направляясь к выходу.

Спорить с матушкой в таком настроении было бесполезно. На носу была свадьба Савды — значит, та скоро покинет дом. Этот праздник в честь Светлого Святого должен был стать для их семьи последним, когда они будут в полном составе. Поэтому мать семейства была чуть более резкой, чем обычно.

Ликарика помогала отцу — с ранних лет она проявляла яркие магические способности. А уделом Греты была помощь матери. Если дело касалось рукоделия, это даже приносило удовольствие, но вот готовку младшая дочь рода Лессард ненавидела всей душой.

Убрав русые волосы под платок, девушка принялась чистить овощи.

Их семья была пусть не богатой, но достаточно обеспеченной, чтобы позволить себе помощников. Глава семейства создавал защитные амулеты из дерева и продавал их в ближайшем городе, а несколько раз в год уезжал в замок Каллиан, по каким-то таинственным делам.

Он никогда не рассказывал, зачем его вызывают, но Грета была уверена, что отец непременно занят чем-то жутко важным и интересным.

Род Хельвет уже не одно поколение служил князю Арвинора, поэтому здесь к аларам относились неплохо. Люди не плевались в сторону одарённых и часто приходили за помощью. Сама Грета этого не застала, но матушка не раз рассказывала, как им пришлось покинуть родной Нобинор, как раз из-за плохого отношения обычных людей.

Впрочем, у каждого в Хоровице была своя история. Кто-то приехал совсем недавно, кто-то жил уже во втором или даже третьем поколении. Когда-то маленькая деревушка на севере княжества была замкнутой, но со временем разрослась и стала напоминать город. Алары и люди жили бок о бок, являя собой пример того, как два разных народа всё же могут ужиться.

Грета никогда не покидала деревню и даже не представляла, каков мир за её пределами. Ей казалось, что везде живут так же, как в Хоровице: как и всем аларам, её семье когда-то выделили большой дом и скромное содержание. На эти деньги они перебивались, пока не было другого заработка. Но даже теперь, когда семья уже давно встала на ноги, выплаты из замка всё равно продолжались. Как раз сегодня отец должен был получить деньги на следующий сезон и специально ушёл к старосте с утра.

Грета бросила взгляд на окно. До праздника оставалось совсем немного, но настроение всё равно чувствовалось зимним. Отец обещал купить ей тот платок из лавки Осгерта, с Милгорской вышивкой и кружевом.

К тому времени, как мужчина вернулся, Грета уже приготовила завтрак и накрывала на стол. Едва все сели, как послышался стук.

— Кого это принесло? — поморщился отец. — Дочка, сходи, посмотри.

Грета тяжело вздохнула и направилась к двери. На пороге стоял посыльный, на это указывала пухлая кожаная сумка с ремнём через плечо, раскрасневшиеся от мороза щёки и нашивка с гербом барона: лазурный щит с тремя белыми горами.

— Это дом Варнога Лессарда? — спросил парень, переводя дыхание.

— Да. А что случилось?

— Послание из замка. Передайте, пожалуйста! — он улыбнулся и протянул тонкую трубочку, запечатанную сургучом.

Свиток оказался холодным и шершавым. Грета кивнула, попрощалась с гонцом и вернулась в столовую.

— Это из замка, — сказала она, протягивая свиток отцу.

Мужчина вздохнул, забрал письмо и, сломав сургуч, принялся читать. Бегло пробежавшись по строкам, он молча развернул лист и протянул Грете.

Девушка опустила взгляд. Отбросив витиеватые обороты, она сразу поняла: это приглашение. Но зачем Хельветам понадобился её отец?

— Что там? — спросила Элайя, потянувшись к листу в руках дочери. В её взгляде читалось беспокойство.

— Они хотят видеть одну из наших дочерей.

— Но зачем?

— Я думал, что это только слухи…

— Да не томи!

— Говорят, что Эйрис задумал женить младшего сына на одарённой девушке. Скорее всего, такие же приглашения получили и другие семьи.

— Отец, я не поеду! — испуганно выпалила Ликарика.

Она ещё не была замужем, но последний год за ней активно ухаживал Тарнок Эдельгер, главный красавчик Хоровицы. Этих двоих связывало многое: детская дружба, общее дело, схожий дар. Оба только учились, но уже сейчас было ясно: их ждёт большое будущее. Отец всячески поощрял этот союз, и тут как снег на голову, послание из замка.

— Не волнуйся, я не отдам тебя Хельветам, — ободряюще произнёс он и, переведя взгляд на младшую, добавил: — Поедет Грета.

Девушка почувствовала, как внутри что-то оборвалось. Но не от страха, а от привычной горечи. Лику отец берёг как зеницу ока: она пошла в родителей, такая же одарённая. А чего стоила Грета? Только лишняя тарелка за столом да пара привычных вздохов, когда кто-то из гостей спрашивал: «А ваша младшая тоже одарённая?»

Никто намеренно не притеснял её, но быть ромашкой среди роз — удовольствие сомнительное. Хотя девушка всеми силами старалась держать обиду глубоко внутри, в такие моменты грусть всё равно накатывала волной, заставляя глаза наполняться влагой.

«Конечно, я должна ехать, чтобы никто не забрал их сокровище», — подумала она с невесёлой усмешкой.

Под взглядами семьи Грета заставила себя выпрямиться и, как обычно, растянула губы в улыбке.

— Я?

— А ты видишь здесь кого-то ещё? Лика ещё учится управлять своими силами и помогает мне. Савда выходит замуж. Остаёшься только ты.

— Но я не хочу замуж!

— А тебе никто и не предлагает, — фыркнул отец. — Если нужна одарённая, значит, будут выбирать самую сильную или ту, чей дар лучше подойдёт. А учитывая твою особенность…

Он осёкся, но Грета тут же продолжила за него:

— Ты хотел сказать — отсутствие сил?

— Тем более, тебе не о чем волноваться.

— Тогда зачем ехать?

— Просто поживёшь немного в замке.

— Ох, Грета… — Элайя посмотрела на неё с теплотой. — Мы не можем отказаться. Такова воля покровителя — мы должны подчиниться. Поживёшь в замке, а как всё закончится, вернёшься домой. Может, даже до праздника.

— Получается, выбора у меня нет, — вздохнула девушка, возвращая письмо отцу.

— Воспринимай это как возможность. Там вас будут хорошо кормить, и делать ничего не придётся. Отдохнёшь от нас.

— Только это и утешает, — ответила она, садясь на место. — Но ты сказал, что выберут одарённую. Значит, всех будут проверять?

— Ну да, — пожал плечами мужчина.

— Понятно.

«В очередной раз позориться», — с тяжёлым вздохом подумала она, вспоминая прошлую проверку. Тогда собралась чуть ли не вся деревня. Отец так нахваливал её: говорил, что поздние цветы имеют самый сладкий аромат, что в Грете точно скрыта великая сила. А когда кристалл не засветился, стало так стыдно. Она не оправдала его надежд, опозорила перед людьми. Девочка потом три десятины из дома не выходила.

За столом тем временем воцарилось молчание — впрочем, как всегда, когда речь заходила о её способностях. Слабо одарённые дети не были редкостью среди аларов, но Грета оказалась настолько слаба, что не могла зачаровать даже простейший амулет. Именно поэтому родители и решились на проверку — положенную каждому по достижении десяти лет.

Предстоящая поездка с одной стороны, волновала, а с другой, не хотелось вновь ловить на себе сочувствующие взгляды. Дома их хватало. Только выбора всё равно не было.

От таких новостей кусок в горло не лез, поэтому извинившись, девушка поднялась к себе и принялась собирать вещи. Пара платьев понаряднее, любимая расчёска, зеркальце и небольшой набор для вышивания — чтобы хоть чем-то себя занять.

Иглы в этом наборе были самыми обычными, медными. Но почему-то именно ими вышивка получалась ровнее, словно игла сама знала, куда ей идти. Грета никогда не задумывалась об этом всерьёз. Просто любила своё дело и отдавала ему всю душу.

«Хоть что-то у меня получается», — подумала она, рассматривая незаконченную птичку на платке.

До отъезда оставался всего один день — вернее, вечер и ночь. Утром отец должен был отвезти её в замок Каллиан и оставить там. Оставалось надеяться, что всё закончится быстро. Ощущение праздника, едва успевшее затеплиться в душе, бесследно испарилось.

Грета проснулась от жёсткого толчка в плечо. Открыв глаза, она увидела мать — уставшую и слегка взволнованную.

— Пора вставать. Отец пошёл запрягать лошадей. А ещё у меня для тебя кое-что есть. Не знаю, пригодится ли, но мне не хочется, чтобы ты чувствовала себя обделённой. Это платье моей матери, я как раз подогнала его под тебя, — ласково произнесла женщина, протягивая свёрток.

— Не стоило. Я еду туда не жениха искать, а так, для общего числа.

— А вдруг всё же найдёшь свою любовь?

— Вряд ли, — покачала головой Грета.

— А ты всё равно возьми. Хотя бы для себя принарядишься.

Понимая, что спорить бесполезно, девушка кивнула, обняла мать и поблагодарила.

Сборы не заняли много времени, и скоро она уже тряслась в повозке, придерживая рукой капюшон, чтобы тот не сорвало ветром. Словно предчувствуя важный день, погода навёрстывала упущенное. Снег падал крупными хлопьями, укрывая землю пушистым одеялом, воздух был наполнен свежестью, а настроение на удивление оказалось приподнятым.

Поразмыслив, что вряд ли у неё ещё когда-нибудь появится возможность пожить в замке, Грета решила получить от этой поездки всё. Поговаривали, что и в этом году перед праздником в честь Светлого Святого будет большой бал, и девушке хотелось своими глазами увидеть роскошный пир, послушать музыку, и хоть одним глазком взглянуть на жизнь аристократов.

Погрузившись в свои мечты, она не заметила, как деревня скрылась за холмом, а они проехали первые ворота, обозначавшие границу владений. Хоровица располагалась в низине, поэтому сам замок Грета никогда не видела и оказалась крайне удивлена, что родовое гнездо Хельветов было так близко.

Отведя взгляд от дороги, по которой отцы везли своих дочерей, Грета, наконец, увидела замок. Величественное строение из светлого камня поражало красотой — сказочное и вместе с тем грозное. Развевающиеся на ветру флаги приветствовали гостей, и казалось, что остроконечные шпили разрезают само небо.

— Ты никогда не говорил, что здесь так красиво! — не сдерживая восхищения, протянула она, обращаясь к отцу.

У неё перехватило дыхание. Замок словно парил над заснеженным склоном.

«Туда ли я еду?» — мелькнуло в голове, но отец уже подал голос.

— Не очаровывайся. Это всего лишь груда дерева, камня и металла. А внутри живут люди из плоти и крови.

— Но я никогда не видела ничего подобного!

— Главное — не позволяй этой роскоши отравить твоё сердце. Я знаю, какая ты умная. Но знаю и то, какое воздействие такие блага оказывают на душу.

Серьёзный тон отца заставил девушку внутренне сжаться. Варног всегда был серьёзным, но сейчас будто пытался предостеречь. Почувствовав эту недосказанность, Грета вздохнула.

— Если есть что-то, чего мне стоит опасаться, просто скажи.

Они проехали по широкой дорожке через заснеженный сад и приблизились к главному входу. Чем ближе телега подъезжала к замку, тем лучше были видны детали. Глядя на это великолепие, Грета сильно сомневалась, что им выделят покои в самом замке, и подозревала: скорее всего, их ждёт комната в одной из многочисленных пристроек, там, где живут слуги. Но отец ехал прямо, никуда не сворачивая.

Наконец, он остановился и, спрыгнув на землю, подал ей руку.

— Я не буду тебя пугать или взывать к благоразумию. Мне кажется, ты достаточно умна, чтобы не стать жертвой чужого коварства.

— Когда они поймут, что я ни на что не способна, ко мне сразу потеряют интерес.

— Пусть твоя магия не пробудилась, это не лишает тебя особенности. Ведь ты моя драгоценная жемчужина и всегда ею будешь, — с теплотой в голосе произнёс отец и обнял её.

Он редко проявлял чувства открыто, но всегда был искренен. Если бы не сочувствие в глубине его глаз, Грета не чувствовала бы себя такой бесполезной. Но из песни слов не выкинешь — оставалось лишь делать вид, что её это не волнует.

— Дальше мне уже нельзя. Иди прямо, там тебя должны встретить, — наконец произнёс мужчина, выпустив её из объятий.

— Хорошо, — кивнула Грета. — Надеюсь, всё закончится быстро, и я вернусь раньше, чем вы успеете соскучиться.

— Я уже скучаю.

Холодные отцовские пальцы коснулись её щеки на прощание. Грета кивнула и пошла к главному входу, чувствуя его взгляд.

Перед ней возвышались резные деревянные ворота. Цветы переплетались с витиеватым узором, кое-где среди листвы были вырезаны птицы. Грета подивилась работе резчика, но разглядывать дольше не стала — стражник уже ждал.

Мужчина с суровым лицом и цепким взглядом молча кивнул, когда она показала ему письмо. Грета перешагнула порог и оказалась в длинном каменном проходе, похожем на узкую трубу. Вдоль стен на кованых крючьях горели маленькие жаровни. Их свет плясал по древним камням, оживляя тени. А когда проход кончился, девушка оказалась во внутреннем дворе, который был полностью усыпан снегом, и только несколько протоптанных слугами дорожек указывали на то, что в замке всё же кто-то есть.

Провожатая уже ждала Грету на крыльце — невысокая русоволосая девушка в чистом платье. Она окинула девушку взглядом и холодно произнесла:

— Добро пожаловать в Каллиан. Я проведу вас в зал ожидания, где вы сможете согреться и пообщаться с уже прибывшими.

После этих слов она развернулась и зашагала вперёд так быстро, что Грета, едва поспевала. Девушке хотелось разглядеть каждую трещину в камне, каждый завиток кованой решётки, гобелен или вазу, но провожатая словно стремилась поскорее избавиться от гостьи и не давала такой возможности. Грете пришлось почти бежать, чтобы не отстать.

Вскоре они оказались в большом зале. Грета огляделась и с облегчением выдохнула, здесь было много знакомых лиц.

— Ох, Светлый! А я-то думала, что нас заставят ждать на улице, — тихо произнесла одна из девушек, обращаясь к подруге.

Грета обернулась и узнала Астрид и Лейну — двух милых девушек с другого конца деревни, из единственного дома с алыми ставнями.

— Прав был отец, когда рассказывал, что тут красиво, — выдохнула Лейна, обводя взглядом высокий потолок.

«Ну хоть с ней отец разговаривал, — подумала Грета. — Интересно, это только мой с опасением относится к барону или есть ещё кто-то?»

В центре зала, перед широкой двойной лестницей стояла высокая ель. По традиции её украсили яркими лентами, ягодами рабрики, тканевыми игрушками и стеклянными бусинами, нанизанными на длинную верёвку. В жаровнях неподалёку горело пламя — оно согревало и освещало комнату тёплым, живым светом. Под потолком парили небольшие сферы с золотыми искрами внутри.

— У нас дома такие же! — фыркнула одна из девушек в ответ на восхищённый вздох соседки.

«Ну да, куда же без неё, — отметила про себя Грета, медленно отходя в сторону от главной красавицы Хоровицы. — Если она приехала не за женихом, то я ничего не понимаю в этом мире».

Вдруг в холле наступила тишина. Наверху показался мужчина в чёрном камзоле с золотой вышивкой по краю. Он окинул всех взглядом и заговорил громко и чётко, так, что его хотелось слушать.

— Итак, дамы, надеюсь, все прибыли, потому что время не терпит. Вас собрали здесь для одной цели: найти подходящую невесту для Андора Хельвет, четвёртого сына его милости. До конца проверки вы будете проживать в выделенных покоях. Прошу сохранять спокойствие, и вести себя достойно, как леди, хоть ими вы и не являетесь. Пусть ваше происхождение и не столь высоко, как того хотелось бы нашему господину, но у каждой из вас есть нечто особенное — способность подарить роду Хельвет одарённых наследников. Вы, должно быть, слышали, что наш князь, да будет к нему благосклонен Светлый, поддерживает аларов и помогает всем гонимым, желающим обрести свой дом. Так что вам не стоит беспокоиться о возможных проблемах или своём будущем статусе — этот мезальянс одобрен князем. И возможно, у каждой из вас или ваших детей появится возможность войти в высшее общество.

— Как долго мы будем тут находиться? — подала голос Итана, дочь мясника.

— Не могу ответить точно, всё зависит от того, как вы проявите себя. Но полагаю, что до дня чествования Светлого Святого должны управиться. Слуги будут наблюдать за вами, так же господин проверит каждую. Меня зовут Виллеш Тагро, я управляющий. Обращаться можете ко мне лично или к моей помощнице Донрей, но я бы рекомендовал в первую очередь спрашивать горничных и только если они не смогут помочь, тогда уже к нам.

Дальше управляющий начал представлять стоящих рядом слуг. Всех имён Грета не запомнила, но главное уловила: жить девушки будут по трое в комнате, и к каждой комнате приставят горничную.

После представления Виллеш указал на одну из дверей и попросил следовать за ним. Внутри замок оказался крайне запутанным — настоящий лабиринт из комнат, коридоров и лестниц. В какой-то момент Грете показалось, что этому пути не будет конца. Но наконец они добрались до гостевого крыла, и управляющий принялся распределять прибывших.

В замок прибыло тридцать восемь девушек. И если бы Грета приехала сюда с целью заполучить выгодного жениха, она бы точно разволновалась.

— Ну а теперь можете отдохнуть и привести себя в порядок, — закончил управляющий. — К ужину вас проводят горничные. А до этого времени прошу воздержаться от прогулок. Замок большой, без сопровождения тут легко потеряться.

После этих слов он удалился.

По счастью, Грете в соседки достались Астрид и Лейна. Впрочем, удача тут была не при чём — она просто приметила по первым тройкам, как именно происходит отбор, и подошла к подругам поближе, чтобы случайно не попасть в комнату с кем-то малоприятным.

— Какая красота! — вырвалось у неё при взгляде на широкую кровать с синим балдахином и резными столбиками.

— Это должно быть царство Светлого! — воскликнула Лейна приблизившись.

А посмотреть действительно было на что. Комната оказалась такой роскошной, что от богатства слепило глаза. Чего только стоило огромное зеркало в пол, а кровать казалась такой широкой, что по размеру могла сравниться с комнатой Греты в родительском доме.

Девушка застыла на месте с широко распахнутыми глазами. Одно дело идти по коридору или проходить через залы, и совсем другое — понимать, что следующие несколько дней это богатство будет твоим.

«Если такие покои выделяют гостям в замке барона, страшно даже представить, как живёт княжеская семья», — подумала она и вдруг ощутила укол вины. Именно об этом и предупреждал отец.

Грета тряхнула головой, сбрасывая оцепенение, и крепче сжала пальцами узелок со своими вещами. Нужно было переодеться и хоть что-то придумать с причёской, даже у горничных волосы были аккуратно уложены, а её после дороги спутались от постоянного трения о ткань и напоминали скорее воронье гнездо.

— Интересно, а во время ужина мы увидим самого Андора или нет? — звонко произнесла Астрид, мечтательно уставившись на заснеженные ели за окном.

— Не знаю, но было бы неплохо. Вдруг он лицом не вышел или ещё какие увечья есть. Не просто так они решили такое устроить, — пожала плечами Лейна и повернулась к Грете: — А ты что думаешь?

— Думаю, что выбора у нас нет, — ответила та. — Если бы он хотел, давно нашёл бы себе невесту — либо знатную, либо одарённую, без всяких отборов.

— А ты, похоже, совсем не беспокоишься, — протянула Астрид, тряхнув золотистыми волосами, и скрестила руки на груди. В её взгляде читалось понятное сомнение: сейчас они все друг другу соперницы.

— Если честно, я даже удивилась, когда увидела тебя, — задумчиво произнесла Лейна. — Думала, что поедет Лика.

— Отец не готов расставаться с ней даже на пару дней, тем более она нужна ему в мастерской.

— Странно это как-то. Лика сильная. Он разве не хочет породниться с нашим покровителем? — выгнула бровь Астрид.

— Не знаю. Но он сразу решил, что поеду я, — сухо ответила Грета.

— А ты и не возражала?

— Возражала. Но какой смысл, если меня всё равно не выберут? А так хоть поживу как аристократка. Плохо, что ли?

— Неплохо, но как-то странно.

— Астрид, хватит, — резко оборвала её Лейна. — Зачем разводить ссору на пустом месте? Давайте просто порадуемся всей этой красоте.

На этом разговор и закончился. Переодевшись в одно из взятых с собой платьев, Грета помогла Лейне справиться с волосами, а потом позволила той заняться своей головой. К тому моменту, когда пришла горничная, девушки уже были готовы.

Когда они вошли в столовую, большинство уже сидели на своих местах, и Грета почувствовала себя жутко неловко — это из-за неё они опоздали, да ещё и в первый же день. Управляющий окинул опоздавших неодобрительным, колючим взглядом, но промолчал.

Как только они подошли к свободным местам, Виллеш подал знак накрывать на стол. Слуги спешно принялись заполнять свободное пространство разнообразными яствами. Многие из блюд Грета видела впервые. Это был настоящий пир: разнообразные мясные и рыбные блюда, тушёные овощи, небольшие глиняные горшочки с супом для каждой девушки, мочёные фрукты, какие-то незнакомые десерты в меду и небольшие, красиво украшенные пироги. В голове у неё сразу возник вопрос: сколько стоит этот ужин? Но тут же вспомнила, что приглашение было инициативой их покровителя, а значит, для них это всё бесплатно.

Положив светло-бежевую салфетку на колени, Грета начала накладывать еду в тарелку, выбирая из всего многообразия то, что казалось самым необычным и аппетитным.

— Попробуй вот этот салат, такой свежий, а мясо тает во рту! — восхищённо, но стараясь не слишком громко, отозвалась Астрид.

Лейна уже вовсю наслаждалась жареной курицей в вине с какой-то овощной начинкой внутри. Но не одна она испытывала блаженство от столь изысканного пира — другие девушки тоже получали удовольствие. Кто-то вёл себя сдержанно, но каждая хотела съесть как можно больше, чтобы получше запечатлеть этот день в памяти.

«Наверное, высокородные питаются так каждый день!» — с завистью подумала Грета, не в силах оторваться от воздушного десерта, украшенного мелкими синими цветами.

Сами цветы не обладали никаким вкусом, но что было странно — абсолютно каждое блюдо украшали соцветия, так похожие на незабудки.

За ужином не случилось ничего интересного, но почему-то девушке казалось, что даже сейчас их оценивают. Когда все насытились, их проводили обратно в покои.

Перед сном Грета ещё раз осмыслила всё, что случилось за этот день, и даже ущипнула себя — не снится ли ей всё это? Но нет, она и правда в замке. Девушка легла в кровать и почти мгновенно провалилась в глубокий сон.

Ей приснился прекрасный сад. Незабудки росли прямо из искрящегося снега, который сиял под холодным лунным светом подобно серебру. Этот свет ничуть не уступал солнечному, а, быть может, даже превосходил его. Цветы источали сладкий, кружащий голову аромат, и Грете казалось, что она никогда не видела ничего более прекрасного.

Глава 2

Просыпалась Грета долго и мучительно. Чудесный сон не желал отпускать её из плена. Глаза открывались так тяжело, что пришлось скатиться с кровати — чтобы холодом и болью сбросить остатки дрёмы.

Едва разлепив веки, девушка отбросила одеяло, которое, падая, потянуло за собой что-то ещё. Ощущение времени окончательно сломалось. Может, уже полдень, а может, только рассвело. Небо за окном выглядело тяжёлым и напоминало по цвету молоко, о точном часе оставалось только гадать.

Сделав над собой усилие, Грета всё же поднялась. В ходе оживлённого спора перед сном ей удалось отвоевать место с краю, поэтому она смогла встать, не потревожив соседок.

Сегодня был первый полноценный день в замке. Умывшись и переодевшись в то самое платье, что дала матушка, девушка заплела косу и вышла из комнаты. Помня предупреждение управляющего, она не собиралась далеко уходить, но хотелось размять ноги и хоть немного осмотреться.

В коридоре было тихо и пусто. Стараясь запоминать дорогу, девушка медленно прогуливалась, внимательно рассматривая богатое убранство и обращая особое внимание на портреты в тяжёлых резных рамах. Если на них были члены семьи Хельвет, то волноваться не о чем. Их семейной чертой оказались изящные черты лица, каштаново-русые волосы и светлые глаза — у кого-то голубые, у кого-то серые.

Вдоволь насмотревшись на портрет величественной красавицы, Грета продолжила путь, но тут же врезалась во что-то твёрдое. Осторожно подняв взгляд, она увидела прекрасные голубые глаза, в которых можно было утонуть.

— Вы в порядке? — серьёзно спросил мужчина, поддерживая её под руку. — Я не слышал ваших шагов.

«И неудивительно!» — хмыкнула про себя Грета, опустив взгляд. У них под ногами был пыльный ковёр, коими здесь было устлано всё.

— Я в порядке. Просто рассматривала портреты.

— Портреты? — удивлённо захлопал глазами красавец, а потом в небесных омутах мелькнула искра понимания. — Вы, должно быть, прибыли на смотрины!

— Всё верно, — кивнула девушка, чувствуя смущение. — А могу я узнать, где кухня? Я проснулась раньше соседок, а насчёт завтрака нам ничего не сказали.

— Вам тогда в другую сторону. По этому коридору можно выйти только в астрономическую башню, библиотеку или зимний сад.

— Зимний сад?

— Почему вы удивились?

— Впервые слышу про такое. Или это сад, который засыпало снегом?

— О нет, это большое тёплое помещение со стеклянным потолком, где выращивают цветы и травы, когда становится слишком холодно.

— Никогда такого не видела.

— Если хотите, могу проводить. Я как раз туда направляюсь, — с улыбкой произнёс он, и по его тону Грета поняла, что сама того не зная, задела нечто для него важное.

— Только если это возможно, — улыбнулась в ответ девушка, всё ещё находясь во власти смущения. — Меня, кстати, зовут Грета Лессард.

— Ох, простите, это я должен был представиться первым, — смутился он и, предложив ей согнутую в локте руку, слегка поклонился: — Моё имя Гидеон Гельдер.

— Красивое имя и необычное. Откуда вы?

— Из Эльравила. Восхитительное место, очень большое княжество. Хотя, кажется, я почти забыл ту жизнь.

— Почему же?

— Это слишком долгая и во многом печальная история. Явно не для знакомства. Лучше расскажите о себе. Стало быть, вы решили побороться за место благородной госпожи?

В этом вопросе не было издёвки, только доброжелательность. Точно так же её подначивали братья, и это вызвало улыбку.

— Я и не помышляла об этом, впрочем, как и моя семья. Сами понимаете, мы не могли отказаться.

— Неужели вы единственная дочь?

— Нет, конечно же! Есть Ликарика, она моя старшая сестра, но она нужна отцу в мастерской, как и двое братьев. А средняя Савда, вот-вот должна выйти замуж.

— Стало быть, вас решили использовать как тайное оружие?

Эти слова заставили девушку раскраснеться ещё сильнее.

— Да нет, просто так получилось…

— А что думаете про господина Андора? — неожиданно спросил Гидеон.

— Ничего, я его не знаю, а потому и судить не могу. Полагаю, нас пригласили только для того, чтобы ускорить поиски. Это такой же брак по расчёту, просто выгоды другие.

— Но вы сказали, что и не помышляли о том, чтобы стать госпожой.

— Всё верно, — кивнула Грета. — Меня вряд ли выберут, поэтому нет никакого смысла в надеждах и волнении.

— Стало быть, вы не мечтаете о богатой жизни?

— Не буду лгать: мне понравилась комната и ужин. Но я не знаю, смогла бы я ради этого отказаться от любви.

— Романтическая натура? По-моему, это достойно восхищения, — произнёс он и, остановившись у широкой двери, взялся за ручку. — А мы тем временем уже пришли.

Зимний сад поражал своими размерами и красотой. Грета никогда не видела ничего подобного: стеклянный потолок пропускал мягкий рассеянный свет, и казалось, что находишься не в замке посреди заснеженных гор, а в другом мире — тёплом, зелёном, дышащем жизнью.

Здесь пахло летом и свежестью, влажной землёй и ненавязчивыми цветочными ароматами, которые кружили голову. Между аккуратными клумбами были проложены каменные дорожки, а растения явно чувствовали себя прекрасно: капли воды блестели как драгоценные камни, бутоны тянулись к свету, а кое-где уже распустились нежные белые и сиреневые цветы. Грета ничего не понимала в садоводстве, но ей отчаянно хотелось верить, что это место хранит какую-то тайну, что оно появилось по волшебству.

Пока они гуляли, Гидеон с упоением рассказывал ей о свойствах тех или иных растений, делился забавными историями и выглядел очень увлечённым. Он рассказал, что живёт не в деревне, а в небольшом домике при замке, и там у него разбит целый огород — с менее красивыми, но не менее полезными травами. Его всегда увлекали алхимия и ботаника, ещё манили звёзды, но они были так далеко, что страсть к материальному всё же смогла приковать его к земле.

Половину его рассказов девушка не до конца понимала, но не могла отвести глаз от его лица. Мужчина будто светился изнутри, найдя в ней благодарного слушателя, а слушать его было и вправду интересно. Он даже лично проводил Грету до столовой, где ещё не накрыли на стол, а после этого показал путь до гостевого крыла.