Бесплатный фрагмент - Не твоя невеста, дракон!

Глава 1. Сладость перед казнью

Велес Гранде считала, что если уж тебе суждено отправиться в пасть к монстру, то делать это нужно с полным ртом лимонного тарта.

— Велес, ты меня вообще слышишь? Это не просто пикник, это твоя передача в собственность династии Рехнов! — голос матери дрожал от плохо скрываемого облегчения. — Ты должна вести себя тихо. Покорно. Как подобает девушке без искры.

Велес медленно проглотила кусочек пирожного, слизнула крем с пальца и подняла на мать свои тёмно-зелёные глаза. В их глубине плясало пламя, которое испепелило бы этот дом, узнай родители правду. Но для них она была просто «пустышкой» — досадным недоразумением в роду великих магов.

— Мам, «тихо и покорно» — это к домашним тапочкам, — прямолинейно отрезала Велес, поправляя выбившуюся рыжую прядь. — А я, судя по документам, «идеальная жертвенная невеста». Так что давай я доем свой тарт, а ты перестанешь притворяться, что расстроена моим отъездом.

В карету она запрыгнула сама, не дожидаясь лакеев. Впереди была Академия Высшей Магии — цитадель тех, кто считал себя богами. И её будущий муж.

Логово Дракона.

Академия встретила Велес запахом озона и высокомерия. Её привели в кабинет декана боевого факультета сразу после прибытия.

За массивным столом из чёрного дерева сидел мужчина. Русые волосы были идеально убраны в пучок, открывая хищный профиль. Его карие глаза с отчетливым золотым отливом лениво скользнули по фигуре Велес, задерживаясь на изгибах её дорожного платья чуть дольше, чем позволяли приличия.

Это был Клай Рехнов. Принц драконов. Её личный кошмар на ближайшие годы.

— Так вот ты какая, — его голос был подобен рому: тягучий, тёплый и смертельно опасный. — Моя «неодарённая» проблема.

Он медленно поднялся, демонстрируя идеальную выправку и мускулы, которые не мог скрыть даже дорогой камзол. Клай подошёл вплотную, вторгаясь в её личное пространство.

— Ты выглядишь слишком… живой для той, у кого внутри пустота, — он коснулся кончиками пальцев её подбородка, заставляя поднять голову. — Запомни, куколка: здесь ты никто. Ты моя тень, мой аксессуар. Мне нравятся те, кто знает своё место и умеет молчать.

Велес почувствовала, как внутри неё ворохнулась скрытая сила — древняя, ледяная, способная превратить этот замок в ледяную крошку. Но она лишь невинно захлопала ресницами.

— О, господин Рехнов, — выдохнула она, обдавая его ароматом лимонной цедры. — Вы так много говорите о покорности. Это потому, что в детстве вам не разрешали завести собаку, и теперь вы решили отыграться на мне?

Золото в глазах Клая вспыхнуло. На его губах заиграла опасная, надменная усмешка.

— У тебя острый язычок, Велес Гранде. Будет забавно посмотреть, как быстро я его укорочу.

— Удачи, — Велес ослепительно улыбнулась, уже присматривая на его столе вазочку с засахаренным имбирем. — Но предупреждаю: я очень плохо поддаюсь дрессировке. Особенно на голодный желудок.

Клай Рехнов не привык к тому, чтобы с ним разговаривали в подобном тоне. В его мире женщины либо трепетали от восторга, либо сжимались от страха под тяжестью его ауры. Он медленно убрал руку от её подбородка, но не отступил. Напротив, он наклонился так низко, что Велес почувствовала жар, исходящий от его тела — специфический, едва уловимый запах обожжённого дуба и ледяного ветра.

— Собаку? — переспросил он, и в его голосе прорезались рычащие нотки. — Знаешь, Гранде, собаки преданны. А ты… ты кажешься мне кусачей кошкой, которую просто забыли вовремя выставить за дверь.

Он обошёл её по кругу, словно хищник, оценивающий качество добычи. Его взгляд, тяжёлый и липкий, скользнул по линии её плеч, задержался на тонкой талии и переместился к рыжим волосам, которые в свете заходящего солнца казались раскалённой медью.

Велес стояла неподвижно. Внутри неё, глубоко за рёбрами, ворочалось Нечто. Это Нечто не имело имени, оно было соткано из первородного хаоса и древних заклятий. Оно хотело сорваться с цепи и показать этому напыщенному индюку, кто здесь на самом деле вершина пищевой цепочки. «Тихо, — мысленно приказала она себе. — Если ты сейчас чихнёшь магией, от этой башни останется только воспоминание, а от твоего шанса на свободу — пепел».

— В этом учебном году я — твой куратор, — произнёс Клай, возвращаясь к столу и небрежно роняя на него тяжёлый латунный ключ. — Формально ты зачислена на факультет Общих Знаний. Но фактически — ты будешь моей тенью. Будешь приходить по первому зову, носить мои свитки и… — он сделал паузу, его губы изогнулись в предвкушающей усмешке, — учиться покорности. Поскольку магии в тебе нет, я буду тренировать твой характер. Это куда болезненнее.

Велес не удержалась. Пока он вещал о своём величии, её рука, словно живущая отдельной жизнью, потянулась к вазочке на краю стола. Пальцы сомкнулись на куске засахаренного имбиря.

Хруст.

Клай замолчал на полуслове. Его брови поползли вверх.

— Вы что-то сказали про болезненность? — спросила Велес, энергично работая челюстями. Имбирь был чертовски хорош: острый, сладкий и обжигающий. — Извините, когда я голодная, у меня падает концентрация. Так что там с характером? Будете читать мне нотации перед сном или заставите перебирать вашу коллекцию пыльных артефактов?

Клай сделал шаг к ней, его зрачки расширились, почти полностью поглотив карий цвет, оставив лишь тонкий золотой ободок. Это был признак пробуждающегося дракона. Атмосфера в кабинете мгновенно сгустилась, воздух стал тяжёлым, как перед грозой. Обычный человек уже лежал бы на полу, задыхаясь от магического давления.

Но Велес лишь поправила воротник платья.

— Здесь душновато, вам не кажется? — она прямо посмотрела ему в глаза, не отводя взгляда. — И, кстати, пучок вам идёт. Но если затянете туже — глаза совсем вылезут из орбит. Будет неудобно флиртовать с «покорными» адептками.

На мгновение в кабинете воцарилась такая тишина, что было слышно, как в углу тикают огромные напольные часы. Клай смотрел на неё с чем-то средним между яростью и искренним недоумением. Она не испугалась его силы. Она вообще ничего не почувствовала — или так мастерски притворялась?

— Твоя комната в западном крыле, — наконец процедил он, и золотые искры в его глазах медленно затухли. — Самая дальняя. Чтобы я не слышал твоего дерзкого голоса до самого утра.

— Идеально, — Велес подхватила свой небольшой саквояж. — Люблю тишину. В ней удобнее шуршать фантиками.

Она направилась к выходу, покачивая бедрами с той самой уверенностью, которая заставляла мужчин оборачиваться ей вслед. Но уже у самой двери она остановилась и обернулась через плечо.

— И ещё одно, мастер Рехнов.

— Что ещё? — рявкнул он.

— У вас на воротнике пятно от чернил. Портит весь ваш образ «недосягаемого идеала». Доброй ночи.

Велес вышла, плотно прикрыв за собой дверь, и только в коридоре позволила себе глубокий выдох. Сердце колотилось в горле. Не от страха перед ним — от адреналина.

«Дракон, значит?» — подумала она, нащупывая в кармане припрятанную плитку шоколада. — «Ну что ж, посмотрим, насколько хорошо ты горишь, когда твоя „пустышка“ решит развести костёр».

Клай же остался в кабинете, глядя на закрытую дверь. Он медленно коснулся своего воротника — никакого пятна там не было.

— Лгунья, — прошептал он, и на его лице впервые появилась не надменная, а странная, азартная улыбка. — Очень красивая, невыносимая лгунья.

Он посмотрел на вазочку с имбирем. Одной штуки явно не хватало. Этот год обещал быть… насыщенным.

Велес шла по тёмным коридорам Академии, ориентируясь по карте, которую ей выдали на въезде. Каменные своды давили, магические светильники мерцали холодным голубым светом. Она чувствовала, как сотни глаз — портретов, статуй и самих стен — следят за ней.

Ей нужно было найти свою комнату, спрятать под матрас запасы сладостей и, самое главное, проверить, не повредилась ли печать на её запястье. Тонкая серебристая нить, скрытая под широким браслетом, была единственным, что удерживало её магию от детонации.

Если Клай Рехнов решит поиграть с ней в «кошки-мышки», он очень скоро узнает, что мышка в этой игре — не она. И зубы у этой мышки куда длиннее, чем он может себе представить.

Кажется, намечается веселье. Но сначала — шоколад.

Коридор западного крыла казался бесконечным. Стены здесь были сложены из грубого серого камня, который, в отличие от парадных залов, не светился изнутри уютным золотом, а будто впитывал в себя остатки дневного света. Велес шла, и звук её каблуков гулким эхом разлетался по пустым переходам.

Она остановилась у массивной дубовой двери с облупившейся позолотой на номере «402».

— Ну, добро пожаловать в роскошь, — пробормотала она, толкая ствол.

Дверь отозвалась надрывным скрипом. Комната была крошечной: узкая кровать с тощим матрасом, покосившийся шкаф и окно, выходящее на глухую стену соседней башни. Воздух здесь был спёртым, пахнущим пылью и старыми заклинаниями отдушки, которые давно выдохлись.

Велес бросила саквояж на кровать. Пыль взметнулась маленьким облачком.

— Покорная невеста, значит? Дальнее крыло? — Она усмехнулась, расстегивая тугой воротник платья. — Клай, дорогой, ты даже не представляешь, какой подарок мне сделал. Чем дальше я от твоих золотых глаз, тем целее твоя драгоценная Академия.

Она села на край кровати и первым делом выудила из потайного кармашка юбки заветную плитку горького шоколада с морской солью. С тихим щелчком отломила кусочек. Вкус какао мгновенно притупил раздражение.

Затем Велес осторожно сняла широкий серебряный браслет с левого запястья. Под ним кожа была девственно чистой, если не считать тонкой, едва заметной линии, напоминающей шрам от волоса. Это была «Печать Пустоты».

Она прикрыла глаза, концентрируясь. Внутри неё бушевал океан. Если бы кто-то из магистров сейчас заглянул в её ауру, он бы ослеп. Её дар не был просто стихией — это была чистая энергия разрушения и созидания, спрессованная до состояния критической массы. Согласно расчётам её деда, плотность её магического ядра описывалась сложной формулой сопротивления: Где Psi — стабильность печати, а E_ {core} — энергия, стремящаяся вырваться наружу.

Линия на запястье на мгновение вспыхнула изумрудным светом и тут же погасла.

— Держится, — выдохнула Велес. — Пока я не злюсь слишком сильно, она держится.

Утро наступило слишком быстро. Солнечный луч, пробившийся сквозь узкую щель окна, нахально уставился Велес прямо в глаз. Она проснулась с чётким осознанием двух вещей: во-первых, ей катастрофически не хватает сахара, а во-вторых, сегодня Клай Рехнов наверняка попытается превратить её жизнь в ад на глазах у всей Академии.

Облачившись в серую форму «бездарных» (которая, к слову, сидела на её фигуре подозрительно хорошо, подчеркивая и тонкую талию, и крутые бедра), Велес заплела рыжие волосы в тугую косу.

— Так, Гранде, план на день: не убить принца, найти буфет, не сгореть, — прошептала она своему отражению в тусклом зеркале.

Большой Зал для лекций.

Здесь собралось не менее сотни студентов. Высокие своды, парящие в воздухе свечи и шепотки, которые стихли, как только Велес вошла внутрь. Она чувствовала на себе взгляды — любопытные, брезгливые, насмешливые. «Пустышка». «Невеста дракона».

Клай уже был там. Он стоял у кафедры, небрежно опершись на неё рукой. Сегодня на нём был чёрный мундир с золотым шитьем, а волосы всё так же собраны в идеальный пучок. Его карие глаза с золотой искрой мгновенно нашли её в толпе.

— Адепты, — его голос разнёсся по залу, заставляя магические вибрации дрожать. — Сегодня у нас особенное занятие. Теория магического резонанса. И помогать мне будет… наша новая гостья.

Он манящим жестом указал на место рядом с собой.

— Велес Гранде, прошу. Не стесняйтесь. Покажите всем, как выглядит абсолютная невосприимчивость к магии.

Велес шла к нему через весь зал, кожей чувствуя каждый смешок за спиной. Она остановилась в шаге от Клая. От него снова пахнуло тем самым обжигающим жаром.

— Вы решили начать шоу так рано, мастер Рехнов? — негромко спросила она, глядя прямо на него. — Надеюсь, у вас припасено что-то поинтереснее скучной теории.

— О, поверь, — он наклонился к её уху, так что его дыхание обожгло кожу. — Тебе будет очень жарко.

Он повернулся к классу, в его руке материализовался небольшой кристалл — Сфера Истины.

— Как вы знаете, Сфера реагирует на малейшее колебание внутренней силы. Если я коснусь её, она вспыхнет золотом. Если её коснётся «пустышка»… она останется мёртвой.

Он протянул кристалл Велес.

— Возьми его, куколка. Докажи всем, что ты — всего лишь красивая оболочка без содержания.

Велес посмотрела на кристалл. Это была ловушка. Сфера Истины не просто проверяла наличие магии — она пыталась вытянуть её из человека силой. Если она коснётся его, её Печать испытает колоссальное давление.

Она протянула руку. Пальцы почти коснулись холодного камня. Клай наблюдал за ней с заносчивой усмешкой, ожидая её триумфального позора или внезапного обморока от магического истощения.

— Вы уверены, что хотите этого? — Велес взглянула на него с неприкрытым вызовом. — Знаете, иногда пустота бывает… затягивающей.

— Меньше слов, Гранде. Просто коснись его.

Её ладонь накрыла кристалл.

Пальцы Велес сомкнулись на идеально гладкой, ледяной поверхности Сферы Истины.

В ту же секунду мир вокруг неё будто замедлился. Гул голосов в аудитории превратился в невнятное подводное эхо, а золотистые искры в глазах Клая, стоявшего в непозволительной близости, застыли, как мухи в янтаре. Кристалл не просто «щупал» её ауру — он вонзился в неё невидимыми иглами, пытаясь докопаться до самого дна, где за семью замками дремало то, что могло превратить всю Академию в кучу щебня.

«Назад!» — мысленно рявкнула Велес, выстраивая в голове ментальные щиты.

Давление было чудовищным. Внутренний резерв отозвался глухим рыком. Печать на запястье под браслетом начала пульсировать, и Велес почувствовала, как кожа там медленно закипает. Согласно закону термодинамики магических потоков, энергия не могла просто исчезнуть, она должна была либо поглотиться, либо взорваться:

Где Q — приток тепла от сопротивления печати, а W — работа, которую её магия совершала, пытаясь проломить Сферу.

Сфера оставалась мертвенно-чёрной. Ни единого отблеска, ни одной искорки. Для всех присутствующих Велес Гранде в этот момент была не просто человеком без магии — она была «черной дырой», куском камня, не способным даже на базовый резонанс.

— Видите? — голос Клая разрезал тишину, и в нём сквозило разочарование, смешанное с какой-то странной, жадной пытливостью. Он накрыл её руку своей, якобы чтобы забрать кристалл, но на деле — чтобы проверить её пульс. — Абсолютный ноль. Пустота, в которой гаснет даже истина.

Велес почувствовала, как его ладонь, горячая и сухая, сжала её пальцы. Его магия — мощная, хищная — попыталась просочиться сквозь её кожу, проверяя её на честность. Но Велес лишь крепче сжала челюсти, борясь с желанием вцепиться в него зубами. Боль на запястье стала почти невыносимой, в глазах на мгновение потемнело.

— Можете отпустить мою руку, мастер Рехнов? — Велес выдавила из себя самую едкую улыбку, на которую была способна в состоянии полуобморока. — Или вы решили, что отсутствие магии передается половым путем, и теперь боитесь заразиться?

По аудитории пролетел коллективный вздох. Кто-то хихикнул, кто-то возмущенно ахнул. Клай медленно разжал пальцы. Его лицо оставалось бесстрастным, но в глубине зрачков полыхнуло золото.

— Твоя дерзость — единственное, что в тебе есть примечательного, Гранде, — холодно произнес он, забирая кристалл. — Садись на место. И постарайся не уснуть от собственной бесполезности.

Велес развернулась и пошла к своему ряду, стараясь, чтобы её походка не казалась шаткой. Как только она опустилась на жесткую скамью, она спрятала левую руку под стол. Запястье горело так, будто на него плеснули кислотой.

— Эй, ты как? — раздался шепот справа.

Велес повернула голову. Рядом сидела девушка с невероятно пышными кудрями пепельного цвета и огромными очками, которые делали её похожей на сову. Перед ней лежала раскрытая тетрадь, густо исписанная мелкими каракулями, и — о боги! — открытая коробочка с лимонными дольками в сахаре.

— Жить буду, если поделишься мармеладом, — прошептала Велес, чувствуя, как от нехватки сахара и магического перенапряжения у неё начинают дрожать колени.

Девушка тут же подвинула коробочку.

— Я Марни. Факультет артефакторики, — представилась она. — Ты просто герой. Рехнов — настоящий деспот. Он ненавидит, когда что-то идет не по его плану, а ты… ты выглядела так, будто тебе вообще плевать на его магический пресс. Большинство адептов под его взглядом начинают заикаться.

Велес закинула в рот сразу две дольки. Кисло-сладкий вкус мгновенно придал сил.

— У него просто слишком тугой пучок на голове, Марни. Это мешает кровообращению мозга.

Весь оставшийся урок Клай Рехнов не сводил с Велес глаз. Он читал лекцию о структуре драконьего пламени, рисовал в воздухе сложные светящиеся схемы, флиртовал с отличницами с первого ряда, заставляя их краснеть, но его внимание, как натянутая струна, всегда возвращалось к рыжей девушке на задней парте, которая с невозмутимым видом поглощала чужой мармелад.

Он чувствовал, что что-то не так. Сфера Истины должна была вибрировать в её руках, даже если она «пустышка», ведь каждый человек обладает хотя бы остаточным фоном. Но Велес… она была тишиной. Идеальной, вызывающей тишиной.

Когда прозвенел колокол, возвещающий об окончании занятий, Клай захлопнул книгу с сухим щелчком.

— Гранде, останься. Остальные свободны.

Марни сочувственно посмотрела на Велес и быстро сунула ей в руку остатки мармелада.

— Если через час не выйдешь, я пойду жаловаться декану… или просто вызову стражу, — шепнула она и быстро исчезла за дверью.

Аудитория опустела. Велес медленно поднялась, поправляя сумку на плече. Клай стоял у окна, глядя на тренировочное поле внизу, где адепты-боевики отрабатывали удары.

— Ты знаешь, Велес, почему пакт требует именно неодаренную невесту? — спросил он, не обернувшись.

— Чтобы драконам было удобнее вытирать об неё ноги? — предположила она, подходя ближе.

— Чтобы она не могла сопротивляться, когда… — он резко развернулся и оказался в шаге от неё, — когда дракон решит забрать её силу. Или её жизнь.

Он внезапно схватил её за левую руку и резко задрал рукав серой формы, обнажая серебряный браслет.

— Что ты скрываешь под этим побрякушкой? — Его голос был тихим, как шелест чешуи. — Весь урок от твоего запястья фонило таким жаром, что у меня на столе едва не задымились свитки.

Велес замерла. Её сердце пропустило удар.

— Это семейная реликвия, — отрезала она, пытаясь вырвать руку. — Подарок отца. Или у драконов принято грабить своих невест в первый же день знакомства?

Клай не отпускал. Его пальцы коснулись края браслета, и в этот момент Печать внутри Велес взвыла от ярости.

— Лжёшь, — выдохнул он, и его карие глаза окончательно подернулись золотом. — Давай посмотрим, что там на самом деле.

Он применил «Слово Отмычки» — заклинание, которое должно было расстегнуть любой замок. Но вместо того, чтобы браслет упал на пол, произошло нечто иное.

Между его кожей и серебром проскочила ослепительно-зеленая искра. Клая отбросило назад на добрых два метра, а по стене аудитории поползла трещина.

Велес стояла, тяжело дыша, её рыжие волосы рассыпались по плечам, а в изумрудных глазах на мгновение промелькнула такая первобытная мощь, что Клай, даже будучи высшим магом, на секунду забыл, как дышать.

— Никогда, — прошипела она, её голос больше не был девичьим, в нём звучал металл. — Больше. Меня. Не трогай.

Она развернулась и вылетела из аудитории, оставив принца драконов в полной тишине, нарушаемой лишь шорохом осыпающейся со стены штукатурки.

Клай поднялся, потирая онемевшую руку. На его ладони остался легкий ожог в форме древнего рунического знака.

— Пустышка, говорите? — он хрипло рассмеялся, глядя на закрытую дверь. — Кажется, я нашел не невесту. Я нашел свою погибель.

Глава 2. Холодный хрусталь и горячая кровь.

Велес не шла — она летела по коридорам, едва касаясь носками туфель каменных плит. Ярость жгла изнутри сильнее, чем повреждённая Печать. Этот заносчивый ящер перешёл черту. Попытаться вскрыть её защиту прямо в учебном классе? Это было не просто наглостью, это было объявлением войны.

Ворвавшись в свою каморку, она первым делом задвинула тяжелый засов. Силы оставили её мгновенно. Велес сползла по двери на пол, прижимая обожжённое запястье к груди.

— Чёртов… чешуйчатый… индюк! — прохрипела она сквозь зубы.

Она осторожно стянула браслет. Кожа под ним выглядела пугающе: багровая, воспалённая, с тонкими белыми нитями магического ожога, которые складывались в хаотичный узор. Печать Пустоты была нестабильна. Воздух вокруг руки начал ощутимо вибрировать, а маленькая пыльная тумбочка у кровати вдруг мелко затряслась, грозя развалиться на части.

Велес знала: стандартные мази здесь не помогут. Ей нужно было заземлить излишки энергии.

— Так, Гранде, дыши. Представь, что это просто… очень большая порция карамели, которую надо переварить, — прошептала она, закрывая глаза.

Она сосредоточилась на боли, превращая её в тонкий ручеек. Используя остатки концентрации, Велес начала плести «Сетку поглощения». В воздухе перед ней зависли крошечные светящиеся символы. Если бы Клай их увидел, он бы понял, что перед ним не просто маг, а мастер высшего порядка, способный оперировать структурами на молекулярном уровне.

Она замкнула контур магического поля вокруг запястья, принудительно втискивая вырывающуюся силу обратно в резерв. Ожог на глазах начал бледнеть, сменяясь здоровой розовой кожей, хотя внутри всё ещё ныло так, будто по венам пустили битое стекло.

В этот момент в дверь неистово забарабанили.

— Велес! Ты там живая? Я принесла пирожки с вишней и список всех, кого нам стоит опасаться! Открывай, или я применю заклинание взлома, которое вычитала в запретной секции!

Велес вздрогнула. Марни.

Она быстро нацепила браслет назад, одернула рукав и, нацепив на лицо маску привычного безразличия, открыла дверь.

Марни ввалилась в комнату, балансируя с подносом, на котором возвышалась гора дымящейся выпечки, и огромным свитком, зажатым под мышкой.

— Ты бледная, как сахарная пудра, — констатировала артефакторша, сгружая добычу на кровать. — Рехнов тебя пытал? Пил твою кровь? Заставлял переписывать уставы Академии на драконьем диалекте?

— Хуже, — Велес тут же схватила пирожок, игнорируя то, что он обжигал пальцы. — Он пытался быть «заботливым». В своей манере.

— О-о-о, это опасно, — Марни серьезно поправила очки. — Когда Клай Рехнов проявляет интерес, это заканчивается либо разбитым сердцем, либо дуэлью на смерть. Но сейчас не об этом! У нас проблема поважнее его пучка.

Она с драматическим жестом развернула свиток. Это оказалась карта Академии, исчерченная стрелками и пометками.

— Слушай внимательно. Ты теперь — цель номер один. Весь женский состав факультета Боевой Магии во главе с Лисандрой воет от ярости. Они считают, что «пустышка» не достойна даже стоять в тени принца, не то что жить в его крыле.

— Лисандра? — Велес приподняла бровь, наслаждаясь вишневой начинкой. — Это та блондинка с лицом, будто она только что лимон целиком проглотила?

— Именно! Она — лучшая на потоке, её отец — правая рука короля, и она свято верит, что станет следующей королевой драконов. У неё сегодня вечером «собрание кружка вышивания» в столовой. На самом деле — это военный совет по твоему устранению.

Велес облизала пальцы от сладкого сиропа и хищно прищурилась.

— Военный совет, говоришь? А в столовой сегодня подают те черничные кексы с глазурью?

— Подают… но Велес, тебе туда нельзя! Они тебя живьем съедят. У них уровень магии зашкаливает, а ты… ну, официально ты не можешь даже свечку зажечь щелчком пальцев.

Велес поднялась, расправляя плечи. Дерзкая улыбка, та самая, которая так бесила Клая, снова расцвела на её губах.

— Марни, дорогая, ты забываешь одну вещь. У них есть магия, а у меня — полное отсутствие совести и очень сильное желание съесть кекс. К тому же, я обожаю сталкиваться с «лишними» людьми. Особенно если эти люди считают себя выше других.

— Ты собираешься туда пойти? — Марни выглядела одновременно напуганной и восхищенной.

— О нет, мы туда пойдем вместе, — Велес подмигнула подруге. — Ты будешь моим «хронографом» — записывай выражения их лиц. Это будет бесценно. И возьми побольше салфеток. Чувствую, вечер будет… марким.

Столовая Академии Высшей Магии.

Зал напоминал собор: высокие стрельчатые окна, парящие столы и длинные скамьи. В центре, за «золотым» столом, сидела элита. Лисандра, окруженная свитой из пяти девиц, величественно помешивала чай, не касаясь ложечкой стенок чашки — признак высшего пилотажа в этикете и контроле телекинеза.

Когда двери столовой распахнулись и внутрь вошла Велес в своей помятой серой форме, сопровождаемая мелко дрожащей Марни, гул голосов смолк.

— Смотрите-ка, — громко, на весь зал произнесла Лисандра, не оборачиваясь. — Мусор из западного крыла сам себя вынес в столовую. Интересно, она пришла просить объедки или надеется, что принц обронил здесь пуговицу, которую можно выгодно продать?

Велес даже не замедлила шаг. Она направилась прямиком к стойке с десертами, взяла самый большой черничный кекс и, развернувшись, направилась прямиком к золотому столу.

— Вообще-то, — звонко произнесла Велес, остановившись прямо напротив Лисандры, — я пришла проверить, правда ли, что местный чай вызывает такую кислую мину, или это у вас врожденное?

Лисандра медленно подняла взгляд. Её глаза светились нежно-голубым светом — признак того, что она уже готовит заклинание.

— Тебе стоит знать свое место, пустышка, — прошипела блондинка. — Ты — временная ошибка в планах драконов. Грязь на сапогах Клая.

— Грязь хотя бы полезная, на ней цветы растут, — Велес небрежно откусила кекс, крошки упали прямо на идеально чистую скатерть Лисандры. — А вот ты… ты как декоративная ваза. Красивая, пустая и жутко мешаешь, когда пытаешься пройти мимо. Кстати, у тебя заклинание левитации на чашке подрагивает. Стареешь?

Лисандра вскочила, её стул с грохотом отлетел назад.

— Да как ты смеешь… — она вскинула руку, и на кончиках её пальцев затрещали разряды молний.

Велес даже не моргнула. Она продолжала жевать кекс, глядя на боевого мага так, будто та была назойливой мухой. Внутри Велес Печать Пустоты радостно затрепетала, готовая поглотить любую направленную в неё магию и вернуть её отправителю с процентами.

— Ну же, — подзадорила Велес, подавшись вперед. — Покажи мне свои искорки. Только предупреждаю: я очень плохо реагирую на шум. Могу случайно уронить свой кекс… прямо тебе в декольте.

В зале повисла такая тишина, что было слышно, как на кухне капает вода. Все ждали взрыва. Лисандра дрожала от ярости, её магия была готова сорваться с цепи.

Но в этот момент в дверях столовой раздался знакомый, ленивый и бесконечно надменный голос:

— Лисандра, дорогая, ты разве не знаешь? Кормить животных с рук в Академии запрещено. Особенно таких… кусачих.

У входа стоял Клай Рехнов, скрестив руки на груди. Его карие глаза с золотым отливом насмешливо осматривали сцену, но Велес заметила, как его взгляд на долю секунды задержался на её губах, испачканных черничным джемом.

Клай медленно отделился от дверного косяка и неспешной, хищной походкой направился к «золотому» столу. Студенты расступались перед ним, как волны перед килем корабля. Лисандра, почуяв поддержку, мгновенно сменила гнев на маску благородной обиды. Она опустила руку, гася молнии, и преданно взглянула на принца.

— Клай, ты только посмотри на это, — пропела она, указывая на крошки на скатерти. — Эта… особа совершенно не знает правил приличия. Она оскорбляет честь факультета своим присутствием.

Клай остановился рядом с Лисандрой, почти касаясь её плеча, и перевёл взгляд на Велес. Его лицо было непроницаемым, а губы искривились в той самой заносчивой усмешке, от которой Велес хотелось что-нибудь разбить. Желательно — об его голову.

— Ты права, Лисандра, — холодно произнёс Клай, не сводя глаз с Велес. — Гранде всегда была прямолинейной до глупости. Видимо, отсутствие искры магии она пытается компенсировать избытком яда в словах. Это… прискорбно.

Он протянул руку и аккуратно, почти ласково, поправил локон на плече Лисандры. Блондинка буквально расцвела, бросив на Велес торжествующий, уничтожающий взгляд.

— Тебе стоит извиниться, Велес, — добавил Клай, и в его голосе прозвучал металл. — Ты гостья в этом зале. И ты здесь на правах… младшей.

Велес почувствовала, как внутри неё что-то оглушительно хрустнуло. Это не была Печать — это было её терпение. Она медленно прожевала последний кусок кекса, аккуратно вытерла пальцы о салфетку и сделала шаг навстречу Клаю, сокращая дистанцию до опасного минимума.

— Извиниться? — переспросила она, и в её голосе зазвучал опасный смех. — Мастер Рехнов, вы, кажется, перепутали меня со своей покорной свитой. Если ваша подружка расстроилась из-за пары крошек, возможно, ей стоит проводить больше времени за учебниками, а не за полировкой своего эго. Оно и так блестит, как лысина старого завхоза.

Лисандра ахнула, а по залу пролетел шквал шепотков. Клай же лишь сузил глаза. Его забавляла её ярость, он буквально подпитывался ею.

— Хватит, — резко оборвал он, и магическая волна его голоса заставила стаканы на столах мелко зазвенеть. — Ты забываешься, Велес. Ты здесь не для того, чтобы устраивать кухонные баталии.

Он внезапно шагнул вперёд, обхватил её за талию и с силой притянул к себе. Велес вскрикнула от неожиданности, её ладони упёрлись в его твёрдую грудь, под которой бешено и мощно билось сердце дракона.

— Но раз уж ты так жаждешь внимания… — Клай повернулся к притихшему залу, не выпуская Велес из стального захвата. Его голос теперь звучал громогласно, заполняя каждый уголок столовой. — Слушайте все! Эта девушка — не просто «пустышка», присланная из милости. Согласно древнему пакту крови, она — моя официальная невеста. Единственная, кто имеет право на моё имя и моё пламя.

Лисандра побледнела так, что стала практически прозрачной. Её чашка с чаем, которую она удерживала левитацией, с грохотом упала на стол, заливая скатерть тёмной жидкостью.

— Клай… что ты такое говоришь? — пролепетала она.

— Я говорю о правах собственности, — Клай наклонился к Велес, его дыхание опалило её губы. Он намеренно игнорировал её попытки вырваться. — С этого момента любое оскорбление в её адрес будет считаться личным оскорблением дома Рехнов. Она принадлежит мне. Каждая её дерзкая мысль, каждая рыжая прядь… и каждый съеденный ею кекс.

Велес задохнулась от возмущения. Он не просто объявил о помолвке — он публично поставил на ней клеймо, как на породистой кобыле.

— Я тебе не принадлежу, — прошипела она ему в самое лицо, чувствуя, как Печать на запястье начинает вибрировать от ярости. — Поставь. Меня. На землю.

— Тише, куколка, — прошептал он ей на ухо так, чтобы слышала только она. — Ты же хотела шоу? Ты его получила. Теперь вся Академия будет следить за каждым твоим шагом. Посмотрим, как долго ты сможешь скрывать свою «пустоту» под таким прицелом.

Он резко отпустил её, и Велес едва устояла на ногах. Клай окинул зал напоследок властным взглядом, задержался на плачущей Лисандре и, ни слова больше не сказав, развернулся и вышел из столовой.

Велес стояла посреди зала, чувствуя на себе сотни взглядов, в которых теперь читалась не просто насмешка, а жгучая, смертоносная ненависть пополам с завистью.

— Ну что, записала? — хрипло спросила она Марни, которая стояла с открытым ртом, выронив свой свиток.

— Велес… — Марни с трудом сглотнула. — Тебе конец. Лисандра тебя теперь не просто проклянет, она тебя в порошок сотрет. И Клай… он только что превратил тебя в самую желанную мишень в королевстве.

Велес медленно выпрямилась, поправляя смятую форму. В её глазах, обычно тёмно-зелёных, на мгновение вспыхнул изумрудный огонь, который мог бы испугать даже самого Клая.

— Пусть пробуют, — отрезала она. — Но если этот дракон думает, что «присвоил» меня, он скоро узнает одну простую истину: у него не хватит золота, чтобы оплатить счета, которые я ему предъявлю за это выступление.

Она подхватила со стола ещё один кекс — на этот раз с шоколадной крошкой — и гордо вышла из столовой, оставляя за собой шлейф из разрушенных репутаций и назревающего скандала, который завтра станет главной новостью всей магической академии.

Вечер того же дня. Западное крыло.

Велес сидела на подоконнике, глядя на луну. Запястье под браслетом больше не болело — оно пульсировало в ритм её мыслям. Клай Рехнов объявил войну. Он думал, что зажал её в угол, выставив на всеобщее обозрение.

Но он не учёл одного: в тени действовать удобно, но когда на тебя направлены все софиты, ты можешь ослепить своих врагов одним единственным всплеском света.

— Ну что ж, мастер Рехнов, — прошептала она, откусывая шоколад. — Играем по твоим правилам. Но победа будет за «пустышкой».

В дверь тихо поскреблись. Это не была Марни. Это был звук когтей по дереву.

Велес замерла, прислушиваясь к странному скрежету. В голову лезли мысли о наемных убийцах Лисандры или о шпионах Клая, но звук был слишком… приземленным. Когда она рывком открыла дверь, готовая обрушить на незваного гостя если не магию, то хотя бы тяжелый подсвечник, её взгляд упал вниз.

На пороге, задрав пушистый хвост, стоял огромный рыжий котяра. Его шерсть по цвету точь-в-точь совпадала с волосами Велес, а на морде застыло выражение такого глубокого презрения к окружающему миру, что девушка невольно прониклась симпатией.

— О, — Велес опустила подсвечник. — Ты тоже пришел объявить меня своей собственностью или просто ищешь, где дают кексы?

Кот вместо ответа просочился в комнату между её ног, по-хозяйски запрыгнул на кровать и принялся обнюхивать обертку от шоколада.

— Его зовут Рык, — раздался тихий голос из коридора. Это была Марни, выглядывающая из-за угла. — Он живет в Академии сам по себе. Говорят, он потомок фамильяров основателей. И он… ну, он никогда не заходит к адептам. Тем более к «пустышкам».

Кот тем временем свернулся клубком прямо на подушке Велес и издал звук, напоминающий рокот небольшого магического двигателя.

— Потомок основателей, значит? — Велес закрыла дверь и подошла к кровати. Она протянула руку, и Рык, вопреки своей репутации, боднул её ладонь головой, громко мурлыкнув. — Ну что ж, Рык. Добро пожаловать в клуб «Рыжие против системы». Учти, на завтрак у нас месть, а на ужин — заварные пирожные.

Пять часов утра. Тренировочный полигон.

Мир еще утопал в предрассветных сумерках. Туман стелился по земле густыми белыми прядями, а воздух был таким холодным, что каждое дыхание вырывалось облачком пара. Велес стояла в центре арены, облаченная в тренировочный костюм из плотной кожи, который безбожно стягивал грудь. Она чувствовала себя сонной, злой и катастрофически недокормленной.

Клай Рехнов уже ждал её. Он выглядел вызывающе бодрым. Его русые волосы всё так же были собраны в безупречный пучок, а на руках не было перчаток, открывая длинные пальцы, на которых то и дело проскакивали золотистые искры.

— Опаздываешь, Гранде, — произнес он, не оборачиваясь. — На целых тридцать секунд. В боевых условиях ты бы уже была мертва.

— В боевых условиях я бы не вставала в такую рань, — огрызнулась Велес, подавляя зевок. — И вообще, зачем «пустышке» тренировка на магическом полигоне? Будем учиться красиво падать, когда в меня прилетит файербол?

Клай резко развернулся. Его взгляд был жестким, лишенным вчерашней насмешливости.

— Ты моя невеста. Публично. А значит, ты — слабое звено. Лисандра — лишь верхушка айсберга. Половина королевства захочет проверить, насколько ты «пустая». Моя задача — сделать так, чтобы ты не сдохла в первую же неделю.

Он взмахнул рукой, и вокруг Велес из земли вырвались четыре каменных столба, окружив её в тесное кольцо.

— Магии у тебя нет, — Клай начал медленно обходить её по кругу. — Но у тебя есть тело. И рефлексы. Сегодня мы проверим твой предел. Я буду атаковать тебя простыми импульсами — «Малыми Точками». Они не убивают, но бьют как хороший удар хлыстом. Твоя задача — уворачиваться.

— А если я не захочу? — Велес выпрямилась, чувствуя, как Печать на запястье отзывается на близость его ауры.

— Тогда тебе будет больно.

Без предупреждения он вскинул кисть. Тонкий луч золотистого света со свистом рассек воздух, целясь ей в плечо. Велес инстинктивно пригнулась, совершая резкий перекат в сторону. Камень за её спиной жалобно звякнул.

— Неплохо, — прокомментировал Клай, посылая второй импульс, на этот раз под ноги. — Но медленно. Твоя масса тела распределена неверно. Ты заваливаешься на пятки.

— Моя масса распределена идеально, это у тебя совесть весит слишком мало, вот ты и летаешь! — выкрикнула Велес, чудом увернувшись от третьего луча, который опалил ей край куртки.

Клай усмехнулся. Он начал наращивать темп. Лучи летели один за другим, плетя вокруг девушки золотую сеть. Велес двигалась на грани человеческих возможностей. Внутри неё бурлила ярость, требуя выхода. Её дар, запертый Печатью, рвался наружу, резонируя с атаками Клая.

В какой-то момент Клай решил поиграть. Он послал сразу три импульса веером. Велес поняла: уйти не успеет.

Её сознание на долю секунды провалилось в то состояние, которое дед называл «Точкой Зеро». Время растянулось. Она видела траекторию каждого луча. И вместо того, чтобы прыгнуть, она просто… сделала неуловимое движение бедром и плечом, пропуская магию в миллиметрах от кожи.

Но один из импульсов задел её браслет.

Раздался резкий, сухой звук, похожий на звон разбитого хрусталя. На мгновение воздух вокруг Велес исказился, поглощая свет. Гравитация в радиусе трех метров просто исчезла: мелкие камни и пыль взмыли вверх, зависнув в вакуумной тишине.

Клай замер, его глаза расширились. Он почувствовал это — короткий, мощный выброс ничего. Не магии, а её отсутствия, которое было сильнее любого пламени.

Через секунду всё вернулось в норму. Камни упали. Велес стояла, тяжело дыша, прижимая руку к груди. Браслет был раскален.

— Что это было? — Клай в два шага преодолел расстояние между ними и схватил её за плечи. — Гранде, что ты сделала? Мой импульс не просто пролетел мимо, он… исчез.

— Я… я просто увернулась, — Велес заставила себя посмотреть ему прямо в глаза, хотя её зрачки всё еще были расширены от адреналина. — Наверное, твой «Малый Ток» просто бракованный. Как и твои методы обучения.

Клай не слушал. Он прижал её к одному из столбов, блокируя все пути к отступлению. Его лицо было в сантиметрах от её, и на этот раз в его взгляде не было заносчивости — только опасный, исследовательский голод.

— Ты не пустышка, Велес, — прошептал он, и его голос вибрировал от осознания. — Ты — нечто гораздо более опасное. Ты — воронка.

Его рука медленно потянулась к её браслету.

— Если ты сейчас это сделаешь, — Велес выдохнула, чувствуя тепло его тела и запах грозы, — я не просто оскорблю тебя. Я клянусь, я укушу тебя так сильно, что ты забудешь, как превращаться в дракона.

Клай остановил руку. Его губы тронула странная, почти нежная улыбка.

— Прямолинейная. Кусачая. И пахнешь черникой и опасностью, — он наклонился еще ближе, так что их носы соприкоснулись. — Знаешь, Велес Гранде… кажется, мне впервые в жизни по-настоящему нравится моя невеста. Именно потому, что она может меня уничтожить.

В этот момент на полигон выбежала запыхавшаяся Марни.

— Мастер Рехнов! Велес! Там… там в главном холле! Королевский гонец! Срочный вызов на Совет Пакта!

Клай медленно отстранился, не сводя глаз с Велес, словно боялся, что она исчезнет.

— Идем, — коротко бросил он. — Шоу продолжается. Но запомни, куколка: на следующем занятии я всё равно узнаю, что ты прячешь под этим серебром.

Велес лишь молча поправила воротник, чувствуя, как Рык, который невесть как оказался на краю арены, согласно и зловеще мяукнул.

Глава 3. Совет Пакта и вкус пепла.

Зал Совета Пакта напоминал нутро огромного ископаемого ящера: сводчатые потолки из костей древних драконов, витражи, изображающие подписание мирного договора, и тяжелый запах ладана и старой магии. В центре, за полукруглым столом, сидели старейшины — пять величественных старцев в мантиях цвета запекшейся крови.

Велес вошла следом за Клаем. Её каблуки чеканили шаг по мрамору, а спина была прямой, как натянутая струна. Она чувствовала себя экспонатом в музее анатомии, особенно под взглядом отца Лисандры — лорда Валориуса, который сидел по правую руку от верховного судьи.

— Принц Клай из дома Рехнов, — проскрежетал верховный судья Ортен. — Мы собрались здесь, так как чистота пакта поставлена под сомнение. Нам поступили сведения, что твоя невеста, Велес Гранде, не просто лишена дара, но и проявляет вопиющее неуважение к традициям Академии.

Клай замер в центре зала, сложив руки за спиной. Его фигура излучала ледяное спокойствие.

— Неуважение? — переспросил он с легкой тенью иронии. — Если вы называете неуважением наличие собственного мнения, то боюсь, мы все здесь виновны.

— Не паясничай, Клай! — лорд Валориус ударил кулаком по столу. — Девушка — пустышка. Брак с ней — пустая формальность, которая не даст королевству сильных наследников. Мы предлагаем тебе расторгнуть этот нелепый союз.

Старейшина Ортен кивнул.

— Согласно дополнению к пакту, если неодаренная невеста признается «непригодной по характеру», её может заменить старшая дочь знатного рода с высшим уровнем магического резонанса.

Двери за спиной Велес распахнулись, и в зал вошла Лисандра. Она выглядела безупречно: белое платье, подчеркивающее её чистоту, и мягкий голубой ореол магии вокруг головы. Она склонилась в изящном реверансе, бросив на Клая взгляд, полный надежды и фальшивой покорности.

— Лисандра Валориус готова принять бремя союза, — торжественно провозгласил её отец. — Клай, откажись от этой девчонки. Зачем тебе камень на шее, когда ты можешь получить крылья?

Велес почувствовала, как внутри неё закипает холодная ярость. Она посмотрела на Клая. Сейчас был идеальный момент для него — он мог избавиться от «проблемной» невесты и получить идеальную куклу.

Клай медленно повернулся к Лисандре, оглядел её с головы до ног так, будто она была несвежим блюдом, и снова посмотрел на Совет.

— Отказаться? — Клай вдруг рассмеялся, и этот звук заставил пламя в факелах дрогнуть. — Вы предлагаете мне сменить редкий, пусть и дикий алмаз на кусок крашеного стекла? Лисандра предсказуема. Её магия — это учебник, который я вызубрил еще в детстве.

Он подошел к Велес, и, к её полному изумлению, собственническим жестом положил ладонь ей на затылок, заставляя прижаться к своему боку.

— Я не расторгну помолвку. Велес Гранде принадлежит мне по праву пакта и по моему личному выбору. А что касается «сильных наследников»… поверьте, её характер — это то, чего нашему роду не хватало последние сто лет.

В зале повисла гробовая тишина. Лисандра покраснела от унижения, а её отец буквально затрясся от злости.

— Хорошо, — голос судьи Ортена стал сухим и жестким. — Если ты так настаиваешь на её «ценности», мы воспользуемся древним правом проверки. Раз она неодаренная, она должна доказать, что её дух крепок настолько, чтобы выдержать близость драконьего пламени.

— О чем вы? — Велес впервые подала голос, её глаза недобро сузились.

— Испытание Слепого Лабиринта, — произнес Валориус с хищной улыбкой. — В подземельях Академии есть пещеры, наполненные первородным эфиром. Для магов это место силы. Для «пустышек» — это место, где их разум выжигается дотла, если в них нет истинной стержня. Если она выйдет оттуда через три часа, мы признаем брак.

— Это самоубийство! — Клай мгновенно напрягся, его пальцы на затылке Велес судорожно сжались. — Пустышки не выживают в эфирных пещерах, их нервная система просто сгорает.

— Ты сам сказал, что она особенная, Клай, — вкрадчиво заметил Ортен. — Или ты лгал Совету?

Велес почувствовала, как под браслетом на запястье снова запульсировал жар. Эти старики хотели её смерти. Лисандра хотела её смерти. А Клай… Клай впервые выглядел по-настоящему обеспокоенным. И это задело её сильнее всего.

Она сделала шаг вперед, вырываясь из хватки принца.

— Я согласна, — четко произнесла она.

— Велес, замолчи, — приказал Клай, хватая её за руку. — Ты не понимаешь, что это за место. Эфир ищет пустоту, чтобы заполнить её. Он разорвет тебя изнутри.

— Уж лучше пусть меня разорвет эфир, чем я буду слушать, как эти напыщенные индюки обсуждают мою «пригодность», — Велес вырвала руку и посмотрела на судей. — Где ваш лабиринт? Только предупреждаю: если я оттуда выду, я заберу с собой пару сувениров. И не факт, что вам это понравится.

— Завтра на закате, — объявил Ортен. — Готовься к встрече с истиной, пустышка.

Когда они вышли из зала, Клай буквально втащил Велес в нишу за одной из статуй. Его лицо было бледным, а золотые искры в глазах метались, как пойманные молнии.

— Ты хоть понимаешь, что ты наделала?! — прошипел он, вжимая её в стену. — Это не тренировка на полигоне. В лабиринте нет воздуха, там только магия в чистом виде. Ты сгоришь за пять минут!

Велес посмотрела на него снизу вверх. Она видела его страх — настоящий, неприкрытый. И в этот момент она поняла: он не просто боится потерять «собственность». Он боится за неё.

— Слушай меня внимательно, чешуйчатый, — она ткнула пальцем ему в грудь. — Ты сегодня не отказался от меня перед этими стариками. Это было… благородно. Или очень глупо. Но я не собираюсь умирать.

Она вдруг потянулась к его лицу и, прежде чем он успел отстраниться, провела пальцем по его нижней губе, на которой запеклась капелька крови от того, как он её прикусил.

— Ты сказал, что я — воронка. Так вот, пришло время проверить, сколько магии может поглотить эта «пустышка», прежде чем у неё начнется изжога.

— Велес… — он перехватил её руку, прижимая её ладонь к своим губам. — Если ты не выйдешь… я сожгу этот Совет к чертям собачьим.

— Оставь это на десерт, — подмигнула она. — А сейчас найди мне что-нибудь сладкое. Мне нужны калории, чтобы не сжечь всё королевство раньше времени.

Вход в Слепой Лабиринт напоминал разверстую пасть окаменевшего левиафана. Оттуда тянуло холодом и странным, металлическим привкусом — так пахнет чистый эфир, когда его концентрация превышает все допустимые нормы.

Клай стоял у самого края запретной черты. Его пальцы так сильно сжимали эфес церемониального меча, что костяшки побелели. Он выглядел так, будто готов был в любой момент броситься вслед за Велес, наплевав на законы Пакта и статус принца.

— Если через десять минут ты не подашь сигнал, я обрушу этот свод, — прошептал он, поймав её взгляд. — Слышишь меня, Гранде? Плевать на совет.

Велес лишь поправила свой кожаный браслет.

— Меньше драмы, Рехнов. И не смей портить архитектуру, мне здесь ещё учиться.

Она шагнула в темноту.

Внутри Лабиринта не было стен в обычном понимании. Это было пространство искривлённой реальности, где магические потоки сплетались в плотные жгуты. Эфир здесь был настолько густым, что его можно было потрогать. Для любого мага это было бы испытанием на проводимость, но для «пустышки» это должно было стать смертельным прессом.

Согласно расчётам магического давления: Где P {ether} — давление на ауру, стремящееся раздавить неодарённого человека.

Но Велес не была неодарённой. Она была Аномалией.

Как только первая волна эфира ударила ей в грудь, Печать на её запястье радостно взвизгнула. Внутренняя Пустота Велес, вечно голодная и сжатая до предела, распахнулась навстречу потоку. Она не сопротивлялась давлению — она начала его впитывать.

— М-м-м, — Велес зажмурилась от удовольствия. — На вкус как шипучий лимонад, только без газа.

Она шла по Лабиринту, лениво перешагивая через «ловушки», которые должны были вызывать галлюцинации. Всплески эфира пытались проникнуть в её сознание, но натыкались на абсолютную, ледяную тишину её разума. Для внешнего наблюдателя — если бы кто-то мог заглянуть внутрь сквозь охранные кристаллы — Велес выглядела как тёмное пятно, вокруг которого магия просто аннигилировалась.

Она даже нашла в кармане забытую карамельку. Развернула фантик, бросив его в гущу эфирного вихря (который тут же его испепелил), и пошла дальше, насвистывая под нос весёлый мотивчик.

Она вышла из Лабиринта ровно через три часа. Ни одна прядь её рыжих волос не выбилась из косы. Кожа была чистой, а дыхание — ровным. Она выглядела так, будто просто прогулялась за хлебом, а не провела время в самом опасном подземелье королевства.

Совет замер. Лисандра, надеявшаяся увидеть если не труп, то хотя бы пускающую слюни безумную калеку, судорожно вцепилась в край стола.

— Невозможно… — выдохнул лорд Валориус. — Она должна была сгореть в первые пять минут!

Велес остановилась перед старейшинами и скучающе зевнула.

— Извините, там было довольно душно. Это и всё испытание? Я ожидала чего-то более… — она покрутила рукой в воздухе, — эффектного. У вас там даже летучих мышей нет, скукота.

Судья Ортен медленно поднялся, глядя на неё с суеверным ужасом. Он не видел в ней магии. Сфера, установленная на выходе, не зафиксировала ни единого всплеска. Для всех она осталась «пустышкой». Но «пустышкой», которая оказалась прочнее алмаза.

— Испытание пройдено, — голос судьи дрожал. — Пакт подтвержден. Велес Гранде признана достойной союза с домом Рехнов. Совет… оставляет вас в покое. Пока что.

Клай перехватил её уже в саду, подальше от лишних ушей. Он схватил её за плечи и резко развернул к себе. Его глаза горели золотым огнем, а грудь тяжело вздымалась.

— Как?! — выдохнул он. — Ни один человек без искры не может выйти оттуда в здравом уме. Что ты сделала, Велес?

Она медленно отстранилась, поправляя воротник. Её взгляд стал холодным и прямым, как лезвие кинжала. Игра в «милую дурочку» закончилась.

— Я просто очень не люблю, когда мне указывают, где мне гореть, а где сиять, — отрезала она.

Она сделала шаг к нему, и на мгновение Клаю показалось, что это не он — великий дракон, а она — хищник, который лишь временно позволяет ему дышать одним воздухом с собой.

— Слушай меня, Клай Рехнов, — её голос был тихим, но в нём слышался скрежет стали. — Ты победил в этом раунде. Ты сохранил свою «собственность» и утер нос совету. Но не вздумай обольщаться.

Она коснулась пальцем его груди, прямо над сердцем.

— Наша игра в кошки-мышки только начинается. Я буду идеальной невестой. Я буду ходить на твои уроки и терпеть твои замашки. Но я буду ждать. Ждать того дня, когда ты сам поймешь, что я — это слишком большой кусок, который ты не сможешь проглотить. Ты сам захочешь от меня отказаться. Ты сам разорвешь этот контракт. И вот тогда… я наконец-то стану свободной. И уйду, не оглядываясь.

Клай смотрел на неё, и его надменная маска на мгновение треснула, обнажая что-то похожее на азарт и… восхищение.

— Ты думаешь, я так просто отпущу сокровище, которое способно сожрать эфирный лабиринт на завтрак? — он перехватил её руку и запечатлел на запястье, прямо над браслетом, обжигающий поцелуй. — Ты ошибаешься, куколка. Теперь я точно тебя никуда не отпущу.

— Посмотрим, — Велес выдернула руку. — Но помни: драконы любят золото, а я люблю сладости. И мои аппетиты могут обойтись тебе слишком дорого.

Когда она наконец дошла до своей комнаты в западном крыле, её встретил Рык, который недовольно мяукнул, требуя внимания.

Марни подскочила с кровати так резко, что чуть не сбила лампу.

— Велес! Ты жива! О боги, я уже собирала петицию к королю!

— Спокойно, Марни. Я просто немного прогулялась, — Велес устало опустилась на стул.

— Я знала, что ты справишься! — Марни засияла и вытащила из-под подушки бережно завернутый сверток. — Вот. Я выменяла это у повара на факультете алхимии. Это редчайший темный шоколад с солью и лепестками огненной розы. Специально для победительницы!

Велес развернула обертку. Аромат был божественным — горький, глубокий, с легкой ноткой магии. Она отломила кусочек, и блаженство разлилось по телу, окончательно успокаивая бушующую внутри Пустоту.

— Спасибо, Марни. Это именно то, что мне было нужно, чтобы не прибить нашего принца прямо сегодня.

Она откинулась на спинку стула, жуя шоколад и глядя на Печать на запястье. Жизнь в Академии возвращалась в свое русло — по крайней мере, внешне. Но Велес знала: это было лишь затишье перед бурей.

Клай Рехнов думал, что приручил монстра. Но он даже не догадывался, что монстр в этой комнате только что съел шоколадку и планирует его следующее поражение.

Пока Велес наслаждалась шоколадом в своей комнате, на другом конце Академии, в башне факультета Боевой Магии, воздух буквально искрился от ненависти.

Лисандра Валориус стояла перед зеркалом, но видела не свое отражение, а лицо той рыжей девчонки, которая посмела её унизить. Руки блондинки дрожали, а на столе перед ней покоилась шкатулка из кости черного мамонта.

— Она не могла выжить. Это статистическая невозможность, — прошипела Лисандра, открывая крышку. — Если она «пустышка», её должен был расщепить первый же вихрь. Значит, она использует какой-то артефакт. Или она… обманка.

Внутри шкатулки, на красном бархате, лежал предмет, за хранение которого в Королевстве Драконов полагалось пожизненное заключение в ледяных казематах. «Игла Шепчущей Тени».

Это был тонкий, почти прозрачный кристалл, внутри которого пульсировала угольно-черная вена. Артефакт не атаковал магией. Он работал иначе: он искал «пустоты» и слабые места в защите, проникая прямиком в сознание, чтобы вывернуть наизнанку всё, что человек скрывает. Для неодаренного это означало мгновенное безумие. Для мага — потерю контроля над силой.

— Если ты так любишь пустоту, Гранде, — губы Лисандры искривились в жуткой улыбке, — посмотрим, как ты справишься с Бездной.

На следующее утро небо над Академией затянуло тяжелыми свинцовыми тучами. Велес, вопреки своим ожиданиям, проснулась в прекрасном расположении духа. Рык спал у неё в ногах, а в кармане мантии обнаружилась еще одна горсть засахаренных орехов.

Она шла на урок «Истории Мироздания», лениво переругиваясь с Марни по поводу того, какой крем в эклерах вкуснее — ванильный или шоколадный.

— Шоколадный — это классика, Велес! Ваниль слишком… скучно, — доказывала Марни, поправляя очки.

— Скучно — это когда у тебя нет воображения, — парировала Велес. — Ваниль подчеркивает вкус теста, а шоколад просто всё забивает своей…

Она резко замолчала. Шестое чувство, обостренное годами скрытности, заставило её волосы на затылке встать дыбом. В узком переходе между библиотекой и лекционным залом было подозрительно тихо.

— Марни, иди вперед. Я… кажется, забыла в комнате свой блокнот.

— Но у тебя никогда нет блокнота, ты записываешь всё на салфетках! — удивилась подруга.

— Именно поэтому я забыла его с особой тщательностью. Иди! — Велес легонько подтолкнула Марни, и та, пожав плечами, скрылась за поворотом.

Велес медленно обернулась. В тени колонн стояла Лисандра. На этот раз на ней не было маски благородной девицы. Её взгляд был безумным, а в правой руке она сжимала что-то, что источало холод, ощутимый даже на расстоянии пяти шагов.

— Хватит прятаться, мышка, — голос Лисандры сорвался на хрип. — Ты думала, что Клай тебя защитит? Что Совет тебя признал? Ты — ошибка в уравнении. И я сейчас её исправлю.

Она сделала резкое движение кистью. «Игла Шепчущей Тени» сорвалась с её пальцев. Она не летела как снаряд — она плыла сквозь пространство, разрезая саму реальность.

Велес мгновенно оценила угрозу. Это была не стихийная магия, которую она могла бы просто впитать. Это была информационная энтропия, упакованная в физический носитель.

Игла коснулась плеча Велес.

Мир мгновенно погас. Коридоры Академии исчезли, сменившись бесконечным ледяным ничто. Тысячи голосов зашептали ей в уши: «Ты никто. Твоя сила тебя убьет. Клай тебя уничтожит. Ты — пустое место…»

— Ой, да замолчите вы, — вслух произнесла Велес в этой пустоте. — У меня от вашего шепота мигрень начинается.

Она сконцентрировалась на Печати на запястье. Игла пыталась вытянуть её тайну, взламывая замки один за другим. Внутренняя Пустота Велес, почувствовав чужака, не испугалась. Она… обрадовалась.

— Ты пришла сюда, чтобы съесть мои секреты? — Велес усмехнулась, чувствуя, как под браслетом разливается не жар, а абсолютный, космический холод. — Плохая идея. Здесь я — тот, кто ест.

Она резко распахнула свои ментальные щиты. Не полностью — ровно настолько, чтобы Игла провалилась внутрь её резерва.

В реальности Лисандра увидела нечто, от чего её лицо исказилось в гримасе ужаса. Черный кристалл, коснувшись плеча рыжей девушки, не вонзился в плоть. Он начал… таять. Велес Гранде стояла неподвижно, её глаза на мгновение стали абсолютно черными, без зрачков и радужки. Вся мощь запретного артефакта всасывалась в неё, как вода в сухую землю.

— Вкусно, — выдохнула Велес, открывая глаза. В них всё еще плясали темные искры. — Но маловато. У тебя есть еще?

Игла Шепчущей Тени рассыпалась серым пеплом у её ног. Лисандра пошатнулась, её собственная магия, связанная с артефактом, болезненно отозвалась в груди.

— Ты… что ты такое?! — закричала блондинка, отступая назад. — Ты не человек! Ты демон!

— Я — голодная студентка, — Велес сделала шаг к ней, и Лисандра в ужасе споткнулась, падая на пол. — И ты только что испортила мне настроение. А когда я не в духе, я начинаю говорить лишнее. Например, о том, что использование запрещенных артефактов карается изгнанием. Как думаешь, твой папочка оценит такой позор?

— Ты ничего не докажешь… пепел… — Лисандра лихорадочно пыталась собрать остатки магии.

— Доказывать буду не я, — раздался за их спинами голос, от которого у обеих девушек мороз прошел по коже.

Клай Рехнов стоял в конце коридора. Его вид был страшен. Русые волосы растрепались, камзол расстегнут, а вокруг него клубилось видимое золотое марево драконьего гнева. Он почувствовал всплеск темной магии и явился так быстро, что, кажется, прошел сквозь стены.

— Лисандра Валориус, — Клай подошел к ним, и каждый его шаг отдавался глухим ударом в полу. — Я предупреждал. Я говорил, что она принадлежит мне.

Он посмотрел на пепел у ног Велес, затем на саму Велес. Его взгляд на секунду смягчился, проверяя её на наличие ран, но затем снова стал ледяным.

— Мастер Рехнов, она… она использовала темную магию, чтобы уничтожить мой семейный артефакт! — взвизгнула Лисандра, пытаясь перевернуть ситуацию.

Клай даже не посмотрел на неё. Он подошел к Велес, взял её за руку — ту самую, на которой был браслет, — и поднес к своему лицу. Он почувствовал остаточную вибрацию Тени, которую она только что поглотила.

— Семья Валориус будет лишена всех титулов в Академии к закату, — тихо произнес Клай. — А ты, Лисандра, отправишься домой под конвоем. Прямо сейчас.

— Клай, нет! — Лисандра зарыдала, но появившиеся из ниоткуда стражи-маги уже подхватили её под локти.

Когда коридор опустел, Клай не отпустил руку Велес. Он прижал её к своей стене, блокируя выход своим телом.

— Ты хоть понимаешь, насколько ты сумасшедшая? — прошипел он, глядя ей в глаза. — Ты поглотила Тень. Прямым контактом. Твои мозги должны были превратиться в кашу.

Велес вздохнула и аккуратно вытащила из его кармана (который он так удачно подставил) небольшую плитку мятного леденца.

— Мои мозги в полном порядке, мастер Рехнов. А вот ваш воротник снова помят. Вы слишком нервничаете из-за пустяков.

— Из-за пустяков?! — Клай почти зарычал, но вместо того, чтобы разозлиться, он вдруг прижался лбом к её лбу. — Ты — самая невыносимая женщина из всех, кого я встречал. И самая опасная.

— Это вы еще не видели меня в очереди за пончиками, — пробормотала Велес, чувствуя, как близость Клая заставляет её Пустоту внутри довольно мурлыкать. — Так что там с изгнанием Лисандры? Это было эффектно. Вы тренировались перед зеркалом?

Клай хрипло рассмеялся.

— Пойдем, «пустышка». Нам нужно обсудить твою диету. Кажется, тебе пора переходить с кексов на что-то более… существенное. Например, на правду.

— Правда невкусная, — отрезала Велес. — Но раз уж вы настаиваете… проводите меня до столовой. У меня после поглощения древних артефактов всегда просыпается зверский аппетит.

Клай посмотрел на неё с такой смесью любви и желания придушить, что Велес поняла: их игра в кошки-мышки переходит на новый, куда более горячий уровень.

Глава 4. Синхронизация и горечь сахара

После инцидента с Иглой Шепчущей Тени по Академии поползли слухи. Студенты теперь провожали Велес не смешками, а опасливым молчанием. Лисандру вывезли из ворот в закрытой карете, а Клай… Клай стал напоминать тень, преследующую Велес на каждом шагу.

Вечер застал её в уединённой оранжерее факультета Высшей магии. Клай вызвал её туда письмом, которое пахло дымом и дорогим пергаментом.

— Ты опоздала на пять минут, — раздался его голос из густых зарослей светящихся папоротников.

— Я искала свои приоритеты, — Велес вышла на свет магических ламп. — Оказалось, они лежали на дне чашки с чаем. Зачем я здесь, мастер Рехнов? У меня по плану было ничегонеделание.

Клай стоял у фонтана, его мундир был расстёгнут, а в глазах плескалось золото.

— Ты поглотила Тень, Велес. Твой резерв сейчас напоминает перегретый котел. Если мы не синхронизируем твою «пустоту» с моим пламенем, ты просто… — он сделал шаг к ней, — выгоришь.

— Опять забота? — она вскинула бровь. — Или вам просто нужен повод подойти поближе?

— И то, и другое, — прямолинейно ответил он.

Он подошёл вплотную. В оранжерее было душно, пахло влажной землей и ночными цветами. Клай взял её за руки, переплетая свои пальцы с её. Велес почувствовала, как от его ладоней исходит не просто жар, а пульсация — ритм сердца дракона.

— Закрой глаза, — прошептал он. — Впусти моё пламя. Оно не обожжёт, если ты перестанешь сопротивляться.

Клай притянул её к себе. Его дыхание коснулось её шеи, а магия начала медленно перетекать из его рук в её вены. Это было слишком интимно. Это было похоже на чтение её самых сокровенных мыслей. Велес почувствовала, как внутри неё пробуждается её собственный дар, отвечая на зов дракона. Но вместе с этим пришло чувство потери контроля.

Ей казалось, что он проникает за все её барьеры, вырывая право быть собой.

Когда его губы оказались в миллиметре от её виска, а рука собственнически скользнула по талии, Велес резко распахнула глаза. В них полыхнула изумрудная стужа.

— Достаточно, — она с силой упёрлась ладонями в его грудь и оттолкнула так, что он пошатнулся.

— Велес? — Клай выглядел ошеломлённым. Его аура всё ещё пылала золотом.

— Ты не проверяешь совместимость, Клай, — она поправила сбившийся воротник, её голос дрожал от сдерживаемого гнева. — Ты пытаешься меня «приручить». Влезть в мою голову, пометить своей магией, как территорию. Мне это не нравится.

— Я пытаюсь спасти тебя от твоей же силы! — его голос тоже стал громче, заносчивость вернулась на место. — Ты не представляешь, с чем играешь.

— Я играю с тобой. И, кажется, я выигрываю, раз ты так злишься, — Велес сделала шаг назад в тень. — Держись от меня на расстоянии, мастер Рехнов. На уроках — я адептка. Вне их — я человек, который не желает, чтобы в нём копались. Понял?

Она развернулась и ушла, оставив его в тишине оранжереи. Клай посмотрел на свои руки, которые всё ещё вибрировали от контакта с её энергией. На его губах медленно расцвела хищная, раззадоренная улыбка.

— Дикая, — прошептал он. — Тем интереснее будет смотреть, как ты сама придешь ко мне, когда поймешь, что мы — две части одного пожара.

На следующее утро в столовой Велес сидела перед своей любимой тарелкой с пончиками в глазури. Марни, как обычно, что-то увлеченно рисовала в блокноте, периодически поправляя очки.

— Велес, ты уже пять минут смотришь на этот пончик так, будто он задолжал тебе денег, — заметила подруга. — Ты его съешь или мне отдать?

Велес придвинула тарелку к Марни.

— Забирай. Мне… расхотелось.

— Что?! — Марни едва не выронила карандаш. — Ты отдаешь шоколадный пончик? У тебя температура? Лисандра всё-таки прокляла твои вкусовые рецепторы?

— Просто не тянет, — Велес задумчиво посмотрела на свое запястье.

После того как она «съела» Иглу Шепчущей Тени, её внутренняя энергия стала плотнее. Потребность в быстром сахаре для подпитки магического голода исчезла. Теперь она чувствовала себя сытой изнутри, но эта сытость была странной — тяжелой и холодной.

— Ладно, — Марни подозрительно прищурилась. — Кстати, ты слышала? В западной библиотеке завелся «чернильный призрак». Студенты говорят, что книги сами летают и кусают всех за лодыжки. Пойдем проверим? Мне нужны образцы для курсовой по эктоплазме.

Велес слабо улыбнулась. Обычные академические проблемы казались такими уютными после вчерашнего столкновения с Клаем.

— Пойдем. Уж лучше кусачие книги, чем один заносчивый дракон.

Библиотека встретила их тишиной и запахом старой бумаги. «Призрак» обнаружился быстро — это был мелкий магический паразит, который подпитывался остатками заклинаний на обложках. Он выглядел как комок чернильной шерсти с зубами.

— Лови его! — пискнула Марни, пытаясь набросить на него магическую сеть.

Существо ловко увернулось и прыгнуло прямо на Велес. Та, не задумываясь, выставила руку. Браслет на мгновение охладился, и паразит, едва коснувшись её кожи, просто… схлопнулся. Он не умер, но вся его магическая энергия втянулась в Велес, оставив на полу лишь кучку сухих чернил.

— Ого… — Марни замерла. — Как ты это сделала? Ты его просто… аннигилировала?

— Рефлексы, — коротко ответила Велес, чувствуя, как внутри снова разливается приятная прохлада. — Пойдем отсюда, пока нас не заставили подметать эти чернила.