Бесплатный фрагмент - Личный номер

Раздел 1. Война · долг · память

Личный номер

Личный номер на жетоне

Царапины, и в цифрах — грязь.

Как получил я его, помню.

Об этом будет мой рассказ.

Служил в отдельном батальоне —

Не в том, что жгут на передке, —

А на пайке в заградотряде,

По присяге — палачом себе.

Был бой недолгий, отступленье,

Как водится, без стройности рядов.

И слышал я, как наше поколенье

Стиралось мелом о сплошной бетон.

И вот, вгрызаясь взглядом в перелесок,

Я вижу: парень наш, лет двадцать пять,

И не малец, а на лицо — совсем ребёнок —

Бежит и с ужасом не хочет погибать.

Закон простой — не я писал приказы.

И птицы не взлетели, будто бы стыдясь.

И вдруг пошли по сердцу спазмы.

И целый день рука предательски тряслась.

С тех пор я офицер, служу как прежде,

И первый сам иду на передок.

Но держит здесь меня проклятье это.

…нам надо повидаться, паренёк.

Окурок на камне

По мотивам рассказа А. Проханова.

«…он сидел и курил неторопливо, смакуя последнюю в его жизни сигарету. Не докурил. Погасил о камень…»

Фронт. Детство, как кино,

Что не про нас и не про то.

Далёкий, мирный мир детей

Был лазарет души моей.

Идём на многоэтажку.

Нас шестеро. Нет неуставших.

И переход — осколков шквал —

Так пятерых я потерял.

Добежав до того камня,

Понимаю: тут пора мне.

Я закурил, не помня время, —

Не важно здесь теперь оно мне.

Каждую последнюю затяжку

Чтоб смерть была не тяжка им,

Я в памяти бойцов тех воскресил —

Погибшим сигарету предложил.

Не докурил, я потушил,

Окурок к камню положил.

Здесь будут проходить ребята —

Пусть будет курево солдату.

Конечно, мать, жена, отец,

Дочь — ей рано под венец

И дед — осколком награждён.

Пора. Сын без меня будет рождён…

В дороге

Я слушал страшные слова —

Стихи казнённого поэта.

И я не смел взглянуть назад —

Не должен сын услышать это.

Я слушал голос, говорящий за людей,

Что испытали жизни искаженье,

Где матери просили погибать детей —

Спасти их от бессмысленных мучений.

С усилием оглянулся — сын заснул,

Но в голове пронзительно стучало:

«Ведь с нами это потому произошло,

Что слов поэта наизусть не знали».

А время убеждает нас молчать,

Срезать углы, на вдохе не пугать…

Я должен, я обязан сыну рассказать,

Что есть на свете Моабитская тетрадь.

С войны

Перехитрив судьбу лихую,

Некстати выжил на войне:

С любовью, как со смертью,

Снова быть наедине.

И не отпустит, не уходит

Дыханием нервным в темноте.

И молчаливым взглядом спросит:

«Что за предательство в душе?»

И, собирая душу по крупицам,

Живу и вид не подаю,

И с завистью — на вереницы птиц,

Но обречён я быть в строю.

И снова выйду на дорогу —

Без тормозов и без огней.

Я твёрдо-обречённо к Богу:

Разбит на тысячу частей…

Ожидание

Отняли у меня кровинку.

Отняли — в юном сентябре.

И каждый миг я жду вестинку,

Что ты не сгинул в этом дне.

Не новости и не газеты —

Мне сердце, чуткий камертон, —

Где тебе страшно, где раздетый,

Не по погоде снова облачён.

Боюсь шагов за дверью звуков

И ненавижу звук кривой трубы.

Молю любых богов, науку,

Что не убит и не убил бы ты.

Удары злой секундной стрелки

Сжигают время ада моего.

Я сберегу любимого солдата —

Я смерть преодолею за него.

Выпускник