Бесплатный фрагмент - Хвастливый заяц

КОТ И МЫШИ

Кот Васька, гоняясь за мухой Жужжалкой,

Смахнул со стола пузырёк с валерьянкой.

И, что б не побили за эту подлянку,

Он вылизал лужу с пролившейся склянки.

Совсем опьянев, с непривычки, Василий,

Сначала запрыгнул на шкаф без усилий,

Оттуда — на люстру, на ней покачался,

Хотел сделать сальто, но на пол сорвался.

Шатаясь и падая, вышел во двор,

Домашней скотине устроил террор.

С козлом пободался, с собакой подрался,

Цыплят погонял, с петухом поругался.

На крышу забрался и песни орал,

Потом отключился, на землю упал.

Мышонок увидел, что кот никакой

И с новостью этой примчался домой.

— Там кот, вроде, мёртвый! Подох, вроде, Вася!

Все мыши сбежались, пьянея от счастья.

С большим удовольствием Ваську пинали,

А самые дерзкие в морду плевали.

Но тут, пролетавшая муха Жужжалка

С размаху на нос села Ваське, нахалка.

Василий чихнул и, подёргав усами,

Мгновенно подпрыгнул, сверкая глазами.

Как молнии мыши от Васьки летели,

А пятеро тут же, на месте сомлели.

Василий на них покосился сердито:

— Скажите спасибо, что нет аппетита,

Внутри всё горит, полакаю из лужи,

А те, что не спрячутся, будут на ужин.

Мораль: если в жизни кого-то боялся,

А он вдруг ослаб и совсем расхворался.

Не надо злорадствовать, петь и плясать.

А вдруг передумает он умирать?!

ГРУША НА ГРАНИЦЕ

Грушу у забора посадил Иван,

Рядом, за забором, жил сосед Степан.

Дерево большое выросло в саду,

То ли всем на радость, то ли на беду.

Осенью на ветках крупные плоды

Радуют Ивана за его труды.

Только за забором часть из них висит,

Их сосед снимает, Стёпа-паразит.

— Я имею право, — говорит Степан, —

На своём участке сам себе я пан,

Ведь корнями груша соки здесь сосёт,

Воздух мой съедает, солнце наше пьёт.

Знать не хочет Ваня, что сосед сказал,

Грушу он когда-то для себя сажал.

Разум возмущённый у него кипит —

Ест чужие груши Стёпа-троглодит!

Чуя — разговоры толку не дадут,

Ваня для порядка обратился в суд.

Но судья по груше делу ход не дал:

— Разбирайтесь сами, — Ване он сказал.

И теперь соседи бросили дела,

Очень ярким цветом злоба расцвела.

Ссора переходит в рукопашный бой.

Каждый видит правду только за собой.

В качестве морали дал бы я совет:

Чтобы жить соседям дружно и без бед,

Дальше от границы разводить сады,

И причин поменьше будет для вражды.

ЛИСА И ВОЛК

Голодный волк на берегу

Зимой лису заметил.

Та рыбу ела на снегу

При ярком лунном свете.

― Скажи, как ты смогла кума

Зимой разжиться рыбкой?

Лиса, довольная весьма,

Ответила с улыбкой:

―Сначала прорубь я нашла

И, сунув хвостик в воду,

Я столько рыбы привлекла,

Что не видала сроду.

На воздух рыбки из воды

Выпрыгивали сами.

Их брать там можно для еды

Хоть голыми руками.

Воскликнул волк: ― Вопрос так прост?!

О чём ещё судачить?!

И, оторвав лисице хвост,

Он убежал рыбачить.

Коль проявил ты в чём смекалку:

В охоте, бизнесе, рыбалке,

Чтоб не остаться с голым задом,

Не хвастайся, кому не надо.

Мне только спросить

Издал царь зверей свой указ о здоровье:

Обследовать надо зверей поголовье.

И если в здоровье найдутся изъяны,

За счёт государства лечить без обмана.

О том, что здоров, должен справку иметь

Любой гражданин, хоть ты волк, хоть медведь.

А ежели кто не исполнит закон,

То штрафы большие платить будет он.

Серьёзно к законам относятся звери.

С утра к айболитам собрались под дверью.

Сидят здесь Осёл и Кабан, даже Крот,

Барсук и Зайчишка, Бобёр и Енот.

Последним Медведь подошёл к кабинету,

Спросив, — кто здесь крайний? — уткнулся в газету.

Сигнал прозвучал, вызывая клиента.

Вскочивший Осёл уронил документы.

Барсук и Кабан собирать помогали,

Икак-то Козла они все проморгали.

Возник ниоткуда Козёл бородатый:

— Мне только спросить, пропустите, ребята,

Осёл растерялся, не зная ответа,

Козёл оказался внутри кабинета.

Зашёл и застрял, и никак не выходит.

А очередь места себе не находит.

Осла упрекают, зачем пропускает?

Медведь же спокойно газету читает.

Козёл появился со справкою нужной,

Его отругала вся очередь дружно.

Мол, наглый, бессовестный, разве так можно,

И где научился ты врать так безбожно.

Спокойно прошёл он под «ахи» и «охи»,

На выходе буркнул: «Сидите, коль лохи!»

Сказал про себя, что б никто не услышал,

Козёл не учёл — слух хороший у Миши.

Медведь, косолапя, направился следом.

Вернулся довольным, как после обеда.

Спокойно опять развернул он газету.

— Михайло Потапыч, скажи по секрету,

— Енот прошептал, от волненья икая,

— Неужто ты слопал Козла — негодяя?

— Ещё не хватало, — Потапыч ответил,

— Такого и есть-то противно, поверьте.

Пинка ему дал и нисколько не каюсь.

Рога поломал он себе, кувыркаясь.

Иные козлы лишь по внешности люди,

Внутри ядовиты, как шарики ртути.

Пролезут везде, наплевав на порядки,

Других игнорируя, прут без оглядки.

Пинка бы им дать, что б рога обломать,

Да только не хочется руки марать.

Мы хамство и наглость терпеть научились,

Поэтому эти козлы расплодились.

НАСЛЕДНИКИ

Сова от старости совсем ослабла,

Сил не хватало пищу добывать.

Зав лессобесом пробивная Цапля

Пыталась её родичей созвать.

Взялась за дело Цапля хорошенько,

Запросы шли в леса, луга, поля.

Но все запросы, как горох об стенку —

Не объявилась у Совы родня.

Но возраст взял своё, Сова скончалась,

Сороки разнесли по лесу весть,

И к изумленью Цапли оказалось,

Что у Совы наследников — не счесть.

Дупло Совы в престижном центре леса,

Два уровня, да с видом на реку.

И стоимость Совиного наследства

Огромна. Ясно даже дураку.

Как оказалось, род Совы был древним,

Наследники с лесов, лугов, полей

И с города, да Ласточка с деревни,

Артист из драмтеатра Соловей.

Из заграницы Попугай с Павлином

С собою кучу справок привезли,

Где утверждалось, что весь род совиный

Берёт начало с их родной земли.

Лесные власти, видя, что творится,

Отправили всех в суд — пусть суд решит,

Судебный спор не первый месяц длится,

Но вот решение никак не прозвучит.

Мораль здесь в том: век доживает кто-то,

Роднёй забытый, старый и больной.

А слух пройдёт — наследуется что-то —

Так родичи появятся толпой!

БАНКИР И ТАКСИСТ

Таксит однажды подвозил

Под вечер пассажира.

Известным пассажир тот был,

Весь город знал банкира.

Миллионер и депутат,

А ехал он к дантисту.

И заплатил он в аккурат

По счётчику таксисту.

Таксист же недоумевал:

«Банкир-то, между нами,

На чай хотя бы что-то дал,

С такими-то деньгами».

А вслух сказал: — Вчера ваш сын

В машине этой ехал,

Втройне накинул на бензин

И пожелал успеха.

Банкир ответил: — У него

Миллионер папаша,

Сорит деньгами от того,

Гуляя и куражась.

А я обычный сирота,

В детдоме вырос нашем.

Моя история проста,

Нет у меня папаши.

Мораль же здесь любой поймёт,

Легко без перевода:

Сорит деньгами только тот,

Кто их не заработал.

БОГАТЫЙ СТУДЕНТ

Богатый папаша от сына студента

Письмо распечатал, волнуясь в душе.

Сынок далеко, на другом континенте

Науки грызёт там, полгода уже.

Студент сообщал, что учиться не трудно,

Да вот угнетает такая беда,

Что он каждый день на учёбу прилюдно

На «Порше» малиновом ездит всегда.

А все остальные ребята-студенты

На разных автобусах ездят туда.

И очень неловко в такие моменты

Из всех выделяться, сгорать от стыда.

Ответил отец: «Налегай на учёбу,

Конечно, решу я проблему твою.

Я денег послал, чтоб купил ты автобус.

Не будешь ты больше позорить семью!»

Мораль: формулируй точнее желанье,

Так, чтоб потом над собой не смеяться,

И чтоб оправдалось твоё ожиданье.

Помни — желания могут сбываться.

ВОЛК ВЕГЕТАРИАНЕЦ

С рожденья Волк без мамки рос,

Так люди удружили,

Когда он был молокосос,

Всю стаю истребили.

Никто его не обучал

Охоте на зверюшек.

Он корм подножный добывал

По берегам речушек.

Он ел траву и корешки,

И ягоды с грибами,

Горох, природе вопреки

Он воровал ночами.

Когда совсем заматерел,

Привычки не утратил,

Морковку как-то присмотрел,

Таскать её заладил.

И тёмной ночью пёс Барбос

Волка застал на грядке,

От смеха чуть не умер пёс:

— Эй, Серый, ты в порядке?

Так от Барбоса Волк узнал,

Что он не тем питался.

Пёс на ягнёнка указал:

— Вот кем бы ты занялся.

Отведав мяса, Волк забыл

Про травы и морковку,

Он вкус совсем другой открыл,

Но не имел сноровку.

В охоте Волк не преуспел,

От голода взбесился

С сгоряча Барбоса съел,

Что рядом с ним крутился.

Мораль: кто рад учить других

Чему-нибудь дурному,

Рискует пострадать от них,

Наученных плохому.

ВОРОНА НА ДЕРЕВЕ

Заяц увидел на дубе Ворону.

― Чем занимаешься? — Заяц спросил.

― Просто сижу, наслаждаюсь озоном,

Дождик весенний весь лес освежил.

Видишь — кайфую, балдею сегодня,

А заниматься хоть чем как-то лень.

― Слушай, я тоже хочу беззаботно

Просто балдеть, наслаждаясь весь день.

Заяц присел у подножия дуба,

Лапы раскинул и глазки закрыл.

Ёжик окликнул его очень грубо:

― Это чего ты, косой, тут застыл?

―Я удовольствие так получаю,

Просто балдею, сижу и молчу.

Так хорошо! Как в раю пребываю!

Ёжик воскликнул: ― Я тоже хочу!

Позже в компанию к ним напросились

Крот, Бурундук и Енот, и Хомяк

Дружно в нирвану они погрузились,

Но проходил мимо Волк здоровяк.

― Столько бездельников сроду не видел! ―

Волк возмутился и всех отпинал.

Всех разогнал он, смертельно обидев,

Только Ворону, увы, не достал.

Можно ли целыми днями балдеть?

Просто плевать на различных Волков?

Мало работать и много иметь?

Можно. Но надо сидеть высоко.

ГВОЗДИК

Храм построили красивый

В самом центре города

Образ храма горделивый

Прославляет господа.

Прихожане восхищались

Светлыми иконами,

Куполами любовались,

Наслаждались звонами.

Всё, что видели, хвалили

От крестов до паперти.

Ничего не пропустили,

Пьяные от радости.

Гвоздик маленький под крышей

Слушал их внимательно

Про себя хотел услышать

Пару слов ласкательных.

Не дождался, не услышал

Про себя ни слова он.

― Я, наверно, просто лишний, ―

В тишине раздался стон,

― Кто-то видимо без цели

Здесь вверху меня забил,

Чтобы доски не висели

Две из них соединил.

Закипев от возмущенья,

Гвоздь из дырки выбрался,

И уже через мгновенье,

Вниз упав, не двигался.

Доски сдвинулись. Над ними

Черепица лопнула.

Крыша щелями большими

Потихоньку схлопнулась.

Ночью ливень разразился,

И поток воды большой

Через крышу устремился,

Заливая всё собой.

Все мозаики размыло,

На полу сплошная грязь.

Утром на разгром уныло

Батюшка смотрел, крестясь.

Многих пусть у нас не хвалят,

Хоть и нужный труд у них.

Скромно пашут, не скандалят

Незаметно для других.

Здесь мораль: не ради славы,

А на цель направлен труд.

Если гвоздики не ржавы,

То они не подведут.

Г Н Е В

Медведя искусали пчёлы,

С заплывшим глазом шёл он злой

И впопыхах, помимо воли,

На Волка наступил ногой.

Волк, что дремал, раскинув лапы,

От возмущенья подскочил:

— Эй! Что творишь ты, косолапый!

А тот, как шёл, так и свалил.

В расстройстве сильном по тропинке

Волк шёл, колючий, как игла,

А на тропинке, выгнув спинку,

Лисичка мышку стерегла.

Из-за Медведя разозлившись,

Волк на Лисице злость сорвал:

Совсем ни сколько не смутившись,

Он рыжий хвост ей оттоптал.

Лиса окрысилась на Волка:

— Куда ты прёшь! Глаза залил?

Но все её слова без толка,

В ответ он просто нахамил.

Лисица долго в упоенье

Ругала Волка: — Обормот!

Вот гад, испортил настроенье!

И тут к ней подошёл Енот.

— Соседка, что ты помрачнела?

Могу ли чем тебе помочь?

А та: — Тебе какое дело?

Знать хочешь много. Топай прочь!

Ну, надо же, так в душу плюнуть!

Енот, расстроясь, чуть не взвыл.

Ему б спокойно всё обдумать,

Так нет — себя он растравил.

А мимо Ёжик шёл с лукошком,

Грибов набрал и нёс домой.

Енот умышленно, нарочно,

Ударил по грибам ногой.

Ни слова не сказал и скрылся.

Ёж в след растерянно смотрел.

Сначала, было, возмутился,

Потом остыл, перекипел.

Грибы обратно собирая,

Ёж про Енота размышлял:

Енот ведь не был негодяем,

Вдруг резко стал такой нахал.

Наверное, обидел кто-то,

Сумел так сильно растравить.

При встрече надо бы с Енотом

Спокойно всё обговорить.

Мораль здесь в том, что гнев, досада

Как вирус могут поражать.

Коль в гневе ты — сдержаться надо,

Так, чтоб других не заражать.

ГОНЧАР И КОТ

Гончар Степан в цеху своём

Посуду мастерит,

А кот за ним весенним днём

Внимательно следит.

Понять никак не может кот,

Что делает Степан:

Он постоянно глину мнёт

И крутит барабан.

Таскает эту глину в дом,

Везде сплошная грязь!

И ходит радостный потом,

Работою гордясь.

Зачем-то в печь суёт плоды

Тяжёлого труда?

Кот убегает от беды,

Открыта печь когда.

Продукцию свою потом

Выбрасывать везёт.

Куда ж ещё? — Обратно в дом

Всегда пустой идёт.

Страдает глупостью Степан

По мнению кота.

Хозяин у него болван,

И жизнь его пуста!

Мораль: пытаемся порой

Мы труд понять Творца,

И версии наперебой

Мы строим без конца.

Мы видим крошечную часть

Великого труда,

Способностей же всё понять

Не хватит никогда.

ГРЯЗНОЕ БЕЛЬЁ

Семейная пара квартиру снимала

И, выглянув утром в окно,

Жена, удивлённая, мужу сказала:

― Ну, кто так стирает, смешно?

Как будто бельишко стирали без мыла,

Рубашки, футболки, носки…

И грязные пятна совсем не отмыли,

Ну, как-то всё не по-людски.

Но муж равнодушно уткнулся в газету,

Бельё не волнует его.

Назавтра жена где-то ближе к обеду

Опять возмутилась: ― Ого!

Другие соседи бельё постирали,

Развесили, ― стыдно смотреть,

Все простыни, будто в грязи изваляли,

Так выпачкать, надо суметь!

А муж в это время, газету читая,

В ответ лишь махнул ей рукой,

Мол, что за проблему нашла, дорогая,

Тут в мире запахло войной.

Ещё через сутки жена с удивленьем

В окошко, не веря, глядит:

― Ведь могут, когда захотят, без сомненья,

Бельё-то какое висит!

Ведь может быть чистым и даже прекрасным!

Я думала, им не дано.

А муж ей ответил: ― Стекло было грязным,

Помыл я сегодня окно.

Мораль: критикуете чью-то работу

Сначала к себе присмотритесь.

Быть может, обзор вам запачкало что-то,

И с выводом не торопитесь.

ДВА ГРУЗОВИКА

Загружен зерном грузовик, полный кузов,

На длинном подъёме с натугой ползёт.

Другой грузовик, абсолютно без груза,

Бортами гремя, очень быстро идёт.

Довольно легко обогнал он коллегу

И стал издеваться, смеяться над ним:

Мол, тащит он груз, словно лошадь телегу,

Мол, только мешает он ехать другим.

Гремя на ухабах пустыми бортами,

Ехидно смеясь, укатил он вперёд.

Гружёный не стал огрызаться словами,

Он знал, что зерно всё равно довезёт.

Есть много людей, тех, что трудятся молча,

Не лезут вперёд, но без них не прожить.

Другие же всех, кто мешает, затопчут,

Им нужно скорей о себе заявить.

Пустой человечек о мнимых заслугах

Настырно везде, где попало, кричит…

Мораль объясню я, как лучшему другу —

Пустой котелок только громче гремит.

ДВА ПЛУГА

Крестьянин купил на базаре два плуга,

И не отличались они друг от друга.

Он сразу одним начал землю пахать,

Другой же остался в сарае стоять.

Довольным был плуг, что сезон отдыхал,

По трудной работе совсем не скучал.

Когда же коллега вернулся назад,

То он, разглядев, лишь одно смог сказать:

— Я вижу, как ты, брат, сияешь, блестишь,

Энергия плещет, хоть ты и молчишь.

А я, хоть без дела сезон простоял,

От ржавчины слоя весь вид потерял.

Мораль здесь одна, быть не может другой —

Кто пашет всю жизнь, тот всегда молодой!

ДИВАННЫЙ СТРАТЕГ

В норе уютной Крот живёт

И, лёжа на диване,

Он жизнь активную ведёт

В цветном телеэкране.

Что ни покажут в новостях,

Он сам с собой обсудит,

Наедине, иль при гостях

Он всех и всё осудит.

Вот вдалеке война кипит,

Там две страны сцепились.

Никто не может победить,

И с этим все смирились.

Крот не согласен: ― Стало быть

Тупые полководцы.

Давно могли бы победить,

Лишь отравив колодцы.

Чтоб битву быстро прекратить,

Коль побеждать собрался,

Столицу нужно окружить,

И враг бы сразу сдался.

Когда и где атаковать,

Всегда прекрасно знает,

Где наступать, где отступать

Он важно изрекает.

Так может быть, вот этот Крот

Военный аналитик?

Так, нет же, он наоборот:

Пустой диванный критик.

Он в армии не смог служить,

По зрению не годен.

Патрон от пули отличить

Он даже не способен.

Мораль такая: все умны,

Глядя на бой со стороны.

Вещают с видом знатока,

А воевать ― кишка тонка!

ДЯТЕЛ И МЕДВЕДЬ

Дятел с азартом стучал по сосне,

Пищу себе выколачивал,

А под сосною в берлоге во сне

Мишка спокойно похрапывал.

Стук пулемётный его разбудил:

— Кто там, снаружи, беснуется?

Высунул голову злой Михаил,

Смотрит — там Дятел красуется.

— Эй, длинноносый! Ты что, очумел?