Бесплатный фрагмент - Девы прекрасные, привет!

Слово к читателю

Дорогой читатель!

Перед тобой книга, в которую вложена частичка души и вера в то, что истории способны объединять нас, где бы мы ни находились. Каждый автор мечтает найти своего читателя, и я невероятно рада, что этот путь мы разделим вместе.

«Девы прекрасные, привет!» я с глубокой нежностью и теплом посвящаю моим прекрасным подругам. Ваша поддержка, смех, душевные разговоры стали тем самым невидимым фундаментом, на котором выросла каждая страница этого текста.

Конечно, моя глубочайшая благодарность Жанне Диченко — тренеру, редактору, писателю и ее проекту «Роддом для книги». Жанна щедро делилась опытом, направляла мою писательскую мысль и помогла книге обрести свою истинную форму, зазвучать в полную силу. Спасибо, что верила в этот проект на каждом этапе его создания.

Важно:

Все персонажи и события, описанные в этой книге, являются полностью вымышленными. Любое совпадение с реальными людьми — живыми или умершими — а также реальными событиями является абсолютно случайным.

Добро пожаловать в книгу, дорогой читатель. Приключение начинается. Переворачивай страницу!

Приятного чтения!

Отклики из канала «Роддом для книги»

«Огромное спасибо за книгу, жила с девочками эти пять дней!» — Юлия Еремеева

«Читается быстро, легко, диалоги живые. Есть моменты тревоги и минуты счастья», — Ирина Новоженова

«Финал красив и в плане смысла, и в плане языка — лаконичные фразы, таящие в себе глубину», — Лиза Глум

«Все прочитала. Я плакала, потом смеялась… Рада за девчонок», — Евгения Капица

«Показан путь героинь, как они все преодолевают трудности в жизни. Как справляются с жизненными испытаниями. А по сути — они все очень одинокие, каждая со своей болью и, наверное, этот чат — маяк, помогающий в тяжёлое время», — Инна Капысова

«Я дочитала и в восторге! Идея классная, на нескольких местах прослезилась. В общем все классно, проглотила за три дня», — Анна Лямина

Девы прекрасные, привет…

Плыли по небу тучки.

Тучек — четыре штучки…

В. В. Маяковский

Пахло кофе и чужими амбициями. Инга оглянулась. Подруги не было. Вздохнув, шагнула в зал. «Зачем я согласилась?! После дежурства ещё на какой-то нетворкинг меня понесло».

— Здравствуйте, проходите, занимайте свободное место.

Организатор мероприятия с приклеенной улыбкой встречала участников. Инга села на стул и достала телефон. На экране сообщение от подруги: «Прости, не смогла. Потом расскажу». Усмехнулась, отключила звук и убрала телефон в сумку.

Рядом сидела молодая девушка. Застенчиво оглядывая все вокруг, улыбалась. Инга прикрыла глаза. Спать хотелось неимоверно. Ночью звуки сирен скорой не смолкали, а поток людей не заканчивался.

— Здесь не занято?

Инга открыла глаза. Но не успела ответить, как толстушка тут же плюхнулась на свободное место.

— Уф, думала не успею. Пробки. Я Лиза.

— Инга.

— А соседка?

Инга пожала плечами.

— Эй, соседка Инги, тебя как звать?

— Даша…

— А что так тихо? Нетворкинг любит громких людей.

«И бесцеремонных. Видимо, таких как ты», — Ингу начало раздражать это панибратство.

Болтовню новой знакомой Лизы прервал голос ведущего. До начала оставалась три минуты. Дверь распахнулась и в зал царственной походкой вошла женщина.

«Это организатор?» Инга неотрывно смотрела на вошедшую. Но она улыбнулась ведущему и направилась прямиком к Лизе. Около нее оставался свободный стул. «Надо же. И таким нетворкинг нужен». Инга облегченно вздохнула, потому что Лиза тут же переключилась на новенькую, будто была с ней сто лет знакома.

Мероприятие собрало большое количество людей. Спикеры шутили, пытались расшевелить аудиторию. Лиза активно участвовала в диалогах. Инга искоса поглядывала на нее. Соседка справа — Даша, заливалась краской, когда к ней обращались. А вошедшая последней женщина расслабленно и спокойно смотрела на все вокруг. Когда пришло время рассказать о себе, она встала, представилась и за три минуты выдала отличный презентационный текст:

«Лена. Создатель сети кофеен „Душа“. Мы с командой сохраняем традиции. У нас не только напитки по старинным русским рецептам: чай, сбитень, морс, но и вкусная ароматная выпечка, как будто из бабушкиной печи: кулебяки, пышки, калачи и булки, караваи и расстегаи. Конечно, оладьи. А еще я собираю фарфоровые статуэтки.»

«И сама как статуэтка», — с завистью подумала Инга. Но она отбросила эти мысли, ведь пришло время говорить. Инга вяло и сонно презентовала себя и свою цель: «Хотела бы начать вести блог. Я врач-кардиолог, слушая истории о поисках лечения в интернете, чувствую шевеление волос и прихожу в ужас».

Лиза четко, отрепетировано рассказала о своем салоне. Брови, ресницы и скоро даже тату. С первого числа начинает работать мастер.

Настала очередь самой скромной и тихой участницы нетворкинга. Даша, запинаясь сказала:

— Меня зовут Даша. Работаю бухгалтером. Работу свою люблю, а ещё вязать, шить и готовить. Но готовить пока некому. Была мама. Умерла.

На этих словах девушка сбилась. Отпустила голову и села. Инга почувствовала к ней жалость и симпатию. Незаметно дотронулась до руки Даши… Та благодарно кивнула.

Тридцать самопрезентаций выслушать было нелегко. Многие уже откровенно потеряли интерес к общей теме, общались друг с другом, смеялись. Ведущая призвала к порядку и через пять минут объявила: «Практическая часть». Суть упражнения — в работе маленькими группами по своим целям. Четыре девушки объединились и начали выполнять задания. Лиза шумная громкая, говорила: «Надо продвигаться, надо проявляться, сейчас есть миллион возможностей. Я для салона делаю все!» Лена снисходительно улыбалась. Ее цель, как и ее жизнь — сплошная импровизация. Получится — отлично. Нет — значит, будет по -другому. Инга терла виски руками. Она, конечно, хотела что-то начать делать в сторону своего блога врача, но в данный момент больше всего хотела провалиться в сон. Даша ойкала при малейшей, как ей казалось, ошибке. Ведь у нее, у единственной, пока не было конкретной цели. Она пришлю на встречу за общением. И этот шаг был непрост для Даши.

Наконец-то мероприятие подошло к концу. Раздали визитки и сувениры.

— А сейчас вам ещё одно, маленькое, но важное домашнее задание. Объединиться ещё и виртуально своими маленькими группами. Каждая из вас поставила цель, чтобы не сойти с дороги, призываю поддерживать друг друга, помогать и подсказывать. А через три месяца оценить результат. Встретимся здесь и расскажем, у кого, что получилось. Кто достигнет цели, получит от нас подарок — консультацию коуча. До скорой встречи.

Инга попрощалась и хотела было уже выйти, но кто-то настойчиво потянул ее за рукав.

— Инга, подожди. А как же чат. Давайте обменяемся телефонами, а я его создам. Будем там писать, что и как.

Рядом с Лизой стояли Даша и Лена.

— Только картинки с добрым утром не спамить, — буркнула Инга, — пиши номер.

Лиза быстро вбила номера девушек в свой розовый телефон.

— Как назовемся?

— Однажды на нетворкинге, — Инга держалась из последних сил.

— Оригинально. А вы что думаете?

Лена пожала плечами. Даша промолчала.

— Ладно, сама что-нибудь придумаю. Ждите сообщения.

Лиза, несмотря на полноту, ловко лавируя между группами людей на пятнадцатисантиметровой шпильке, ринулась к выходу.

— Вас подвезти? — Лена вопросительно взглянула на девушек.

— Спасибо, я за рулём.

— А я на метро. Живу далеко. — Даша улыбнулась, застегнула уже давно не актуальный тренч и попрощалась.

Не успела Инга сесть в машину, как зазвонил телефон. Мама.

— Алло, мам, да, еду я уже, еду.

— Инга, ну это выходит за все рамки. Ты обещала два часа назад приехать. Я со Славиком больше не могу сидеть. У меня работа же.

Мама Инги вела театральный кружок в школе искусств. Инга и правда обещала приехать с дежурства пораньше, но волею случая оказалась на мероприятии. А предупредить дома не успела.

— Мам, возьми Славика с собой. Я скоро.

Мама что-то пробормотала в ответ и отключилась.

Инга

Славику четыре. Маленький, худенький мальчик совершенно не похожий на свою мать Ингу. С возрастом ещё больше начали проявляться черты бывшего мужа. Только в отличии от него, по характеру Славик тихий и молчаливый. Очень болезненный. В детский сад ходит через раз. Инга сначала таскала его по врачам. Те разводили руками и говорили он практически здоров, не считая детских соплей и красного горла. Потом перестала и просила маму посидеть с сыном, сильно переживая за него и чувствуя вину.

С мужем развелись два года назад. Он — известный в городе стилист по волосам. Конкурсы, новые обучения, модели. Сначала Ингу это забавляло. Она училась, потом пыталась забеременеть, потом выносить ребенка. А муж порхал как бабочка. Именно так сказала мама после рождения Славика.

Инга была замужем уже пять лет. Но детей не было. Сама врач, а ничего сделать не могла. Коллеги Инги говорили: «Все порядке», а психологи разводили руками: «Препятствий нет». Но беременность не наступала. ЭКО прошло безрезультатно. Муж утешал, говорил, что ему и так хорошо. Но Инге очень хотелось ребенка. Слез выплакала море. Даже решила развестись. Но в последний момент передумала. И дала ещё одну попытку. Инга прочитала о храме Солнца в Японии. Так появилась цель на пути к мечте.

Игорь ни в какую не соглашался на эту авантюру.

— Это полный бред! Какой-то японский храм поможет тебе забеременеть?! Да, и у меня обучение на носу, — возмущался он

— Попытка не пытка, — пыталась убедить мужа Инга.

— Ага, только это попытка стоит как три наших квартиры!

— Эко тоже было не из дешевых…

Говорят, поставь цель, а средства найдутся, так и случилось. Супругам вдруг выплатили огромные премии на работе, и друзья отдали долг. Побросав в чемодан вещи, утром следующего дня они летели над морем навстречу солнцу.

Их встретил улыбчивый японец. Ехали долго. Инга потеряла счёт времени. Долгий перелет, смена поясов, жара. Муж держался молодцом. Но, чем ближе они подъезжали к месту назначения, тем заметнее нервничал Игорь. Когда машина остановилась, японец на ломанном русском объяснил, что дальше ехать нельзя. Нужно идти пешком. Оставив вещи, троица двинулась в путь.

«Монах этот чудо творит, — чтобы скоротать путь, рассказывал проводник, — к нему со всего мира прилетают. О, с чем только не едут. Однажды француз был. Мечтал с тёщей помириться. Она у него такая особа, что никак не могли они общий язык найти. Хоть с женой разводись. Вот и приехал. Три дня жил на вершине. А когда спустился вниз, радовался как ребенок. Сказал, что теперь он знает секрет. А недавно семья была. Ребенок у них болел. Не говорил, а ему уже девять лет было. Так заговорил потом. К слову, монах наш — тоже молчун. Уж не знаю, может вообще немой, может обет какой дал. Только никто его голоса не слышал никогда».

За разговорами путешественники подошли к горе. Вверх уходили ступени. Японцы считают, что боги живут в горах. Гора Дайсен — самая высокая в Японии. Благодаря вулканической активности, склоны имеют разные формы. Называют их мужская и женская. На протяжении веков Дайсен считалась пристанищем богов. Здесь располагался буддийский храм Дайсен-дзи, основанный ещё в 718 году и синтоистское святилище Оогамия-дзиндзя. У подножия горы — ванна. Откуда бы ни шел и ни ехал путник, он может помыть натруженные ноги, а заодно и очиститься. И это лишь начало.

— Вам туда, — японец порылся в сумке и вынул белый лист, — это монаху отдадите.

Игорь молча взял записку и пошел к горе. Инга побежала догонять мужа.

Когда супруги ступили на последнюю ступеньку, перед ними раскинулся захватывающий дух вид. Красное солнце было так близко, что можно дотронуться рукой. Небо меняло свой цвет от голубого до белого. Энергия солнца словно переселилась в путешественников. Они смотрели на алеющий горизонт так, как будто смотрели внутрь себя. Вопросы вереницей неслись в голове, а ответ им еще предстояло найти.

Вдруг они увидели человека в белых одеждах. Он сидел лицом к солнцу. Игорь деликатно кашлянул. Монах не шевельнулся. Инга, вопросительно взглянув на мужа, сделала два шага вперёд. И наткнулась на невидимую стену. Ошеломленно остановившись, ойкнула.

Солнце поднялось еще выше. Монах встал с колен и подошел к супругам. Его глаза были почти прозрачные. Высокие скулы и тонкие губы делали лицо похожим на маску. Он не был японцем. Игорь отдал записку. Монах, а звали его Сержио, спрятал её внутри своего одеяния. И жестом пригласил войти в храм.

Внутри было прохладно. Слышалась тихая музыка, и горели свечи. Сержио куда-то исчез. Супруги обнялись. Им было хорошо. Тихо, умиротворенно. Они с удивлением разглядывали убранство внутри храма. Все было необычным. Прошло немало времени. Монах бесшумно подошел и предложил путникам воды. Это была прохладная, кристально чистая и очень вкусная вода из горных источников.

В другой руке Сержио держал лист бумаги. Игорь, попив воды, начал читать вполголоса: «Приветствую вас, гости храма солнца. Вы можете оставаться здесь сколько захотите. Я покажу вам комнату. Отдыхайте, напитывайтесь энергией, чувствуйте, живите!»

Супруги, посоветовавшись, решили остаться. Почти семь дней они жили на вершине горы. Пили чудесную воду, ели рис, мало разговаривали и гуляли вокруг храма, любовались водопадом. Сержио они почти не видели. Он жил по своим законам. Вставал с восходом и долго медитировал.

К концу пятого дня Игорь вдруг почувствовал себя вдвое сильнее. Будто его жизненные силы увеличились. Он стал мягче и нежнее по отношению к Инге. А та, в свою очередь ощутила безграничную любовь к своему мужу и светилась счастьем. Таких отношений у них не было со времен знакомства. Сердца вновь открылись навстречу друг другу.

Когда они собралась в обратный путь, монах подарил им пластинку с изображением солнца. Она стала их талисманом, батарейкой, символом новой жизни. Сержио долго смотрел Инге в глаза: «Исполнится то, чего ты ждешь, но твой выбор повлечет другие изменения в жизни. Готова ли ты?» Инга кивнула. Она была готова ко всему, лишь бы родить ребенка.

Увидев снова две заветные полоски, Инга легла на сохранение. Так и пролежала в отделении пока не родился малыш. Раньше срока.

— Кило шестьсот.

Покачала головой акушерка и отнесла ребенка в инкубатор. Там, в специальном «гнезде» — мягкой полусфере, мальчик пробыл еще два месяца. Два месяца ожиданий, слез и надежд. Инга проводила в больнице все время. Работала, а потом бежала к Славику. Муж появился в детском отделении два раза: после рождения и на выписку. Он будто боялся этого маленького комочка. Ссылался на дела. Очарование храма Солнца разрушилось, и жестокая реальность показала, что к чему.

Инге думать о муже было некогда. Все силы и энергию она направляла на сына. А потом вдруг поняла, что и мужа у нее больше нет. Развелись тихо-мирно. Инге осталась квартира, а муж с чемоданом уехал за границу, покорять европейских барышень.

Инге пришлось спрятать свою женщину под футболкой и спортивными штанами, отрезать волосы и посвятить себя ребенку. Массажи, остеопаты, витамины, санатории и даже энерго- и телесные терапевты пошли в ход. Славик развивался нормально и по оценке врачей был здоров. Но по взгляду Инги требовал все больше и больше внимания и ухода. Плохо ел. Не интересовался подвижными играми. Не любил играть с другими детьми.

В три года все-таки она отвела Славика в детский сад и вышла на работу. Но сад быстро превратился в ад, и работу пришлось урезать до полставки. Правда ночные дежурства Инга брала часто. За них неплохо доплачивали. Сын ночевал у бабушки с дедушкой. Они любили его до бесконечности. Но все чаще и чаще мама повторял: «Это твой сын, Инга. Мы можем лишь иногда забирать его в гости, но не постоянно! Мы уже не молоды. Нам тяжело». Но сегодня Славик снова был у них. Инга, отдежурив ночь в отделении, жала на педаль газа и срезала светофоры, чтобы быстрее его забрать.

Снова зазвонил телефон. Инга выругалась и, сделав крутое пике на повороте, нажала кнопку вызова.

— Прости, дорогая, не смогла сегодня приехать, — подруга щебетала как птичка.

— Угу, уже поняла. Что у тебя?

— Ну, что, — на том конце провода хихикнули и начали рассказ.

Двадцать минут до работы матери Инга слушала, как случился форс-мажор, сорвало кран, пришел сантехник, починил, но пропала горячая вода и вообще…

— Слушай, ну ты выдумщица, конечно. А на самом деле что? — Инга знала подругу с детства. Та вечно сочиняла истории на ходу.

— Как с тобой разговаривать?! Что на самом деле. Ничего. Даня пришел под утро. Ругались. Потом мирились.

— Не бережешь ты себя. Даня Даня… а где ты в своей жизни?

— Ой, ну все… хватит мне мозг прорабатывать. Сама психолог.

Это правда. Подруга Инги была психологом. Но снова и снова вляпывалась в непонятные отношения.

— Ладно, до связи. Приехала.

Инга отключилась. Вышла из машины и побежала на третий этаж за сыном.

Лена

Лена села в машину. Мягко тронулась с места и влилась в поток городских улиц. За рулём она ездила расслабленно, по-женски отдаваясь движению. Она жадно любила жизнь. Два года назад с ней случилась история, перевернувшая весь ее мир.

В тот «страшный» день Лена бесцельно сидела в кафе и задумчиво смотрела на стакан с водой. Официант улыбнулся и спросил:

— Вы будете еще что-то заказывать?

Лена покачала головой:

— Нет, спасибо.

Есть не хотелось совершенно. Хотя последний прием пищи был больше суток назад. Вчера пришли анализы. Врач позвонил на работу, но Лена в этот момент проводила важное совещание. Как финансовый директор компании, ставила цели на будущий месяц и отчитывалась по бюджету за прошлый. После она перезвонила доктору. Телефон не ответил. В регистратуре сказали, что он на операции и записали ее на прием в девятнадцать ноль-ноль.

— Здравствуйте, Елена Александровна. Присаживайтесь.

Доктор был серьёзен и собран.

— Пришли ваши результаты биопсии.

Пауза.

— Они нас не обрадовали.

Пауза.

— Надо делать химиотерапию.

Лена перевела взгляд на липу за окном. Она стояла вся в цвету. Запах кружил голову.

— Сколько мне осталось?

— Это сейчас не спрогнозировать. Нужны дополнительные обследования. Химиотерапия. Возможно операция…, — врач вдруг резко встал. Отвернулся к окну. — Месяца три, в лучшем случае.

Лена собрала бумаги со стола.

— Спасибо, доктор. Мне надо подумать.

— Подождите, давайте я вам выпишу рецепт. Вдруг станет совсем плохо.

Лена месяц назад неожиданно почувствовала резкую боль в животе. Это было в разгар рабочего дня. Она порылась в аптечке. Нашла обезболивающие. Выпила, подышала. Вроде прошло. Через неделю боль вернулась. Лена решила записаться к врачу. И тут начался квест. Записи в ближайшие две недели не было. В регистратуре говорили: «Позвоните в начале следующего месяца». Лена пила обезболивающие и ждала свободного окошка.

Хорошо, что младшая дочь уехала в лагерь. А старшая… Вот тут Лена сжималась, и материнское сердце пропускало удар. Карина училась в Москве. И не общалась с родителями уже год. Через подруг дочери, Лена узнавала, как дела. Муж оплачивал учебу, а Лена переводила на карту дочери денег.

Они даже и не ссорились. Просто Карина вдруг решила высказать матери все свои претензии. А их у девушки накопилось немало: «Вон ты как с Полькой носишься… А меня на все каникулы у бабушке отправляла».

Карина молчала. Что тут скажешь. Да. На тот момент она только-только пришла в компанию и не могла позволить себе отдых. Работала с утра до ночи, шесть дней в неделю. Муж в это время потерял работу. Были сложные времена.

«Ты не разрешила мне поехать со всеми на выпускной!»

Карина молчала. Да, тогда молодежь собралась ехать на юг на трёх машинах. Карина встречалась с парнем. Лене он не нравился. Парень может был и не плохой, но дерзкий и наглый. Смотрел на всех, как будто раздевал. Карина была влюблена и ничего вокруг не замечала.

«Вы отправили меня учиться на экономиста! Терпеть не могу!»

Карина молчала. Да. Цифры вывели их семью из тупика. Они купили квартиру. Машину. Ездили отдыхать два раза в год. Муж долго искал достойное место. Спасали Ленины премии.

Так капля за каплей, удар за ударом Карина срубила все в их отношениях. Перестала звонить и приезжать. На звонки матери отвечала неохотно. Больше по необходимости. Лена переживала, пыталась сохранить то хрупкое, что еще осталось. Ждала.

Полина была полной противоположностью. Лёгкая, веселая, всегда с улыбкой. Она дарила матери тепло и поддержку.

Сейчас, сидя в маленьком кафе, Лена смотрела в стакан с водой и видела свою жизнь. Суетливую. Порой сложную. Не радостную.

— Где живёт твоя радость, Лена? — прошептала она самой себе.

Зазвонил телефон. Секретарь напомнила, что через сорок минут — планерка. Наверное, впервые за много лет своей работы, Лена не участвовала в обсуждении. Она сидела в стороне и слушала коллег. Делала вид, что слушала. После планерки осталась в переговорной. Генеральный подписывал документы. Рядом стояла его ассистент.

— Игорь Петрович, разрешите мне взять отпуск.

Ручка генерального замерла над очередным документов. Игорь Петрович поднял глаза на Лену, на свою безотказную помощницу. Внимательно посмотрел и продолжил писать.

— Я понимаю, не вовремя. Но мне очень нужно. Могу написать без содержания?

Генеральный отложил папки с бумагами:

— Что у тебя случилось?

— Да, надо с дочкой решить вопрос, вот, съездить, — Лена путалась в словах. Делала между ними паузы. Лихорадочно придумывала причины.

— Неделю. Больше не могу.

Игорь Петрович взял новые договоры и снова перо заскользило по листам.

Лена вышла.

Долго добиралась домой. Машину оставила на стоянке и шла пешком. В голове стучало:

— Три. Три Три.

«Это в лучшем случае», — сказала она себе.

Дома — тишина. Муж вчера уехал в командировку на пару дней. Его компания открывала новый филиал. Лена села за стол. Пальцы легонько перебирали концы салфетки. Ее связала Полина на уроке технологии. Лена бережно хранила все вещи, сделанные детьми. В шкафу лежала увесистая пачка с рисунками. На стене картина — Карина нарисовала ее в свои пятнадцать.

«Она всегда рисовала. Талантливая дочка моя. Почему мы не отдали ее в художку?»

Лена взяла со стола дочери тетрадь. Вырвала лист и села писать мужу письмо:

«Дорогой мой муж.

Так выходит, что мне надо уехать. Я, возможно, вернусь. Наверное. Но это не точно. Не ищи. Не надо. Береги Полину. Не бросай Карину. Они уже взрослые. Но ты все равно будь рядом. Денег я им сейчас отправлю. На моем счету есть немного. Все остальное — на нашем общем. Полине через год поступать. Пусть выберет то, что нравится.

Обнимаю. Твоя Л.»

Позвонить не решилась. Слишком много эмоций и чувств было внутри.

Лена зашла в онлайн-банк, перевела на карты детей по сто тысяч. Выключила телефон. Больше он не понадобится.

В доме оставалось немного наличных. Положила в сумку футболку и носочки. Одела худи, джинсы и закрыла дверь в прошлое.

На вокзале как обычно многолюдно. Тележки, сумки, чемоданы. Все ехало, неслось, шуршало и трещало. Лена посмотрела на табло. Первый ближайший поезд был в сторону Сибири.

«Что ж, значит так. Говорят, Новосибирск — красивый город»

Билеты были только сидячие. Неважно. Главное, ехать. В ближайшем ларьке с продуктами купила бутылочку воды и зашла в вагон. Где-то там остались рабочие задачи, нерешенные вопросы, уютные домашние тапочки и теплые объятия близких. Впереди ждала неизвестность.

Колеса стучали, вагон покачивался. Лена закрыла глаза и провалилась в сон без снов. Проснулась от резкого торможения. Слегка стукнувшись о стекло, окончательно пришла в себя.

— Техническая станция, — пробормотал сосед справа и отвернувшись, захрапел.

Лена встала. Немного размяла ноги, руки. Прошлась по вагону. Спросила у проводника, можно ли выйти. Оказалось, что да. Взяла свою сумку и легко спрыгнула на перрон.

Народу было немного. Кто-то затягивался сигаретой, кто-то говорил по телефону. Лена пошла вдоль поезда. Стоянка сорок минут. Можно успеть и до магазина сходить. Вдруг есть круглосуточный. Городок видно небольшой. Здание вокзала давно не ремонтировалось. Везде чувствовалось запустение.

Вдруг под ногами что-то шевельнулось и мяукнуло.

«Это же крошка-котенок». Лена присела на корточки и увидела комочек из белой шерсти.

— Ах, ты ж маленький, голодный, наверное, и замёрз.

— Мяу.

— Иди сюда. Я тебя согрею. Молочка бы тебе.

Лена покрутила головой в поисках магазина. В три часа ночи в маленьком городе это было нереально. Женщина подняла котенка, положила мяукающий комочек за пазуху и пошла в сторону вокзальной площади. Лена всегда мечтала о домашнем животном. И дочки просили несколько раз. Но вечная занятость на работе, аллергия мужа и хроническая усталость не дали желанию возможность сбыться.

Котенок согрелся и уснул, а Лена шла уже по улицам просыпающегося, провинциального городка и ждала восхода солнца. Где-то там — поезд и дорога, желание уехать на край света, а здесь — редкие прохожие, первые автобусы, дымка вдалеке. Город просыпался. Котенок тоже. Зашевелился и начал требовать свободы и еды. Лена пошла вдоль открывающихся магазинов. Пахло выпечкой, сладкой ванилью и шоколадом.

— Пекарня. Пойдем, коротыш, купим булочку.

Лена погладила своего питомца за ушком, котенок заурчал.

Пекарня была маленькая и уютная. Почти полупустые ещё полки. Мужчина за прилавком извиняющее улыбнулся:

— Обычно у нас к десяти все выпекается. Но не успеваем...Рук не хватает.

— А молочка у вас не найдется? У меня тут вот…

Из худи выглядывала милая пушистая мордочка.

— Какой прелестный! Сейчас спрошу у повара.

Мужчина, как потом оказалось — хозяин пекарни, вынес небольшое блюдечко с молоком. Котенок с жадностью начал его лакать.

— А мне кофе сделайте, пожалуйста, — сказала Лена взглянув на бейджик, висевший на груди мужчины, — Андрей.

Через пять минут перед Леной стояла чашка капучино, с ароматной пенкой и лежала горячая ватрушка. Только что из печи.

А в пекарне началась ежедневная утренняя суета. Народ потихоньку заполнял небольшой зал. Официант бегал между столиками, а Андрей стоял за кассой.

Коротыш наелся и уснул у Лены в сумке. Допила кофе, поблагодарила хозяина и собираюсь выйти. Но вдруг резко развернулась и спросила:

— А может вам работники нужны?

Широкая улыбка Андрея ответила яснее слов. Так Лена осталась работать в пекарне, помощницей. Она делала все: помогала с тестом, оформляла витрину, принимала заказ, рассчитывала клиентов. Коротыш тоже прижился в пекарне, как символ нового витка развития. Лена сняла неподалеку комнату. Хозяйка — одинокая старушка, бывший директор местного музея. Словоохотливая и живая. Каждый вечер Лена приходила домой, а Наталья Николаевна ждала ее на кухне пить чай. Конечно, девушке хотелось лечь спать, но обидеть старушку она не могла. И погружалась в истории города. А их у Натальи Николаевны было, хоть отбавляй. Разговоры заканчивались за полночь со словами: «Да, что ж я старая, разболталась. Всё. Всё. Спать».

Утром зевающая Лена шла в пекарню и до закрытия делала свою работу. А там и правда, дела пошли в гору. Народ будто заново увидел вывеску и распробовал вкусные пироги и булочки. И Ленины кокурки. Это ее фирменное блюдо. Рецепт достался ещё от бабушки. Сладкое, рассыпчатое тесто, с нежным вкусом таяло во рту. Кокурки — небольшие сдобные кусочки, печенья, с шоколадом, сметаной или медом шли на ура.

Однажды утром Лена заметила под ногами жёлтый лист:

— Неужели, осень…

Дела в пекарне шли хорошо, каждый день проходил в веселой суете. Новые лица, старые знакомые, запах свежесваренного кофе — всё это неслось с большой скоростью. Лена вдруг вспомнила, что за все это время ни разу не почувствовала боль в животе.

«Странно, видимо болезнь затаилась и ждёт, чтобы окончательно скрутить меня», — мысль промелькнула, но рабочие будни вытеснили ее из головы. Лена продолжала придумывать рецепты, улыбаться посетителям, а вечером снимать кассу и видеть довольные глаза Андрея, с которым сложились теплые дружеские отношения:

— Ты стала нашим талисманом! Посмотри, как хорошо идут дела. Ты бы хоть выходной взяла. Третий месяц, как пчёлка. Хочешь мы тебе турбазу организуем? У нас тут озёра… места есть, засмотришься.

— Нет. Нет. Не надо мне выходных.

Лена вдруг испугалась, что вся внешняя реальность уйдет жизни, и её снова захватят не веселые, страшные мысли.

— Ну, как хочешь, — Андрей засмеялся, — ты что испугалась? Мы-то теперь тебя точно никуда не отпустим. А вот зарплату обязательно поднимем.