Бесплатный фрагмент - Астральные фермы. Трилогия

АСТРАЛЬНЫЕ ФЕРМЫ

За секунду знакомая солнечная система превратилась в точку. Именно с такой скоростью двигались я и он. Силы были абсолютно равными. Мы оба понимали, скоро всё разрешится, и останется только один из нас.

Как же я до этого докатился? Почему мне приходится прыгать между мирами? Почему астральные сражения — не компьютерная игра, а моя реальная жизнь? Зачем Потерянным знания всех миров?

Эти и сотню других вопрос я задам себе много раз прежде, чем получу ответы, изменившие моё отношение к жизни, любви и дружбе.

ГЛАВА 1

Москва — город, в котором живёт Максим Смирнов. Максиму двадцать два года, он студент пятого курса педуниверситета, среднего роста, спортивного телосложения, с выраженным мужским подбородком и светло-русыми волосами. Начиная с десяти лет, он проверил свои силы во всех спортивных секциях северо-востока Москвы, но предпочтение отдал боксу. В какой-то момент на талантливого мальчишку обратили внимание, и в его жизни началась новая глава под названием «профессиональный спорт».

— Это всё, на что ты способен? — пытаясь вывести из равновесия спарринг-партнёра и друга, Максим провоцировал его на ошибки.

— Сейчас узнаешь, — прижимая руки к подбородку, Олег шёл вперёд.

Обменявшись ударами в центре ринга, Олег начал прижимать Максима в угол. Двигаясь в стиле Мухаммеда Али, Максим с лёгкостью провалил Олега и оказавшись у него за спиной, толкнул его в угол ринга.

— Моя бабушка двигается быстрее, — вытаскивая капу, хохотал Максим.

— Так, может, она и на чемпионат вместо тебя поедет?!

Олег Буллер: коренастый, коротко стриженым брюнет, с большими руками, широкими плечами, носом с горбинкой и, несмотря на все стереотипы, с отличным чувством юмора. Знакомы они ещё со школьной парты и всё, что происходило в их жизни, сначала они рассказывали друг другу, а уже потом всем остальным.

— Буллер, — подходя к рингу, обратился к Олегу тренер.

Мужчину плотного телосложения, с короткой стрижкой и шрамом над левой бровью, в зале было принято называть Анатольевич.

— Учись думать. Смирнов — молодец. Но для начала заверши атаку, а уже потом болтай.

— Ясно Анатольевич, — согласился Максим.

— Понял, меньше болтай, — направляясь в раздевалку, добавил Олег. Кстати, Макс, предлагаю на следующую тренировку пригласить твою бабулю, пусть покажет мастер-класс.

— Смейся, смейся… Я серьёзно. К твоей силе нужно добавить немного хитрости. Вот что ты будешь делать, если у твоего противника будет каменный подбородок?

— Печёночный паштет, — сделав крюк левой рукой, Олег громко выдохнул… — Главное — дыхалка.

— Паштет… Ты получил сообщение из универа? Ходят слухи, что заменят препода по психологии.

— Отличная новость! До учёбы ещё целый месяц, а повод прогулять пару психички уже есть.

— А вдруг она красотка?!

— Психичка и красотка, — улыбнулся Олег, — вернись на Землю, мечтатель.

Переодевшись, друзья разошлись по домам. Жил Максим возле большого зелёного парка. И именно в нём произойдёт судьбоносная встреча, разделившая его жизнь на «до» и «после».

Год за годом он наблюдал за людьми, практикующими дыхательную гимнастику. В их компании всегда находился человек, медитирующий в неподвижной позе. Действия, а точнее бездействие незнакомца, казались ему странными. Для чего он это делает? Когда ест? И наконец, когда он уходит домой? Вопросы пролетали так стремительно, что Максим не придавал им никакого значения.

29 июля было самое обыкновенное летнее утро. Проснувшись, Максим включил магнитофон, провёл трёхминутный раунд боя с тенью, съел бутерброд с сыром, кинул в сумку перчатки с кроссовками и отправился на тренировку. Где-то посередине парка его внимание привлёк раздающийся вдалеке рёв мотора. Обернувшись, он увидел несущегося на трёхколёсном мопеде курьера. Неуправляемый мопед мчался, собирая все кочки и бордюры на своём пути. Траектория мопеда чётко пересекалась с катившейся по параллельной дорожке коляски с ребёнком, за которой бежала молодая женщина. Максим бросил сумку и побежал наперерез. Буквально за несколько метров до столкновения он выхватил ребёнка из коляски и кубарем покатился по траве. Мопед, наткнувшись на очередную кочку, сбросил с себя курьера, приземлившегося в паре шагов от медитирующего, снёс коляску и воткнулся в дерево. Максим отдал малыша мамаше и, держась за колено, направился к курьеру с наливающимися злостью глазами.

— Ты где учился ездить?

Курьер азиатской внешности с испуганным видом смотрел на Максима.

— Простите, простите, — запричитал он, собирая разлетевшуюся пиццу в коробку, — хана мопед, хана.

Максим отряхнулся, ещё раз гневно посмотрел в сторону неудачливого водителя, поднял сумку и продолжил путь в сторону зала.

Хромая Максим зашёл в раздевалку, где встретил Олега.

— ЗдорОва. Чё хромаешь?

— Последствия необъяснимой глупости… Иду я по парку, и тут один из этих безумных курьеров несётся на мопеде, и сбивает всё на своём пути.

— И ты его остановил? — ухмыльнулся Олег.

— Сдался он мне, — в голосе Максима чувствовалась раздражённость, — дерево его остановило. — Правда перед этим он чуть коляску с ребёнком не сбил, вот я и побежал.

— Ну, ты отвесил ему пару профилактических?

— Не до него было.

Олег посмотрел на колено.

— Ну-у-у, дружище, похоже первенство Мира пройдёт без тебя.

За спиной появился тренер.

— Что с коленом, Смирнов?

— Неудачно приземлился.

— И чего ты ждёшь?.. Живо к врачу!

Уже заметно хромая, Максим направился на обследование, показавшее травму мениска. Конечно, он расстроился, но принял это как возможность заняться чем-то ещё, помимо спорта.

Собираясь в очередной раз на прогулку, Максим взял зонт и вышел из дома. Всё было как обычно, пока он не увидел медитирующего под начинающимся дождём. Максим огляделся по сторонам и подошёл к пожилому человеку с седыми, короткими волосами, гладко выбритым лицом, в тёмно-синем комбинезоне.

— Здравствуйте, — начал он, — а где Ваши люди?

Пожилой человек продолжал сидеть в неподвижной позе. Тогда Максим открыл свой зонт и прикрыл его. Прошёл час прежде, чем дождь закончился. Мокрая одежда прилипала к телу, вызывая чувство дискомфорта. Вдалеке появились люди из команды медитирующего.

— Спасибо, — шатенка лет сорока, подтянутой фигурой, без макияжа, с очень красивыми чертами лица, поблагодарила Максима и протянула визитку, — тест пройден, приходите.

— Какой тест?..

— Приходите, там всё узнаете.

Насквозь промокший, Максим спешил домой. У входа в подъезд он встретил Марию. Точного определения их отношениям у него не было, хотя окружающие давно считали их парой. Впервые они встретились в возрасте семи лет, с тех пор и по сей день их общение не прекращалось. Мария была очень яркой, стройной, длинноногой легкоатлеткой: русые волосы ниже плеч, аккуратная грудь, рост выше среднего. Про таких говорят: «На них любая одежда становится модной». Уже в школе она выделяла Максима среди одноклассников, а когда прозвучал последний звонок, сама сделала первый шаг к более серьёзным отношениям. Жила она в двух кварталах от Максима с больной мамой, из-за чего им обоим нередко приходилось менять свои планы.

— Пользуешься новой моделью зонта «Сито»? — хихикнула Мария.

— Да уж… Скучно было, вот и вышел прогуляться

— Не мог дождаться, пока дождь закончиться?

— Нужно было развеяться. В парке, по крайней мере, есть на кого поглазеть.

— Прям уж так и поглазеть?.. Что говорит твой доктор?

— Рекомендует лежать. А о выступлениях вообще забыть на целый год. Хорошо, говорит, хоть нога на месте.

— Справишься! Главное — знать, чего ты хочешь.

— Сейчас я хочу снять мокрую одежду. Поднимешься?

— Конечно, поднимусь. Я знаю отличное занятие, где одежда не нужна и рекомендации врача будут соблюдены, — игриво намекнула Мария.

На лице Максима появилась улыбка.

— Знаешь ты, как поднять настроение.

ГЛАВА 2

Утром, собираясь в университет, Максим достал визитку, покрутил в руках и спрятал обратно в карман. В университете было многолюдно, подготовка к учебному году шла полным ходом. Увидев среди однокурсников Олега, Максим отвёл его в сторону.

— Помнишь, я рассказывал о старике, медитирующем в парке? — начал Максим.

— Там, где ты колено повредил?

— Да.

— Он что, пиццу заказал на поляну?

— Смешно. Я был там вчера во время дождя. Представляешь, он с места не сдвинулся, словно не замечал капель. Ну я и накрыл его своим зонтом. А когда дождь закончилось и пришли его люди, мне сунули в руки визитку.

— Когда ты устроился медсестрой? — не понимая поступка друга, возмутился Олег. — Покажи визитку.

— Ничего особенного, — протягивая визитку, продолжал Максим, — хочу заглянуть к ним после универа и узнать о каком тесте шла речь.

— Да-а-а, — затянул Олег, рассматривая визитку, — ничего особенного. — Только не вляпайся ещё в какую-нибудь историю!

День пролетел быстро. Наконец, появилось время проверить указанный на визитке адрес. На месте Максим обнаружил дом из красного кирпича с высоким крыльцом, металлической табличкой на двери и кольцом для стука над ней. Максим постучал. Дверь открыл мужчина около пятидесяти без единого седого волоска.

— Проходите, — пригласил он внутрь.

— Мне тут визитку дали, — попытался объяснить Максим.

— Проходите, Вас ждут.

— Уверены?!

Зайдя внутрь, Максим попал в просторный холл с тремя чёрными диванами. Стены были светло-голубого цвета или белые с голубым отливом, посетителей не было, только он. Присев на диван, Максим достал телефон, надеясь найти в интернете информацию о доме и его собственнике.

— Странно… На карте даже номера этого дома нет.

— Тебя же Максимом зовут?! — спросил его вошедший незнакомец.

Это был худощавый мужчина лет шестидесяти, с короткими седыми волосами, большими глазами, в оранжевом комбинезоне.

— Да, а Вы откуда знаете?

— Долгая история, расскажу как-нибудь потом.

— Вы — экстрасенс?.. Почему Ваши люди дали мне визитку? Почему они были уверены, что я приду? И почему они бросили под дождём пожилого человека?

Незнакомец улыбнулся.

— Много вопросов, но самый главный так и не прозвучал. Хочешь знать, кто тот человек в парке?

— А кто он?

— Это — оболочка для наблюдений и, кстати, за тобой она тоже присматривает уже несколько лет. Я знал, что ты очередной ученик и возможно, сможет решить задачу ММ 2749.

Максим сделал удивлённое лицо

— Когда ты укрыл оболочку от дождя, ты подтвердил свою готовность.

— Давайте по порядку. Кто Вы? Какая оболочка? Что значит ММ 2749? И почему здесь такая тишина, тут есть ещё люди?

— Как я и сказал, много вопросов, и все правильные. Конечно, здесь есть люди, а также оболочки, путешественники и просто гости. Я познакомлю тебя со всеми, но сначала мне нужно задать тебе пару вопросов. Готов?

— Спрашивайте.

— Известно ли тебе, что кроме физического тела, существуют ещё шесть? Что каждое из них предназначено для определенной цели и развивается к определенному возрасту?

— Слышал, но не более. Я и о медитации знаю лишь то, что люди в позу лотоса издают звуки.

— Это очень поверхностное понимание, но для начала достаточно, что ты этого не отрицаешь.

— Как можно отрицать то, в чём не разбираешься?

— Хорошо! Именно такой подход, позволяет вырасти настоящему путешественнику.

— Опять Вы о каких-то путешественниках. Что вы имеете в виду? Я, конечно, выезжал из Москвы, но мой список стран не так уж велик. Так что, если Вы ищите гида, то я не тот, кто Вам нужен.

Незнакомец рассмеялся.

— Пока ты даже не представляешь, о каких путешествиях идёт речь. Они поглотят тебя и изменят твоё восприятие окружающего мира. В нашей школе мы работаем с телом астральным. Такие тела имеют потрясающую возможность пересекать миллиарды световых лет за секунду. Они не имеют веса, но сохраняют разум и знания, накопленные в теле физическом. Путешественники — это не только те, кто путешествуют между городами и странами, а и те, кто путешествуют между планетами, мирами, галактиками, пространствами, где собираются галактики, местами, где собираются пространства, в которых собираются галактики. Знаю, в начале пути это трудно принять. Поэтому новичкам мы поручаем самые простые задания. Если захочешь в этом разобраться, я дам тебе книгу. Она расширит твои познания о значимости астрального тела и о том, каким образом оно связано с физическим. Приходи, как прочитаешь, но не ранее. Договорились?

— Договорились. А как к Вам обращаться?

— Максим, если тебе так важно имя, зови меня Мастер. Скоро ты поймешь, что имена не имеют никакого значения. Всё будет сконцентрировано вокруг твоего астрального тела. Всё, что тебе потребуется — умение пользоваться знаниями, накопленными в течение жизни. Книга поможет понять, что в тебе скрыто гораздо больше, чем ты представляешь. И когда ты её прочтёшь, ты получишь не только ответы, но и кучу вопросов. Но к ним мы вернёмся после прочтения.

Озадаченный, стоя на ступеньках у входа в школу, Максим рассматривал книгу.

— Проверил, блин, адресок… Интересно, как книга поможет путешествовать?

Рассказ незнакомца так заинтриговали его, что он как можно быстрее, хотел приступить к чтению. Он слышал о множестве тел внутри физического, но не знал, что они взаимодействуют. Услышанное не укладывалось в привычный образ мышления, а голова гудела от вопросов.

Ровно два дня потребовалось Максиму на прочтение книги. Каждая страница разжигала в нём неудержимое желание стать одним из них. Он твёрдо решил вникнуть в тему и узнать о путешественниках всё.

У входа в школу Максима встретила женщина лет сорока, с хорошо ухоженной кожей, ярко-рыжими волосами, собранными в два хвостика, и очаровательной улыбкой.

— Я к Мастеру.

— Хорошо. Только придётся немного подождать. Мастер проводит экскурсию по Японии.

— Японии? — удивился Максим. — Каким образом Мастер планирует появиться на встрече, находясь в другой стране?

Услышав, как присутствующие в холле люди обращаются друг к другу по именам, Максим вспомнил слова Мастера — имена не будут иметь значения. Спустя некоторое время к нему подошёл Мастер.

— Рад, что ты вернулся так быстро. Составил список вопросов?

— Так точно, — по-солдатски ответил Максим. — Но, если не возражаете, я бы начал с вопроса, возникшего несколько минут назад.

— Давай.

— Вы проводили экскурсию по Японии?

— Верно.

— А разве существуют средства передвижения, позволяющие добраться из Москвы в Японию за минуты?

— Хороший вопрос, но на него я отвечу позже. Ты ещё не готов. Переходи к следующему.

— Ладно. Как находясь на одном месте, человек, к которому я ни разу не подходил, за мной наблюдал?

— Снова хороший вопрос. Помнишь, я тебе рассказывал, что кроме физического тела, самого слабого, есть ещё шесть? Так вот. Существуют знания, способные открыть доступ к энергиям этих тел. Ты помнишь, как ищут испорченные зёрна в рисе?

— Заливают водой и те всплывают?

— Всё верно. Мастера несут ответственность за планету, на которой находятся и могут сканировать людей по их астральному телу на готовность к переменам. Для этого не нужны разговоры или рукопожатия, тело само излучает нужные вибрации. Но не все путешественники раскрываются в раннем возрасте. Твой случай не самый рядовой. Решающим стало спасение ребёнка в парке. Кстати, у твоей подруги тоже есть задатки кандидата, возможно, в следующей жизни и она присоединится к нам.

— Маша?

— Удивлён?

— Есть немного. А что Вы имели виду под ответственностью за планету?

— Как ты думаешь, кто такие путешественники? Какая задача может перед ними стоять?

— Очевидно же, они путешествуют. Верно?..

Мастер улыбается.

— Смотри, сейчас ты рассуждаешь в рамках твоего ограниченного физического мира и максимум, что ты можешь представить, это Солнечную систему. Ты слабо допускаешь, что за пределами этой системы есть ещё миллиарды таких систем. Так вот, один Мастер — одна система. Моя задача — сохранять равновесие на девяти планетах знакомой тебе системы, и когда я говорю о путешествиях, то имею в виду Солнечную систему.

— Так планет же восемь, — уверенный в своей правоте, перебил Максим.

— Для обычных жителей земли восемь, а для посвящённых — девять. В начале пути многое из того, что ты знал ранее, будет не соответствовать действительности. Поэтому сперва все начинающие путешественники становятся помощниками. Кто-то из них дорастает до Мастера ещё в этом воплощении, а кому-то предстоит длинный путь. Быть Мастером — задача ответственная и подразумевает ряд обязанностей. Самое главное — поддерживать равновесие. Когда Мастер замечает, в находящихся под его ответственностью секторах, дисбаланс, задача путешественников его устранить.

— Какой, например?

— Разный. Потеря знаний — худший из вариантов. Как ты уже понимаешь, путешествуем мы не в физическом теле. Прежде чем начать самостоятельные перемещения, каждый кандидат проходит обучение. Начинается оно с той планеты, на которой он живёт, точнее, с города, потом других городов и стран. И когда он осваивает простую технику перемещений, переходит к Солнечной системе.

— Экскурсия по Японии была одним из таких перемещений?

— Всё правильно. В Японии я проводил обучение такого же новичка, как и ты. Кстати, хочу дать пояснение касаемо оболочек. Оболочка — это тело, которое когда-то было передано школе, мы называем их «ФИЗО». В них поддерживаются энергии, необходимые для жизни: солнца, ветра, воды. Таких сосудов на планете много, с одним из них ты уже знаком, тем, что в парке. Когда я чувствую появление нового кандидата, я направляюсь к этому месту, используя ближайшую оболочку. При необходимости общения в физической форме, как сейчас, в каждой школе имеются оболочки напрокат. Знаю, звучит необычно, но однажды и ты воспользуешься одной из них.

— Мастер, от Ваших ответов появляется ещё больше вопросов. Как путешественники перемещаемся между заданными точками? Как происходит аренда оболочки напрокат? Кто добровольно оставляет свои тела школе?

— Хорошо, что ты знаешь о физическом теле? Ты понимаешь, почему оно живёт, а почему умирает?

— Умирает… От болезней, например, и старости.

— Правильно, но у физического тела ресурсов гораздо больше. Если убрать все причины, которые ты перечислил, его можно использовать тысячу лет. Да, да, тысячу лет.

На лице Максима появилось выражение недоверия.

— Но… Чтобы физическое тело могло служить так долго, нужна чистая энергия. Мозгами здесь ничего не управляется. Все тела обладают опытом, накопленным за время жизни, а также опытом, накопленным в состоянии оболочки. Опыт, который переходит в знания, и есть самое ценное во Вселенной. Именно он привёл к появлению первых школ астральных путешествий. Оболочки перемещаются между городами, чтобы меньше вызывать подозрения, но это всё те же оболочки, которым по сотне лет. Для начала ты должен принять сам факт скрытого от тебя мира. Всё, что нас окружает, появилось гораздо раньше, чем знакомая тебе Солнечная система. Чем больше ты будешь узнавать, тем больше будешь понимать о происходящем, как вокруг тебя, так и внутри. «АСТРО», так мы называем астральное тело, позволяет путешествовать, но в физическом мире беспомощно. «ФИЗО», наоборот, обладает физической силой, но ограничено пространством и временем. Поэтому для решения задач в материальном мире мы используем оболочки напрокат. Они соответствуют облику того места, куда мы прибываем. Получаем мы их от последователей, принявших путь путешественника. Физические тела им больше не нужны, хотя и остаются доступными.

— Почему не нужны?

— Потому, что большую часть времени они путешествуют. К тому же, в школах оболочки надёжно защищены от Потерянных.

— Потерянных?.. Воров что ли? — выкатив глаза, уточнил Максим.

— Ты первый, кто их так назвал, и это чертовски точное определение. Самый первый и самый главный закон во Вселенной — решимость. Когда ты выбираешь свой путь, ты как бы указываешь направление своему разуму, душе, если хочешь — и они подчиняются. Но стоит нарушить своё слово и предать первый закон, оболочка тут же отвергнет владельца. Такие путешественники становятся отрезанными от своего физического воплощения, и больше не могут попасть в своё тело. И несмотря на то, что мы можем пользоваться оболочками напрокат, остаться в чужой оболочке навсегда не получится. Несовместимость, понимаешь? Но иногда оболочка принимает чужака. Вот Потерянные и совершают попытки овладеть «ФИЗО» других путешественников, а мы препятствуем этому.

— Ясно, а как Вы определяете Потерянных? У них же нет печати на лбу, — улыбнулся Максим, — может, Вы один из них?

— Хорошее замечание. Не на лбу, но отметка всё же есть. Смотри сюда.

Мастер повернул шею и спустил воротник комбинезона. На шее Мастера, Максим увидел рисунок, похожий на татуировку: два удлинённых пересекающихся овала, в пересечении квадрат, стоящий на одной из вершин с точкой в середине.

— У путешественников, — продолжил Мастер, — отметка голубая, а у Потерянных — красная. Какого цвета у меня?

— Голубая. И что, у всех такой знак?

— Нет, это отметка моего мира. В твоём добавляется круг внутри квадрата, он же является и знаком школы, ты видел его на визитке. Так мы узнаём, откуда прибыл путешественник. Чем больше фигур уходит внутрь квадрата, тем глубже измерение. И ещё, если ты увидишь того, кто прячет свою шею, остерегайся, возможно, это Потерянный. А теперь я отвечу на твой вопрос о Японии, но, думаю, ответ ты уже знаешь.

— Оболочка напрокат, — тихим, утвердительным тоном сказал Максим.

— Верно.

— А когда Вы научите меня путешествовать?

— Помнишь про первый закон? Сейчас ты должен пойти домой и всё обдумать. Всё, что тебе сейчас дорого, будет иметь другое значение. Если ты примешь решение, и твоя оболочка поймёт, что оно истинное, у тебя появится знак путешественника на одни сутки, тест-драйв, так сказать. В течение суток можно отказаться от намерения быть путешественником, и оболочка тебя не отвергнет. Понимаешь, о чём я?

— Да. Если я передумаю позже, то стану Потерянным.

— Молодец. Возвращайся домой. Не спеши с решением, приходи, когда будешь уверен.

Погрузившись в размышления, будто на автопилоте, Максим шёл домой через парк. Увидев медитирующего, он остановился и пристально всматривался в хрупкую фигуру пожилого человека.

— Если я соглашусь, как это объяснить родителям, Маше, Олегу? Что делать с учёбой? И вообще всё как-то странно. Случай в парке, травма — меня будто подвели к выбору.

ГЛАВА 3

Ночь пролетела как один час. Направляясь в университет, Максим прокручивал в голове все возможные варианты рассказа о произошедшем Олегу.

— Нужно так рассказать Олегу о людях, путешествующих между планетами, чтобы у него не возникло желания сдать меня в психушку.

Возле университета Максим увидел друга в окружении девушек, развлекающего их анекдотами. Олег гордился спортивным телосложением и носил минимум одежды, когда это позволяла погода. Максим искренне обрадовался и подошёл к другу.

— Приве-е-е-т! — громко пропел Олег. — Чем закончился поход в таинственный дом?

— Ты прямо читаешь мои мысли, — похлопывая друга по плечу, начал Максим, — мне и правда есть что рассказать.

— Давай, не томи. Это секта?

Максим улыбнулся, не зная с чего начать.

— Хорошо. Первое, что я понял — это сообщество людей, путешествующих не только между городами и странами, но и планетами. Да, тебе не послышалось, планетами.

— Ты хочешь сказать, эти ребята из звёздных воинов?..

— Не похоже. Их Мастер вполне адекватный.

— Мастер?! — Олег истерически расхохотался. — Ну, точно звёздные войны! Его не Йодой зовут?

— Да нет. Сказал, что имена не имеют значения, и со временем я это пойму.

— Ну, точно ненормальный. А ты кто, Люк Скайвокер? — Олег откровенно не сдерживал смеха.

— Как раз с этого всё и началось, он знал моё имя. Говорит, наблюдал за мной несколько лет, ждал, когда я буду готов принять своё предназначение.

— Слушай, Макс, странно всё как-то, не находишь? Ты видел его раньше? — Олег прищурил левый глаз.

— Как выяснилось позже, видел.

— Бред какой-то… И что он тебе предложил, вступить в секту? Денег просил?

— Сложилось впечатление, что деньги их не интересуют. Он посоветовал всё обдумать и только потом возвращаться для дальнейшего обучения.

— Тебе универа мало?! — с недоумением воскликнул Олег.

— Всё гораздо сложнее. Учёбу в университете, возможно, придётся оставить.

— Макс, дружище, а родителям ты что будешь говорить?

— Как я и сказал, всё сложно…

— Ладно, Макс, мне ещё к тренировке нужно собраться. Кстати, как колено?

— Порядок. Врач велел лежать, но ты же знаешь, порой их рекомендации невыполнимы.

Друзья попрощались, а Максим достав мобильный, набрал номер Марии.

— Олег, конечно, мне друг, но не единственный.

— Маш, привет. Можем встретиться в парке? Нужен дружеский совет.

— Привет. Минут через 20. Хорошо?

— Отлично! Тогда — на лавочке у поляны.

Воздух был по-настоящему тёплым, в парке было много отдыхающих и занимающихся спортом. Ожидая подругу, Максим посмотрел в сторону медитирующего. Всё было как обычно.

— Так, нужно решить, что рассказывать, а о чём пока лучше промолчать. Факт того, что можно лишиться собственного тела, звучит пугающе. А что, если я захочу вернуться к обычной жизни?

Вдалеке появился силуэт Марии. Максим почувствовал, как участилось сердцебиение. Он встал и помахал ей рукой.

— Привет, хорошо выглядишь, — выпалил он.

— Спасибо. О чём хотел рассказать?

— Давай присядем, — Максим указал на лавочку.

— Неужели предложение хочешь сделать мне? — хихикнула Мария.

— Ты-ы-ы, конечно, мне нравишься… — уши Макса заметно покраснели.

— Ла-а-адно, не парься, шучу я. Рассказывай, зачем позвал.

— Помнишь, когда ты встретила меня промокшим? Я ещё сказал, что пожертвовал своим зонтом в пользу другого человека.

— Помню, и это тебя так взволновало, что потребовался совет?

Кивком головы Максим указал в сторону медитирующего.

— Вот этот человек. Вчера мы встречались у них в школе, и это оказалась не просто школа йоги, а школа астральных путешественников. Ты слышала о чём-то подобном?

— Немного. Я ведь тоже увлекаюсь йогой и знаю, что йога — это не только позы, а и познание своего тела. Вообще считается, что достигшие высокого уровня мастера могут осознанно выходить из физических тел.

— Значит, ты считаешь, это нормальным?

— Не нормальным, но это возможно.

— Аж отлегло, — с облегчением выдохнул Максим. — Так вот, Мастер этой школы сказал, что я — кандидат в путешественники, и только от моего решения зависит, стану я им или нет.

— А что тебя останавливает? Время у тебя есть, кто знает, может, тебе понравится?

— Маш, — Максим взял девушку за руку, — за это я тебя и люблю. Ты права! А что, если мне понравится?

Глаза Максима заблестели, и он окончательно решил воспользоваться предложенным тест-драйвом. Прогуливаясь по парку, Мария делилась с Максимом всем, что знала о йоге. В тот момент ему показалось логичным, что она в списке потенциальных кандидатов.

Умываясь вечером перед сном, Максим посмотрел в зеркало и увидел понемногу проявляющийся знак школы, у него на шее. Два удлинённых пересекающихся овала, в пересечении квадрат, стоящий на одной из вершин, в нем — круг с точкой в середине.

ГЛАВА 4

Как ни странно, спал Максим очень крепко. Почистив зубы, он ещё раз внимательно посмотрел на знак на своей шее.

— Не такой чёткий, как у Мастера, но для одного раза сгодится.

Максим подошёл к рабочему столу и маркером обвёл на календаре 6 августа.

— Сегодня тот самый день, когда я из обычного, не подозревающего о других мирах человека, стану на шаг ближе к тем, кто поддерживает в них равновесие.

Ещё было достаточно рано для прогулок, но слишком поздно для того, чтобы лежать в кровати, и он отправился в школу. Максим испытывал чувство гордости, идя с высоко поднятой головой так, чтобы проявившийся на его шее знак был виден абсолютно всем. Тёплый воздух скользил по его лицу, а утреннее солнце приятно грело. Он представлял, как летит на потоках встречного ветерка по маршрутам его новых друзей. Заметив подходившего Максима, помощник открыл дверь, предлагая войти внутрь. В холле его встретил Мастер.

— Доброе утро. Вижу, ты принял решение?

— Доброе. Да, принял. Хочу убедиться на деле, вдруг мне понравится.

— Вдруг? — рассмеялся Мастер. — Пойдём, покажу хранилище оболочек.

Они спустились на один этаж, хотя лестница вела, как минимум, ещё на два ниже. Перед Максимом открылся зал шириной около двадцати и длиной около ста метров, с высокими потолками. Весь зал был заполнен капсулами. Проходя мимо одной, Максим увидел девушку, окружённую какими-то сенсорами.

— Что это? Похоже на капсулу жизнеобеспечения.

— Так и есть. Еда для физической оболочки не так важна, как вода или солнце. Сенсоры сканируют оболочку и при необходимости активируют внутри капсулы недостающий элемент.

— Откуда у Вас такие технологии?

— Максим… Мы же путешественники. Технологии, с которыми мы сталкиваемся, ушли на миллионы лет вперед.

— У-у-ух… Аж мурашки по коже. А почему об этом никто не знает? Если Вы поделитесь этим с остальными, то сможете спасти сотни тысяч жизней.

— Цель благородная. Только такой сценарий мы уже проходили. Это было во времена Атлантиды. Люди в то время нуждались и помощи, и Мастера щедро поделились знаниями. Прогресс их развития шёл столь стремительно, что вскоре Атланты изъявили желание править Вселенной. А это, как ты понимаешь, нарушает баланс. В итоге, жажда власти привела к уничтожению целой цивилизации. Такова была цена сохранения баланса, хотя вместе с Атлантидой было уничтожено и само учение об астральных путешествиях. Все это затормозило развитие землян на тысячи лет, и лишь в восемнадцатом веке Земля была вновь включена в общий цикл планетарного развития. Теперь, наученные прошлым опытом, Мастера дают информацию очень осторожно и только в обмен на услуги от государств. Я имею в виду наши школы, все они обладают статусом неприкосновенности.

— Ясно. Мы тоже будем в одной из таких? — Максим указал на капсулу рядом с ними.

— Почти… Наша капсула для двоих. Так как ты ещё кандидат, мы путешествуем вместе. Я буду задавать маршрут, отвечать на вопросы и верну нас домой.

— Класс.

Они подходят к капсуле с прозрачными стенками. Через стекло виднелась серебристая обивка, сливающуюся с металлическими частями конструкции, и два полулежачих кресла.

— Располагайся, — Мастер пропустил Максима вперед.

— Какое моё?

— То, что по душе.

— Тогда левое.

Словно кузнечик, не обращая внимания на больное колено, Максим запрыгнул в кресло.

— Ну что, готов? — поинтересовался Мастер.

— На все сто. А что нужно делать?

— Ляг удобно, представь знак путешественника и мысленно коснись точки в центре круга.

Как только Максим закрыл глаза, знак путешественника тут же появился перед ним. Мысленно коснувшись точки, он открыл глаза. Вокруг всё было по-прежнему.

— Ничего не получилось, — с разочарованием произнёс Максим, — я всё ещё здесь.

— А где ты хотел оказаться?

— Я думал, у нас экскурсия по Японии.

— А что именно ты хотел бы увидеть?

— Вы слышали о бамбуковом лесе Сагана? — после недолгого размышления предложил Максим.

— Ты об этом?

Максим посмотрел в сторону и не поверил своим глазам. Ещё секунду назад они были в капсуле, а сейчас… Их окружала высоченная бамбуковая роща. Длинные, как лапы гигантского паука, тонкие стволы уходили вверх. Максим понимал, они всё ещё на Земле, но ощущал себя гостем на другой планеты.

— Это реально?

— Реальнее не бывает. Но без физического тела ты — просто наблюдатель. Куда дальше?

— Подождите… Если наше перемещение заняло одно мгновение, то сколько же мест можно посетить за пять минут? — вслух подумал Максим. Мастер, а как Вы настраиваете маршрут? Нужны точные координаты или картинка места перемещения?

— Да по-разному. Главное, чтобы ты знал, куда хочешь.

— Тогда… Пирамиды древней цивилизации Майя.

Через мгновение их взору открылся вид на пирамиды. Максиму они всегда казались мелковатыми, но вблизи… Невольно начинаешь размышлять, как строителям того времени удавалось передвигали глыбы таких размеров?

— Вот бы забраться на самую вершину, — подумал вслух Максим.

В тот же момент он оказался на самой макушке пирамиды. Не Москва-Сити, но точно выше девятиэтажки.

— Управлять астральным телом очень просто, стоит только подумать, — с детской непосредственностью похвалился Максим.

— Быстро же ты разобрался, — похвалил Мастер, — куда на этот раз?

— А на Марс можно? Я правильно понимаю, кислород нам не нужен, а для радиации и вакуума мы неуязвимы?

— Правильно. Астральные тела не бессмертны, но радиация с вакуумом им не опасны. Хочешь сам управлять перемещением?

— А Вы позволите? — в глазах Макса появился азарт.

— Куда точно на планете ты хочешь попасть?

— В журналах я видел снимки отпечатка «Смайла». Предлагаю осмотреть его более детально.

— Тогда коснись моего плеча и задай маршрут.

— Так просто?

— Так просто.

Максим положил руку на плечо Мастера, закрыл глаза и подумал об отпечатке «смайла» на Марсе. Через мгновение они зависли перед красной планетой на расстоянии около пятидесяти километров от поверхности.

— Всё точь-в-точь, как на картинках! Хочу рассмотреть доброжелательного марсианина поближе.

Максим касается Мастера, и они оказываются в центре фигуры. Стена из марсианского песка и глины, образующая контур с ровно обрезанной внутренней стороной, возвышалась на высоту более трёх километров над ними.

— Мастер, эта планета всегда была такой?

— А что с ней не так? Не суди о конфете по её обёртке. Как в твоём представлении должен выглядеть защитный слой планеты — электромагнитное поле с озоновым слоем?

— В общем-то, да.

— А о расположении Марса ты забыл? Температура здесь значительно отличается от земной, потому и защитный слой другой. Вся жизнь под этой грудой песка.

— Что?.. Марс — обитаемая планета?! — с искренним удивлением спросил Максим.

— Конечно! Это один из древнейших маршрутов путешественников. Марс включен в цикл планетарного развития и находится в нем гораздо дольше всех планет. Придёт время, и ты попадешь внутрь, но не сегодня.

Из-за хребта стало подниматься Солнце, а вместе с ним и марсианская буря. Максим коснулся Мастера и произнёс: «Домой».

ГЛАВА 5

Возвращение в физическое тело оказалось не самым приятным. Появилась тяжесть, глаза болезненно реагировали на свет, и невыносимый запах.

— Почему я так остро ощущаю запахи? — возмутился Максим.

— Это запах твоей оболочки. Помнишь, что я говорил тебе ранее: для поддержания жизни в физическом теле еда, протухающая в желудке, не нужна. Но большинство людей предпочитают именно такой источник энергии. Привыкнешь со временем, а для начала перестань есть что попало.

— Что дальше, Мастер? Когда истекает время окончательного решения?

— Вот что я тебе скажу, Максим. Сегодня я увидел не кандидата, а путешественника. Твоя память рефлекторно использовала накопленные знания. Сомнений нет: ты один — из нас. Время окончательного решения истечёт завтра в полдень.

— А я могу обо всём рассказать друзьям?

— Олегу и Марии? Рассказывай. Олег сочтёт это за розыгрыш, а вот реакция Марии мне интересна.

Лишь на обратном пути Максим по-настоящему ощутил тяжесть физического тела. Представьте, вам нужно донести по лестнице две гантели по двадцать килограммов каждая на пятнадцатый этаж. По разным причинам вы не можете их опустить, и донести их нужно максимально быстро. Каждый метр даётся труднее и труднее, появляется ощущение, что руки вытягиваются под тяжестью веса всё сильнее и сильнее. И вот, на нужном этаже, вы опускаете гантели вниз. Ваши легкие словно взрываются от количества воздуха, врывающегося в них, а руки будто взлетают, отрицая свою принадлежность к тяжелому телу. Ещё пару мгновений лёгкость в руках сохраняется, но вместе с кровью возвращается и тяжесть.

Время было утреннее, и Максим решил незамедлительно найти Олега с Марией. Он достал мобильник и позвонил Марии, но услышав сообщение автоответчика. Тогда он набрал номер Олега.

— Привет, это я. Как у тебя со временем?

— Через час буду свободен.

— Отлично! Тогда через час у итальянцев.

Так мы называем итальянское кафе «Бенвенуто». Нам нравилась местная паста, а ещё у них самый адекватный для студентов ценник. К тому же в утренние часы здесь очень спокойно, что и требовалось для беседы.

Час пролетел незаметно. Итальянское кафе в светлом оформление и скатертями на столах добавляли ощущение домашнего уюта. Олег пришёл без опозданий, в руках у него была спортивная сумка.

— У нас какой-то особый случай? — с порога начал шутить он

— Особый, особый. Здесь, по крайней мере, можно спокойно поговорить.

— Тогда давай сразу к делу, у меня тренировка.

— Короче, Олег, история такая. Я снова был в этой школе путешественников. Ты знал о существовании астрального тела.

— Как в фильме «Астрал»? Человек сидит в кресле, а его дух идёт дальше?

— Не совсем так, но что-то похожее. Суть в том, что астральное тело способно самостоятельно существовать от физического, и возможностей у него гораздо больше.

— Не пойму, к чему ты клонишь? Ты принял участие в групповой медитации, и у тебя открылся третий глаз?

— Очень смешно… Дело в том, что я могу стать тем, кто поддерживает баланс во Вселенной.

— Ну, ты и загнул, дружище! И как же ты об этом узнал? Твой дедушка рассказал?

— Хватит ржать, вот смотри, — Максим опустил воротник рубашки.

— Ты когда татуху набил? — удивлённо выкатил глаза Олег.

— Это я и пытаюсь тебе объяснить. Она сама появилась. Мастер говорит, что я уже был путешественником и сейчас настало время вернуться.

— Макс, если ты решил пуститься во все тяжкие…

— Олег, это не обычные туристические маршруты. Сегодня утром я посетил Японию, потом был у пирамид Майя. И это не всё. Я видел знаменитый отпечаток «Смайла» на Марсе и спускался на саму планету.

— Хочешь, чтобы я поверил в то, что тебе привиделось, пока ты находился в трансе с твоим Мастером? — возмутился Олег.

— Да… Всё так, как предвидел Мастер.

— Что именно?

— Что ты не поверишь. Наверно, так и должно быть.

Разговор прервал звонок от Марии.

— Привет, хотел встретиться? — доносился голос девушки из трубки.

— Хотел и хочу. Помнишь итальянскую кафешку? Жду тебя здесь.

— Хорошо, скоро буду.

— Хочешь рассказать эту сказку Маше? — недоверчиво уточнил Олег.

— Почему нет?.. Она тоже мой друг.

— Тогда я отчаливаю.

Олег встал из-за стола и поднял сумку.

— Макс, какие бы советы ты ни услышал, ответственность за свои решения будешь нести только ты. Возможно, у тебя просто стресс из- за травмы.

Максим пожал руку Олега и по-дружески толкнул его кулаком в плечо. На мгновение ему показалось, что это их последнее рукопожатие. Провожая друга взглядом, он вспомнил слова Мастера о важности реакция со стороны Марии. Ему очень хотелось помочь подруге, но он понимал, что только истинное намерение кандидата способно запустить механизм появление знака. За размышлениями, Максим не заметил, как в кофе вошла Мария.

— Привет, привет, — игривым голосом начала она, — увидела пропущенный от тебя и сразу поняла, о чём пойдет речь. Ну, выкладывай.

— Маш, ну как тебе удаётся всегда быть такой красивой, а ещё умной и проницательной?

— Не знаешь, с чего начать? — хихикнула девушка.

— С Олегом, как-то не особо получилось.

— Тебя это удивляет? Его же кроме тренировок ничего не интересует.

— Да уж… Всего пару недель назад я сам думал только о подготовке к чемпионату.

Максим решил рассказать всё, как есть: что теперь его жизнь будет заключаться в поддержании баланса на девяти планетах, о том, что в школе есть капсулы для путешествий, о Потерянных, о чудесном ощущении астрального полета и о визите на Марс. Некоторое время Мария просто молчала. Казалось, она пыталась что-то сказать, но потом останавливалась. Она не выглядела растерянной или удивлённой сверх меры, испуга тоже не было.

— И-и-и… Что ты решил? — прервала она молчание.

— Всё произошло так, как ты сказала, — мне понравилось. А как бы ты отреагировала на такое предложение? Тебя, я смотрю, не особо удивил мой рассказ?

— Удивил?! Не-е-ет… Ты подтвердил мои догадки. Ну не могли люди быть единственными разумными существами во Вселенной. А если проанализировать путь человека с момента его появления, становится очевидно, что людей всегда кто-то направлял или даже оберегал. Только вот человек всегда стремился всё разрушить.

— Значит, ты была бы не против стать путешественницей?

Взгляд Максима скользнул на правую сторону её шеи, туда, где появляется знак.

— Я бы, не раздумывая, согласилась, получив такое приглашение.

Максим закашлял, с трудом сдерживая эмоции.

— Но я не могу, — продолжила девушка, — у меня больная мама, и, кроме меня, у неё никого нет. Да и предложения такого не поступало.

С сожалением Максим кивнул голов.

— А как ты будешь объяснять окончание учёбы родителям? Вряд ли они поверят в историю о Марсе.

— Не знаю. До начала учёбы ещё целый месяц. Возможно, смогу совмещать. Завтра в полдень я подтверждаю своё решение и начнётся основой этап подготовки. Время в астральных путешествиях измеряется иначе. Раз уж они такие продвинутые, наверняка слышали о выходных. А их я буду проводить с тобой.

Мария улыбнулась и положила руку на ладонь Максима.

— Но это будет завтра! — продолжил Максим, — а сегодня мы идём в кино.

ГЛАВА 6

Утро друзья встретил вместе. Было очевидно, вставать никто не спешил. Тихонько отодвинув волосы с лица Марии, Максим любовался её естественной красотой. Девушка потянулась и лениво улыбнулась.

— Привет, соня, — прижав Марию к себе, Максим поцеловал её в кончик носа.

— Привет.

— Как спалось?

— Чудесно. А тебе?

— Много мыслей о сегодняшнем дне, но в общем хорошо.

Желание понежиться в кровати прервал звонок телефона Марии.

— Да мам, что-то случилось?.. Хорошо, скоро буду…

Заметно изменившись в лице, Мария повернулась к Максиму.

— Мне пора, увидимся позже.

Одевшись за две минуты, Мария выпила кофе, приготовленный в кофеварке, чмокнула Максима в лоб и убежала. Разочарованный уходом подруги, Максим нехотя сполз с кровати и, включив забойный рок, отправляется на кухню знакомиться с содержимым холодильника.

— Да-а-а, — рассматривая продукты, затянул Максим, — если принимать во внимание слова Мастера о еде, есть нечего. Остаётся только надеяться, что чай с мёдом не так вреден, как всё остальное.

Завершив безвредный, по его представлениям, завтрак, Максим отправился в школу. В холле школы он застал группу людей, активно обсуждающих события прошлого дня. Один из участников дискуссии, худощавый брюнет лет сорока пяти, заметил Максима и подошёл к нему.

— Привет, ты новенький?

— Да.

— Я Марк, инструктор, — протягивая руку, представился он.

— Рад знакомству, я Максим, — пожал его руку Максим.

— Взаимно. Пойдём, я расскажу, как выполняются перемещения и всё необходимое о капсулах.

Инструктор подвёл Максима к капсуле с одним креслом.

— На самом деле всё просто. Маршрут уже установлен. Тебе всего-то нужно заблокировать крышку изнутри, представить знак школы и в путь.

— Обязательно блокировать капсулу изнутри? — уточнил Максим.

— Помнишь, что Мастер говорил о Потерянных?

— О попытках завладеть оболочками.

— Верно. Капсула — наш щит. Когда система замкнута, никто не может проникнуть внутрь, кроме Мастера, конечно.

— Ясно.

— Первые, самостоятельные путешествия, — продолжил Марк, — совершаются не дальше школы соседнего города. Предлагаю тебе посетить Новосибирск. Как ты на это смотришь?

— Положительно. Даже любопытно.

— Тогда, проверим, всё ли ты уяснил и…

Из-за спины Максима вышел Мастер.

— Поздравляю с началом осознанного пути, — начал напутственную речь наставник, — постарайся вынести максимум из этого урока. Пользуясь оболочкой напрокат, прислушивайся ко всему, что происходит с тобой. Помни, с этого момента ты будешь впитывать знания из разных оболочек. Проявиться они могут, как в виде воспоминаний, так и эмоциональных всплесков. Не волнуйся, справишься. Как закончишь, найди меня и я отвечу на все твои вопросы.

Максим обошёл вокруг капсулы, в которой ему предстояло совершить первое, самостоятельное перемещение.

— Ну что, начнём? — подключился Марк.

Максим занял кресло, зафиксировал крышку изнутри, представил знак и коснулся точки в середине. Открыв глаза через мгновение, о факте перемещения свидетельствовал бархатно-синий цвет внутренней отделки.

— Оригинальное решение. Если бы не другой цвет, никогда бы не догадался, что перемещение завершилось.

Максим разблокировал капсулу и вышел. В отражении затонированного окна он увидел худощавого мужчину лет пятидесяти с блестящей, как бильярдный шар, головой. Проведя рукой по лысине, он с удивлением рассматривал свою одежду.

— Они что здесь, как монахи одеваются? И почему она голубая?..

— Приветствую тебя путешественник, я — Пауль, смотритель школы.

— Пауль? — улыбнулся Максим, — а я Максим из Москвы.

— Немецкие корни — ответ на твой вопрос.

— Неужели всё так очевидно?

— Угадать было несложно. Большинство ожидает услышать имя типа: Алексей, Владимир, Пётр.

— Да уж, сила стереотипов.

— Надолго к нам?

— Мастер поручил мне освоиться в оболочке напрокат, — максимально серьёзно отрапортовал Максим.

Пауль улыбнулся, как улыбаются родители, когда дети хвастаются своим первым домашним заданием, полученным в школе.

— Ну, раз Мастер поручил… Уже обратил внимание на свою одежда?

— О да-а-а! — выдохнул Максим.

— Если случайно заблудишься, обратись к любому полицейскому и попроси проводить в школу голубых одежд.

— Голубых одежд? — улыбнулся Максим.

— Это они нас так прозвали.

Выйдя на улицу, он увидел станцию метро «Площадь Ленина». Ему сразу понравилось, что в оболочке отсутствовал отталкивающий запах. И кстати, боли в колене, к которой он уже привык, тоже не было. Он перешёл дорогу и продолжил идти вниз по проспекту. Не спеша Максим наслаждался прогулкой и восхищался чистотой города и множеством зелёных деревьев.

— Как так вышло, что я ни разу здесь не был?

Оставаясь в постоянной концентрации, он не заметил, как дошёл до реки. По набережной гуляли влюбленные парочки, бабушки со своими внуками, а кто-то просто читал книгу, сидя на лавочке под деревом. И тут в толпе он увидел человека с шарфом на шее. Мужчина выше среднего роста, лет тридцати пяти–сорока, рыжие волосы и усы. В светло-синих джинсах, белых кроссовках Nike, кислотно-зелёной футболке и голубом шарфе. В Москве, да и вообще до истории с Потерянными, он бы и внимания не обратил на такого персонажа. Но сейчас ему хотелось убедиться в своих подозрениях. Максим уже намеривался сделать шаг вперёд, но услышал звонок велосипедиста и обернулся, а когда повернулся обратно, человека в шарфе уже не было. Два китайских туриста стояли перед ним с разговорником в руках.

— Мо-сы-ты. Ме-ты-ро.

Максим показал рукой в сторону.

— Этот двухкилометровый метромост, самый длинный в мире, — не раздумываясь ответил он.

— Са-па-си-бо.

— Пожалуйста, только откуда я это… Оболочка?.. Она что, из этого города? Так может она и об особенностях города расскажет?

Застыв на месте, Максим прислушивался к ощущениям в ожидании ответа. Рот его медленно начинал открываться.

— Название города менялось семь раз, и улица без единого поворотов — тоже семь километров? Прямо какая-то магия цифры семь. И кем же ты был в прошлом?

Затаив дыхания, Максим ждал ответа.

— Палачом? — опешил Максим, — ну, не знаю, насколько может быть полезен такой опыт.

Размышляя о опыте оболочки, Максим дошёл до Планетария. Теперь ему казалось забавным, как люди представляют себе жизнь за пределами Земли. Сооружение хоть и было менее масштабным, чем в Москве, но всё компенсировалось оформлением прилегающей территории. Прогулочная зона напоминала созвездия, соединённые лучами. Людей было много, и в этой толпе Максим вновь увидел его, рыжеволосого. Он стоял в метрах пятнадцати и не отрывая взгляда, пялился на него.

— День добрый, — подойдя ближе, обратился он к незнакомцу.

— Добрый.

— Мне показалось или преследуешь меня?

— Преследую?.. Поговорить хотел, но сперва нужно было убедиться, что ты один. Похоже это твоё первое, максимум — второе перемещение?

— Угадал. Ты тоже один из наших?

— Был, — нехотя рыжеволосый отодвинул край шарфа, скрывающий знак красного цвета. — Знаешь, что это значит?

— Да.

— Хочешь узнать, как это случается не из теории?

— Хочу.

— Сразу успокою, это моё тело. На инструктаже говорили, как становятся Потерянными?

— Если истинное желание быть путешественником пропадает, то физическая оболочка отвергает астральную.

— Всё верно. Только это истинное желание, как ты выразился, не управляемое. Например, захотел ты встретиться со своей подружкой, а она начинает тебе жаловаться, как ей тебя не хватает. Ты хочешь ей как-то помочь, взять отпуск на пару дней от вселенской суеты и оп-па… Вот он сигнал, намёк на сомнения, а значит и нарушение первого закона.

Рыжеволосый так разошёлся, рассказывая о несправедливости к нему, что перешёл на крик, забыв об окружающих их людях.

— Ладно, — успокаивая себя, продолжил он, — обратного пути нет. Тело выталкивает меня.

— А что будет, когда оно от тебя избавится?

— Станет одной из оболочек напрокат.

— А с тобой… Что будет с тобой?

— А этого я ещё не знаю. Я так же, как и ты, слышал истории о Потерянных, которые ищут подходящую оболочку для замены. Возможно, стану невидимым сгустком энергии, как во время тест- драйва, — оглядываясь по сторонам, добавил незнакомец.

— Ты кого-то боишься?

— Вот ещё… Вокруг, конечно, есть агенты, отслеживающие покинутые оболочки, но они не причиняют им вреда. Ты же слышал о том, что оболочки накапливают опыт из тех, с кем соприкасаются? Несмотря на то, что это моё родное тело, каждый раз, когда я в него возвращался, оно аккумулировало полученные мною знания. Наши тела, как банк знаний вселенского опыта. Вот тебя как зовут? Понимаю вопрос глупый, но всё же.

— Максим, а тебя?

— Бераак, я — ирландец. Когда началось отторжение, решил убраться подальше. Мне как-то доводилось выполнять поручения в этом городе, вот я и выбрал его для последних дней с моей оболочкой.

— А как ты понимаешь, что оно тебя выталкивает? Может, стоит остаться при школе и помогать с новичками?

— Я так и хотел. Но все боятся, что оболочка примет нового хозяина, и знания будут потеряны. Оболочке не интересен пассажир, если у него есть связь со своим телом, они это как-то чувствуют. Зато имеют повышенный интерес к свободным. Они могут поменять хозяина, как мы меняем автомобиль.

— Бераак, ты меня вообще запутал. Я думал, что основой является астральная часть, а физическая — только сосуд, в котором путешественник ожидает следующего задания?

— Всё верно. Только астральная часть не может передать знания, не может рассказать, с кем общалась, что видела. Представь, ты купил хлеб, молоко, фрукты, что ты будешь делать дальше?

— Отнесу домой и положу в холодильник.

— Вот именно! Если ты и дальше будешь разгуливать с покупками, то они испортятся. В нашем случае знания перестанут быть актуальными и испарятся. Возвращаясь в свою оболочку, мы перекачиваем в неё терабайты информации. И когда она становится оболочкой напрокат, пассажир получает эти знания и делится своими. Ты знал, что первым носителем знаний был Мастер?

— Не знал.

— Всё началось с него, более трёхсот лет назад. Сам он — из внешнего мира, и как выглядит его оболочка никто не знает. А еще он может контролировать процесс передачи знаний оболочкам. Он знает намного больше, чем отдаёт при перемещениях. Тебе повезло, что ты встретил меня, — будет, о чём расспросить Мастера. Кстати, а почему ты не спрашиваешь о других планетах? Не интересно?

— Интересно, потому и не спрашиваю. Хочу пережить восторг от увиденного на месте.

— Ну, ну… Первый сюрприз тебя ждёт на Марсе. Представление о планете не совпадает даже с самыми смелыми ожиданиями.

Рыжеволосый ирландец стал собираться.

— Куда пойдёшь?

— По ощущениям, — Бераак ехидно улыбнулся, — пару дней протяну. Хочу использовать возможность чувствовать по полной. А потом вернусь к школе, незачем таскать моё тело по всему городу. А тебе удачи, кто знает, может, ещё свидимся.

— Да, кто знает, — согласился Максим.

Провожая взглядом Беррака, Максим осознал, что не знает, как вернуться обратно. Он вспомнил, что при входе видел патрульную машину и, не раздумывая, решает воспользоваться новосибирским телепортом. Издалека сидевшие в машине полицейские выглядели как «двое из ларца». Только подойдя ближе, он заметил разницу. Один был явно из борцов, выдавали уши, второй — просто толстый.

— Извините, — начал Максим.

— Школа голубых одежд? — перебил его толстый.

— Да. Подвезёте?

— Садись. И как тебя сюда занесло? — сокрушался толстый.

— Хороший вопрос, — пробурчал Максим.

Даже на машине они добирались более тридцати минут. Ехали тихо, без вопросов. Остановившись у метро, толстый спросил:

— Дальше найдёшь дорогу?

— Конечно. Спасибо.

В холле Максима встретил Пауль.

— Как прошёл день? Если есть вопросы, могу…

— Спасибо, — прервал его Максим, — устал и очень хочу домой.

— Тогда пошли, провожу до капсулы.

Максим сел в кресло, представил знак и коснулся точки в центре. Открыв глаза и увидев расцветку металлического цвета, понял — дом. Он поймал себя на мысли, что по-настоящему рад возвращению. А также безумно рад видеть своё лицо в отражении. Сделав шаг, Максим остановился и потёр больное колено.

— Да-а-а… Одной тебя достаточно, чтобы понять, где я.

ГЛАВА 7

Ни Мастера, ни помощников в комнате не оказалось, и Максим решил осмотреть нижний этаж школы.

— Если не запрещали, значит можно.

Спустившись на этаж ниже, он оказался в комнате с приглушённым светом. Капсул на этом этаже было значительно меньше, причём часть из них была накрыта плотной статью.

— Странно, зачем они накрывают работающие капсулы?

Он собрался спуститься ещё ниже, но услышал голос Мастера.

— А вот туда тебе ещё рановато. Рассказывай, как всё прошло?

— Улётно. Даже Потерянного встретил.

— И чем всё закончилось?

— Оказался хорошим парнем, ирландцем.

— А-а-а… Рыжий кельт… Жаль терять такого союзника. Он был одним из лучших.

— Вот и я о том же! Наверняка Вы могли-бы позволить ему помогать при школе и найти свободную оболочку. Сами же говорите, он один из лучших.

— Максим, — задумчиво начал Мастер, — иногда, нужно делать так, как этого требуют правила. Когда путешественник предан делу, опасности нет. Он вернётся в свою оболочку, поделится знаниями, а она в свою очередь — с теми, кто будет пользоваться ей позже. Этот цикл существуют так давно, ты даже чисел таких не знаешь. Рано или поздно Потерянный захочет постоянную оболочку, а это риск. Поверь, чтобы уничтожить цепочку планетарного взаимодействия, строившуюся миллиарды лет, нужно гораздо меньше времени, чем ты думаешь. Ты стал бы рисковать всем, понимая, что решение ошибочное?

— Получается, путешественники — переносчики знаний?

— Не-е-ет… «Переносчики» звучит, как «паразиты». Путешественники — это сердце, мозг, а если потребуется, и рука вселенского разума. Замысел такой: помогать разумным существам, учитывая их индивидуальные особенности. Особенность людей — жадность. Мы давно могли бы научить их летать в неизведанный космос, но эта особенность мешает им.

— А на других планетам нет жадности и правящей верхушки?

— Есть, но особенности другие.

— А ещё Бераак сказал: «Вы — начальная точка знаний о путешественниках на нашей планете». И что: «Оболочки Потерянных используются для выполнения заданий».

— Что касается оболочек, правда… Они основной носитель знаний и не только с планеты Земля. Откуда, по-твоему, технологии, которыми мы делимся? Откуда технологии, которыми пользуемся мы? Всё это знания оболочек. В отличии от обычных путешественников Мастер, способен ускорять подготовку кандидатов, контактирую напрямую с их АСТРО

— Ещё он сказал: «Вы — из внешнего мира, и Вашу оболочку никто и никогда не видел». Что он имел в виду?

— Забыл, я же рассказал об этом в день нашего знакомства. Посмотри на мой знак, а теперь на свой. Представь себе книгу, например, «Война и мир», в которой объединены все тома. Так вот, каждая страница — это отдельный мир. Обложка — это первоисточник, «внешний мир», а страницы — «внутренний». Каждая страница — это мир со своим бескрайним космосом, солнечными системами, и только Мастера могут переходить между ними.

— Ясно… А почему на этом этаже так мало капсул? А некоторые вообще накрыты тканью?

— Здесь капсулы для заданий на других планетах. Время там ощущается иначе и лишнее беспокойство им ни к чему. Накрытые капсулы — последний путь оболочек. Мы не используем их, а только поддерживаем, пока не соберем всё, хранящееся в них. Возможно, какая-то часть достанется и тебе.

— Как раз о передаче знаний я и хотел спросить. Оболочка, в которой я провёл двенадцать часов, в прошлом была палачом. Насколько полезны могут быть эти знания? Или для первых путешествий оболочка не важна?

— Все оболочки напрокат одинаково ценны. Нам неизвестно, какие знания станут доступны в процессе слияния, поэтому используются разные. Постой, а как ты узнал о палаче?

— Просто спросил.

— Да-а-а… Ты полон сюрпризов. Общаться с оболочками могут только путешественники внешнего мира. Моего внешнего мира. Эта способность недоступна в этой Вселенной. Это означает, что ты, также как и я, можешь выбирать знания и стирать ненужную. А ещё ты можешь видеть астральные тела в физической оболочке и вытаскивать их наружу. На моей памяти ты второй путешественник, способный это сделать.

— А первым кто был?

— Мой наставник из внешнего мира.

— Мастер, а зачем стирать информацию? И чем полезно умение вытаскивать астральные силуэты из оболочки?

— В оболочках, в которые мы попадаем, сохраняются не только полезные знания, но и разочарование с болью. Такие эмоции могут сбить новичка, тем более, если она достаётся от Потерянного. Сомнения, допустившие потерю оболочки, нужно удалять. А вот способность вытаскивать астральные тела из оболочек — большая привилегия. Любого, кто захочет занять твою оболочку, ты просто вытолкнешь, как безбилетника из автобуса. Получить такие способности возможно, только став воплощением Мастера внешнего мира. Похоже, нам предстоит много работы по пробуждению всего твоего потенциала.

Мастер повернулся в сторону лестницы и сделал пару шагов.

— Бурный денёк у тебя сегодня выдался, да?

— Это точно. Многовато для одного дня. Пойду-ка я домой. Мне же можно домой? — подняв брови и сморщив лоб, поинтересовался Максим.

— Конечно. Приходи, когда отдохнёшь.

Утром Максим проснулся с твёрдым намерением вернуться в школу и перейти к практической части обучения.

— Почему я должен удовлетворяться тем, что достанется! Я сам хочу выбирать то, что мне интересно.

Вернувшись в школу, Максим застал Мастера в окружении новичков. Мастер заметил его и жестом показал — пять минут. Зазвонил телефон. Хлопая по карманам, Максим поймал себя на мысли, что полностью забыл о его существовании.

— Привет, спортсмен, — услышал он голос матери. — Как дела? Всё хорошо?

— Хорошо, мам. У вас как?

— Ты же знаешь, летом на даче скучать не приходиться. Как твоя подготовка к учёбе, что нового на тренировках?

— Подготовка полным ходом, — почесывая затылок, Максим покрутил головой, — а спорт пока отложил в сторону.

— Это правильно, спорт никуда не убежит. Через две недели возвращаемся в Москву, заходи в гости и Машу пригласи. Сделала твоё любимое.

— Обязательно мам, ты же знаешь, как я люблю твоё варенье.

— Ну, всё, от папы привет. Через две недели ждём.

Мимо прошёл Мастер. Следом шли кандидаты с книгами в руках, озираясь по сторонам, они словно хотели получить подтверждение услышанному.

— Наверняка я выглядел так же, — вслух подумал Максим.

Убедившись, что кандидаты покинул школу, наставник подошёл к Максиму.

— Мастер, — начал юноша, — сколько времени потребуется, чтобы освоить навыки, о которых мы говорили вчера?

— Дело — это не быстрое. Всё зависит от твоего восприятия.

— А как проходит обучение?

— Часть обучения в школе, часть в перемещениях. И особенная часть — лично со мной.

— Спасибо, что доверяете.

— Дело не в доверии. То, что ты уже умеешь, лишь подтверждает мои догадки. Обучение — всего лишь способ ускорит процесс твоего пробуждения.

— С чего начнём?

— Во-первых, ты научишься общаться с астральными телами. Во-вторых, научишься путешествовать без капсулы. Да-а-а… Я помню о Потерянных, но этот навык нужно освоить.

— А зачем это нужно?

— Ты слышал истории, когда людям снились сны с детальными чертежами изобретений.

— Это тоже мы-ы-ы?!

— Мы, мы. Мастера помогают тем, кто готов к открытиям. Эйнштейн, кстати, один из них. Пошли, покажу комнату для практических занятий. Поначалу трудно абстрагироваться от окружающей суеты, отдельная комната поможет.

Спустившись на этаж ниже, Мастер открыл дверь и пригласил Максима внутрь. В комнате, размеры которой скрывал приглушённый свет, просматривалось не более двадцати метров в обе стороны.

— Комната?! — изумлённо спросил Максим. — Здесь же в футбол можно играть!

— Главное, чтобы твоё подсознание было уверено, что здесь безопасно. В конце концов — это всего лишь комната, ну, или футбольное поле… Сядь на пол, закрой глаза и успокой дыхание.

— Как сесть, в позу лотоса?

— Если тебе в ней удобно, садись.

— А лёжа можно?

— Хорошо. Ляг, закрой глаза, успокой дыхание. Постарайся услышать то, что происходит в самом дальнем углу комнаты. Слышишь?

— Не-а, — разочарованно ответил Максим.

— Дыши тише, чтобы сердцебиение было едва уловимо. Представь себя в комнате, и как бы посмотри на свою оболочку со стороны. Протяни ей руку и помоги встать. Как только почувствуешь легкость, открывай глаза.

— Мастер, — прошептал Максим, — кажется, я слышу чье-то дыхание.

— Отлично, можешь открыть глаза.

Осторожно, сохраняя состояние, Максим приоткрыв веки и увидел своё тело, лежащее на полу. Затем он посмотрел на свои руки и видел золотистый силуэт. Медленно поворачиваясь к Мастеру, он наткнулся на его лицо пристально смотрящего ему в глаза.

— Молодец!

— Вы меня видите?! А где Ваш силуэт?

— Смотри не на оболочку, а в область сердца.

Максим напряг зрение, хоть это и было полезно в подобном состоянии. Скорее, это была привычка, чем необходимость, но он продолжал безуспешно сверлить Мастера взглядом.

— Мастер, ничего не получается.

— Достаточно на сегодня. Сейчас закрой глаза, представь, что ты ложишься в кровать, в которой уже кто-то спит, и ты не хотел бы его разбудить.

Максим следовал каждому слову Мастера, и как только ощутил боль в колене, тут же вскочил с пола.

— Как же это круто! Если бы только люди знали…

— Так это и не секрет. Книг о практике астральных путешествий предостаточно. Для развития этих навыков в первую очередь нужно очистить оболочку, а для этого нужно отказаться от мёртвой пищи. И это, мой друг, является причиной номер один, почему практические знания превратились в книжные истории.

Мастер потёр ладони.

— Ладно, я пойду к другим кандидатам, а тебе есть чем заняться. Когда научишься видеть астральные силуэты, перейдём к следующему шагу.

— А дома можно тренироваться? — крикнул вдогонку Максим.

— Можно, но зачем. Ты ещё многого не умеешь, к чему лишние риски? Здесь ты сможешь безопасно тренироваться и осваивать любые техники.

Мастер покинул комнату, а Максим вернулся к практике выхода из физического тела в разных положениях: сидя, лёжа, стоя. С каждым разом процесс отделения золотистого силуэта от оболочки, происходил быстрее.

— А что, если проделать тоже самое с открытыми глазами? — предположил Максим.

Он встал, успокоил дыхание так, что грудная клетка и низ живота оставались неподвижными. В какой-то момент ему показалось, что дыхание вообще остановилось. Рассеянным взглядом Максим смотрел в глубь комнаты и представлял знак школы. Долгое время ничего не происходило, и он решил сесть, чтобы не отвлекаться на боль в колене.

— Я расслаблен, — шептал Максим, — я хочу увидеть знак школы прямо перед собой.

Сердцебиение слилось с тишиной, царившей в комнате. На мгновение свет будто дрогнул, а перед глазами начали проявляться линии. Это было похоже на размахивание бенгальскими огнями в темноте. Линии превращались в фигуры. Первыми появились два удлинённых пересекающихся овала, затем в пересечении появился квадрат, стоящий на углу, затем круг, а в завершении — точка. Появилось чувство невесомости. Ему хотелось посмотреть вниз и убедиться в том, что он парит, но страх потери концентрации останавливал его.

— Я парю? — рассуждал он, — если это так, значит, я и летать могу?

Пространство комнаты вокруг Максима закрутилось. За приближающимся светлым пятном просматривался нечёткий образ. Инстинктивно прищурившись, Максим попытался разглядеть объект. Он не знал, как это объяснить, но повторяющаяся в его голове фраза была адресована именно ему: «Слушай меня, смотри на меня, слушай меня, смотри на меня».

— Мастер, — перебивая голос, начал Максим, — я слышу Вас, но вижу как-то размыто. Что мне нужно сделать?

— Проходи к нам и познакомься с АСТРО новичка. Уверен, ты уже готов.

— Если честно, то не очень. Я в какой-то переходной фазе.

Мастер беззвучно улыбнулся, но Максим почувствовал его ухмылку.

— Просто шагни вперёд, — продолжил он.

Максим шагнул сквозь полупрозрачную пелену и оказался в холле.

— Я вижу сквозь стены! — изумился Максим.

Приблизившись к новичку, он посмотрел в область его сердца. Не сразу, но он разглядел яркий контур астрального силуэта, светящийся золотистым цветом.

— Как тебя зовут? — обратился к нему Максим.

— Денис, — ответило оно.

— А я Макс. Чем отличился, чтобы удостоиться внимания Мастера?

— Ничем, в общим. Присмотрел за собачкой бабульки, пока она делала покупки. Ждать, правда, пришлось пару часов, но собака-то не виновата. А когда она вышла, получил визитку.

— Мне кажется, — хмыкнул Максим, — тест состоял из двух частей: собачки и визитки.

— Точно! Не каждый получивший визитку поспешит ею воспользоваться.

— Мастер, Вы меня слышите? — прошептал Максим.

— Слышу.

— Новичок будет помнить о нашем разговоре?

— Ничего конкретного, так, пара воспоминаний.

— А как вытащить астральный силуэт из оболочки?

— Потяни за руку, как если бы помогал встать на ноги.

— Возьми мою руку, — продолжил диалог с новичком Максим.

Золотистый силуэт Дениса вытянул руку. Максим потянул за неё, и он выскользнул из оболочки.

— Ну-у, как ощущение?

— Лучшее в моей жизни. А что произошло?

— Ты, друг мой, — торжественно продолжил Максим, — совершил первый выход из физического тела.

— И так могут все?

— Почти, — кивнул головой Максим, — держись за мной, я покажу тебе школу. — Как ты уже понял, ходим мы не ногами, всё управляется усилием твоего намерения.

Максим держал золотистый силуэт Дениса за руку и плавно направлялся к лестнице.

— В школе несколько этажей, — продолжил он, — здесь комната для тренировок, здесь — зал с капсулами для путешествий. Когда придёт время первого астрального тест-драйва, ты воспользуешься одной из них. Но это случится после того, когда Мастер посвятит тебя в основы.

— Макс, я всю жизнь прожил в Москве и ни разу не слышал о школе, путешественниках, капсулах. Как им удаётся сохранять это в тайне?

— В этом то и парадокс… Они ни от кого не прячутся, — улыбнулся Максим.

— Правда?.. А долго этому учиться?

— Хороший вопрос, но сейчас я бы задумался о другом, готов ли ты этому посвятить свою жизнь? Именно от этого решения и будет зависеть всё остальное.

— В каком смысле готов? Разве кандидат, попавший в школу, не приступает к обучению?

— Вот именно, кандидат. Возможность появилась, а начнётся обучение или нет, каждый решает сам. Сейчас, после встречи с Мастером, ты получишь книгу и, если после её прочтения ты вернёшься… Путешествие, которое тебя ожидает, будет покруче того, что сейчас. Потом тебе придётся сделать ещё один выбор, но уже окончательный и на всю оставшуюся жизнь, или забыть обо всём и жить как прежде.

— А что, есть те, кто-то отказываются?

— Ты ещё много не знаешь. Пойдём, кажется, Мастер заканчивает вводную часть.

Максим подвёл золотистый силуэт к оболочке и, как паззл, засунул внутрь. Мастер тем временем, завершал рассказ о школе, о путешественниках и о предстоящем решении.

— Ну всё, — выдохнул Максим, — утомительная это задача — быть гидом астральных тел.

Он сделал шаг в сторону стены и снова оказался в комнате для тренировок с приглушённым светом.

— Уверен, должен быть более быстрый способ возвращения в тело — утвердительно заявил Максим и, закрыв глаза, представил себя в оболочке.

Мгновение и его тело поднималось на ноги. Сделав пару шагов, Максим остановился и потёр колено.

— Кто, бы подумал, что боль будет признаком жизни.

Выйдя из школы, Максим достал мобильник и позвонил Марии.

— Привет, Маш.

— Привет, — удивилась девушка, — соскучился?

— Очень. Встретимся вечером?

— С удовольствием. А где?

— В «Шатре» в восемь.

— Окей! До встречи.

— До встречи.

Без четверти восемь Максим сидел у окна с видом на озеро. Из-за спины женские руки закрыли ему глаза. Ощупав ладони, юноша поднялся пальцами до локтя и пощекотал руку в изгибе.

— Так не честно! — захохотала Мария, — а если бы это был кто-то другой?

— Твой аромат трудно перепутать с кем-то ещё.

Максим отодвинул стул, предложив Марии присесть.

— Что с тобой сегодня? — удивилась девушка.

— Просто рад тебя видеть.

— Уже что-то заказал? — открывая меню, спросила Мария.

— Не успел.

Максим поднял руку и молодая девушка с блокнотом в руках, подошла к столику.

— Тогда-а-а, — смотря в меню, продолжила Мария, — что-нибудь из морепродуктов. Тебе тоже?

Максим одобрительно кивнул.

— Нам позиции: 2,7 и 9.

Официантка ушла также быстро, как появилась у столика. Максим молча рассматривал Марию, словно видел её в первый раз.

— Ну рассказывай… Что нового в твоей школе? И с подробностями.

— С чего бы начать?.. Провёл первое самостоятельное перемещение в Новосибирск. Ты бывала раньше в этом городе?

— Не доводилось. Какой он?

— Колоритный… Оказывается, в Новосибирске самый длинный метромост в мире и самая длинная в мире прямая улица.

— Ты их видел?

— Можно и так сказать.

В недоумении Мария сморщила нос.

— Я знал о городе и его тайнах, буквально всё. Во время перемещения мне досталась оболочка одного из местных и всё, что когда-то было известно ей, стало известно мне.

— Ты что… Подключился к её воспоминаниям?

— Пока я и сам не до конца разобрался, но одно ясно точно — мозги тут не причём.

— Отличный выход для тех, кто не страдал их наличием. Шучу. И кем же определяется тело, в котором предстоит… Ну-у-у…

— Путешествие.

— Да. Путешествие.

— Случайный выбор. В каждой оболочке есть нечто уникальное: навыки, опыт, знания. Как я понял, это сложная и одновременно простая цепь взаимодействий всех путешественников галактики. Обмен знаниями не останавливается никогда и постоянно пополняется следующим, кто ею воспользуется.

— А что ей досталось от тебя?

— Точно не знаю.

Максим взял в руки меню.

— Может она, как в меню выбирает? Это я знаю, это давно знаю. А это интересно.

— Забавно, если так.

— А ещё я научился выходить из физического тела без специальной капсулы. Состояние, должен признать, божественное.

— И наблюдал за своим телом?

— Наблюдал. А когда вернулся в него обратно, сразу почувствовал больное колено.

— Здорова!

— А что новенького у тебя?

— Ничего особенного. Суета перед учёбой, посещение врачей с мамой.

Максим взял Марию за руку.

— Маш… Переезжай ко мне. На совсем.

— Я-я-я…

— Не отвечай сейчас. Пусть эта мысль переночует в твоей голове. Хорошо?

— Ладно, — кивая головой, согласилась девушка.

После ужина друзья решили прогуляться вдоль озера. Это был один из тех вечеров, когда сидеть в четырёх стенах приравнивалось к преступлению. Тёплый вечерний воздух, смешивающийся с запахами воды и деревьев, был особенно ароматен и свеж, привлекая тем самым больше желающих им насладиться. Последние недели заметно изменили отношение Максима к тому, что раньше казалось само собой разумеющимся. Ему было приятно держать Марию за руку, смотреть на её улыбку, делать комплименты даже тогда, когда они были невпопад.

Часа в три ночи Максим проснулся от закравшейся в его голове идеи. Он посмотрел на Марию, подвинулся ближе и успокоив дыхание, представил знак школы. Выход из оболочки занял мгновение. Сконцентрировав внимание в области сердца Марии, он увидел контур её астрального силуэта.

— Маш, давай руку, — обратился он к золотистому силуэту, — я познакомлю тебя с другим миром.

Золотистый силуэт Марии посмотрело на него и одобрительно протянул руку. Максим аккуратно потянул за неё и вытянул из оболочки.

— Понимаешь, где ты находишься? — уточнил Максим.

— Сплю?! И это самый приятный сон.

— Точно, сон. Держись за руку.

Они плавно перемещались по комнате. Наблюдая за реакцией Маши, Максим понимал: любые комментарии излишни, лишь ощущение легкости имело настоящее значение.

— Ну, как, нравится? — спросил Максим.

— О-о-очень. Это то, о чём ты рассказывал?

— Ага. Даже удивительно, что ты это помнишь.

Так же плавно они приблизились к окну. Как вдруг Максим увидел нечто, к чему не был готов. За окном пролетал силуэт красного цвета. Концы его одежды полыхали, словно объятые огненными языками пламени. Рефлекторно он отодвинул Марию от окна.

— Так, на сегодня хватит, — пытаясь сохранять самообладание, решет Максим, — давай я помогу тебе вернуться обратно.

Бережно, как новорождённого ребёнка, он поместил золотистый силуэт Марии обратно в оболочку. Заняв своё тело, он поправил на ней одеяло, обнял и закрыл глаза.

ГЛАВА 8

Повернувшись на бок, Максим обнаружил, что вторая половина кровати пуста. Мария обладала незаурядным талантом готовить вкуснейшие блюда из самых простых продуктов и делала это с удовольствием.

— Вставай, соня, — доносилось из кухни, — завтрак на столе.

Не спеша Максим вышел на кухню. К его удивлению, на столе он увидел салат из свежих листьев пекинской капусты, молоденьких огурцов, помидоров черри, сочной моркови, спелого авокадо, оливок, тыквенных семечек, а заправлен этот шедевр был сыродавленным льняным маслом. Рядом стояла чашка кофе, сваренная в турке, и горячие тосты.

— Как спалось? — не отрывая глаз от стола, спросил Максим.

— Великолепно. Такая легкость. Ощущение… Квартиру могла бы перевернуть.

— Что снилось, помнишь?

— Так… Обрывками… Что-то вроде прогулки. Ещё помню фигуру в окне, но не могу её описать. И невероятное ощущение невесомости.

— Ну, раз прогулки доставляют тебе столько удовольствия, будем делать это чаще, — с улыбкой добавил Максим.

— Макс, а ты всерьёз насчёт переезда? — накручивая волосы на палец, уточнила Мария.

— Абсолютно.

— А как же твоё обучение, школа?

— Назовем их рабочими командировками, к тому же я ещё учусь.

— Ну ладно… Будем считать, переехала.

— Вот это скорость! Ты всегда так принимаешь решения?

— Мой принцип — первая мысль самая правильная. И пришла она мне ещё вчера, — с хитринкой в голосе добавила Мария.

— Вот и отлично! Завтрак был — пальчики оближешь. Надеюсь, найдёшь, чем себя развлечь, пока я изучаю космические тропы? — с важным выражением лица закончил речь Максим.

— Иди уже, путешественник.

По пути в школу Максим прокручивал в голове случай с красным силуэтом. Ночное явление не только напугало, но и заставило задуматься о безопасности.

В школе было непривычно людно. Мастер, как всегда, был занят новичками, и Максим усердно пытался привлечь к себе его внимание.

— Что-то срочное? — освободившись, поинтересовался Мастер.

— Не знаю, Вы скажете. Сегодня ночью я совершил выход и вдруг увидел в окне нечто необъяснимое. Оно было похоже на астральный силуэт, охваченный красным пламенем. Вам известно, что это было?

— К сожалению, да. Это был один из первых Мастеров, отказавшийся придерживаться первого закона вселенной, ставший Потерянным. В отличие от обычных Потерянных, он способен перемещаться на любые расстояния и овладевать любой оболочкой.

— И что ему нужно?

— Его цель собирать, нет, поглощать, астральные силуэты путешественников, чтобы завладеть их знаниями.

— Ну, кто-то же есть, кто мог бы его остановить?

— Есть… Мастер внешнего мира или даже группа Мастеров, но и в этом случае шансов на успех немного.

— Он что, так опасен?

— Очень. С этого момента все тренировки только в стенах школы, — строго сказал Мастер. — Школьная территория защищена особым полем, здесь я могу гарантировать твою безопасность.

— Так может, для защиты стоит воспользоваться имеющимися технологиями? Есть какое-нибудь оружие?

— Правильно рассуждаешь. Технологии есть, но у всего есть и обратная сторона. Попади такое оружие в руки могущественного Потерянного, такого, как ты видел, погибнет много наших последователей в разных мирах.

— Но по какой причине он появился на Земле?

— Есть причина… Мастера чувствуют импульс рождения нового Мастера. Полагаю, он уловил твой. Хорошо, что ты быстро отреагировал, и у тебя включилась защитная функция.

— Защитная функция?

— Да. Защитная функция. Мастера могут маскировать своё сияние от внешнего взора. Сейчас ты используешь знания неосознанно, а должен научиться это делать намеренно. Я планировал перейти к механизму защиты чуть позже, но, видимо, придётся ускориться. А ещё мы научимся входить в хранилище знаний.

— Ого! Похоже, мне следует поблагодарить нежданного визитёра.

Они спустились в тренировочную комнату.

— Ляг, — предложил Мастер, — для начала представь свою оболочку в виде кабинета, где кроме тебя никого нет. Представил?

— Да.

— В моём кабинете была большая библиотека и удобный диван для чтения. А ты что видишь?

— Похоже на рабочее место в офисе: большой стол, ноутбук и кресло.

— Отлично, включай свой компьютер, — с улыбкой продолжил Мастер, — важная информация будет светиться жёлтым.

Операционная система загрузилась мгновенно. На рабочем столе появились папки красного, жёлтого и синего цветов. Максим выбрал жёлтую папку. В ней оказалось ещё несколько десятков файлов (языки, основа, неизведанное, местные, путешественники и т.д.)

— А что я должен искать?

— Ищи файл под названием «Мастер», далее — «Защита».

— Готово. Что дальше?

— Как современная молодежь максимально быстро усваивает информацию?

— Вирусное видео, — с недоумением ответил Максим, — плюс 3D эффекты.

— Тогда начинай.

Обнаружив в одном из ящиков 3D маску, Максим надел её и включил воспроизведение файла «Защита». За секунду он пережил ощущения первого рождения, первого тест-драйва и уроков по защите астрального силуэта. Поначалу он чувствовал себя зрителем в кинотеатре, словно это его не касалось. Но когда в память стали появляться воспоминания пережитых событий, сопровождающиеся эмоциями, Максим ощутил колоссальный прилив сил. Впитав знания, собиравшиеся тысячами жизней, он также осознал силу и могущество Анти-Мастера.

— Готово, — уверенным голосом сообщил Максим.

— Ну давай проверим, чему ты научился.

Как только Максим поднялся на ноги и вытянул руки, перед ним появился графический рисунок щита. Он коснулся его рукой, и в туже секунду вокруг него образовалась едва заметная, цвета горной реки, сфера.

— Проверяйте…

— Хорошая защита, — похвалил Мастер.

— А вот ещё.

Максим вытянул руку, и тут же перед ним возник вибрирующий во все стороны рисунок паутины.

— Мастер, я чувствую его. Красный незнакомец совсем рядом.

— Помни, что он так же может вычислить тебя. С сегодняшнего дня, в целях безопасности, всегда используй защиту. С каждой изученной папкой твоё сильнее будет ярче, а значит более приметным.

— А что с красными папками, мы их открываем?

— Открываем. В них хранится опыт совершённых ошибок. Понимание причин их возникновения позволяет избежать подобного в будущем. Красные папки — особая глава в обучении каждого Мастера.

— Ясно.

— Следующий урок только для мастеров.

Максим внимательно слушал Мастера.

— Запомни: всегда быть с активной защитой. Всегда! А теперь покажи астральный силуэт.

Это Максим умел хорошо, и уже через секунду золотистый силуэт завис над ними.

— Слушай внимательно, — продолжал Мастер, — всё как в капсуле: хоть ты и не знаешь адреса, ты знаешь город, например Нью-Йорк. Мастер посмотрел в глаза золотистому силуэту, — ты сможешь представить Нью- Йорк?

— Так, в общих чертах.

— Этого достаточно. Представь город и цель твоего визита. Начни с двери и таблички со знаком на ней.

Ничего, кроме фильма «Славные парни», действие которого происходило в Нью-Йорке, в голову Максима не приходило. Он постарался представить здание, похожее на московскую школу, с табличкой для стука и знаком на двери. Через мгновение он парил над жёлтой рекой из автомобилей такси, медленно текущей в направлении светофора. Это был Нью-Йорк — город, жизнь в котором не затихала ни на миг. Школа выглядела точно так, так как он её себе представлял. Красный, слегка потёртый кирпич, массивная, тёмная-красная дверь, кольцо с табличкой для стука и знак школы на двери. Окон в здании не было, хотя узорная кирпичная кладка указывала на возможное их существование. По мере приближения к зданию защитные сферы школы и Максима проявились, и его словно засосало внутрь.

— А здесь кислороду побольше…

Нью-йоркская школа выглядела иначе. Перед глазами открылся вид на несколько этажей вверх. Дневной свет, проникающий сквозь стеклянный купол крыши, помогал определять время суток. Первый этаж был заполнен людьми, ожидающими встречи со смотрителем школы. Второй был заполнен капсулами для ежедневного использования и тест-драйвов. Третий занимали капсулы для путешествий к другим планетам. А на четвёртом стояли капсулы, накрытые плотной тканью.

— Это же нормально, если я, как будущий Мастер, возьму часть знаний из ожидающей своего часа оболочки?!

Одна из капсул светилась ярче остальных, и именно к ней он и направился. Максим протянул руку и оказался в хранилище знаний. На мониторе появились папки красного, жёлтого, синего и зелёного цветов.

— Кажется, — рассуждал он, — зелёной в прошлый раз не было. Интересно, что в ней?

С загрузкой последнего килобайта Максим осознал необходимость хранения знаний в разных оболочках. Оказывается, Мастера тысячи измерений уже давно пытались создать более эффективную защиту. Именно тогда появились те, кто не желали поддерживать баланс и впоследствии стали Потерянными. Именно тогда и началась охота на путешественников, а у школ появилась защита.

— Да-а-а, — с едва заметным сожалением протянул Максим, — личности просветлённые, а соблазн всевластия не чужд даже им. Как это прокомментирует Мастер?

Максим ещё раз окинул взглядом нью-йоркскую школу и подумал о доме. Мастер всё ещё стоял перед ним и рассказывал о важности защиты.

— Я вернулся, — медленно открывая глаза, Максим прервал речь наставника.

— Вижу, ты пополнил багаж знаний.

— Да… Взял немного из оболочки под тканью. Выходит, у первых Мастеров тоже были «особенности»?

Мастер нехотя кивнул головой.

— У возник меня вопрос, — продолжил Максим, — как школам удаётся сдерживать Потерянных, если им, как и нам, известна технология защитных сфер?

— Как раз это объясняется очень просто. Ты пробовал соединить два магнита с одинаковой полярностью?

— Не помню.

— Неважно, сколько силы ты приложишь, магнитные поля будут отталкиваться. Разница полярности определяется цветом знака и поэтому является самой надёжной защитой.

— Значит, защитное поле школы настроено на полярность Потерянных?

— Всё верно.

— Но тогда и моя защита в той же полярности. Как же я тогда прошёл в школу? И как это защитит меня от Анти-Мастера?

На лице Мастера появилась ухмылка. Казалось, ему нравиться видеть растерянность Максима.

— Полярность одна, но цвет…

— Точно, цвет, — Максим опустил глаза, словно стоящий у доски школьник с невыполненным домашним заданием.

— Так же работает и защита, — продолжил Мастер, — если тебе доведётся встретиться с могущественным противником, то, по крайней мере, астральная часть будет под надёжной защитой. Полярность, независимо от расстояния, остаётся неизменной.

— Ясно, — обрезал Максим, — какой следующий шаг?

— Будем готовиться к полноценному заданию. Я уже отправил запрос на Марсе. Ты же хотел познакомиться с реальным Марсом?

— Ма-а-арс… Ещё бы! — глаза Максима широко раскрылись. А в чём суть задания?

— Как обычно, знания. Материковая часть Марса нуждается в укреплении. Не волнуйся, ты знаешь ответ. Точнее, его знают все земляне.

Максим почесал затылок.

— А при чем здесь материковая часть?

— Ты правда хочешь, чтобы я ответил, или дождёшься и посмотришь сам? — уточнил Мастер.

— Что такого могут знать земляне, чего не известно марсианам? Дождусь, — решительно ответил Максим.

— Я и не сомневался, — похлопывая по плечу воспитанника, Мастер направился к выходу из комнаты, — на сегодня достаточно. Выспись хорошенько, а завтра продолжим. И помни о защите, это твоя первоочередная миссия.

ГЛАВА 9

Время едва приблизилось к полудню. Выйдя из школы, окутанный прозрачной сферой, Максим завернул в сквер. Он шёл словно на автопилоте, просто прямо, мыслями находясь где-то очень далеко. Дойдя до озера на Чистопрудном бульваре, он присел на лавочку. Солнце приятно грело лицо, слабый ветерок смягчал попадание прямых лучей свежестью, исходящей от воды. Максим закрыл глаза и погрузился в фантазии о Марсе. Разбудил его звонок Марии. Судя по тому, что солнце светило в спину, проспал он не менее трёх часов.

— Привет. Не поверишь, заснул на лавочке.

— Почему не поверю? Я бы охотно подремала рядом.

— Тогда никуда не уходи. Мы с лавочкой выходим.

Максим чувствовал себя бодрым и отдохнувшим. По пути он зашёл в пекарню за чиабаттой и двумя кофе. Переспав с мыслью о предстоящем путешествии на Марс, он спешил поделиться новостью с подругой. Внезапно спокойствие сменилось тревогой, которая продолжала усиливаться. Виски сжало, как в тисках, перед глазами появились красные круги. Максим выронил кофе.

— Что за фигня? — держась за голову, он сползал по стене.

Деревья, дома, небо — всё пульсировало красным цветом.

— Защита?

Защитная сфера вокруг Максима восстановилась, а тревожное мерцание прекратилось. Он поднял пакет с чиабаттой и, побежал за ответами к наставнику. Подойдя к школе, он заметил мерцающую светло-красным оттенком защитную сферу. Максим забежал внутрь и застал Мастер с поднятыми в стороны руками.

— Чем я могу помочь? — обратился он к наставнику.

— Твоя сфера. Растяни её до размеров школы, — не поворачивая головы, прокричал Мастер.

Максим поднимает руки и сфера, окружающая его, обволакивает школу.

— Что происходит? — не скрывая волнения, спросил Максим.

— Анти-Мастер Потерянных. Полагаю, ему стало известно о воплощении Мастера в нашей школе.

— И что, теперь мы в ловушке?

— Конечно, нет, — успокоил Мастер. — Он может видеть только астральный силуэт, который надёжно скрыт защитной сферой. А без этого ему тебя не увидеть.

— Как раз об этом я и хотел спросить.

— Можешь опустить руки. О чём ты хотел спросить?

— По пути домой, — начал Максим, — произошло нечто странное: сначала ужасная боль в голове, а потом всё в красном цвете.

— Ты всё-таки забыл о защите?! — поворачивая голову к Максиму, строго заметил Мастер. Состояние, которое ты описал, указывает на срабатывание системы предупреждения. Она встроена в каждого Мастера и сообщает об опасности.

— Я немного замечтался, и защита пропала.

— Так договорись с оболочкой. Она может держать защиту беспрерывно.

— Договориться? — возмутился Максим, — что же Вы сразу не сказали?

— Это, друг мой, был важный урок для твоей памяти. Уяснил?

— Да, понял я всё, — нехотя кивнул головой Максим. — Что дальше? Делать вид, будто ничего не было? Вне школы точно безопасно?

— Иди спокойно домой, только в этот раз помни о защите. Если Анти- Мастер появится рядом, сконцентрируйся на сфере, это твой нерушимый щит. И ещё, если есть возможность, не показывать ему, что ты его видишь, не показывай. Чем дольше он остаётся в неведении, тем лучше для всех.

— А дополнительные знания о защите есть? Для экстренных случаев. Отпугивающего, например, или временно обездвиживающего заклинания, чтобы выигрывать время.

— Есть. Но такие знания делятся на части, и одна из них, я подозреваю, досталась тебе в Нью-Йорке. Анти-Мастер тоже хочет овладеть сдерживающим механизмом, правда для других целей. И если он соберёт все фрагменты первым, защитный купол школы станет бесполезным.

— А эти части как-то можно определить среди всех тех накопленных знаний? — с повышенным интересом продолжил Максим.

— Ты собирал пазлы?

— Конечно.

— Если в твоих руках окажется один фрагмент, сможешь ли ты понять, откуда он?

— Думаю, нет.

— Именно. Искать стоит то, что выглядит лишним и ненужным. А когда найдёшь, спрятать как можно глубже.

За разговорами пролетела пара часов, Солнце опускалось за горизонт, заливая улицы жёлто-красным светом. Максим не скрывал переполняющего его волнения, но и прятаться не собирался. Озираясь по сторонам, он вышел из школы и, размахивая пакетом с чиабаттой, направился в сторону дома. У подъезда он ещё раз огляделся и проскользнул внутрь.

— Я дома, — обозначил своё появление Максим, — купил чиабатту!

— Супер! В соседнем городе? — иронично подхватила Мария, заканчивая занятие йогой.

— Извини, непредвиденные обстоятельства.

— Что-то случилось?

— С чего ты взяла?

— Ты глаза свои видел?

Максим изучающе посмотрел на себя в зеркало.

— Глаза как глаза, — буркнул он, — это из-за темноты.

— Очень смешно… Темноты боишься? — прищурившись, посмотрела на него Мария.

— Ладно… Сегодня я узнал о встроенной в меня системе, оповещающей об опасности.

— Сигнализация, что ли? — хихикнула девушка.

— Типа того. А ещё… Сядь, чтобы не упасть.

— Не томи.

— Мастер договаривается о моём визите на Марс.

— Да ладно?! Когда? А тебе разрешается об этом говорить с посторонними?

— Точной даты нет. Может, завтра, может, через неделю, не знаю, но однозначно в ближайшие дни. А пока буду оттачивать навыки коммуникации с представителями других планет.

— Макс, я по-доброму завидую тебе. Это так круто! Ощущение, — Мария скрестила руки на груди и посмотрела вверх, — как будто не ты, а я собираюсь на Марс. Представляю, какие эмоции испытывали люди, высадившиеся на Луне. Что творилось у них в головах перед полётом на эту недалекую, но всё-таки другую планету? Знаешь, рядом с тобой я ощущаю себя одной из первооткрывателей далёких миров.

Максим улыбнулся и прижал Марию к себе.

— Это же естественно, ты — часть моей команды, — прошептал он, а затем поцеловал её в кончик носа.

События прошедшего дня не отменяли намерения Максима развивать потенциал подруги во сне. Он уяснил, что сферой можно управлять и первым делом раздвинул её границы до размеров квартиры, потом подошёл к окну и задёрнул штору. В эту ночь Максим решил ознакомить Марию с философией путешественников, рассказать о важности баланса, о Потерянных и о том, почему ими становятся.

Как только утром Максим появился в школе, его встретил Мастер с брошюрой в руках.

— Переговоры, как говорится, дело тонкое, — протянул он брошюру, — изучай.

— Похоже на рекламу у метро, — с улыбкой покрутил брошюру в руках Максим.

— Чего ждёшь, приступай.

Максим присел на диван и с улыбкой на лице читал полученную от Мастера брошюру.

— Мастер, может, мне показалось, но, похоже, суть этой инструкции сводится к умению торговаться.

— Так и есть.

Мастер встал с дивана, Максим поднялся следом.

— Время пришло. Завтра в 10:00 отправляешься на Марс. Ты точно готов?

— Точно.

26 августа запомнится Максиму не только утренней свежестью, но и днём воплощения мальчишеской мечты. Уже с 7:00 он был в школе в ожидании наставника. В 8:00 с нижнего этажа в холл поднялся Мастер.

— Доброе утро, Мастер! — звонко и энергично поприветствовал его Максим.

— Доброе, мой друг. Не спится?

— Какой тут сон… Кстати, а чем вызвано долгое согласование визита?

— Че-е-ем?.. — протянул Мастер. — Не могли определиться с ценой за твою услугу.

— И-и-и, во что её оценили? — с ухмылкой спросил Максим.

— Сошлись на преобразователе воды в постоянный источник энергии.

— Та-а-ак дорого?..

— Справишься с задачей на отлично, ещё и бонус получишь, — улыбаясь и похлопывая Максима по плечу, Мастер направился к капсулам. — Идём, покажу капсулы для путешествий на другие планеты. В них есть доработки.

Они спустились на два этажа вниз и подошли к пустой капсуле.

— Видишь зеркало над креслом? — заострил внимание юноши наставник.

— Ага… Для последнего марафета перед встречей с пришельцами? — пытаясь скрыть волнение, пошутил Максим.

— Для знакомства с арендуемой оболочкой. Ты же не думаешь, что они похожи на землян?

— Да… Это было бы странно.

— Когда прибудешь, не спеши выходить из капсулы, дай себе время освоиться. Переживать о том, как дышать и ходить, не стоит, оболочка справится. А вот соображалка… Целиком будет зависеть от тебя.

— Мастер, а у визитов на другие планеты есть ограничения? — с любопытством спросил Максим.

Не скрывая улыбки, Мастер посмотрел на воспитанника.

— Конечно, нет, но это и не развлекательная прогулка.

— Тоже скажете — прогулка. Просто уточнил, как быстро нужно вернуться.

— Для первого раза хватит и пары дней.

— Круто! Целых два дня на Марсе!

— Моё первое путешествие было так давно, — продолжил Мастер, — я даже не помню своей реакции. Ты напомнил мне, как это здорово — делать шаг в неизвестность.

— Мастер, а сколько Вам лет?

— По земным меркам около двадцати тысяч лет. Но в моём мире время течёт иначе, так что я гора-а-аздо моложе.

— А у Вас дома кто-нибудь остался?

— Нет, меня призвали так же рано, как и тебя. Но я не жалею. Польза, которую мы несём, превышает личные интересы.

— Как-то грустно… Помогать миллиардам и не иметь собственной семьи, — с сожалением поддержал Максим наставника.

— Продолжение рода — всего лишь инстинкт. Только когда встречаешь родственную душу, с которой готов скользить сквозь время, рассекая бескрайнюю пустоту космоса, понимаешь истинную ценность предоставленной возможности.

В этот момент Максим подумал о Маше. Она — та самая душа, с которой он готов скользить сквозь время, и он приложит все усилия, чтобы она стала частью его новой реальности.

— Смотри сюда, — продолжил Мастер, — нажав на эту кнопку, ты подтверждаешь готовность капсулы с пассажиром к перемещению. Когда оболочка на принимающей стороне будет готова, поступит ответный сигнал, и она замигает. Жми, если готов.

Не раздумывая, Максим нажал на кнопку. Адреналин зашкаливал, заставляя сердце биться быстрее, в руках появилась мелкая дрожь.

— Волнуешься? — заметив лёгкое покраснение кожи, спросил Мастер.

— Есть немного.

— Не стоит… Это всего лишь Марс.

— Ну да, всего лишь.

— Смотри, наши друзья готовы тебя встретить.

Максим заглянул в капсулу. Кнопка сигнализировала о готовности к перемещению.

— Ты знаешь, что делать дальше, — отходя в сторону, Мастер указал руками на капсулу.

Одним прыжком Максим занял место в кресле, опустил крышку капсулы, посмотрел на своё отражение в зеркале и на выдохе закрыл глаза.

— А вдруг они выглядят, как особи из фильма «Чужой»?

Он представил два удлиненных овала, квадрат, стоящий на одной из вершин, внутри него круг и точку в центре.

ГЛАВА 10

Максим медленно приоткрыл правый глаз и сквозь щелочку вместо отражения оболочки увидел кнопку с внутренней стороны капсулы.

— Стоп. Когда это я успел повернуться набок?

Он попытался развернуться, но тут же наткнулся левым глазом в стенку капсулы.

— Да что здесь происходит? — зажмурившись от боли, он нащупал рычаг, открывающий капсулу.

Крышка открылась, вдалеке послышались голоса. По мере их приближения слова становились более чёткими, хотя и напоминали бульканье при полоскании горла. Он повторно открыл глаза и увидел двух встречающих, стоящих в метрах пяти друг от друга. Ростом не более полутора метров, с коричневой кожей, разных оттенков. Руки и ноги выглядели как у людей, с одним отличием — перепонки между пальцев тянулись до середины фаланги. Одеты они были в длинные халаты тёмно-синего цвета, а на ногах — шлёпки-вьетнамки. Это немного веселило, но их лица впечатляли куда больше. По центру головы проходил гребень высотой около 5—7 сантиметров, от затылка до рта. Примерно посередине гребня располагались дыхательные отверстия, а выпуклые глаза вращались во все стороны.

— Приветствуем тебя на Армсе, — синхронно обратились они к гостю.

— Где-е-е?.. Я должен был прибыть на Марс, — с полным недоумением отреагировал Максим.

— Так и есть, лемзяне называют его Марс, а для нас это Армс, — пояснил один из них. — Мастер предупредил, что это твой первый визит на планету, поэтому дам совет — не старайся смотреть прямо.

— Минуточку… С какой планеты, по-вашему, я прибыл?

— Лемзя, — синхронно ответили марсиане.

Максим попытался улыбнуться, но ничего не вышло.

— Лемзянин, так лемзянин, — согласился Максим. — О задании расскажите?

Марсиане кивнули и предложили следовать за ними. Вопрос, почему не стоит смотреть прямо, отпал сам собой. Марсиане повернули головы на 90 градусов так, чтобы одним глазом смотреть вперёд, а вторым наблюдали за тем, что происходит сзади. Это немного смущало, но снимало все вопросы. Максим встал на ноги, повернул голову и последовал за ними. Правым глазом, который смотрел назад, он рассматривал капсулы, значительно отличающиеся в размерах от земных.

— Похоже, здесь всё немного меньше, и лучше полагаться на собственную защитную сферу.

Идти вперёд и наблюдать за происходящим сзади было необычно и одновременно забавно. Не ясно, как всё это укладывалось в голове, но мозг ориентировался идеально. Представьте, что вы едете по магистрали с включённой камерой заднего вида. Размер картинки настолько большой, что вы не можете её игнорировать, и вам по-прежнему нужно продолжать движение по скоростной трассе. Вы концентрируетесь на происходящем перед вами, позволяя камере заднего вида работать в фоновом режиме. Через какое-то время это перестаёт отвлекать, но фиксация происходящего не прекращается.

Сделав несколько поворотов, они вышли в стеклянный коридор. Вверх и вниз, через прозрачные перекрытия, просматривались соседние этажи. Точной высоты сооружения, как и длины коридора, определить не представлялось возможным. Свет в здание попадал прямо через стены. Пройдя несколько блоков, они остановились у лифта.

— Смотритель школы ждёт тебя на верхнем этаже, — сообщил один из марсиан.

Двери лифта распахнулись, и его завели внутрь. На панели управления зажглась цифра тысяча.

— Минуточку… Какой высоты это здание?

— Всего две тысячи метров.

— Что значит «всего»? — не скрывая удивления, уточнил Максим.

Через пятнадцать секунд лифт остановился, и двери открылись.

— Дальше сам, — не выходя из лифта, марсианин сделал жест рукой, — Смотритель ждёт.

Крыша, она же терраса, была оборудована в виде зоны отдыха. Два длинных, параллельно стоящих дивана, стойка, похожая на барную, и несколько смотровых биноклей у края. Подойдя ближе, Максим увидел сидящего на диване Смотрителя. Его голова выглядела более круглой, гребень не заканчивался на затылке, а от макушки рос вверх сантиметров на двадцать. Под гребнем, над ртом, рос волосяной пучок, намекающий на усы, а кожа имела морковный оттенок. Халат был не менее экстравагантным, бархатно-красного цвета с белыми полосками вдоль рук и позвоночника.

— Здравствуйте, — начал Максим.

— Здравствуй. Рад видеть самого перспективного, по словам Мастера, Лемзянина.

— Мастер преувеличивает, я обычный, — немного смутившись, Максим отвёл взгляд в сторону.

— Нет, нет, друг мой. Мастер знает, о чём говорит. — Знаешь, о какой помощи идёт речь? — продолжил Смотритель.

— Пока нет. Уверен, Вы просветите.

— Материковая часть Армса, — начал марсианин, — небольшая, нам приходится её регулярно увеличивать. Вот только в последнее время платформы не успевают затвердевать.

— И-и-и… — выдавил из себя Максим, не понимая, чего от него ждут.

— Есть идеи?

— Ну-у, — затянул юноша, — первым делом нужно проверить строительные компоненты. — Какие материалы Вы используете? — не представляя, что говорить дальше, продолжил он.

— Самые лучшие: метеориты и плодородный слой.

По метеоритам вопросов не было, но что он имел в виду под плодородным слоем? Похож ли он на земной, и откуда он здесь? Второй вопрос, поставивший Максима в тупик, был: почему Мастер решил, что он разбирается в строительстве, и почему он был уверен, что решение этой задачи известно всем землянам?

— Мы можем посмотреть на процесс строительства? — задал прямой вопрос Максим.

— Конечно! Сразу же, как спустимся вниз. В беседе Мастер упомянул о твоём интересе к планете. Это так?

— На Земле все мальчишки мечтают о Марсе.

— Хорошо. Ты знал, что нашей цивилизации более трёхсот миллионов лет?

— Откуда? — в очередной раз безуспешно Максим попытался улыбнуться. — И за триста миллионов лет, вы так и не научились строить?

— Научились, в этом ты ещё убедишься. Для лемзян, — продолжил рассказ Смотритель, — Армс безжизненная планета, но если ты посмотришь в смотровой бинокль, то поймёшь, что это не так. Материковая часть планеты — всего один миллион квадратных километров, остальную территорию занимает океан, в котором, кстати, по-прежнему, живут наши предки. Все Поверхностные, как и шестьдесят миллионов лет назад, рождаются в океане.

— Стоп, стоп, стоп, — оторопел Максим, — Вы родились в океане?

— Природа так распорядилась, что функцией продолжения рода оснащены только жители океана.

— Что значит, оснащены? Как сильно вы отличаетесь?

— Изначально наши дети очень похожи на лемзянских, и передвигаются на двух ногах. А в возрасте 6 лет решающим становится количество гормонов, определяющих дальнейшую судьбу: жизнь в океане или над ним. Тех, кому дальше предстояло ходить, а не плавать, отправляли на поверхность. Но так было не всегда.

— А как было?

— Никак. Выживали только особи, приспособленные к жизни в океане. Кислорода, как ты понимаешь, здесь нет. Предки развили в себе способность дышать газом, выходящем из недр планеты. Чем выше газ поднимался, тем менее концентрированным он становился, а при выходе из океана приобретал состав, подходящий для дыхания Поверхностных.

— Как-то это несправедливо, — возмутился Максим. — Если на поверхности ничего не было, как же первые Поверхностные выживали?

— Сочувствие — удивительная способность лемзян. Естественно, предки не бросили своих детей. Именно они выяснили, что при выходе из океана газ трансформируется, и именно они оснастили первых Поверхностных технологиями для выживания.

— Но как дети могли самостоятельно в этом разобраться?

— Ты мастер задавать вопросы, — левый глаз Смотрителя задёргался снизу вверх. — Путешественники, вот кто решил вопрос с передачей знаний. Дети очень быстро учились, взрослели, и вскоре образовался мир Поверхностных.

— А сейчас кто занимается детьми? Вы? — на мгновение Максиму показалось, что глаза его стали ещё выпуклее.

— Нет, не я. Сейчас детей распределяют по семьям в порядке очереди. Все они окружены заботой, и у них обычный цикл взросления: школа, выбор профессии, служение Армсу.

Максим встал и подошёл к смотровому биноклю, внешне напоминающего перископ подводной лодки.

— И каким глазом смотреть в это устройство?

— Прижмись к центру гребнем.

Максим прицелился гребнем в центр смотрового отверстия и упёрся в него. Устройство сложилось пополам, присосавшись к глазам.

— Ух ты! — вскрикнул от неожиданности Максим.

Первое, что он увидел — океан. О его обитателях пока приходилось только догадываться, а вот вопросов к живущим на поверхности было много. Максим развернул бинокль и стал смотреть по всем сторонам. Вдали, на расстоянии тридцати, а может, пятидесяти километров, виднелся комплекс, значительно выше того здания, где находились они.

— Что это за постройки там, вдалеке?

— Исследовательский центр внешнего Армса и космических программ. Мегаполис, по-вашему.

— Похоже, мегаполис выше этого дома. Он словно прокалывает небо.

— Отличное сравнение — прокалывает небо. Думаешь, над нами небо?

— А что же тогда? — Максим засомневался в собственной адекватности.

— Ты же помнишь, что мы внутри планеты?

Максим повернулся к Смотрителю и моргнул правым глаз.

— Внешний слой планеты защищает нас от внешних опасностей. А внутренний по мере вращения планеты нагревается и, словно генератор, преобразует полученную энергию в свет. У нас нет солнца, нет облаков, и неба тоже нет. Расстояние от генератора света до океана ровно пять километров.

— Тут что-то не сходится, — уверенно возразил Максим, — ваш мегаполис выше генератора света.

Смотритель сидел молча, словно дожидался следующей версии собеседника.

— Догадался?..

— Не пойму, в чём подвох? — сознался Максим.

— Э-э-эх, — протянул Смотритель, — я думал, твои знания о Армсе гораздо обширнее. Какая самая высокая точка в нашей Солнечной системе?

— Олимп, но какое отношение он имеет к вашему мегаполису?

— Теплее, думай дальше, — Смотритель сложил руки на груди.

— Не может быть! — Максим закатил глаза вверх. — Потухший вулкан — полый, и вы строите прямо в нём?

— Умный лемзянин, — удовлетворенно кивая головой, Смотритель вытянул ноги.

— Но Олимп огромен…

— Ага, давай следующий вопрос?

— Какой же высоты мегаполис? — затаив дыхание, Максим ожидал ответа.

— Думаю, ты догадался. Самое высокое здание в теле Олимпа двадцать пять километров.

— Впечатляет… Но как строя здания невообразимой высоты, вы не можете решить проблему с укреплением грунта?

Смотритель взглянул на плоский камень, висевший у него на груди, запрокинул голову вверх с легким поворотом вправо.

— Повезло тебе, лемзянин. Увидишь смену марсианского дня и ночи.

Максим повернул голову правым глазом вверх. По поверхности, излучающей красно-жёлтый свет, не являющийся источником тепла, а всего лишь лампочкой планетарного масштаба, медленно двигалась полоса, разделяющая свет и темноту. Смотритель встал и движением рук предложил пройти к лифту.

ГЛАВА 11

Всё время, пока они спускались вниз, Максим размышлял о высоте построек. Очнувшись на первом этаже, он вдруг понял, что не испытывает дискомфорта от скорости движения лифта. Рефлекторно рука потянулась к груди.

— Что-то потерял?

— Вроде всё на месте.

Выйдя из здания, Максим увидел тусклое свечение в окнах.

— Экономите?

— Ах, это? — Смотритель небрежно повернул правый глаз в сторону окна. Знакомое тебе электричество только в мегаполисе. Здесь — Грызлики.

— Грызли, что-о-о?..

— Грызлики. Завтра покажу ферму, где их содержат. Они, кстати, являются неотъемлемой частью строительного процесса. А сейчас идём ко мне, пора отдыхать.

Стемнело довольно быстро, минут за пятнадцать. Жилище Смотрителя находилось прямо через дорогу. Все постройки стояли в метрах пяти друг от друга, и, если бы не прозрачные перекрытия, свет до нижних этажей не доходил бы вовсе.

Быт Смотрителя поражал своей простотой. В комнате размером не более двадцати пяти квадратных метров располагались два лежака с конструкцией, напоминающей скафандр из костей. Слева от входа, вдоль стены, нашел свое место пятиметровый стол с тумбами под ним, а напротив — такой же длины, тёмно-коричневый диван. Собеседники здесь размещались не вокруг стола, а в длину, что позволяло им общаться с сидящими по обеим сторонам. На полу пустая миска, хотя животных в комнате не было. Смотритель открыл шкаф и вытащил обтянутую тонкой бумагой коробку. Встряхнул её, после чего она засветилась тусклым светом.

— Тускловато, — попытался пошутить Максим.

— Сегодня ярче не будет, нужно сходить за кормом.

— Так это Грызлик! Покажете?

— Не стоит его тревожить, когда он голоден. Завтра увидишь.

Смотритель подошёл к другому шкафу и достал прибор, похожий на очки с одной линзой. Зацепив дугу за гребень и надвинув линзу на глаз, стал внимательно изучать гостя. Покрутив глазом во все стороны, он снял прибор и демонстративно вздохнул.

— Странное дело. Нет и следа от золотистого сияния.

— Ясное дело, нет! Оно же скрыто от Потерянных.

— Каких Потерянных?

От удивления у Максима открылся рот.

— Вы не слышали о Потерянных?

— А ты думал, нам известны секреты всех миров?

— Просто… Все путешественники знают о Потерянных, — оправдываясь, он попытался снизить градус своего удивления.

— Ну, рассказывай. Что знают все, кроме нас?

— В двух словах, ими становятся путешественники, сменившие сторону. Знак становится красным, и они регулярно пытаются овладеть оболочками других путешественников.

— На Армсе, мой друг, нет нужды прятаться. Армс защищает всех его жителей.

— Хотите сказать, защитная сфера размером с планету? — Максим не знал, каким глазом смотреть на Смотрителя, чтобы передать своё восхищение… — Как Вы это сделали?

— Мы ничего не делали, защиту обеспечивает океан. Возможно, Предкам доводилось встречаться с Потерянными, но до нас эти знания не дошли.

Становилось всё очевиднее, что живущие в океане Предки в техническом развитии сильно опережали Поверхностных.

— А как вы связываетесь с вашими Предками? — обратился он к Смотрителю.

— Это они с нами связываются. Мы поддерживаем контакт с путешественниками других планет, но с Предками связь односторонняя.

— Как-то странно, — Максим попытался выразить подозрительность. — Что они скрывают от вас?

— Возможно, Мастеру известна истинная причина, — разводя руками, хозяин дома подошёл к одному из лежаков.

Быстро и наглядно Смотритель показал, как использовать место для отдыха. Он раздвинул конструкцию в стороны, и она стала напоминать костный скелет рыбы. Лёг внутрь, голову положил в специальное отверстие, чтобы глаза расположились в углублениях, защищающих от травм, и сомкнул за собой конструкцию.

— Приятного отдыха. Завтра продолжим.

— Разве сейчас возможно уснуть?..

Некоторое время Максим ходит по комнате, раздумывая о том, как настроить контакт с живущими в океане. В итоге он решает последовать примеру Смотрителя и отправиться спать, но перед этим проверить базу знаний, хранящихся в оболочке напрокат.

— Сейчас узнаем, что вы скрываете.

Раздвинув конструкцию, он лёг внутрь, закрепил голову, сдвинул створки и подключился к оболочке. Разочарованию его не было предела. Пустое пространство белого цвета окружало со всех сторон.

— Да здесь как после генеральной уборки! Очень странно.

Максим открыл глаза.

— Вопросов стало ещё больше. Ладно, завтра разберёмся, — пробормотал Максим и уснул.

Рассветало на Марсе так же стремительно, как и темнело. Свет, проходящий сквозь перекрытия комнат, не задерживался отражающим и скрывающим приватность жильцов напылением. Открыв глаза, Максим увидел пустое спальное место Смотрителя. Он раздвинул конструкцию, поднялся и, свесив ноги с кушетки, стал прокручивать планы на сегодняшний день.

— Как только разберёмся со стройкой, нужно найти способ связаться с Предками. Или, как минимум, оставить им послание.

Из бумажной коробки стали доноситься шорохи.

— Грызлик! — вскрикнул Максим.

Спрыгнув с кушетки, он подошёл к коробке. Максим уже было взялся за крышку, чтобы заглянуть внутрь, как услышал шаги, а затем и голос Смотрителя.

— Я же сказал: не стоит этого делать, пока он голоден.

— Любопытство, — оправдываясь и потирая руки о халат, Максим сделал шаг назад.

В руках Смотрителя был мешок килограммов на пятнадцать, напоминающий мешки с углём для барбекю. Насыпав в тарелку что- то, похожее на камни, он подвинул её к коробке и достав из шкафа палку с крюком, аккуратно поднял крышку. Существо, размером не больше кошки, с телом дынеобразной формы, апельсинового цвета, на шести коротких лапках, похожих на спицы, с глазами без белков, размещенными широко друг от друга, жадно набросилось на содержимое миски. Во рту, занимающем пятую часть тела, прятались три ряда зубов алмазной прочности.

— А чем Вы его кормите?

— Метеоритами.

— Ну да, чем же ещё.

— Грызлики — единственные существа на планете, способные жить как в океане, так и на поверхности Армса. Ценность их в том, что они являются не только источником света, но и источником плодородного слоя.

— Кажется, я догадываюсь, откуда берётся плодородный слой, — прикрыв рот рукой, Максим попытался изобразить шутку. — А светятся они от чего?

— От радиации в метеоритах.

Грызлик закончил перемалывать корм и выдал продукт переработки.

— Плодородный слой?! — уточнил Максим.

— Он самый.

Смотритель достал из шкафчика шланг и бесшумно всосал порцию плодородного слоя, не оставив ни следа.

— Весь плодородный слой, — продолжил Смотритель, — собирается в резервуары и используется в строительстве материковой части.

— Вы же говорили: у вас фермы.

— Говорил, значит покажу. Обувайся.

Смотритель накрыл Грызлика коробкой, поставил в шкафчик и направился к выходу.

ГЛАВА 12

Перешагнув через порог, они оказался в городе стеклянных небоскрёбов, отражающих розовое сияние источника света. Максим повернул голову правым глазом вверх, в надежде разглядеть верхний этаж. Затем попытался понять, с какой стороны обойти дом.

— А где?..

— Выход?

— Да.

— Следуй за мной, — кивнув головой, Смотритель продолжал идти вдоль стеклянной стены.

Следуя за Смотрителем, Максим не переставал удивляться размерам небоскребов.

— У меня вопрос. А как же личная жизнь?

— А что с ней не так?

— Ну как? Даже свет с лёгкостью проникает сквозь перекрытия.

— Верно замечено: только свет и проникает.

Они подошли к арке высотой около двух метров, ведущей сквозь стеклянную постройку. Зайдя вовнутрь, Максим усердно пытался хоть что-то разглядеть по ту сторону стеклянной стены.

— Ничего? — уточнил Смотритель.

— Ничего…

Выйдя из арки, они попали на площадь с оживлённым движением, как в Московском метрополитене. Несмотря на общее сходство марсиан, в них чётко прослеживались генетические отличия. Некоторые особи имели идеально круглую голову, другие же — слегка вытянутую. Гребни также росли по-разному, кто-то имел выраженную переднюю часть, а кто-то затылочную область, рост каждого не превышал 160 сантиметров. И все они носили халаты самых разных цветов и узоров.

— Забавно, — иронизировал Максим, — я словно на азиатском базаре.

Площадь соединялась с многочисленными арками и прозрачными туннелями с магнитными полосами — магнатрессом. По магнитным полосам двигались на устройствах похожих: на роликовые коньки, двухместные байки и яйцеобразные лодки на высоте около десяти сантиметров и скоростью не быстрее двадцати километров в час. Они пересекли площадь и подошли к океану.

— А вот и наша проблема.

Смотритель указал на растрескавшуюся часть свежесобранной платформы.

— Раньше строительство занимало не более двух дней, а теперь…

Максим повернул голову и заглянул в трещину, напоминающую рассохшуюся во время засухи землю. Он вытянул руку и просунул ладонь внутрь трещины.

— Тепло, — прошептал он, — от куда тепло?

— От ядра. На Армсе вся жизнь поддерживается самой планетой.

— Эти трещины, — продолжил Максим, — они похожи на пересохшую почву. Что вы добавляете в плодородный слой?

— Ничего, как и миллионы лет назад.

— Я вижу два решения, — поворачивая голову к смотрителю, продолжил Максим. — Первое — поливать швы конструкций водой, только несолёной. У вас есть запасы пресной воды? — разведя руки в стороны, Максим застыл в ожидании ответа.

Смотритель медленно подошёл к краю, наклонился к океану и набрал воду в ладонь.

— Этого хватит?

На секунду, услышав об океане пресной воды, Максим завис.

— Думаю, хватит.

— А второе какое? — с нескрываемым любопытством продолжил Смотритель.

— На Марсе есть растения?

— Бескрайних лемзянских лесов здесь, конечно, нет, но в океане растут водоросли, существующие со времён возникновения цивилизации. Их корни достигают двадцати трёх метров, а вот верхняя, голубая часть, всего пятнадцать сантиметров. Кстати, эти сочные, голубые отростки единственный источник органического питания на Армса.

— Отлично, как быстро они пустят корни?

— Очень быстро. Семь метров в сутки, но они не съедобные, — на это Смотритель обратил особое внимание.

— Мы не собираемся их есть. Там мы сохраняем плодородный слой на Земле.

Марсианские лица не могли выражать эмоции, но это явно озадачило Смотрителя. Покачивая головой, он просунул руку в трещину.

— Удивительный вы вид, лемзяне. Ваши технологии настолько скромны, но это не мешает вам решать сложнейшие задачи.

Смотритель приложил руку к плоскому камню на груди и закрыл глаза. Через минуту, по выделенной для строительства магнитной полосе, прибыл контейнер с плодородным слоем и семенами водорослей.

— Приступай, — обратился он к Максиму и контейнер открылся.

Без долгих церемоний юноша высыпал в трещину массу каменного цвета, нейтрального запаха и невероятной липкости. Затем бросил пару семян, зачерпнул ладонями воду из океана и полил их.

— Готово, — разведя руки, Максим сделал шаг в сторону.

— Хорошее дело мы сделали. Давай так, я покажу тебе фермы с мегаполисом, а ты расскажешь мне о Лемзе. Договорились?

— Легко.

— Вот и хорошо, но сначала перекусим, — потирая руки, Смотритель направился к яйцеобразной лодке, ожидающей их на магнатрессе.

Максим шёл следом, радуясь, что хоть кто-то помнит о еде. Овальное устройство имело срезанную верхушку с проёмами для входа. Белое стекло и тёмно-синие кресла говорили об особом статусе. На приборной доске цвета кресел Смотритель нажал кнопку, и они плавно начали движение по стеклянному туннелю, огибая постройки. Через пару минут магнитная полоса упёрлась в огромную площадь, переполненную сотнями Поверхностных.

— Что они делают? — недоумевая от увиденного, спросил Максим.

— Мы называем это перекусом.

Поверхностные стояли с вытянутыми в стороны, слегка согнутыми руками. Казалось, они обнимают большой, невидимый шар. И даже отсутствие эмоций на лицах не могло скрыть удовольствия от процесса.

— А где же еда?

— Везде.

Следуя друг за другом, они подошли к основной группе и встали на освободившиеся места.

— Что, по-твоему, является безграничным источником энергии? — спросил Смотритель.

— Солнце, а по-Вашему?

— Армс — вот наш источник жизни и энергии. Мы благодарны ему за заботу и защиту. Мы делимся с ним своей энергией и заряжаемся его. Попробуй, тебе понравится. Представь, что ты обнимаешь что-то очень дорогое тебе, ты доверяешь ему, а оно доверяет тебе. Ты готов отдать всё, что у тебя есть, и готов принять всё, что тебе предложат. Процесс наполняет тебя счастьем и соединяет с источником. Безграничная сила подчиняется тебе, заполняет всё твоё существо, стирая страхи и сомнения. Ты готов делиться полученной силой и помогать нуждающимся в ней.

— Мне что, нужно об этом думать?

— Просто чувствовать.

— Ладно. В конце концов, Мастер давно рекомендовал отказаться от органической пищи. Пусть первым будет Марс.

Максим вытянул руки и представил текущую по его телу энергию. Как она проникает через ладони, стопы, голову и в виде энергетической воронки собирается в районе солнечного сплетения. Как оболочка, пронизанная стрелами света, светится изнутри, возвращает часть энергии обратно.

Максим медленно открыл глаза и увидел наблюдающего за его реакцией Смотрителя.

— Ну как? — не дождавшись ни слова, Смотритель первым прервал молчание.

— Ничего подобного ранее я не испытывал.

— Да-а-а, друг мой, это баланс. Получаем и отдаём. А сейчас я приглашаю тебя на рефшкос для завершения процедуры перекуса.

— Звучит аппетитно.

Они перешли к открытой веранде. У входа Максим увидел два десятка рефшкосовых машин. Он подошёл ближе, и из выступающих слева и справа рукавов появились одноразовые стеклянные стаканы, наполняющиеся синей жидкостью, похожей на кисель. Он взял стаканы и присел рядом со Смотрителем на мягкий, нежно-голубой диван с высокой спинкой.

— Что это?

— Всё те же водоросли. Пей, пей.

Максим сделал глоток. Волна мурашек пробежала по телу. Голубая кисельная субстанция растекалась внутри оболочки, обволакивая все органы, задерживая испарение миллионов заряженных частиц.

— Я понял! — Максим изучающе рассматривал стакан правым глазом, — одно без другого не работает.

Смотритель одобрительно кивал головой.

— И надолго хватает одного перекуса?

— А как часто ты заправляешься на Лемзе?

— Три-четыре раза в день.

— Нам хватает одного, — делая очередной глоток, Смотритель перекинул ногу на ногу. — Расскажи, чем ты занимался прежде, чем стать путешественником?

Максим сделал глоток и откинулся на спинку дивана.

— Пока-а-а, я учусь, хочу стать тренером. Вернее, хотел стать.

— Кто это — тренер?

Максим провёл рукой по гребню.

— У вас есть определение инструктажа для новичков?

— «Тружкатинс», — как само собой разумеющееся выдал Смотритель.

— А того, кто проводит тружкатинс?

— «Трудник», а какое это имеет отношение к твоему выбору?

Максим не удержался и захлопал. Но не так, как в театре или цирке, а медленно и демонстративно, обращая внимание собеседника на свои действия.

— В общем «Трудовик». На Земле, — Максим поднял указательный палец вверх, — есть обучающие центры по подготовке Трудников. Так вот, я хотел стать Трудником по спортивному воспитанию. Хотел заниматься с детьми, участвовать в их развитии и вместе добиваться результатов. Такие вот обязанности у Трудников на Земле.

— Друг мой, да ты рассуждаешь как Мастер. Расскажи мне знаешь, что… А что носят сейчас на Лемзе?

От вопроса у Максима открылся рот.

— Я-я-я… Слабо разбираюсь в моде. Что именно Вас интересует?

— Гони, паначи, цвет.

Максим вспоминает о папке с пометкой «Местные». Не отрываясь от беседы, он погрузился в хранилище знаний, нашёл жёлтую папку и открыл её. Оказалось, Смотрителя интересовали халаты, обувь и расцветка.

— Смотря, какой гони Вас интересует: праздничный, домашний, женский, мужской, банный, спортивный. От этого и будет зависеть его расцветка: чисто-белый, практичный, яркий или многоцветный.

— И как вам удается сделать правильный выбор? — Смотритель явно не ожидал такого развёрнутого ответа. — С паначи так же сложно?

— О-о-очень сложно, — вспоминая покупку летних брюк, ответил Максим. — Порой на это уходит несколько дней, особенно, если выбор делает женская особь. Гони также могут быть: шёлковыми, махровыми, ситцевыми, трикотажными.

— Ну да-а, ну да-а… Му-у-удрый лемзянин. Говори уже.

— Что говорить?

— Чего хочешь за информацию о гони и паначи?

— Есть кое-что… Хочу познакомиться с обитателями океана.

— Узнаю руку Мастера, сразу по максимуму, но…

— Но, что?

— Это не в моей власти, — Смотритель развёл руками. — Всё, кроме океана.

— Тогда, пусть будет подарком. Сочтёмся, когда придёт время.

— Зачем ждать. Есть нечто, что будет полезно прямо сейчас.

Смотритель вытянул указательный палец правой руки и коснулся гребня Максима.

— Теперь ты сможешь передавать выбранные знания прикосновением пальца.

— Ого, спасибо. И как это работает?

— Ты рисовать умеешь? — Смотритель сделал несколько зигзагов в воздухе, имитируя виртуальную кисть.

— Скорее нет, чем да.

— Значит гони и паначи не нарисуешь?

— Если только без деталей.

— Во-о-от!!! А в гони важны детали. Именно они определяют настроение, чувство, расположение. Гони, о которых ты рассказывал, видел своими глазами?

Не до конца понимая, к чему ведёт Смотритель, Максим кивнул головой.

— Сейчас подумай обо всех гони, паначи, расцветках, узорах, материалах и направь эту мысль в кончик пальца, а затем коснись моего гребня.

Максим закрывает глаза, чтобы вспомнить все, когда-либо увиденные им халаты, материалы и японскую обувь. Затем открыв глаза, коснулся гребня Смотрителя.

— Получилось? — застыв с вытянутой рукой, спросил он.

Зрачки Смотрителя суетливо забегали слева направо. Наконец-то они успокоились, и он посмотрел на Максима.

— Кто придумал такую модель паначи?

— Какую? На высокой, слегка полукруглой колодке или с поперечными направляющими?

— Они обе идеальны! Очень похожи на наши, но гораздо выше.

— Рад, что Вы оценили традиционные японские паначи. Они не только выше, но и тяжелее.

— Это мне и нравится. Хочу дать тебе что-то полезное от себя, неужели нет никаких пожеланий?

Максим задумался, поглаживая себя по щеке.

— Точно! — прошептал он, будто вспомнил что-то очень важное, — что Вы делаете с фрагментами знаний, случайно попавшими в оболочку?

— А что с ними делать? Собираем в оболочках-хранилках.

— И много таких хранилок?

— Около пятидесяти. А что-то не так?

— Я помогу освободить хранилки, если позволите.

— Зачем это тебе? — в голосе Смотрителя появились нотки подозрительности.

— Люблю пазлы, — практически искренне ответил Максим. — У меня есть теория, что из бесполезных фрагментов можно собрать нечто полезное. Повторяю, это всего лишь теория.

— Как хочешь. Выходит, ты опять оказываешь услугу, освобождая оболочки. С тобой о-о-очень трудно рассчитаться, но пусть будет, по-твоему. Я всё подготовлю и перед отправкой на Лемзю, получишь свой пазл. А сейчас, — Смотритель встал с дивана, — время грызлофермы.

ГЛАВА 13

Вернувшись в яйцеобразную лодку, Смотритель нажал кнопку, и они плавно начали скользить по магнатрессу. В этот раз маршрут пролегал вдоль здания. В течение семи минут они двигались строго прямо, пока жилой комплекс не закончился и перед ними открылся вид на пятидесятиуровневую ферму, растянувшуюся на один километр. Как и все постройки, она была из стекла, поэтому система сообщения между уровнями, хорошо просматривалась сквозь стены. Прямоугольные кабинки без крыш довольно быстро двигались, как по горизонтали, так и по вертикали.

— Не пойму, в чём суть перемещений туда-сюда? — поинтересовался Максим.

— Мы, конечно, доверяем машинам, контролирующим степень сытости, как и уборку плодородного слоя, но жизненно важные процессы требуют особого внимания. Хочешь взглянуть поближе?

— А может сразу в мегаполис? — отворачиваясь от фермы, предложил Максим.

— Можно и сразу.

Смотритель нажал комбинацию кнопок, после чего лодка начала трансформироваться. Спинки кресел опустились вниз, подлокотники развернулись и зафиксировали тела в неподвижном состоянии. Стеклянный купол накрыл лодку, превратив её в герметичную капсулу.

— И-и-и… Три, два, один, — начал отсчёт Смотритель.

В ушах Максима ещё звучало окончание цифры один, а яйцеобразная лодка из белого стекла, уже плавно парковалась, принимая первоначальный вид. Стеклянный купол сложился, спинки кресел приняли вертикальное положение, фиксация ослабла.

— Ну что, — начал Смотритель, — добро пожаловать в мегаполис.

С небольшим наклоном, Максим медленно поднял голову вверх. Над ним в прямом смысле слова зависли конструкции из черного, белого и прозрачного стекла. Первый уровень из прозрачного стекла не превышал двух километров в высоту. Второй — из белого, возвышался на восемь километров. И утопающий в глубине Олимпа, с его двадцатипятикилометровыми монстрами — третий, из чёрного.

— Впечатляет. А где все?

— Учатся, исследуют, изобретают. Все комплексы автономны. На прозрачном уровне располагаются учебные центры. На белом — исследовательские лаборатории по изучению внутреннего Армса. А в чёрной зоне ведутся самые перспективные разработки по дальнему космосу, внешнему Армсу, а также внедрению знаний, полученных от путешественников. А ещё там живут величайшие умы Поверхностных.

— Ясно… И что, здесь не делают перекусов?

Смотритель кладёт руку на плечо Максиму.

— Ты думаешь, это зависит от места?.. Энергия вокруг нас.

— Я как-то не подумал.

Правым глазом Максим смотрел вверх, пытаясь хоть что-то разглядеть за границей источника света.

— Двадцать километров загадки. Вам хоть раз было любопытно, что там, наверху? — не опуская головы, спросил он.

— Теперь всё сходится.

— Что сходится? — озадаченный такой реакцией, Максим повернулся.

— Ты ещё очень молодой путешественник. 95% от всего, внедряемого на всех планетах, — результат работы путешественников. И это они, — Смотритель поднял указательный палец вверх, — жаждут поменяться местами с теми, кого не ограничивают стеклянные стены. Это они смотрят вниз в надежде познать что-то новое.

— Когда об этом говорите Вы, — Максим провел рукой по гребню, — звучит логично. Ну а что, например, с космическими кораблями, скоростными установками, оружием, наконец? Этим тоже занимаются путешественники?

— Всем, что необходимо для баланса. Но и усилия планетарных учёных не менее важно.

— И магнатресс — часть баланса?

— Конечно! Сутки на Армсе короче, а светлое время ещё меньше. Мы вынуждены всё делать быстро. Так что — да, и скоростные лифты, и магнатресс — часть баланса.

— Тогда такой вопрос, как на Марсе становятся путешественниками?

— Для нас — это большая честь. После взаимного обмена энергиями кандидата выбирает сама планета. Впуская в себя Армс, мы снимаем перед ним все ограничения, позволяя узнать о нас больше, чем сами мы способны осознать за всю жизнь. Надеюсь, ты понимаешь, что истинное намерение не подчиняется простому желанию?

— Значит, все посвящённые безоговорочно подчиняются выбору планеты?

— А разве есть что-то лучше этого? — вопрос явно озадачил Смотрителя.

— Я к тому, что на Земле после пробного перемещения с Мастером нам даются ещё сутки на принятие решения. Вы проводите тестовые путешествия?

— Конечно, тружкатинс никто не отменял. А знания кандидат получает сразу после выбора.

— Похоже на выбор без выбора. Может, именно поэтому среди вас нет Потерянных?

— Как я уже говорил, эти знания до нас не дошли.

— А мы успеем познакомиться с другими путешественниками? — поинтересовался Максим.

— Успеем.

Занимая место в яйцеобразной лодке, Максим вспомнил о её трансформации.

— А на какой скорости движется устройство?

— А какие варианты ответа у тебя имеются? — парировал Смотритель.

— Скорость звука?

— Не-а…

— Сверхсветовая скорость?

— Так ты долго будешь гадать. За основу взят принцип путешествий — скорость мысли.

— И как это работает? Вы же не подключаете себя к панели управления или…

— А ты сообразительный… Набирая на панели комбинацию кнопок, я выбираю того, кто будет управляет устройством.

— Минуточку… Это полноценная капсула для путешествий?

— Пять баллов. Хочешь попробовать? Не бойся, дальше школы не улетим.

— Я и не боюсь, — на секунду Максиму показалось, что Смотритель хочет взять его на слабо, — жмите Ваши кнопки.

Как только пассажиры заняли места, Смотритель набрал комбинацию кнопок, передающую управление Максиму. Кресла приняли горизонтальное положение, подлокотники зафиксировали оболочки, стеклянный купол накрыл лодку.

— Командуй, лемзянин.

— Один, два, три-и-и-и…

Как и обещал Смотритель, магнатресс закончился прямо перед школой. Это была типичная для Марса постройка, не указывающая на связь с путешественниками. Они покинули устройство и вошли внутрь.

— А почему, — начал Максим, — на входе нет знака школы.

— Здесь он не нужен, — наблюдая за собеседником, Смотритель продолжал идти вперёд.

— Почему?

— Потому, что вся эта часть материка принадлежит путешественникам.

Максим застыл на месте.

— Все, кого мы видели… Все они путешественники?..

— Абсолютно все.

— И сколько вас на этой материковой части?

— Почти пять с половиной миллионов.

— Здесь что, собраны путешественники со всего Марса?

— Верно.

— И каков ресурс марсианской оболочки?

— У обычных жителей пятьдесят, у путешественников — пять тысяч лет.

— Да ладно… Пять тысяч лет в одной оболочке?

— Да, пять тысяч лет в одной оболочке.

— А когда истекут пять тысяч лет?

— Если Армс сочтёт принесённую ему пользу достойной ещё одного жизненного цикла, путешественник получает новую оболочку в возрасте ребёнка.

— Это как? Ребёнка лишат астрального силуэта?

— Нет, конечно. В оболочку изначально не закладывают астральный силуэт. Но когда время созревания физической оболочки наступит, она перейдёт к путешественнику.

— И сколько же раз Вы получали такую возможность?

— Это мой первый цикл.

— А что произошло с предыдущим Смотрителем? Разжаловали?

— Это осталось загадкой. Однажды, его силуэт просто не вернулось в оболочку, и мы стали использовать её в качестве хранилки.

— Кажется, я знаю причину. Среди Потерянных есть Анти-Мастер, обладающий способностью захватывать чужие астральные силуэты. В поиске знаний он намеренно охотится на путешественников с девяти планет.

— Но это же дикость! Зачем это ему?

— Власть… У кого знания, тот владеет мирами. Единственный барьер между ним и нами — купол школы. Поверьте, на Армсе этот механизм отлажен гораздо лучше земного. Я хочу, — Максим остановил Смотрителя, потянув его за руку, — чтобы, поддерживая баланс, путешественники безопасно перемещались и возвращались домой.

— Если твои предположения верны, посланники Армса в большой опасности. Мы поддержим тебя всем, чем сможем.

Максим с благодарностью кивнул головой. Пройдя ещё пару метров, они остановились перед залом с пятьюдесятью капсулами.

— Вот наши хранилки, — Смотритель открыл прозрачную дверь.

Капсулы стояли пятью ровными рядами. Одна из капсул выделялась голубой подсветкой.

— Это капсула предыдущего Смотрителя? — Максим указал на светящийся голубым светом купол.

— Да.

— А как вы передаёте знания? Я думал, только Мастера могут это делать.

— Верно… Информация фокусируется внутри и перенаправляется на панель, вот сюда, сбоку капсулы. А дальше всё просто.

Прямо под крышкой капсулы имелось небольшое углубление с мерцающими огоньками. Смотритель вытянул палец правой руки и приложил его в центр мерцания, а пальцем левой руки коснулся гребня Максима.

— Уловил?

— Вы — проводник!?

— Очень сообразительный лемзянин, — согласился Смотритель.

— Подарок предков? — почти уверенный в положительном ответе, спросил Максим.

— Не-а… Заслуга путешественников.

— А как вы определяете, что совершили равноценный обмен знаниями? С полученной вами информацией понятно. Но как быть с той, которую отдаете вы.

— Представь, — начал Смотритель, — в твоей комнате пять кушеток для отдыха, но ты пользуешься только одной. Какая тебе польза от остальных?

— Никакой.

— Вот именно! Какая разница, какой ценности ненужная вещь? Когда ты освобождаешь место от балласта, взамен может появиться нечто полезное. Помни: есть те, у кого нет ни одной кушетки, но есть в изобилии нечто, имеющее ценность для тебя. Понял?

— Не совсем.

— Тогда так… Ты помог устранить проблему с укреплением материковой части, используя водоросли. Сколько лемзян знают этот принцип?

— Думаю, нескольким миллиардам.

— А сколько лемзян владеют формулой преобразования воды в постоянный источник энергии?

— Таких, думаю, вообще нет.

— Во-о-от… На Армсе всё, наоборот. Преобразование энергий для нас такой же естественный процесс, как для лемзян посадить дерево. Для нас твоя информация бесценна и совершенно бесполезна для лемзян.

— Баланс?

— Рад, что ты понял… Завтра, — Смотритель медленно провел рукой над капсулами, — всё будет собрано в одной капсуле и передано тебе.

Несмотря на вечернее, по-марсиански меркам, время, школа была заполнена до отказа. Группы обучающихся состояли из мужских и женских особей по двадцать четыре в каждой.

— У вас так много новичков.

— Тружкатинс нужен не только новичкам. Как вести переговоры, зачем соблюдать устав путешественника, как использовать оболочку и т. д.

— Как в школе, — покачивая головой, иронизировал Максим.

— Это и есть школа, — несогласный с услышанным, возразил Смотритель.

— Ну-у-у, это-о-о метафора такая, — попытался оправдаться Максим.

— Не привыкну я к вам, лемзянам. А какая метафора последует после выпитого стакана воды? Ну, очень похожа на воду?

— Нет, это юмор.

— Что значит юмор?

— Это значит, — Максим провёл рукой по лицу, — что Вы разрядили обстановку.

— Видел я этот процесс разрядки: зубы наружу, жидкость из глаз. Зачем это вам?

— Земляне, — Максим закатил глаза, пытаясь подобрать точное определение, — не всегда делают то, что поддаётся объяснению. Смех и юмор — это своего рода терапия. Кому-то это помогает снять напряжение, кому-то обратить внимание на ошибки, но большинству смех помогает расслабиться. Иногда достаточно улыбнуться.

Максим засовывает указательные пальцы в рот и растягивает его в стороны, имитируя улыбку.

— И это помогает вам расслабиться?!

Смотритель засовывает указательные пальцы в рот и растягивает его в стороны.

— Ощень не убобно гоорить с уыпкой а ице, — констатировал свои ощущения от улыбки Смотритель, — кохда насупит аслапление?

В этот момент Максим искренне сожалел о неспособности оболочки выражать эмоции. Он подошёл к Смотрителю и вытащил пальцы у него изо рта.

— Иногда расслабление от улыбки получает не только тот, кто улыбается, но и его окружение. Сегодня, благодаря Вам, это чувство испытал я. Спасибо.

— Похоже… — Смотритель внимательно изучал указательные пальцы своих рук, — ваша улыбка — элемент баланса.

— Похоже, что так… А сколько этажей отведено под школу?

— Немного: пять для обучения новичков, двадцать — для тружкатинса, сорок — для заданий во внутренние миры и один — для внешнего.

— Шестьдесят шесть этажей — немного?.. Вы помните школы землян?

— Поверь, если собрать все лемзянские школы в одном месте, небоскрёб получится внушительный.

— А у вас что, не популярны перемещения во внешние миры?

— Дело не в популярности, а возможности совершать такие путешествия. Внешние миры охраняются Предками.

Смотритель посмотрел на камень, висящий на груди. После чего закрыл глаза и плотно прижал его к телу. В тот же момент, словно по сигналу, тружкатинс на всех этажах завершился, а путешественники направились к выходу. Темнело здесь быстро, поэтому все старались до полного угасания источника света оказаться в своих жилищах.