Вечер на Демелии был своеобразен, но луны, взошедшие друг за другом, блеск Единого океана и дальний шум водопада настраивали на спокойствие и таинственность. Хранитель смотрел на воду и вспоминал нечто увиденное совсем недавно, но теперь их разделял Космос. Земля… Фуций невольно сжал кулачки. Цветущий некогда рай для жизни, обласканный многими мирами, выстроивший свою, казалось бы, незыблемую среду для сосуществования бесчисленного количества рас… Как случилось, что люди захотели достичь невозможного? А может все идет по замыслу Единого, в котором существование не должно идти без апокалиптических кризов? Кто знает… но перед глазами то и дело промелькивали разрушенные дома, сметенные города и тела погибших в страшной невообразимой катастрофе. Вслед за этими мыслями всплывал красивейший Белый храм и его загадка — жрица. Миледи Алина была существом сложным, истинная дракониха, с капризами, статью и характером, достойным описания лучшими из лучших. Такая сущность не могла не покорить искушенное сердце Царя.

Хранитель улыбнулся. В истинном виде миледи Алина являла собой изящного белоснежного дракона, с жемчужными крыльями. Ее перламутровые рога, казалось, светились изнутри, а глубокие синие глаза, смотрели пронзительно и изучающе. Каталаву Айтшмаахдахри был поражен, увлечен, потрясен и, в конце концов, просто влюбился в нее. Шанса избежать этого не было. Появление Авааталы сблизило царственную чету еще ближе до такой степени, что Его сиятельство задумался о приемнике. Но война с готтурианцами внесла свои коррективы. Потом было рождение АлЭйди и новое испытание — угроза жизни Алины. Несмотря на все меры безопасности, Белый Храм все же был в опасности и, когда, казалось бы, все было улажено, храм пропал. В один миг, внезапно, неожиданно.

Царь был взбешен, подавлен, жесток, велел приложить все усилия, но отыскать его среди миров и пространств. Но тут грянула катастрофа — люди по незнанию притянули комету. Прошло совсем ничего после катастрофы, как Царь вновь стал одержим идеей найти свой Белый храм.

— Вы пришли на танец водных драконов, Хранитель? — голос оторвал малыша от созерцания глади воды и прервал поток нерадостных мыслей. Он развернулся и увидел возле себя группу молодых драконов. Он обвел их взглядом, и драконы слегка наклонили головы, отдавая знак уважения Хранителю.

— Увы, я всего лишь задумался, не обращайте на меня внимания, милорды.

Снова почтительно кивнув, группа драконов прошла мимо Хранителя, к самой кромке Единого океана, миг и вся компания скрылась в воде. Хранитель проводил взглядом молодых людей и уже хотел было пойти прочь, как вдруг его остановил голос не ушедшего дракона:

— Здесь слишком тихо, да?

Хранитель окинул внимательным взглядом этого молодого человека. Его зеленовато-синие волосы доходили до плеч и были перетянуты переливающейся на солнце лентой. Во лбу мужчины горел изумруд. Одежда была без особенностей — рубашка и длинные штаны.

— Позвольте представиться, Рамес Нийоко Рую, водный дракон из рода Кун Да. –дракон еще раз склонил голову.

— Я вас знаю, милорд. — улыбнулся Хранитель. — Вы были на вчерашнем собрании Анклава.

— Да, пришлось. — вздохнул Рамес.

— Почему вы спросили про тишину?

— Не знаю, мне показалось, что она неприятна вам.

— Вы были на Земле? — тихо спросил Хранитель.

— Часть себя я оставил там, среди развалин моей лаборатории.

— Что мог делать темный сумеречный дракон в лаборатории, милорд?

— Занимался подпространством, Хранитель Фуций.

— Зачем? — выдохнул Фуций, замирая.

— Хочу найти Белый Храм.

— Такие идеи сейчас не следует произносить вслух. — прошептал Фуций.

— В любом случае, я ощущаю свою вину. Мы с Дефером Ахи должны были разработать дополнительный круг оборота вокруг Храма, но Бахон Ахи снял меня с поста, заменив Люраем Сидо. А тот не справился и разругался с Дефером. В итоге, Храм пропал и моя мечта вместе с ним.

— Ваша мечта, милорд?

— Артефакт искажения. — пнул несуществующий камешек Рамес.

— А как вы планировали найти Храм, милорд? Ни коим образом, не хочу уводить у вас идею, просто мне любопытно.

— Да нет никакой идеи! — всплеснул руками Рамес. — Согласно моим расчетам, Храм можно попробовать отыскать в подпространстве, но для этого необходимо огромное количество энергии.

— Интересная идея, доктор Рую. — раздался голос и вслед за ним вышел высокий мужчина в черно-красном облачении.

— Милорд Идас, как хорошо, что вы меня отыскали! — всплеснул ручками Хранитель, чем заставил обычно невозмутимого Идаса удивленно приподнять брови. — А я вот только про вас подумал. А давайте мы все втроем поболтаем где-нибудь у вас?

— У меня? — переспросил Идас.

— Да, на вашей территории. — кивнул Фуций.

— Ладно, — протянул красно-черный дракон, не сводя глаз с Хранителя. — Проследуйте за мной!

Портал перехода приветливо сверкнул серебристо-бирюзовым светом и перенес двоих драконов и Хранителя в строгое помещение с четырьмя чашами, над которыми поднимался красный пар. Идас быстро подошел к одной из них и опустил свою руку в кипящую воду. Мгновением спустя зал озарился рассеянным светом и перед гостями появились три кресла.

— Добро пожаловать ко мне. — ехидно ухмыльнулся сумеречный дракон. — Чаю из маонгов, Хранитель?

— Не откажусь, милорд. — смущенно опустил глаза Фуций.

Едва появившаяся чаша с дымящимся напитком обожгла рот пушистика, как тот блаженно улыбнулся и проговорил:

— Бесподобный чай! Такое наслаждение… не меняется со временем!

— С учетом того, что настаивается три сотни человеческих лет. — продолжал иронизировать Идас. — Так с чем связано такое уединение и таинственность?

— С миледи Алиной, милорд. — Произнесенное имя подарило анфиладе гнетущую тишину и изучающий взгляд Идаса, но Фуций продолжил:

— Стабилизация подпространства сама по себе интересная задумка, но Храм вряд ли откликнется даже на прямой контакт. К тому же не следует отбрасывать саму миледи. Ее резервы синхронизированы с Храмом, он попросту не отпустит ее. Ему необходимо дать замену.

— Мы с Дефером в свое время ставили маячки на Храм. — вмешался Рамес.

— Понимаете, милорд Рую, — Фуций сложил лапки домиком. — Даже если мы сможем выловить Храм и установить связь с миледи… Там ведь находиться еще Чаша Мира и куча других артефактов… Как бы дико это сейчас не звучало, но в дали от породившей их материи, артефактам нужна подпитка. Миледи встроена в этот процесс как главное звено. Поэтому при его извлечении нам необходимо заменить миледи на не менее сильного мага с кровью Ее Сиятельства. Аваатала в стазисе, АлЭйди… он просто не готов.

— А… — протянул Идас.

— А официально пока других нет. — Сверкнул глазищами Фуций.

— Надо известить Царя. — кивнул Идас.

— Его Сиятельство не в духе и грозит распустить храмы в свою честь. — вздохнул Фуций.

— Моя младшая сестра служит в храме Сатиха, посвященному Царю. — произнес Рамес. — И говорит, что Его Сиятельство даже не смотрит в сторону храма.

— Доктор Рую, ну вы же дракон. — Хранитель печально посмотрел на Рамеса. — Что бывает с драконом, который вдруг теряет свое любимое сокровище? Правильно, гнев и стремление найти, вернуть. Вот мы сейчас последовательно переживаем все эти стадии на себе.

— А что будет когда Великий Дракон найдет Белый Храм? — тихо спросил Рамес.

— Как ни странно, доктор, то все зависит от миледи Алины. — Идас смотрел, не мигая на доктора. — Все зависит только от нее.

Глава 2. Каталаву

Темные тучи то носились по небу и сталкивались, то снова разлетались и кучковались по окраинам. Темнеющий небосвод снова и снова озаряли розовато-синие молнии, и округу сотрясали раскаты сильного грома. Однако все это нисколько не трогало высокого мужчину, стоявшего возле огромного окна и мрачно смотревшего на бушующую стихию. Его белые одежды были с золотыми вкраплениями и те непременно вспыхивали каждый раз, когда за окном очередная молния рассекала ночную мглу.

Мужчина не обращал внимания на разгул стихии, он напряженно всматривался куда-то вдаль, словно мечтая разглядеть в ней нечто очень для него важное. Однако нечто явно не спешило проявляться, вызывая в мужчине новую волну раздражения.

Упрямая и своевольная… как она могла так жестоко поступить с ним? Что могло случиться такого сложного, чтобы маг ее уровня совершил такой прыжок? Ревность? Но она же точно знала, что такое было исключено в их случае. Угрозы? Но она сильнейший маг после него. Но бесило больше то, что она совершила это безумство не сообщив ему. Неужели он не смог бы защитить ее? Неужели все их чувства можно было так легко перечеркнуть? Почувствовав новый прилив злости, мужчина развернулся и прошел к массивному трону, что стоял посреди огромной залы и был украшен множеством драконьих голов, вырезанных из старинного сплава. Каждая голова была уникальна и единственна. Сев на трон мужчина закрыл глаза, восстанавливая дыхание. Ничего, он непременно найдет ее и потребует ответа на свои вопросы. Найдет чего бы ему это не стоило.

— Ваше Сиятельство. — тихий голос Хранителя прервал поток тяжёлых мыслей и заставил открыть глаза.

— Что произошло, Фуций?

— Как вы отнеслись бы к возможным пробам стабилизации подпространства?

— Отрицательно.

— А если бы речь шла о Белом Храме?

— Что ты хочешь до меня донести?

— Ваш племянник предложил довольно интересную идею, милорд.

— Какой племянник? — прошипел Каталаву, впиваясь взглядом в Хранителя.

— Рамес Рую Нийоко Кун Да.

— С чего ты решил, что водный дракон мой племянник?

— А разве нет? — невинно хлопнул глазищами Фуций. — Странно… когда Анналы Древних стали врать?

— Зачем ты залезал в Анналы? — прищурил зеленый глаз Его Сиятельство.

— Уточнить на счет доктора Рую. Меня всегда интересовали расовые изменения внутри рода «Руа»/«Рую»… и знаете, я нашел там объяснение! Миледи изменила окончание став жрицей, оказывается такое может происходить только после заключения расового брака со жрицей. Но официально миледи не вступала ни в расовый, ни в церемониальный брак…, так ведь, Ваше Сиятельство?

— Ты ведь до всего докопался? — мрачно смотрел на малыша Царь Драконов.

— Верно, Ваше Сиятельство. — кивнул малыш. — Но мне положено знать секреты и тайны, особенно овеянных такой древностью.

— За них и платить приходится, не забывай этого, Хранитель.

— Ваше Сиятельство, разве еще не настало время раскрытия хоть каких-то тайн?

— Странно, что меня об этом спрашиваешь ты, Фуций. — дракон обернулся и пристально посмотрел на пушистого малыша. — Но я тебе отвечу. Ее полное имя Алина Мира Руа Айтшмаахдари. Она не жрица Белого Храма, Фуций, а Ее Сиятельство. Она моя жена. Но для тебя ведь это не секрет. Ты же все знаешь. Ты же всегда был со мной.

— Знаю, Ваше Сиятельство. — грустно подтвердил Хранитель.

— Тогда к чему весь этот цирк? А время… как бы я хотел повернуть его вспять и предотвратить то, что произошло. Где-то мы с тобой тогда просчитались.

— Мы не учли самого главного, Ваше Сиятельство — миледи. Нашей ошибкой было думать, что она будет покорно ждать, склонив голову. Но ведь она не такая. Она фактически спасла нас всех, ваших детей, вас. Нам надо вытащить ее оттуда, милорд. Храм и артефакты истощают ее, и вы знаете не хуже меня, что Чаша Мира может ее убить.

— Как я хочу уничтожить Землю!! — зарычал вдруг Великий Дракон и бессильно опустился на пол. — Чертова планета!

— Но лишь там есть привязка с Храмом, Ваше Сиятельство. Мы не можем позволить оборвать эту единственную связь. Если это случится, то миледи погибнет. — Фуций подошел к Царю и сел рядом. — Милорд Бахон молчит и будет молчать, он не пожалел даже миледи Далию.

— Не спускай с них глаз, Фуций. Далия не должна пострадать больше, чем уже произошло. Ее жемчужина у меня и пока идет вся эта кутерьма, пусть девочка будет в полной безопасности.

— Вы все знаете, Ваше Сиятельство? — Фуций вдруг понизил голос. — Ну, про миледи Далию…

— Да, поэтому ради их сохранности мы будем охранять их. Чтоб даже пыль не пролетела без нашего одобрения. Пока ищем способ восстановления памяти АлЭйди. Возвращаясь к Храму. Пригласи ко мне Рамеса.

— Он уже здесь, у милорда Идаса такой вкусный чай, Ваше Сиятельство, что все так и норовят напросится на чаек.

Царь Драконов ничего не ответил, лишь удивленно приподнял брови. Чай-то может у сумеречных драконов и был вкусным, а вот гостеприимство отсутствовало, как факт эволюции.

Едва Фуций скрылся в Портале, Каталаву встал с пола и прошел в соседнюю анфиладу, где высился огромный Трон из тысяч голов драконов. Молча взирая на эту братскую могилу, Каталаву все ждал, что в его душе шевельнется хоть какая-то струнка досады, но нет. Ни сожаления, ни боли, лишь чувство торжества над поверженными. Он сел на Тысячекрылый Трон и уже в следующий миг в анфиладе раздался треск Портала из которого вышел Рамес, Идас и Фуций.

— Ну-с, говорите, что и как в ваших головах носится. — молвил Царь, осматривая троицу. Нет, Идас и Фуций — это два интригана, на самом деле очень опасных и хитрых, но своих, а вот Рамес более «чист», да и племянник все-таки.

— Ваше Сиятельство, у меня возникла мысль, что Храм можно попытаться зафиксировать в измерениях и потом вытянуть в эту реальность. Просто расчеты я делал лишь в уме и здесь. Как я уже говорил Хранителю и Идасу, Бахон Ахи снял меня, когда мы ставили на Храм опознавательные маячки. Вот если удасться поймать их в измерениях, то можно с уверенностью тащить Храм.

— Что для этого нудно? — Каталаву не мигая смотрел на Рамеса.

— Необходимо сделать расчет стабилизатора и создать под него кондезиум. Сделать это можно лишь на Земле.

— Все просто лишь на словах, доктор. — ответил Царь, после долгого молчания. — Но так и быть, я позволю вам попытаться найти Храм. Только все должно быть максимально секретно. Алина не должна пострадать, вам это ясно, доктор Рамес?

— Да, Ваше Сиятельство.

— Вы отправитесь на Землю завтра, возьмите себе кого-то в помощь. Придумайте какую-нибудь легенду, но доктор, мне нужны отчеты. Даже если у вас ничего не выйдет, я должен об этом знать. Я не хочу ложных надежд.

— Да, милорд. — кивнул Рамес.

— Идите. — махнул рукой Каталаву.

Едва они ушли, как Великий Дракон вновь подошел к огромному окну. Бесконечные потоки дождя все также нетерпеливо стучали по стеклянной крыше, намереваясь разбить неподатливое творение неведомых мастеров. Порывы ветра обрушивались на величественный белый замок, зависший прямо посреди мощного темно-сизового облака, электрические разряды били по нему, но все было тщетно. Монолитное строение висело, словно прибитое мощными гвоздями, даже не колыхаясь среди всего бушующего безобразия. Ветер злился и вдали уже начали формироваться зловещие торнадо и ураганы.

Взмах руки и неожиданно все стихло. Ровно, как и в душе Великого Дракона, вновь опустилась зима, заморозив все эмоции, мысли и страхи. Но где-то очень глубоко, так глубоко, что сам дракон боялся туда заглядывать, колыхался светлый женский образ, что бередил эти глыбы льда и улыбаясь говорил вновь и вновь:

— Я люблю тебя!

Глава 3. Ашу

Акватория Ашу являла собой огромную водную гладь, окруженную непроходимыми лесами. Где-то ближе к одному из дальних окраин, в акваторию вдавались острова, самые большие были остатками континента, отколовшимися в ходе ударов электрических волн. Сами острова практически не пострадали — их силовые поля локально сдерживали буйство сил, стремящихся уничтожить Землю. Разрушения были минимальны. Когда-то на континенте жили асуры, но потом их представители ушли со своих земель, оставив свои города под защитой роботов.

В акватории когда-то Единого океана всегда жили драконы. И сейчас, когда Земля стала вновь приходить в себя после мощнейшей катастрофы, а пригодных для жизни водоемов стало значительно меньше, обособившаяся акватория стала большим подарком племени водных драконов.

Портал Перехода засверкал на берегу разными цветами, от него запахло хвойными ароматами. Прошел миг и из него шагнули два человека, одетых в простые светлые штаны, подпоясанные резными бляшками, рубахи и накидки без рукавов. Один из мужчин был с зеленовато-синими волосами, перетянутыми переливающейся на солнце лентой и доходившими до плеч. Во лбу мужчины горел изумруд. Второй же был с коричнево-оранжевыми волосами и кристалла во лбу не имел. У каждого имелся заплечный рюкзак, из которого торчали рулоны бумаг. Переглянувшись, мужчины направились к воде и уже перед самым входом тот, что был с изумрудом во лбу, щелкнул пальцами, превращая рюкзаки в броши, что возникли на одежде. Затем оба мужчины стремительно скрылись под водой.

Проплыв приличное расстояние, они спокойно миновали полосу защиты, что считала их код. Немного погодя они увидели причудливые домики, светящиеся пагоды и большие территории для отдыха драконов. Подплывя к невидимой границе, мужчины протянули руки к сканеру и прошли сквозь преграду. Воздух в воде был такой же, как и сверху, только сама вода была осязаема, но она не приникала внутрь, позволяя дышать и говорить. Между тем мужчины подошли к проему в подводной скале и вошли внутрь.

Анфилады сменяли друг друга, коридоры петляли, пока наконец, перед ними не показался большой зал, наполненный людьми. При их появлении все повернули головы в их сторону и тут раздался голос:

— А вот и наши новые гости. Проходите, представьтесь племени.

Пройдя в центр, мужчина с зелетовато-синими волосами поклонился главе племени, старому дракону Дихандру Бао Ми:

— Конечно, Рамес Нийоко Рую Кун Да и мой ассистент и друг Ху Ши Стеяно Дан.

— Приятно встретить водных драконов таких уважаемых и древних родов. Что ж, присоединяйтесь к нам, у нас праздник — рождение нового члена нашего племени. У моего советника дракона Вонг Лу родился двадцатый расовый ребенок, мальчик.

После этих слов в зал вкатился огромный шар, озаряемый всеми цветами радуги и Дихандра продолжил:

— Радуйтесь вместе с нами, ваши дома готовы с момента получения нами роллуса о вашем прибытии, а пока мы все заглянем в сферу будущего, вдруг нам всем также повезет, как и моему советнику?

Рамес оглянулся и увидел, как его друга уже окружили хорошенькие драконихи, а им самим вдруг овладел безотчетный страх, вдруг все пойдет не плану.

— Доктор Рую, — произнес Дихандр. — Позвольте я вас познакомлю с виновником сегодняшнего торжества, моим советником Вонг Лу.

Рамес оглянулся и увидел перед собой высокого мужчину с красными волосами. Из его глаз лилось высокомерие и надменность, но темному сумеречному дракону это было безразлично.

— Приветствую вас, доктор. Что привело вас в нашу скромную акваторию? — спросил Вонг Лу, хорошо поставленным голосом.

— Исследования. — уклончиво ответил Рамес.

— Да, роллус упоминал о них. Что ж, дела могут подождать и до завтра, верно? Присоединяйтесь к нашему празднику!

Кивнув, Рамес отошел вглубь залы, туда, где высились колонны. Его мысли были заняты планами, когда вдруг он почувствовал легкое колыхание магии у своей руки. Поискав глазами возможный источник, он заприметил худенькую девушку с длинными светлыми волосами. Она скромно стояла возле такой же колонны, что и он, тоскливо смотря на веселящихся драконов. Затем она перевела взгляд на доктора и Рамес замер. Ее небесно-синие глазки не спеша, торопливо изучали мужчину, и чем дольше продолжалась эта игра, тем сильнее у Рамеса горела ладонь. Наконец, он нетерпеливо встряхнул рукой и подошел к девушке:

— Кто вы?

— Энарда Лонг Лу, милорд. Я очередная расовая дочь Вонг Лу.

— Зачем вы используете рассеивающую магию?

— Привлекала ваше внимание. — честно ответила Энарда.

— Зачем?

— Я была у отца, когда прислали роллус и прочитала его, когда отец отвлекся.

— И что же вас так впечатлило, что вы решили нарушить правила?

— Хочу стать вашей ассистенткой, доктор.

— Вы? А вы в курсе чем я занимаюсь?

— Вы будете заниматься подпространством.

— А вы понимаете метафизику, миледи?

— Давайте я покажу вам свои наработки и вы решите, смогу ли я вам подойти? — Энарда во все глаза смотрела на доктора.

— Хорошо, миледи. Я их посмотрю.

— Вы были у шара, доктор Рую? — неожиданно спросила Энарда.

— Нет, я…

— Пойдемте!

Энарда схватила его за руку и потащила, не обращая внимания на сопротивление доктора. Возле шара они остановились, так как к артефакту времени необходимо было подходить по одному. Рамес подошел к шару и протянул руку. Из шара вытянулась платформа и доктор послушно опустил в нее ладонь. По руке пробежал слабый магический импульс, еще мгновение и перед глазами возникло сражение, горы трупов, затем картинка изменилась и вот уже Рамес смотрел на бледное, но такое родное лицо… Энарды?! Рамес хотел было отшатнуться, но тут картинка вновь дернулась и перед шокированным драконом была Демелия, его дом и радостный окрик: «Папа!».

Все еще находясь под впечатлением, Рамес отошел от шара, вновь уходя к колоннам. Наконец, он схватил с пролетавшего мимо подноса хмельную жидкость и опрокинул в себя все содержимое изящного фужера. Шок стал постепенно сглаживаться и мысли стали обретать привычный неспешный ход. За весь предстоящий вечер он больше не встречал Энарду. Позднее его и Ху Ши отвели в отведенные им домики.

Когда Энарда вышла из анфилады, то обернувшись в истинный вид, упорхнула прочь. Ее морда выглянула из воды на другом конце побережья. Взмахнув длинными ресницами, дракон посмотрела на звезды. Как жаль, что у нее не было крыльев! Ей так хотелось полетать, на себе ощутить всю прелесть межзвездных перелетов.

Но так уж случилось, что ей не повезло ни с магией, ни с крыльями, ни с жемчугом. Магия была слишком сложна для ее уровня, не хотела слушаться ни саму обладательницу, ни наставников. Крылья не отрастали и дракониха в какой-то момент стала посмешищем среди своих сверстников, спасало то, что она была дочерью Вонг Лу. Ну, а то, что она родилась с синим жемчугом стало неприятным сюрпризом для всех. Редчайший жемчуг и вдруг у расовой дочери! Вонг Лу был в гневе и досаде и с утроенной силой начал наращивать количество расовых детей, стремясь повторить результат. Энарду распределили в Храм Голубого Феникса в Хиттау для роли жрицы — она действительно дивно пела и танцевала, однако ее не прельщала такая роль. И девушка впервые в храме увидев воздействие магии и кристалла, увлеклась метафизикой кристаллической жизни. Ее личная коллекция сильно отличалась от общепринятой, и включала камни, на первый взгляд ничем не примечательные, но сама Энарда знала много из скрытого от посторонних глаз.

С теориями доктора Рую, Энарда ознакомилась давно. Она даже писала ему тайные письма, в которых рассуждала, мечтала и спорила с ним, правда ни одно письмо так и не было отправлено.

В тот, скорее злосчастный день, Энарда была у отца, когда заприметила сверкающий золотом роллус. Впрочем, у отца часто были такие, но в первый раз отмеченные царской магией. Выслушав в очередной раз нотации по поводу недопустимости вольного посещения храма в Хиттау, Вонг Лу махнул рукой и хотел было уже попросить Энарду уйти, как его вызвал Дихандр. Оставшись одна, девушка подошла ближе к столу, пытаясь рассмотреть заинтересовавший ее роллус, но тот был далеко. Исхитрившись Энарда все же развернула его и прочитала:

«… Доводим до Вашего сведения, что вышеупомянутые водные драконы должны быть приняты племенем, согласно воле Его Сиятельства Великого Дракона Каталаву Айтшмаахдахри. Любое неповиновение будет воспринято как невыполнение приказа Его Сиятельства со всеми положенными этому последствиями. Драконы должны быть полностью интегрированы в жизнь племени, их не должны считать чужаками. Касаемо их миссии — к племени она не относится, все пояснения Вы получите, когда Его Сиятельство поручит сие. Просим не забывать, что доктор Рамес Рую относится к темным сумеречным драконам, по статусу он выше главы племени — оказывать ему любую запрашиваемую им помощь.

Благодарность Тысячекрылого Трона будет по выполнению миссии драконов.

Хранитель.»

Больше Энарда не смогла ничего прочитать, так как вернулся отец и все-таки выгнал дочь. Взбудораженная новостями о прибытии ее воображаемого кумира, Энарда носилась по акватории, выпрыгивая из воды и беспрестанно создавая сложнейшие водные иллюзии. Несмотря на необходимость выживать среди людей, девушка не любила принимать облик человека. Ее гораздо больше привлекала истинность дракона, его стать, повадки, облик. Она искренне не понимала все чаще звучащие голоса, что драконам пора ассимилироваться среди людей и возможно, истинная суть смириться — ведь это вопрос выживания. Нет, Энарда была другой — она спорила, сопротивлялась и упрямствовала. Все это и приводило ее на очередные разборки к Вонг Лу. Вообще, как отец, Вонг Лу не участвовал в жизни дочери. Его забота о ней ограничивалась его именем и домом. Мать девушки после расового брака получила новый статус, вышла замуж за мага воды из рода Луари и была счастлива, тоже не особо беспокоясь о расовой дочери, так что Энарда была бы предоставлена сама себе, если бы не синяя жемчужина. Ее наличие отягощало жизнь Энарды, заставляя выполнять многие не нужные ей условности, такие, как прием в честь рождения очередного потомка Вонг Лу.

Когда она увидела Рамеса Рую, то поняла, что навсегда потеряла покой. Высокий, безумно привлекательный, с зелено-синими волосами мужчина был именно таким, каким она себе представляла его в своих глупых мечтах. А еще он был крайне серьезным — это бросалось в глаза. И Энарда в первый же миг решила, что станет его ассистенткой — станет во что бы то ни стало!

И вот сейчас, получив возможность продемонстрировать доктору свои умения она парила от счастья. Он обязательно возьмет ее себе в помощь, да, у него есть друг Ху Ши кто-то там… но она лучше, она знает много и у нее есть этот проклятый синий жемчуг.

Энарда прикрыла глаза. Неужели ее мечтам суждено сбыться?

Неожиданно вода вокруг нее забурлила и через мгновение Энарда увидела перед собой невероятную темно-коричневую морду, многочисленные, отливающие сталью усы и большие оранжевые глаза, окаймленные не одним рядом ресниц. Дракон был огромен. По его крупному мощному телу то и дело пробегали электрические волны, заставляя его чешую показывать свой серебристый оттенок. Шальное зрелище добавляли потоки стекающей с морды воды. Завороженно следя за драконом, Энарда боялась его спугнуть.

— Вы здесь одна, миледи? — прозвучало в ее голове.

— По большей части, милорд.

— Не ожидал встретить вас так далеко от дома.

— Я люблю плавать, раз летать не могу.

— Почему?

— У меня нет крыльев, милорд, но зато я знаю эту акваторию вдоль и поперек, хотите покажу самые красивые места или может вас интересуют страшные тайны?

— Пока я не готов ни к каким тайнам, миледи. И честно говоря, не ожидал встретить вас здесь.

— Ну, может тогда сходите со мной в храм Голубого Феникса в Хиттау? Сейчас начнется танец и я не хотела бы прогулять его и вновь получить неудовольствие родителя. Пойдемте, доктор, вам понравится!

Драконы неспешно опустились на глубину и вдруг неожиданно Энарда устремилась прочь, так быстро, что Рамес вначале даже потерял ее из виду, но затем улыбнулся и устремился вслед за ней. Эх, молодость! Из девчонки энергия била ключом, ей бы немного остановиться, но куда там. Неожиданно Рамесу стало интересно, что Энарда понимает в метафизике? А вдруг она действительно сможет ему помочь? Но надеяться на это не стоит, девчонка молода и насколько хватит ее энтузиазма? Да, Энарда была красива, необычна, но стоило ли увлекаться дочерью высокопоставленного дракона, зная, что он ничего не сможет ей предложить? Расовый брак? Темные сумеречные драконы редко вступали в расовые браки, предпочитая долго выбирать себе пару. А удовольствий для плоти в любом виде у Рамеса всегда было достаточно. Нет, максимум на что может рассчитывать Энарда Вонг Лу так это на место ассистента и то, если она действительно разбирается в его работе. С такими мыслями Рамес не заметил, как вышел на сушу и перед ним раскинулся огромный город, плотно затянутый силовыми полями.

— Пойдемте, доктор, я покажу, как войти. — Энарда приветливо улыбнулась и повела его к огромным для человека валунам.

Нажав на какие-то выступы, девчонка повела его сквозь сделанный длинный коридор. Пока они шли, Энарда сказала:

— Когда-то здесь жили асуры, теперь здесь полно их роботов. Правда многие неактивны.

— Их кто-то деактивировал? — машинально спросил Рамес, осматривая коридор.

— Наверное да, я не знаю, милорд. Мне известно только, что часть из них, видимо неисправных, вывозили на ту сторону акватории и оставляли в лесу. Сейчас мы используем лишь храмы на территории городов и немного работаем в дендрарии. Ну, а я нашла лабораторию и иногда экспериментирую там.

— А почему лишь вы, миледи? Разве в племени нет желающих?

— Все не так просто, доктор. — Энарда остановилась и посмотрела в глаза Рамесу. — Как вы сами вскоре поймете, в племени много разных дум и течений. Нас сильно потрепало во время катастрофы, многие лишились самого главного, уверенности в своих силах жить дальше. У нас многие добровольно переходят Великий Предел лишь для того, чтобы воссоединиться там со своими родными. Это повсеместно, доктор. Какие исследования? Возможно многие и могли бы продолжить дело, остановившееся в катастрофу, но нет ни желания, ни сил.

— А у вас, Энарда, есть?

— Вы, наверное, будете меня осуждать, но я не вижу себя жрицей храма и вряд ли смогу стать кому-то хорошей партией — характер не тот. Единственное, что увлекает меня так сильно, что заставляет забыться, это камни. Моя магия плохо отрегулирована во мне, но лишь в работе с кристаллами она безропотно подчиняется мне. Так что да, у меня есть желание.

— Вы слишком юны, миледи. — тихо проговорил Рамес, пройдя вперед.

— Возможно, но я упряма и докажу тебе, что-то, чего сама еще не знаю! — прошептала Энарда еле слышно.

— Я все слышал! — раздалось вдалеке.

— Вам слышится шум прибоя, милорд. — отозвалась девушка и поспешила догонять доктора.

Храм Голубого Феникса был сложен из белого и синего камня. Верхушка храма была озаглавлена голубым кристаллом. Внутри по центру стояла огромная статуя феникса, выполненная из сапфира. Вокруг статуи уже были зажжены горелки с синим пламенем.

— Вот и ты, милая. — к ним подошла высокая женщина с рыжими волосами, и вопросительно посмотрела на доктора. — Познакомь нас, дитя.

— Рамес Нийоко Рую, водный дракон из рода Кун Да. — голос Энарды звучал ровно. — Жрица храма, достопочтимая Одария Ви Лира.

— Светлого дня храму, достопочтимая! — приветственно кивнул Рамес.

— Храм приветствует вас, милорд. — улыбнулась жрица. — Иди, Энарда, приготовься, скоро твой танец. А вам милорд лучше пройти на балкон или вы желаете посмотреть танец в истинном виде?

— Пожалуй, пройду на балкон.

— Составлю вам компанию, милорд, вы не против?

— Скорее за, достопочтимая. — улыбнулся Рамес, устремляясь за жрицей.

Энарда проводила обоих со смешенным чувством, в котором было больше непонимания. Жрицы храмов не вели аскетичную жизнь, полную лишений, наоборот, многие жили полной жизнью, правда для такого вольготного времяпрепровождения жрица должна была получить вольную, и в большинстве своем, так это и было. Исключением были храмы, посвященные представителям царской семьи. И хотя многие были в курсе, что Его Сиятельство уже давно не посещает храмы, традиции хранились очень строго. Храм Голубого Феникса в Хиттау не был посвящен ни Царю, ни, в принципе, Тысячекрылому трону. В постапокалиптическом мире храм был скорее символом бывшего величия, нежели местом, хранившим традиции. Энарда не была наивной и прекрасно понимала зачем жрица повела доктора в закрытую ложу, именуемую балконом. Что ж, он не отказался. Вздохнув, она прошла к статуе и взглянула на нее. Неужели вот так и пройдет ее жизнь — петь, танцевать во имя чего-то не настоящего?

Раскат полночного грома осветил храм, молния ударила точно в феникса и тот мгновенно озарился тысячами цветов. По его сапфировому телу прошла легкая дрожь и раздалась музыка. Вначале неспешная, тягучая, постепенно убыстрявшая свой темп. Ее тональность и глубина возрастали.

Преобразившаяся в истинный вид при первых раскатах грома дракониха забыла обо всех своих печалях, полностью отдавшись музыке. Ее движения были то быстрые, то медленные, то она замирала где-то в воздухе и создавала огненную иллюзию, то падала с высоты, рассекая свои же фантазии.

Рамес наблюдал за танцем из ложи, затаив дыхание. Он и подумать не мог, что эта смешная своей наивностью девчонка, может так танцевать. Когда он пошел вслед за жрицей, то хотел лишь выкинуть свои мысли об Энарде прочь, расслабившись в предназначенном для этого месте. Но тут он увидел танец драконихи. В один миг стало не до соблазнительной жрицы, не до тайн Белого Храма, он был потрясен изяществом и отчаянностью танцующей служительницы. Такого танца он еще не видел и как теперь выкинуть ее из головы?

Танец прекратился столь внезапно, что Рамес был не готов к этому. Спустя миг перед ним уже вновь стояла девушка с длинными светлыми волосами. Она дотронулась до статуи и та осветилась ярким синим цветом, завершая вечерние омовения.

Одария не была глупа и вышла сразу, как только поняла заинтересованность доктора. Спустя еще некоторое время в ложу вошла Энарда и смущенно улыбнулась.

— Вам понравился танец, милорд?

— Вы великолепно танцуете, Энарда, у вас прекрасное будущее. — тихо проговорил Рамес, отводя взгляд.

— Да. Если бы танцы были сферой моих интересов — непременно. Но меня влечет метафизика, милорд. Позвольте вам показать кое-что?

Рамес кивнул и последовал за девушкой. Выйдя из храма, они миновали много анфилад, но Энарда вела его прямо в центр города Хиттау, к высокой остроконечной башне, выполненной из светлого камня. Нажав на незаметную панель, девушка повела доктора к широкому лифту, который бесшумно открыв свои двери, поспешил на указанный Энардой этаж. Стремительный спуск, дал возможность Рамесу оценить масштабность строения в городе асуров. Они опускались под землю, как пояснила Энарда на минус тридцать шестой уровень. Достигнув желаемой точки, лифт остановился и торопливо открыл двери. Перед доктором раскинулось большое помещение, выполненное в светлых тонах и напоминавшее большую круглую библиотеку, только вместо книг на бесконечно высоких стеллажах стояли разной формы прозрачные пластинки — хронаты — подобие книг или свитков, они также несли информацию. Однако, чтобы понять ее необходимо было вставлять хронаты в специальные машины. Рамес поразился обилию хронатов — их здесь были миллионы, а с учетом их ценности (они содержали память предков) библиотека была просто бесценна!

В предвкушении Рамес созерцал огромное количество хронатов, переведя взгляд со стеллажей, он увидел конструкцию, словно выращенную из пола и на ней располагались маленькие портативные экраны, аккуратно сложенные в несколько стопок, а также большой экран. Это был монитор для просмотра хронатов.

— Такое сокровище и без охраны? — Рамес посмотрел на Энарду.

— Асуры уходили в спешке. — тихо ответила девушка. — Они вообще мало что забрали с собой. Их роботы в большинстве своем деактивированы, но если только их пробудить… Не знаю, что будет, милорд.

— А где сами машины?

— Как я видела, Хиттау практически пуст от андроидов, но Кадеш и Аурон буквально завалены ими. В Хиттау и в Ауроне есть деактивированные накопители. В Кадеш есть подстанция для генерации, в принципе, небольшие подобия есть и других городах, но все связаны через Кадеш.

— Вы так точно знаете расположение важной инфраструктуры, миледи. — поразился Рамес.

— Когда первые драконы прибыли в Ашу, то просто обживали акваторию, но потом возникла необходимость восстановить храмы, их здесь немного, но они все функционируют. В связи с этим встала задача восстановить хотя бы часть инфраструктуры асуров, но большинство соплеменников против, так как бояться активизировать роботов. Я же помогала в подключении храмов, поэтому у меня весьма вольные условия служения. А еще у меня есть лаборатория и если вы пройдете за вон ту колонну, — Энарда указала на белоснежное возвышение, — то у вас есть шанс ее увидеть.

Пораженный Рамес прошел за девушкой и едва переступил порог автоматической двери, как очутился в роскошно отделанной лабораторию. Тысячи реактивов, компьютеры, метафизические датчики, схемы кристаллизации, воздушные модели кристаллических решеток, аппараты перегонки субатомарных взвесей… Рамес бросил взгляд на стол, освещаемый летающей лампой. Там в аппарате Лоджи, представляющим из себя запаянную лампу, светился кристалл. От кристалла беспрестанно шли электрические волны и датчики постоянно меняли данные.

— Это же… — Рамес пораженно посмотрел на Энарду.

— Магнезия рассеивающего света, милорд. — подтвердила довольная девушка. — Просто Лоджи я собрала маленьким и могу в нем считывать лишь пульсовую волну небольших кристаллов.

— Кто-нибудь еще в курсе ваших опытов?

— Всем интересны танцы, милорд. По большей части все устали от катастроф.

— Вы меня поразили, Энарда. — признал Рамес с трудом переваривая информацию, что сложнейший аппарат Лоджи собрала и запустила в работу та, кому изначально надлежало лишь танцевать и петь.

— Вы возьмете меня в ассистенты, милорд?

— Думаю, да, миледи.

— Спасибо! — от переизбытка чувств Энарда бросилась на шею опешившему доктору. — Простите…

— Ничего, миледи. — тихо ответил Рамес, отпуская девушку. — Вы дадите мне пропуск?

— Да, на выходе активируем вход. Вам что-то еще потребуется для работы?

— Завтра я вам озвучу свои пожелания, но, если что-то будет отсутствовать, не переживайте, все будет доставлено чуть позже.

Спустя еще какое-то время, драконы покинули и лабораторию, и Хиттау.

Глава 4. Энарда

Земля медленно свыкалась со своей новой формой существования. Лишенная многих опорных элементов, планета выла и стонала, вновь приспосабливаясь к космическим ветрам и волнам. Изменившийся климат, флора и фауна, улетевшая прочь магия, все это приносило планете раздражение и боль. Свои чувства она предпочитала выражать ураганами, внезапными сменами погоды, бурями, штормами и землетрясениями. И хотя при каждом таком срыве она теряла остатки кристаллов, Земля не снижала обороты в выражении своих эмоций.

С момента появления доктора Рамеса и его друга прошло более пяти земных месяцев. За это время они сумели расширить и без того немаленькую лабораторию Энарды. Некоторые приборы довезли с Демелии, некоторые оставшиеся от асуров были восстановлены. Работа по рассеканию пространства шла быстро и с хорошими результатами, однако от Рамеса постоянно уходил момент фиксации в подпространстве. Необходимо было что-то, что сможет зафиксировать нафаршированный магией и артефактами храм. Для этого требовалась колоссальная энергия. Вот это и не давало покоя доктору. Был момент, когда он, отчаявшись начал работать с кристаллами, выращивая их, словно питомцев. Кристаллы Газаро отвечали Рамесу с той же любовью, что и их создатель относился к ним.

Помимо этого его беспокоила Энарда. Ее заинтересованность им росла с каждым проведенным вместе мигом, да девушка и не пыталась этого скрывать. Боясь потерять крайне толкового ассистента, Рамес старался держаться с Энардой холодно и ровно, хотя ему было крайне приятно ее внимание.

В личной жизни Рамеса появлялись разные драконихи. Но в последнее время его внимания стала активно добиваться Розанга — ярко-рыжая дракониха, хотя ее присутствие раздражало доктора. К тому же раздражение Рамеса вызывал еще и тот факт, что его друг Ху Ши Стеяно Дан начал ухаживать за Энардой, радовало то, что сама девушка не отвечала на его откровенные знаки внимания.

В тот странный день все начиналось как обычно. Придя в лабораторию утром, Рамес заметил за одним из столов Энарду. К его удивлению, девушка, что обычно бежала ему навстречу, не поворачивая головы, произнесла:

— Доброго утра, милорд.

Заинтригованный Рамес неслышно подошел к Энарде и увиденное поразило его. В ее руках светилась жемчужина. Свет живой перетекающей материи был насыщенного синего цвета. Внутри сливались потоки магии, образуя причудливые узоры, затем они растворялись и снова сливались. Рамес в первый раз видел синий жемчуг дракона.

— Доктор, — голос Энарды был тих и отчего-то печален. — Думаю, я нашла универсальный стабилизатор подпространства.

— Жемчуг?

— Да, милорд, но не просто жемчуг. А синий жемчуг водного дракона. Мой жемчуг. И я тут провела пару экспериментов… вы знаете, оказалось, что одним из его свойств является стабилизация потоков временных нитей и субатомарных частиц. Так что, если мы сможем встроить его в улавливатель, то вполне вероятно, что произойдет фиксация Белого храма. Вы же именно его ищете?

Рамес ответил не сразу. Его нутро разрывало от противоречивых мыслей. С одной стороны, хотелось немедленно проверить все, что сказала Энарда, с другой стороны, ему хотелось выяснить откуда она узнала про Белый храм и отчего у нее такое настроение. Но была и еще одна мысль, она сказала, что этот жемчуг ее, а следовательно, так просто с ним обращаться не получится.

— Скажите мне, миледи, вы что, хотите отдать свой жемчуг на эксперимент? — Рамес решил проигнорировать ее вопрос о храме.

— Почему нет? — Энарда продолжала крутить его.

— Даже несмотря на то, что при неблагоприятном исходе вы навсегда потеряете возможность принять истинный вид? — Энарда подняла на доктора глаза. — Родовой жемчуг это не просто украшение, миледи, он рождается с вами, он часть вас, часть вашей плоти и магии. Вы готовы уничтожить часть себя, лишь бы доказать мне, что?

— Поверьте, доктор, я ничего не хочу доказывать вам, возможно, себе, но не вам и никому бы то ни было. Просто этот жемчуг моя большая проблема. Как расовый ребенок я была бы нужна отцу как числовое значение. Нет-нет! — Энарда прервала доктора попытавшегося ей возразить. — Не все драконы живут по драконьим заветам, многие больше похожи на людей. Так случилось, что вместо номера в порядке рождений расовых детей, я родилась с синим жемчугом. Большая редкость среди нашего племени, сильная магия. Отец страшно недоволен этим, он считает, что это несправедливо и даже расстался с моей матерью из-за этого, хотя они планировали церемонию. Моя мать также не в восторге виня меня в том, что от меня не зависит. И в итоге, я служительница храма, хотя мои помыслы и увлечения явно не танцы и песни. Поэтому, милорд, если есть возможность избавится от жемчуга или преобразовать его, то почему не воспользоваться этим?

— Вы можете выйти замуж, расовый брак вас ни к чему не обяжет, но жемчуг будет с иными свойствами.

— Странно слышать такое от вас, милорд. Расовый брак предполагает рождение потомка, а я не хочу родить от неизвестно кого. Сама прошла путь такого дитя и поверьте, не все рады этому.

— Энарда, это же заветы предков! Вы не сможете их игнорировать. Вас лишат всего!

— Сейчас моя жизнь тоже полна лишений, доктор.

— Вы сами не понимаете, что говорите! Вы слишком молоды!

— Хорошо, я поняла ваш ответ, доктор. Забудьте о моем предложении. Но мы же можем просто рассчитать стабилизацию, предполагая наличие чего-то похожего, верно?

Энарда щелкнула пальцами и таинственная синева пропала из ее рук. Рамес ощутил досаду, девчонка явно заигралась в своих желаниях и может испортить их проект своими взаимоотношениями с семьей.

Установка Догги (аппарат для растекания подпространства) предполагала использование трёх кристаллов чистой воды, а также шести более мелких, но устойчивых к износу давлением. В центре драконы расположили синий жемчуг, опустив его происхождение. Ху Ши нервно качал головой, а вот доктор и его ассистентка не обращали внимания на такие мелочи, сосредоточенно наводя параметры и сопоставляя исходные коды запуска. Вечер спустился для драконов неожиданно, нарушив их безмолвную работу. Ху Ши посмотрел в окно и сказал:

— Ещё немного и наступит ночь, придётся менять параметры.

— Не придётся, мы готовы. — ответил ему Рамес.

Нажав на небольшую кнопку на прозрачном дисплее, драконы стали наблюдать за постепенным свечением камней. Они загорались неспешно, словно пробуя силу, что вливалась в них из пазух аппарата. Когда загорелись все кристаллы, то машина как бы замерла и спустя миг задрожала и выпустила рассеивающий свет, озаряя жемчуг.

Тот вначале также замер, а потом резко вспыхнул золотистыми искорками. Свечение набирало силу и стало разрастаться, драконы надели очки, но и они мало спасали. Неожиданно Энарда схватила руку доктора, заставляя Рамеса посмотреть. Световой поток из жемчужины устремлялся в чёрные небеса, сплошь покрытые звёздами и там, среди них он указывал на нечто большее, чем звезда. Храм! От восторга и какого-то шального чувства, Рамес схватил Энарду и закружил, запечатлев на ее губах поцелуй. Бросившись к дисплею, он не заметил, как замерла девушка и робкая улыбка озарила её такое грустное в последнее время лицо.

Однако в следующий миг что-то произошло и из храма прямо на них вылетел чёрный луч. Он попал ровно в аппарат, что разлетелся на миллионы частиц вместе с камнями. Целым остался лишь синий жемчуг, откатившийся к ногам драконицы. Едва она дотронулась до него, как тот мгновенно исчез в ней и одновременно произошло лёгкое колебание, которое, как отметили датчики было электромагнитной природы.

— Что за ерунда? — вопрос Рамеса был адресован скорее самому себе, нежели ассистентам.

— Наверное, что-то вмешалось в процесс активации. — предположила Энарда, оглядывая датчики. — Показания в норме.

— Нам следует повторить все в ближайшее время, думаю, фиксация более чем возможна. — Взволнованно проговорил Рамес и стремительно вышел.

Оставшись с Ху Ши драконица проговорила:

— Надо охладить протоновые трубки. Сможешь?

— Сделаю, но… Энарда, скажи, зачем тебе все это? Тем более, ты рискуешь своей жемчужиной. Твоя семья вообще в курсе?

— Ключевое слово «моя жемчужина», верно? — Энарда посмотрела на дракона.

— Так-то да, но подумай, стоят ли поиски такого риска? Может, ты все-таки займешься личной жизнью, а не будешь вечно бегать за доктором Рую? Ему ведь нравится Розанга.

— Премного благодарна за беспокойство, но не лучше бы тебе заняться охлаждением протоновых трубок? Помнится вчера я все приводила в порядок, сегодня твоя очередь.

— Ты совершаешь ошибку, Энарда, она будет стоить тебе всего. — с этими словами Ху Ши Стеяно Дан покинул ее.

Пожав плечами, Энарда устремилась в другой отсек, ее интересовала новая разработка доктора. Для этого она быстро пересекла помещение библиотеки в сторону двери, между центральными стеллажами. Большая синяя дверь отъехала в сторону, едва она нажала на боковую панель. За ней показались коридоры, в которых были разные по цвету двери. Но Энарду интересовала неяркая розовая дверь с номером пятнадцать, спрятанная под тяжелыми парчовыми шторами. Мало кто догадвался об истинном предназначении этих штор, хотя помимо маскировки, они поглощали избытки радиационных выбросов и это тоже было их совместной с Рамесом разработкой. Едва она дотронулась до очередной панели, как незаметная дверь привычно отъехала в сторону. Маленькая комнатушка с окном, без мебели, с ящиком к которому тянулись многочисленные проводки. Здесь, у самой стены стоял андроид, что был удивительно похож на человека. Его отличала слишком белая кожа и светлые глаза. В принципе, робот был похож на своих изначальных создателей — асуров, что были невероятно красивы, ибо стремились к совершенству и достигали его. Внешняя красота представителей этой расы сочеталась с их внутренней красотой, одно переходило в другое, создавая невероятную гармонию. Их творения также были созданы по подобию своих творцов, единственное, что отличало андроидов — отсутствие жизни на красивом лице. Возможно, асуров и сгубила это странное стремление к совершенству. Ведь если разбираться, то все творения Единого прекрасны уже тем, что они живы, а вот машины… Энарда смотрела на андроида и не чувствовала ничего, кроме холода. Драконица была излишне эмоциональна для своей расы, но все равно, умело подавляла многие проявления, но роботы были машинами. Их создатели не закладывали в них чувства, ибо создавали для другого, иных просто уничтожали. Найдя некоторое время назад этого андроида, Рамес загорелся идеей сделать себе помощника и теперь эту разработку звали Хронатол, для драконов просто Хрол. Рамес заложил в Хрола много функций, но основной было смотреть и хранить хронаты, коих здесь имелось невероятное количество. При этом Хрол умел драться, ремонтировать себе подобных и, самое главное, он умел мыслить самостоятельно и ему для этого не требовалась сила говорящих кристаллов.

— Хрол, просыпайся. — Энарда закрыла дверь.

— Здравствуйте, миледи. — приветствовал ее андроид.

— Хрол, мне надо внести изменения в твой кодирующий процессор. Но доктор Рамес не должен узнать об этом.

— Почему? — произнес андроид тихим, очень ровным голосом.

— Я хочу немного откорректировать твою безопасность и хочу, чтобы ты, в случае опасности, не мог навредить себе и доктору.

— А вам?

— Ну, можно и мне. — улыбнулась Энарда. — Но доктор может посчитать это излишним проявлением слабости и не дать мне обезопасить вас. А я хочу быть уверена, что ты сможешь уберечь и доктора, и себя.

— Хорошо, миледи. — андроид развернулся к Энапде боком, из которого выехала маленькая вставка.

— Спасибо, Хрол. Ты сам сейчас все поймешь. — Энарда ловко вставила в отсек прозрачную пластинку. — Готово, загружайся.

Хрол втянул вставку и замер, спустя миг он открыл глаза:

— Там еще ваши координаты.

— На всякий случай. Мало ли что… вдруг я буду где-то далеко, а тебе нужно будет передать мне что-то интересное?

— Зачем мне передавать вам хронаты, миледи? — удивленно спросил робот, изменив своему ровному голосу.

— Нет, я не о хронатах… хотя, кто знает? — улыбнулась Энарда и хотела еще что-то произнести, как в ее руках образовалась огненная записка. Ее срочно вызывали в храм, напоминая о вечернем танце. Вздохнув, девушка вернула Хрола обратно на зарядку, а сама пошла искать Рамеса, так как на сегодня она больше не помощник.

Требование явится на разговор к отцу, Энарде передали в храме, сразу после танца. В записке Вонг Лу сообщал дочери, что ей следует незамедлительно явиться в его дом. Нахмурясь от стянувшего грудь предчувствия, Энарда стремительно вышла, даже не обратив внимания на ложу с драконом. Уже рассекая водные потоки, она думала. Что может потребоваться от нее отцу. Храм она в последнее время не забывала, танцевала и пела регулярно, да и как можно было это пропустить, если ее обожаемый доктор приходил смотреть на нее? Приемов в последнее время тоже не было, а легкий электромагнетический разряд произошел вовсе не по ее вине.

Приблизившись к полукруглому дому водного дракона, Энарда отметила, что света внутри практически нет, что говорило о серьезности произошедшего. Вздохнув, она приняла облик человека и вплыла внутрь, где ее уже ждали служки. Они проводили девушку в просторную залу, единственную, где был свет и в которой собрались практически все члены ее семьи. Мать и отец сидели по разные стороны, так как Надин все еще не могла простить своего бывшего партнера. Отец посмотрел на вошедшую дочь и не церемонясь заявил:

— Энарда, дочь моя, ты достигла того возраста, когда следует задумываться о своем статусе и жизни в последующем. Мы много вложили в тебя и теперь настал черед помочь определиться с твоей дальнейшей судьбой. Это мы тоже взяли на себя. Как моя дочь ты имеешь право претендовать на лучших представителей нашего племени, самых родовитых и древних. Но зная твою… беспечность, мы сами нашли кандидата для расового брака. Это Годек Бу Лан, серебристо-фиолетовый дракон. Ваши магические потоки должны явить нам нового члена племени, возможно даже огненной стихии. Мы отправили в Анклав Драконов запрос и получили положительный роллус. Нас интересует, когда бы ты хотела провести обряд?

Энарда слушала отца словно обратившаяся в камень. Каждое его слово доносилось до нее словно через толстую преграду, а перед глазами рушились ее мечты и любовь. Все, о чем она мечтала разбилось о холодный безразличный тон родителя. Гордо вскинув голову, девушка спросила:

— Это все из-за жемчуга?

— Он безусловно играет определяющую роль, но не главную. Ты должна отдать дань уважения нашего роду. — мерно отчеканила ее мать.

— Я не совершу расового брака по принуждению. У драконов всегда есть право выбора. Это тоже завет предков.

— Ты что несешь?! — глаза Вонг Лу полыхнули гневом. — Ты кто такая, чтобы противиться нашему решению?

— Дракон по рождению. — Энарда ощущала внутри такой же гнев, что исходил от ее отца. — И я даю вам слово дракона, что не совершу данный обряд.

— У тебя нет права голоса! — рявкнул Вонг Лу. — Ты всего лишь расовая дочь, единственное предназначение коей дать потомство!

— Неправда! — Энарда тоже повысила голос. — Я знакома с традициями предков. Нигде не упомянуто о принуждении или заведомо ложном выборе. Это все из-за жемчуга, верно?

— Да что ты себе позволяешь?! — вскричала Надин.

— Я не совершу расового брака. — упрямо мотнула головой Энарда.

— А я говорила, что у нее слишком много свободы! — взвизгнула Надин, буравя глазами Вонг Лу.

— Ты выполнишь нашу волю! — рявкнул отец.

— Нет!

— Почему столь редкий жемчуг зародился в тебе? Сразу же было ясно, что ты будешь не такая как нормальные дети! — заорал Вонг Лу. — Редчайшая магия и в тебе… Позор на наши рода!

— Вы не можете меня заставить! — Энарда смотрела прямо в глаза отцу и знала, что была права. Для совершения расового брака должно было быть добровольное согласие не только родов, но и самих партнеров, в противном случае, соединения магии не происходило и ребенок, рожденный от такого союза, был ею обделен. Такое событие было хуже позора, поэтому такое скрывали, а то и вовсе не практиковали. Поэтому Энарда была уверена в своем праве. Однако она плохо знала Вонг Лу.

— Ты либо совершишь выгодный обряд для наших родов, Энарда, либо мы изгоним тебя из рода Лу.

— Вы потеряете синий жемчуг. — ошарашенно произнесла девушка.

— Ты потеряешь больше. — жестко ответил ей Вонг Лу. — К тому же при изгнании мы можем и забрать его, если возникнет необходимость, хотя… он, наверное, такой же порченный, как и ты, так что невелика потеря! Убирайся с моих глаз и явится ты сможешь только после того, как примешь нужное решение, в противном случае, завтра я объявлю, что ты изгнана из рода.

Гордо подняв голову, Энарда вышла прочь. Ее сердце совершало кульбит за кульбитом, ее стало трясти от переизбытка напряжения. Не было только слез. Приняв истинный вид, она хотела было покинуть место, причинившее ей много боли, как перед ней появилась ее мать.

— Погоди. — властно произнесла Надин. — Ты что думаешь, Энарда, ты одна такая? Нет, мы все мечтаем не о расовом браке, а о церемонии, но таковы наши традиции и не тебе их ломать. Твой статус после будет иным. Тебя никто не будет принуждать воспитывать это дитя, твои поклонники будут смотреть на тебя по-иному. Ты станешь свободна.

— Ты говоришь про собственный опыт в воспитании? Ты ведь ни дня со мной не провела.

— Расовое дитя обеспечено всем, я была не нужна тебе.

— Теперь да. — усмехнулась Энарда. — Скажи, ты ведь в курсе на счет жемчуга?

— Будь умницей и соверши обряд. Твой отец уже договорился с Годеком, что тот отдаст ему жемчуг, а тебе отдадут иную жемчужину, более богатую.

— Ты в своем уме?! — вскричала Энарда. — Это не вы меня прогнали, я сама ухожу из вашего прогнившего и такого очеловечившегося рода!

— Энарда!

Но дракон уже скрылась от разгневанной матери. Мысли сбивались в кучу, и плыть драконица могла лишь в одну сторону.

Рамес запустил ее сразу, стоило ей лишь подать магический импульс. Оборотившись в человека, Энарда бросилась к Рамесу в слезах.

— Отец… Он…

— Успокойтесь Энарда, я плохой утешитель… но уверен, ваши проблемы решаемы.

— Вы не понимаете! — вскричала вдруг девушка, вскидывая на него свои невозможные глаза. — Отец хочет расовый брак, чтобы завладеть этим чертовым жемчугом! Он меня насильно отдает за… впрочем неважно!

— Это невозможно, миледи, такие вещи совершаются при согласии обеих сторон.

— Не в моем случае! — вновь зарыдала Энарда. — Ему нужен жемчуг, а я всегда была препятствием между ними. Доктор… помогите мне!!

Энарда продолжала лить слезы и с мольбой смотрела на Рамеса.

— Можно совершить расовый брак не обязательно с выбранным Вонг Лу партнером. — наконец выдавил из себя Рамес. — Вот, например, Ху Ши… не думаю, что он был бы против!

— А… вы, доктор? — прошептала Энарда.

— Я… все непросто, миледи. Крайне непросто. — Рамес смотрел в ее глаза и видел всю ее боль и отчаянье. Но что он мог сделать? Он дракон на службе Его Сиятельства, а еще есть всемогущая тетя…

— Ясно. — еле слышно проговорила Энарда, отстраняясь от него. — Вы не могли бы тогда просто помочь мне спрятать жемчуг? Я боюсь, что едва отец выгонит меня из рода, как его просто отнимут.

— Это преступление, миледи.

— И все-таки, доктор, помогите мне.

Рамес задумался. В принципе, помощь Энарде не была незаконной, так как жемчуг был ее по рождению и лишь владелица могла делать с ним все, что хотела. Но тогда он шел против Вонг Лу. Хотя… что ему род Лу?

— Хорошо, миледи, вернемся в лабораторию.

Глава 5. Ашу

Ху Ши Стеяно Дан стоял на берегу акватории и сверлил взглядом тихую гладь воды. Его мысли были тягучи и быстры одновременно, то перетекая, то перескакивая с одной идеи на другую.

Синий жемчуг.

Дракон нетерпеливо дернул плечами, и вновь взглянул на воду, да, его мысли крутились вокруг жемчуга, столь редкого и дорогого, что захватывало дух. И подумать только у кого он зародился? У глупой драконихи, что бегает за его напарником. Энарда по мнению Ху Ши была не просто глупа, а непроходимо глупа. Имея в своем арсенале такую роскошь, стоило ли убиваться по хладному идиоту, коим был Рамес Рую? Кстати, о нем… Ху Ши снова передернул плечами, погрузившись в прошлое.

Рамес Рую и Ху Ши Стеяно были соседями на Демелии, их рода были родственны между собой, поэтому драконы часто виделись и дружили пока были малышами. Все стало меняться с момента юношества. Едва прошло представление их в Анклаве, как в дело вмешалась тетя Рамеса, немедленно вызвав того в Белый храм. С этого момента Ху Ши потерял Рамеса из виду, так как последний растворился среди сумеречной магии. Обучение сумеречных драконов шло отлично от прочих и там не было дело расовый ты ребенок или рожден от церемониального брака, имело значение лишь наличие у тебя сумеречной магии. А Рамес к тому же был еще и темный сумеречный дракон, ровно, как и его таинственная тетка.

О Белом Храме ходили разные слухи, в основном, все обсуждали жрицу храма, белую дракониху, что обладала редким темным даром. Говорили, что она покорила Царя Драконов своим характером, умом и красотой. Ху Ши лишь однажды видел миледи Алину и она навсегда поразила его нутро. Он мечтал, что завладеет мирами и бросит их к лапам Алины… И Рамес стал вхож в запретную, но столь желанную территорию. Наверное, именно вот с этих пор Ху Ши стал завидовать Рамесу. А может дело было в другом, ведь Ху Ши узнал, что в Храме хранилась небезызвестная Чаша Мира и много прочих сильных артефактов? Ху Ши давно завладела мысль о своей исключительности и непонимании в проводимой политике Правящего Дома. Ведь имея такую силу, мощь драконы не отвоевали Землю, а покорно, по мнению Ху Ши, ушли на Демелию, не стали завоевывать иные миры… нет, вот если бы сам Ху Ши состоял на службе Царя, то возможно смог бы повлиять на Его Сиятельство и напомнить о величии драконьей расы.

Потом храм пропал и Рамес вернулся домой. Ху Ши вновь стал заглядывать к бывшему другу, в основном, чтобы что-то узнать про храм, но Рамес молчал. Тогда Ху Ши изменил тактику и перестал спрашивать вообще, но Рамес продолжал молчать. А время шло! Рамес загорелся идеей найти храм, но стабилизатора все не было, а тут подвернулся Хранитель… Ху Ши сразу дал согласие на помощь, но внутри он затаил свои интересы. Стабилизация потерянного Храма была важна, так как отыскать возможно, но вот действия с ним невозможны. И тут эта девчонка со своим жемчугом!

Эксперимент показал, что он идеальный стабилизатор, но он же может накапливать магические выбросы, гася ненужные в подпространстве волны. Все это говорило о том, что пара кристаллов, синий жемчуг и немного магии — и Храм можно вытянуть в мир. Всем этим планам мешала влюбленность Энарды в доктора. Ху Ши не был красавцем, но был очарователен в своей манере, но глупая дракониха была равнодушна к его попыткам ухаживаний. Она вообще выделяла лишь Рамеса, его же она порой вообще не замечала, в лучшем случае односложно отвечая. За Ху Ши бегало много женщин, как людей, Иных, так и дракониц, но Энарда была словно слепа. Тогда у Ху Ши и возникла идея свести Рамеса с Розангой, молодая драконица активно устраивала свою личную жизнь, идя напролом к своим мечтам. А ему нужен был жемчуг. Жемчуг Энарды.

Он припомнил, как однажды попробовал приударить за Энардой, предложив ей прогуляться по берегу Хиттау. Бредя по некогда оживленным городам, они говорили о работе, как вдруг Ху Ши сказал:

— Скажи, ты никогда не задумывалась, что будет дальше?

— В каком смысле? — остановилась Энарда.

— В том, что ты живешь ожиданиями, а они в основном, из будущего. Чего ты хочешь от жизни?

— Сложно сказать определенно. — развела руками драконица. — Понимаешь, Ху Ши, я никогда не была на Демелии, говорят там есть храм Иллюзий. Я бы хотела попробовать себя на роль служительницы.

— Храм действительно есть, только там строгий отбор и жесткие условия. Например, одно из них претендентка должна иметь расовый брак. Ты сможешь организовать его?

— Со мной все не так просто. Проблема в моем жемчуге и не думаю, что мой род согласится на абы кого, даже если речь о расовом браке.

— Ты рассматриваешь Рамеса?

— Мне бы хотелось, чтобы это был он, но я прекрасно понимаю, что у него свои предпочтения. — Она поморщилась. — Поэтому, мечты и идеалы остаются мечтами. И давай больше не будем говорить на эту тему, Ху Ши.

— Ты подумай вот о чём, Энарда. Возможно, твой род не так просто ратует за твоего избранника. Те жемчужины, что имеют большинство дракониц, и десятой доли не стоят того, сколько стоит твой жемчуг. Но он — твой.

Энарда непринуждённо покачала головой.

— Так тебя тоже интересует синий жемчуг?

— Нет, — ответил Ху Ши. — Прежде всего мне интересна ты, но даже если бы интересовал, то стоит ли корить меня за интерес к тому, что имеет истинную ценность для любого дракона?

— Знаешь, почему несмотря на все твои речи и знаки внимания, у нас с тобой никогда ничего не выйдет, Ху Ши? — драконица хитро посмотрела на него.

— Ну, проясни.

— Ты не умеешь вовремя останавливаться. Все, запомни, Ху Ши, все, кто хоть как-то узнавал про жемчуг, больше не теряет эту тему. Единственный, кто не стал проявлять интерес — доктор Рамес. Он просто воспринял ее как факт и никогда более в разговорах или действиях не вспоминал про него. Только от меня исходит инициатива разговора о нем. А ты, несмотря на твои достоинства, оказался всего лишь одним из всех. Это печально.

— Да как ты смеешь сравнивать меня со всеми? — вскричал Ху Ши.

— Не я, а ты сам себя ставишь в один ряд со всеми. Думаю, мой ответ тебе понятен, Ху Ши. Мы всего лишь ассистенты доктора. Не лезь ко мне больше, в противном случае, я вполне могу заменить тебя и остаться единственным ассистентом. Подумай над этим.

С этими словами дракон перевоплотилась в истинный вид и просто перемахнула за ограждение, устремляясь в воды акватории.

Ху Ши вспомнил как взбесился тогда, признавая всю правоту Энарды и свое бессилие над ней. Возможно, именно тогда в его мозгу возникла та самая мысль, а возможно все случилось позднее, когда он шел злой и раздосадованный по берегу Хиттау и набрел на закрытое помещение, что оказалось сплошь забито андроидами. Он хорошо помнил, что провел среди них несколько часов, обдумывая свой план.

Ху Ши ничего не стоило нашептать Вонг Лу сказки про безбашенность дочери, что порочит его, связываясь с темным драконом, ведь Рамес никогда не предложит ей брак. В это Вонг Лу поверил охотно, ибо знал, что разрешение на брак темным сумеречным драконам дает лично Его Сиятельство, а у Энарды даже крыльев нет.

А возможно, все возникло во время первой активации жемчуга, что тайно проводила Энарда, Ху Ши заметил, что волна достигла головы деактивированного андроида, ждущего разбора на запчасти. С удивлением Ху Ши отметил медленную, но активизацию робота и в голове мгновенно созрел ужасающий по своей простоте план и все дальнейшие действия были подчинены этой сумасшедшей идее. Последняя работа жемчуга была связана не только со стабилизацией храма, нет, Ху Ши немного подправил параметры, вызвав электромагнитную волну.

Теперь же Ху Ши наблюдал за запущенным процессом, отмечая, что андроиды активировались быстро. Часть из них уже сама активировала роботов. Программа уничтожения была запущена сразу после сканирования города и водной акватории. Роботы, недолго думая, переходили в боевую готовность и безропотно шли в воду, уничтожая всё на своём пути. Ху Ши же стоял на берегу, наблюдая за своей армией.

***

Энарда была слишком подавлена и стремительно уплывала прочь из акватории Ашу, чтобы ждать весточки от доктора. Спрятав жемчуг в тайнике, Рамес посоветовал Энарде временно покинуть акваторию, пообещав, что непременно свяжется с ней, как только страсти со скандалом улягутся.

По счастливой случайности Энарда не встретилась с армадой андроидов, уплыв буквально перед их вхождением в воду. Её гнала печать и боль, вопросы в её голове отражали общее состояние. Правильно ли она сделала, оставив жемчуг? Как бы то ни было, он часть её магии, он рождён с ней. Но, с другой стороны, доктор заверил ее, что с ним ничего не произойдёт. В любом случае, её жемчуг хотел забрать себе Вонг Лу, так что будет лучше если он не достанется никому.

Затем мысли драконицы переключились на Ху Ши. Этот дракон вызывал в ней смутные чувства. С одной стороны, неплохой специалист, с другой… Она часто ловила его весьма странные взгляды на доктора и они отнюдь не были доброжелательными. Наоборот, казалось, что этот дракон ненавидит Рамеса всей душой. Причина такого отношения между ними явно шла из прошлого, но Энарда не лезла в такие моменты.

Единственное, что хоть как-то обнадеживало её было то, что перед всей этой кашей с жемчугом, она немного поработала с разработкой доктора Хролом — переделанным андроидом, выполнявшим роль грузчика или слушателя. Выбравшись на берег, она приняла человеческий облик и посмотрела на свой браслет, да, если возникнет необходимость, то Хрол подаст ей знак.

Глава 6. Рамес

Советник Вонг Лу яростно вращал глазами, сжимая и разжимая кулаки. Его гнев выплескивался порциями неконтролируемой магии, к сожалению, слишком слабой, чтобы поразить стоявшего перед ним огромного дракона.

— Вы не имели права влезать в нашу семью, доктор Рамес.

— Позвольте уточнить, каким же образом пропажа вашей дочери связана со мной?

— Она приходила к вам!

— Верно, но у нас общее дело во славу Его Сиятельства.

— Плевать я хотел на славу Его Сиятельства! — закричал Вонг Лу. — Он там, на своей чертовой Демелии, а мы здесь. И мы здесь сами решаем как нам жить! К нему на Демелию не лезем и от вас, его посланников, требуем уважения и соблюдения наших законов!

— Вы сейчас перешли границу дозволенного. — холод хрустнул в голосе дракона.

— Просто все боятся говорить то, что я озвучил. Царь бросил нас, присылая лишь своих контролеров. Ну и пусть он подавится своим величием! Нам он здесь как выяснилось и не нужен вовсе. Так что мне ваши угрозы не страшны. А вот пособничество в исчезновении своей дочери, я так просто не оставлю! Вас будут судить Рамес Нийоко Рую Кун Да!

— Мне жаль вас, Вонг Лу, но я ничем не могу вам помочь.

— Вы…

В анфиладу влетел служка. Его руки были покрыты кровью, она же струилась по голове.

— На нас напали… — проговорил он, падая на колени. Рамес тут же преобразился в человека и подошел к мужчине.

— Кто? — отрывисто спросил Вонг Лу.

— Андроиды. — прошептал служка и его душа перешла Великий Предел.

Переглянувшись, Вонг Лу и Рамес стремительно выскочили из дома Лу. В их сторону бежали драконы, в образе людей. Их было много, но Рамеса поразило, что никто не стал принимать истинный вид. Чуть позже они добежали до разрушенного дома главы племени, застав Дихандру Бао Ми истекающим кровью.

— Активировались андроиды асуров. Их много, программа одна — уничтожение.

— Чем вам помочь? — спросил Рамес.

— Уже ничем. — захрипел Бао Ми. — Мы не готовы.

— Надо вступить в бой. — твердо сказал Рамес.

— Кто будет драться? — тихо прошептал Бао Ми. — Половина не может принять истинный вид.

— Почему?

— Расплата за несоблюдение заветов предков… — последние слова главы племени затихли вместе с ним.

Рамес потрясенно смотрел на Вонг Лу.

— Все ерунда! — нервно бросил советник. — Поражающая волна с катастрофы многих лишила способности принимать истинный вид. Именно поэтому Царь не взял их на Демелию, а куда им было идти? И вы еще смеете говорить мне что-то о моем мнении о Каталаву? — Вонг Лу насмешливо оглядел Рамеса. — Возвращались бы вы доктор к вашему достоянию и объекту поклонения! Не место вам здесь. Ни вам, ни Царю.

— Что вы намерены делать? — Рамес проигнорировал намеренную провокацию Вонг Лу.

— Посмотрим, есть ли те, кто готов принять бой и оттянуть время, чтобы другие успели убраться отсюда.

С этими словами драконы спешно покинули чертоги развалин дома Бао Ми. К исходу часа стало известно о небольшом количестве драконов, вставших на бой с андроидами. Большая часть предпочла покинуть акваторию, забирая с собой свое богатство.

Бои с андроидами были крайне жестоки. Роботы дрались под водой также дико и ожесточенно, что и на суше. Уничтоженные машины тут же забирались и встраивались в действующих роботов. Машины шли напролом, уничтожая на своем пути все, что не согласовывалось с программой. Вступая в бои, драконы несли потери, так как на одного приходилось невероятное полчище роботов. Древняя магия сотрясала акваторию, привнося в и без того неестественный рельеф, еще больше разломов и рытвин.

Рамес воплотился в облик человека и проник на территорию забытой лаборатории. Там, среди разбитых хронатов сидел Хрол. Едва завидев доктора, с которого текли тоненькие ручейки крови, Хрол быстро встал и неслышно подошел к создателю.

— Вам необходимо уйти в безопасное место.

— А здесь есть такое? — усмехнулся Рамес, опираясь на андроида.

— Нет, доктор, но можно минимизировать потери.

— Веди.

Хрол отвел доктора в какую-то маленькую комнатушку и принялся обрабатывать его раны.

— Хрол, как такое могло произойти?

— Активация дело внешних рук, доктор. — ровным голосом вещал робот. — Мои датчики фиксировали изменения, но помимо этого были и другие частотные колебания.

— Сейчас есть изменения?

— Думаю, они будут вскоре после того, как акватория очистится.

— Там и так полно трупов, Хрол!

— Задача должна быть выполнена, доктор. Вы не хуже меня это знаете. Все изменения будут позже.

— Если андроиды активированы из вне, кто это сделал?

— Не я, — андроид посмотрел на Рамеса. — Вы верите мне, доктор?

Рамес посмотрел на замершего андроида. В принципе, Хрол вполне мог поучаствовать в столь не сложной акции.

— Верю.

— Доктор, миледи включала аппарат несколько раз до того, как рассказала вам об этом.

— Думаешь, это Энарда?

— Момент активации мог сделать только тот, кто был рядом с аппаратом. Это либо миледи, либо ваш ассистент Ху Ши Стеяно Дан.

— Ху Ши… — протянул Рамес, кстати, а где он? — Ты не видел его, Хрол?

— Нет, доктор. Я фактически неотлучно был с миледи. Я … — тут взгляд Хрола остановился, сам андроид выпрямился и замер. Рамес, не теряя времени даром, также поднялся и бросив печальный взгляд на робота спешно покинул сушу, преображаясь в истинный вид и погружаясь в акваторию.

Едва плотные воды сомкнулись над драконом, как вдали раздался взрыв, волна которого отшвырнула Рамеса на каменную гряду, что преграждала путь к водному миру. Отплевавшись от комьев ила, попавшего в раскрытую пасть, дракон устремился к эпицентру. Увиденная им картина мало напоминала строгий стиль акватории — везде были разрушения, трупы и разбросанные то тут, то там остатки каменных статуй.

Перевоплотившись в облик русала, Рамес спрятался за разрушенной каменной стеной, в этот миг до него донеслись водные колебания. Рамес выглянул из-за укрытия и увидел, как на него несется огромный андроид, состоявший из нескольких роботов. Его бешено вертящиеся руки, держащие остроконечные ножи, не останавливаясь, рубили все на своем пути. Те несчастные, что так или иначе попадали под эти лопасти, тут же разрывались на куски. За ним Рамес разглядел еще несколько андроидов, но уже другой комплектации. Голова последних кружилась вокруг своей оси, и дракон понял, что это локаторы, именно они отыскивают живых, направляя это чудище.

Недолго думая, он воплотился в свою боевую ипостась и бесстрашно выступил перед грозной громадой. Бой начался сразу, стоило только андроиду заметить дракона. Резкие движения и немыслимая атака сопровождала первые минуты боя. Дальнейшие события мало запомнились Рамесу, так как роботы атаковали с разных направлений, включая трансляторы низкочастотных волн, что причиняли дракону невыносимую головную боль.

Спустя какой-то незначительный миг рубище с роботами стало напоминать отчаянную попытку выжить, но уже становилось непонятно, кто именно должен выжить — дракон или андроиды. Жестокость боя зашкаливала, периодически срываясь в запредельные глубины, количество действующих андроидов сокращалось, кровь дракона тоже орошала каплями водный поток, что стремительно уносил ее прочь.

Снаружи побоище выглядело как вспенившаяся воронка, из которой летели искры и молнии, а магический фон был превышен в несколько раз. Вонг Лу вошел в воду недалеко от места боя и застал страшную картину. Сломанные машины, разрубленные словно лазером, разбросанные руки большого андроида и возле них огромное бездыханное тело дракона, сплошь покрытое рубленными ранами.

Голова махины была отклонена назад, а из пасти лилась кровь. Стремительно поравнявшись с драконом, Вонг Лу использовал свою последнюю магическую руну, превращая того в иной облик. Едва превращение вернуло Рамесу человеческий вид, как Вонг Лу схватил его и стал уплывать что есть сил прочь. Он уносил Рамеса на другой конец акватории, затем нырнул в глубокую водную расщелину, минуя пару замысловатых отрогов, он наконец прислонил полуживого дракона к каменной кладке, уходившей в глубоко в ил.

Осмотр не занял много времени, да и у Вонг Лу не было уже необходимого запаса магии, но он все же смог создать непроницаемый купол и разорвав на себе жилетку начал перевязывать особо страшные раны. Прошло довольно много времени, как неожиданно Рамес издал тихий вздох. Вонг Лу прекратил перевязывать рану и устало откинулся к каменной стене.

— Знаешь, дракон Рую, а я ведь знаю, кто ты. — наконец прошептал он, не открывая глаз. — Твоя тетя, миледи Рую, никогда не позволит тебе связать свою жизнь с моей дочерью.

Сознание дракона медленно выплывало из чертогов Межмирья. Вначале он ощутил боль, невероятно сильную и ошеломляющую, потом, сквозь нее до него стал доносится голос и потребовалось еще некоторое время, чтобы дракон начал ее понимать. Осознав последнее, дракон, не открывая глаз, прошептал:

— Почему? — вопрос дался Рамесу очень тяжело.

— Давай я немного расскажу тебе о себе. Я ведь ничего не теряю, ты практически мертв, доктор. Так вот, моя история банальна — младший сын рода Лу, наследник. На меня возлагали надежды, но я не оправдал их. После обучения я увлекся эвангеликой. Да-да, именно то, о чем ты догадываешься. Наукой об улучшение наследственных качеств магии. Этакой селекцией особей с целью превратить существующих магов в новую, лучшую породу самих себя. Когда об этом узнали, то меня фактически отлучили от рода, заставив исправляться служением в храме Миндоцци. Меня! Наследника рода Лу. — Вонг Лу рассмеялся. — Едва ли мое появление в храме было воспринято как благо, я вел себя отвратительно и низко. Служительницы беспрестанно плакали, а жрица была вне себя от злости. Закончилось это внезапно, храм навестила твоя тетя. Не знаю, что потребовалось миледи, но ее взор упал на меня, по наглому развалившемуся возле статуи советника. Гнев миледи я запомню надолго, впрочем, как и ее магию. Она не кричала, не пыталась меня образумить, нет, миледи взглядом пережала мне горло и подняла на высоту. А затем испустила поток белой магии и бросила меня вниз. Мне сказали, что я не приходил в себя неделю, валяясь позади статуи — подходить ко мне было запрещено. Очнувшись, я нашел роллус, в котором она писала, что применила заклятье белой смерти и обратить его может лишь синий жемчуг, добровольно отданный мне. — Вонг Лу снова грустно рассмеялся.

— Твоя тетя поступила мудро и жестоко, фактически отобрав у меня возможность принимать истинный вид, так, на пару часов, не более. Она забрала магию воды, оставив просто способ выживания. А кем я был без магии? Позором рода Лу. Ты знаешь, в те гнусные времена, мне нравилась одна дракониха, сестра водного дракона Лея, хотя какой он водный? Он двойной, но все более воздушный. Так вот Нарелли была словно цветок, посреди моей серой жизни. Голубые волосы и серебряные глаза… Ее завораживали мои водные иллюзии и расщепление воды. Она не корила меня за мои эксперименты с эвангеликой… А потом, ей сообщили про меня правду. В итоге, мой цветочек уплыл к другим берегам. Потом произошла та чертова катастрофа.

— Вы родили двадцать детей. — пролепетал Рамес, стараясь удержать сознание.

— Когда я вернулся из храма, то меня заставили совершить два расовых брака, один из которых и привел к рождению Энарды. Но Надин была глупа и не стала заниматься дочерью, спихнув ту в храм. Мне пришлось забрать ее и нанять ей воспитательницу. Наверное, поэтому она выросла такой… истинный дракон. Да, для меня было потрясением узнать, что она родилась со столь заветным синим жемчугом. Какая насмешка от вашей тети! Наверное, и здесь не обошлось без ее вмешательства. Потом я пытался забыть Нарелли, когда узнал, что она совершила расовый брак. Для меня в тот день перестали существовать краски, доктор, я полностью перешел на серую сторону. Что несло мне переселение на Демелию? Ничего, без истинного вида жить среди драконов с ограничением магии? Смешно. Потом я встретил Дихандру Бао Ми и он предложил создать свое племя, отдельное от остальных драконов. Мы стали принимать отверженных, покалеченных, тех, кто не видел себя среди миров Каталаву. Вскоре расовый брак со мной стал считаться чем-то роскошным, отцы сами предлагали мне своих дочерей, рождались дети, а я все больше уходить в серость. Вот и смотри, где мы теперь? Ты, еле живой и я раненый и отчаянно уставший от своей серости. — Вонг Лу замолчал, снова закрыв глаза.

— Вы так и не совершили церемонию… — голос Рамеса становился все слабее.

— Нельзя совершить ложный обряд, доктор, а мое сердце занято.

— Но вы же хотели насильно отдать Энарду в расовый брак, пригрозили отлучить ее от рода Лу. — прерываясь, пробормотал Рамес.

— Признаю, моя ошибка, доктор. Но я действовал из лучших побуждений. Она увлеклась и не знает того, что знаем мы с тобой. Отдать свою дочь в наложницы я не готов. У нее редкая магия, доктор, и я не хочу, чтобы этот росток завял, не попробовав распуститься. Да, не буду скрывать, мне бы хотелось получить жемчуг и снять проклятие твоей тетки, но знай, даже его потеря не заставила бы меня отречься от Энарды. Я всегда любил свою малышку, просто так вышло, что выражать любовь я не умею. Не тот я дракон, что будет разводить сюсюканья и пускать слюну при виде дочки. Но она главное чудо в моей никудышной жизни, возможно, именно поэтому я всегда держал ее при себе. Ты обязан найти Энарду, доктор. — неожиданно твердо проговорил Вонг Лу. — Моя дочь слишком хороша для тебя, но я не хочу, чтобы она познала мою серость. Не знаю, выживу я или нет, но ты, водный дракон Рамес Нийоко Рую Кун Да, дай мне слово дракона, что найдешь мою девочку. Ну!

— Даю вам слово… — это были последние слова, что успел произнести Рамес перед тем, как его сознание надолго унеслось на Перекресток Миров.

Глава 7. Герпен

Герпен был огромным поселением городского типа. Центром города был довольно большой фонтан, носивший имя Релии. Фонтан был самой яркой достопримечательностью королевства Герпен. Согласно древним преданиям, в незапамятные времена его населяли дивной красоты русалки. Их пение приводило в восторг, а магия лунного света исцеляла любую душевную хворь. Вокруг самого фонтана располагался большой глубокий бассейн, имевший ступенчатое строение. Фигура, из которой били мощные струи воды, была выполнена из белого золота с вкраплениями из горных хрусталей. Изображал фонтан русалку Релию с длинными волосами и полностью обнаженную, что играла с диском луны. В ночные часы фонтан подсвечивался единичными огнями, что вызывало ощущение таинственности и чуда.

Энарда стояла напротив фонтана, смотря на изображенную русалку, что чем-то напоминала ее саму. Возможно, схожесть была в тонких чертах лица, а может в том, как волны длинных белокурых волос ниспадали на гордый стан драконицы. Тем не менее, сходство было, и усмехнувшись, Энарда огляделась.

Улицы Герпен, были концентрически расположены вокруг фонтана. Первыми стояли невысокие двухэтажные особняки, часть из которых имели разнообразные вывески, которые сообщали, что это торговые ряды. За ними высились трехэтажные здания, выложенные из белого камня. Практически каждый дом был обнесен высоким забором. Форма зданий напоминала длинные полумесяцы. Крыши были плоские, без шпилей. Деревьев было мало, но зато в Герпен было очень много воды. Неспешно идя по городу, Энарда то и дело находила взглядом фонтаны, арки с льющейся водой, купальни.

Бредя в поисках таверны, она вспоминала, что вообще знала о данном граде. Более четырех сот лет правящим домом Герпен слыла семья Одонасти. В борьбе за право повелевать всем и вся представители семейства нещадно травили друг друга, убивали на охотах, дуэлях, учиняли замысловатые заговоры, но были и такие, кто просто исчезал от всевидящих родственников. Следы таких смельчаков терялись в коридорах огромного красного дворца и никогда более о судьбе их не было ничего известно.

Нынешний трон Герпен представлял молодой король Павион Лейк Одонасти. Он был холост, амбициозен и коварен. Его свиту составляли молодые люди, которым он отдавал явное предпочтение и незначительное число девушек.

Непонятное место, отмечала про себя Энарда, находя взглядом что-то похожее на постоялый двор. Идя по густонаселенному городу, она отмечала странные взгляды встречаемых горожан. Некоторые провожали ее взглядом полным удивления, многие просто смотрели, словно она была лакомым блюдом и лишь те немногие, что встречались ей на пути и, замечая вертикальный прочерк ее глаз, стремительно исчезали из поля ее зрения.

Постоялый двор напоминал таверну с массивным спальным комплексом, расположенным со второго по пятый этаж. Приветливая хозяйка вначале замерла, увидев гостью, а после натянуто улыбнувшись, предложила свободную спальню на третьем этаже. При появлении платы, она спешно замахала руками:

— Что вы, что вы, миледи! Такая честь принимать вас!

— Я ненадолго, но прошу меня не беспокоить.

— Конечно, миледи, как прикажете. — покорно закивала головой хозяйка.

Закрыв за собой тяжелую дверь, Энарда присела на кровать, ощущая в душе тот же холод, что шел от этих жителей и от всего города. Вампиры. Драконица устало посмотрела на дверь. Интересно, сколько времени длится их «Конечно, миледи»?

Она с тоской посмотрела на свой браслет — известий от Хрола нет, значит ли это, что Рамесу не удалось отговорить отца? Она вспомнила их самый последний разговор.

— Тайник спрятан и укрыт силовыми полями, миледи. — закончив магию, произнес доктор.

Энарда стояла в огромном круглом помещении, конусом уходившим ввысь. По центру был постамент, над поверхностью которого парил сгусток темно-синей энергии. Вокруг висела силовая завеса, пройти которую не смог бы даже дракон, хотя…

Энарда перевела взгляд на белоснежную залу. Возле стен стояли темно-синие кристаллы, накрытые стеклянными колпаками. Высокие, каждый был около метра. Что ж, охранные кристаллы Газаро были гордостью Рамеса, ибо выращены им из магических скоплений. Да, в храме Алого Феникса всегда было более торжественно, нежели в других храмах Кадеш.

— Спасибо, милорд. — кивнула Энарда, отворачиваясь от жемчуга.

— Вам надо скрыться ненадолго, миледи. — тихо произнес Рамес. — Необходимо время, чтобы скандал сгладился.

— Вы предлагаете мне бежать? — она подняла на него свои глаза.

— Предлагаю просто переждать бурю. — улыбнулся Рамес, открывая перед ней Портал.

— Мне некуда идти, доктор. — тихо ответила драконица, входя в межпространственный переход.

— Возле акватории несколько поселений, правда большинство из них за горами Рал и Сун. — его ответ настиг Энарду уже в его доме.

— То, что вы предлагаете, подразумевает жизнь среди людей и Иных, а значит, с истинным видом придется попрощаться на какое-то время.

— Ваши волосы, миледи… — неожиданно протянул Рамес.

— Стали голубыми? Такое бывает, доктор, особенно, когда я волнуюсь.

Вздохнув, он предложил ей сесть.

— Миледи, нам с вами нужна общая история вашего исчезновения. Давайте представим, что Энарда Лонг Лу являлась расовым ребенком водного дракона Вонг Лу и его расовой жены Надин Лонг. Ее с детства готовили для роли жрицы храма Голубого Феникса в Хиттау. Энарда не только дивно пела и танцевала, но еще и являлась обладательницей редкой для водных драконов синей жемчужины.

— Вы мне льстите, милорд.

— Отнюдь. Но не будем отвлекаться. Энарда должна была вступить в расовый брак, благословленный советниками Царя Драконов. Но она воспротивилась их воле и ушла из племени Кун Да.

— А почему она воспротивилась воле отца, если это является большой честью, милорд?

— Потому что влюбилась и подарила свой жемчуг совсем иному дракону.

— И кто этот дракон, милорд? — прошептала Энарда.

— Мой друг, Ху Ши Стеяно Дан. — грустно посмотрел на нее дракон.

— Кто?! — ошарашенно проговорила Энарда.

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Бесплатный фрагмент закончился.

Купите книгу, чтобы продолжить чтение.