Бесплатный фрагмент - Посвящение

Часть — 1

Цыганская тема

Предисловие

В этой книге собраны посвящения Одессе, В. Высоцкому, и, конечно же, цыганская тема. Отдельная часть — мои авторские анекдоты. В другой части добавлены комментарии. Рассказы, попавшие сюда из других моих книг, не просто перепечатка, а снова и снова отредактированные, дополненные произведения.

Ваш романс…

Ай, мэ бэшав, шунав романсо,

и тихэс сумраки (кана) явнэ.

Но ту джинэс, и мэ джиав со,

ой, на яваса кхэтанэ.

Но ту джинэс, и мэ джиав со,

Романс негромко ваш звучал,

и мягко сумерки спускались.

Тоской гитары душу рвал,

глаза слезами наполнялись.

Тоской гитары душу рвал,

Напрасно я чего-то ждал,

ведь у меня судьба иная.

Я будто сердце вам отдал,

но ждёт кибитка кочевая.

Тоской гитары душу рвал,

Дужакирэл грай, мэ лэс шунав,

Ай, дужакирэл ман дроморо.

Саро камам тэ забистрав.

Джинав, явэла кхаморо.

Саро камам тэ забистрав.

Романс негромко ваш звучал…

Вы медальон мне подарили.

Зачем я только вас узнал!

Невольно сердце мне разбили…

Зачем я только вас узнал!

Цыганская доля.

На сердце грусть-печаль,

а на душе — тревога.

Мне ничего не жаль,

была бы путь-дорога…

Пусть травы шелестят

о чём-то в чистом поле,

гитарный перебор,

подобранный в миноре…

И месяц, как серьга…

Шатёр огромный неба

висит над головой,

что рано поседела…

Была бы вновь заря,

коня бы вороного,

да ветром по степи…

Цыганская ты доля!

Цыганская история

Пожалуй, ни одна моя книга не обходится без «цыганской темы». И это не удивительно. Это народ с трудной, не простой судьбой, которому предстоит решить много задач, чтобы адаптироваться в новых условиях жизни. В этой статье хочу рассказать немного о том, как появились цыгане в России, и что происходит сейчас..

Исход

Как же так получилось, что сыны и дочери далёкой Индии оказались рассеяны по всей Земле? Что произошло, всё-таки? Что же такое заставило их покинуть родину? Если хорошо подумать, поинтересоваться в публикациях ответственных авторов, а не шарлатанов, то ответ окажется достаточно простым и вполне понятным, логичным.

Звучит как сказка, но очень давно, в 420-м году до н.э. из Индии в поисках лучшей доли отправился по белому свету огромный поток людей, относящихся к касте танцоров, музыкантов. Эта каста в Индии считалась низшей. Назывались они «лури». Об этом факте впервые упоминает Фирдоуси в своей поэме «Шахнаме».

В основном эти люди жили на берегах Ганга. Отсюда и пошло название цы-Гане. Эта река в Индии считается священной. Насколько известно, в ней большое количество ионов серебра, способных «очищать» воду от загрязнения, убивая опасные бактерии.

А вот первое упоминание о нахождении цыган в России датируется 1501-м годом, когда вожак Василь получил охранную грамоту от литовского князя Александра Каземировича.

Несколькими долгими, трудными путями, и далеко не сразу попали первые цыгане на территорию России, тогда ещё Российской империи. Их, конечно же, не могли не пугать морозы той же Сибири, Урала. Поэтому сначала пошли по южной части России. В поисках лучшей доли вынужденно принимали некоторые элементы языка и культуры тех народов, среди которых приходилось жить достаточно долгое время. Отсюда и появились различные диалекты. Их насчитывается более 30-ти! Именно поэтому единого цыганского языка не существует. Есть множество цыганских этногрупп: русска рома, ловари, влахи, сэрвы, кэлдэрари, плашуны, крымы, синти, и т.д.. Мало того, не было и нет до сих пор цыганской азбуки. Используется обычкая русская кириллица. Язык изначально воспринимался лишь на слух, что, разумеется, дополнительно приводило к искажению слов. Вместе со словами принимались и некоторые обычаи.

По переписи населения 2010г. в России проживало 220 тысяч цыган. Точную цифру очень трудно установить. Практически невозможно. Цыгане часто переезжают с места на место, или просто не проходят перепись. С властями стараются не иметь отношений, осторожничают, оберегая свою общину от других.

Поскольку основное занятие индийских предков цыган было музыка, танцы, то у них и дальше это оставалось основным заработком. Первоначально цыганские песни и танцы в России были в диковинку, хорошо платили за это. Богатые люди специально звали их к себе петь и танцевать, и это считалось престижно. Сколько вдохновляли поэтов, писателей! Однако, находилось немало других способов заработать себе на пропитание: торговля лошадьми, кузнечное дело. Женщины, как более чувствительные к энергетическим вибрациям человека, щедро передавали своим дочерям способность к гаданию на картах, по руке, а также целительству. Сопутствовало успеху то, что цыгане были накрепко слиты с природой, от неё черпали силы.

В одной из московских древних рукописей 17-го века можно прочитать: «Цыгане есть люди в Польши, а поидоша от немец, на татьбу и всякое зло хитры». Из этой цитаты довольно ярко видно, насколько ошибочными и наивными были представления об истоках и жизни цыган. Но, всё-таки, можно иметь какое-то представление о пути, по которому цыгане пришли в центр и на север России. Со временем они здесь образовали особую этногруппу «русских» или «северорусских» цыган, которые стали называться «русска рома». В их языке, в отличие от диалектов южных цыган, пришедших в Россию из Византии, заметно очень много слов немецкого и польского происхождения. Изначально язык цыган был схож с индийским санскритом. И этот факт уже совершенно не удивляет.

Подчиняясь сложившейся многими веками традиции, чтобы сохранить свою культуру, цыгане продолжали кочевать. Не имея никакой возможности при таком образе жизни учить детей, которые смогли бы потом занимать высокие должности и защитить, становились изгоями. Из книги И. Ром-Лебедева «От цыганского хора к театру «Ромэн», глава Нины Велеховой «Клад за семью печатями»: «Приведу цитату из книги А. Баранникова: «В 1580 году в Германии был издан закон, согласно которому каждый цыган, не оставивший границу Германской империи, должен был подвергнуться бичеванию… Цыганы, возвратившиеся обратно… подлежали сожжению. В Европе цыганы… не считались за людей; их травили собаками и убивали, как диких зверей… Ещё в 1836г. в одном французском журнале появилась статья, автор которой утверждает, что «застрелить цыгана — дело столь же законное, как убить волка или лисицу…». В Турции убийство цыгана не считалось, согласно закону, преступлением»». Вот так… Ни больше, ни меньше… Волосы встают дыбом от такого отношения! И это делали те, кто, несомненно, считали своё общество самым гуманным, цивилизованным! О какой самой простой человечности можно тут говорить? Винили, по сути, за то, что они цыгане, и хотели всегда заниматься именно любимым делом: песнями, танцами, музыкальными постановками, как того строго требовали законы касты далёкой прародины!

Не всегда удавалось достаточно на этом заработать. Цыганские песни и танцы перестали удивлять публику как прежде, и тогда вынужденно начинали попрошайничать. А в тяжёлые годы Великой отечественной войны вообще каждый цыган, попадавший в поле зрения фашистов, тут же уничтожался. Расстреливали, закапывали заживо целыми таборами!

Далеко не все знают, что на средства театра «Ромэн», основанного в 1931-м году в Москве, (с 1977-го года по 2021-й год ткатром руководил Николай Алексеевич Сличенко), был построен бомбардировщик, названный без всяких затей просто «Ромэновец». Да и сами цыгане шли кто — воевать, кто-то ездил на передовую поддержать бойцов песнями.

Горько говорить о Николае Алексеевиче, этом потрясающем, великом человеке, ставшим легендой, в прошедшем времени «руководил»… Но… 2-го июля 2021-го года его не стало. Это большая, печальная утрата не только для цыган. Для многих. Супруга Тамила Агамирова пережила его всего месяца на два. Покинула этот мир в сентябре 2021-го.

И сейчас цыгане упорно продолжают свою многовековую традицию: по-прежнему занимаются музыкой и кочуют! Разве что теперь поголовное большинство цыган имеют постоянное жильё с регистрацией (пропиской), а табор на совершенно законных основаниях трансформируется в музыкальный коллектив на автоколёсах. Пример тому — артисты твбора Бейбута из сериала «Кармелита». Либо живут полуосёдло, часто меняя место жительства. Истинно кочевых таборов, какие существовали раньше, в России в настоящее время единицы, практически, нет.

Табор

Что же такое табор? Как понимать его «структуру»? Это либо большая отдельная семья, либо добровольное соединение нескольких отдельных семей. Многое зависело от местности кочевья. Если место плотно населённое — больше людей и в таборе. Малонаселённо — соответственно, меньше и сам табор.

Для решения каких-то вопросов с властями выбирали самого уважаемого цыгана, и называют его Баро (Большой). Нецыгане часто путают, и упрямо называют его «бароном». Хотя в цыганской среде не принято, что один цыган «выше» другого, все равны. Баро — это просто уважаемый цыган, которому доверяют. Среди своих существует суд, называемый сЭндо. Доверяют его вершить нескольким уважаемым цыганам. Решение сэндо обычно обжалованию не подлежит. Если же не удаётся выяснить все обстоятельства дела, слово одного против слова другого, то каждая из сторон даёт клятву в правдивости своих слов перед иконой. Если окажется, что клятва дана ложная, то того человека с позором прогоняют из цыганского общества, и он с того времени становится изгоем. Об этом очень быстро разносит знаменитая «цыганская почта», поскольку, по традиции, если встретились друг с другом хотя бы два цыгана, то обязательно делятся всеми новостями.

Список строгих запретов для женщины весьма большой:

Детство.

В это время для левочки не распространяются, практически, никакие ритуальные ограничения. Многое позволяется и мальчикам, и девочкам. Жалеют их, понимая, как не просто у них может потом сложиться дальнейшая жизнь.

Юность.

Девочки, которые становятся уже девушками, (начинаются обычные женские циклы), обязаны уже намного осмотрительней вести себя, сдержанно общаться с юношами, беречь свою честь для будущего мужа. Девочки могут быть сосватаны родителями уже при её рождении. Молодые иногда видятся друг с другом в первый раз перед самой свадьбой. Девушки не остаются наедине с парнем где-то в уединённом месте, ни в коем случае не поворачиваются к нему спиной, и уж тем более не сидят рядом на постели. Девушки одевают удлиненную юбку, повязывают на голову платок или шарф, если находятся в больших компаниях цыган. Впрочем, сейчас платок постепенно уступает место просто головной повязке. Но желательно яркой расцветки.

Первые годы замужества.

Эти годы, пожалуй, самые трудные для молодой женщины. Тут должна принять полное безоговорочное подчинение мужу, свёкру, свекрови, старшим деверям, старшим золовкам. На плечи ложится вся чёрная работа по дому. В отличии от цыган православных, у цыган — мусульман жена должна закрывать ещё и низ лица платком. В обоих конфессиях никто кроме мужа не должен видеть, когда молодая жена ложится спать и когда встаёт. Каждая вещь, над которой попал подол юбки, а тем более через которую переступила молодая женщина, считается «нечистой». Только по прошествии времени, когда жизнь «вошла в своё русло», и пара продолжает семейную жизнь, молодая жена постепенно приобщается к добыванию средств на пропитание. Но положение постепенно меняется с рождением детей, с возрастом. В семье кто-то женится, выходит замуж, и новая молодуха принимает на себя работу по дому, а та уже сама становится добытчицей. Но это сейчас уже не всегда так, поскольку теперь многие цыгане имеют возможность получить образование, работу, получают зарплату, и возможность как все граждане России получить впоследствии пенсию.

Старость.

Женщина, которая дожила до преклонных лет, считается много пережившей, повидавшей, и потому достойной всякого уважения. Цыганку «в возрасте» стараются обеспечить всем возможным комфортом, прислушиваются к её советам.

А что же мужчины? А вот у мужчин-цыган с юношеского возраста другие заботы. Им надлежит учиться общаться, выгодно «купить — продать — обменять», учиться тонкому искусству производить впечатление очень удачливого человека, разбираться в лошадях. Конечно же, желательно уметь петь, плясать, играть на любом каком-то традиционно «цыганском» музыкальном инструменте: гитаре, скрипке, или фортепиано.

Религия

Что же касается религии, то в основном большинство цыган в России, конечно же, православные. Есть, разумеется, и католики. Мусульманство приняла лишь часть цыган, особенно на юге России. Так же, как все христиане, православные цыгане приносят или приводят в храм крестить своих нарядных ребятишек, венчаются. Венчание обычно не входит в сценарий самой свадьбы. Делают это после регистрации в ЗАГСе. Впрочем, это не строго обязательно. Дело в том, что для таинства венчания необходимо сначала заключить официально светский брак. А вот это лишняя заморочка в случае если не поживётся. Могут, конечно, и «разом» всё, чтобы не тратить деньги ещё раз на праздник.

Празднуют Рождество, Пасху, Троицу, День Победы 9-го мая. Вместе с тем на удивление крепко держится стойкая вера в помощь амулетов, талисманов, всевозможеых оберегов.

Свадьба русских цыган.

Зачастую родители договариваются между собой когда дети ещё совсем маленькие. Браки с «нецыганами» не одобрялись. В этом скрыта некая мудрость. Родители старались просто опередить события, пока повзрослевшие дети не нашли себе пару «на стороне» от цыганской общины, чтобы постепенно не раствориться в окружающих народностях.

Отец жениха, сам жених с сопровождающими, красочно и пышно наряжают «дрэвцо», (обычно — берёза), яркими лентами, монетами, бумажными деньгами. Стараются украсить побогаче, чтобы все видели удачливость будущего зятя. Приходят в дом к родителям невесты. Если сватам рады, то с готовностью принимается угощение от жениха, и тут же накрывается стол.

У русских цыган никакого калыма за невесту не даётся, но родители невесты всё равно всегда стараются собрать хорошее приданое для своей дочери.

Когда оговорены детали, решено кто за что платит, начинаются уже сами приготовления. За свадебный стол молодых сажают рядом, а гости: мужчины по одну сторону стола, женщины — по другую. Это для того, как можно догадаться, чтобы молодые цыгане могли приглядеть себе нвесту, не привлекая особого внимания. Но сейчас это уже не строго. Сейчас все вперемешку могут сидеть за столом.

В разгар свадьбы молодых отправляют в отдельное уединённое место. Потом близким родственникам из женщин выносится рубашка новобрачной или простынь. Если невеста была невинной, то свадьба продолжается, молодых начинают одаривать подарками. Если случался обман со стороны невесты, тогда ей подавали вино в дырявой кружке. Тогда всё это свадебное действо останавливалось, и гости тут же негодующе расходились. На голову невесты, на голову её родителей падал позор.

Иногда у молодых людей появлялись свои симпатии, и они были совершенно не согласны с выбором родителей. Тогда просто сбегали вдвоём, чтобы через некоторое время к ним вернуться с повинной. Если побег удавался, то их потом вынужденно принимали уже как мужа и жену, но свадьбу в этом случае не играли. Если беглецов настигали, — не сносить головы! Иногда такой «побег» просто инсценировался, чтобы не опозорилась невеста, если близость между невестой и женихом случилась до свадьбы, или просто случалось, что нет достаточно денег на свадьбу.

Похороны.

Если умирает цыган, то собираются все родственники, близкие, знакомые. Садятся поминать, оставляя у себя за столом «место» покойному со стопкой водки и хлебом. Верят, что человек всё равно остаётся где-то «там» живой, поэтому поют песни, чтобы облегчить его душу от горечи расставания. Немного проливают вина на стол, чтобы выразить скорбь утраты близкого человека. Похоронив на кладбище, или просто где-то у лесной дороги, уходят не оглядываясь, что бы «не потянул за собой» кого-то.

После похорон близкие родственники полгода, а то и год, не поют, не танцуют. По истечении срока траура находят человека, похожего фигурой на умершего, и покупают ему одежду: рубашку, пиджак, брюки, ботинки. Если женщина — кофту, юбку. Это как дань уважения к умершему человеку. Но сейчас чаще всего по истечегнии сорока дней просто раздают одежду умершего родственникам, близким, друзьям.

Праздники.

Есть праздники именно «цыганские». 8-го апреля 1971г. в Лондоне состоялся 1-й Всемирный конгресс цыган. На нём был принят флаг и гимн. Флаг: прямоугольное полотно разделено горизонтально на две равные части, синюю и зелёную половины. Эти части флага символизируют небо, как волю, свободу, и траву, как жизнь. В центре полос — колесо из 16-ти спиц красного или золотого цвета. Оно символизирует бесконечную дорогу, движение, удачу, а также кровь пострадавших от геноцида цыган. Кроме того, напоминает об индийском происхождении народа, посколльку в этом флаге есть большое сходство с флагом Индии. Гимном избрали народную песню «Джэлем, джэлем». Было признано существование особой, виртуальной республики Романистан. Другие названия: Романестан, Ромастан, Романотхан, Роматхан. Она виртуальная, без всяких границ. Её не существует ни на одной географической карте. Тем не менее, она незримо объединяет души и сердца всех цыган. В Польше в 1990-м году было принято решение 8-е апреля считать Всемирным национальным Днём цыган. Вечером выходят на улицу, зажигают свечи, веселятся.

А вот 2 августа отмечается день памяти Кали Траш, что означает «Чёрный страх». В этот день вспоминают всех цыган, в разное время пострадавших от геноцида.

Цыганский дом.

Теперь — цыганский дом. На некоторых особенностях немного остановимся. В истинно цыганском доме, практически, нет мебели. Центр комнаты совершенно пустой. В стороне стоит кровать, которую используют лишь для того, чтобы сложить перины или матрацы, подушки, которые на ночь раскладывают на полу. Устраивают над спальным местом из обычных простыней что-то вроде палатки. Но сейчас такое не часто можно встретить. Сейчас в большинстве случаев это обычное жильё, как у обычных россиян.

Посуда размещается в кухонной зоне на полках, закрытых занавесками. Но сейчас во многих домах стоит привычная кухонная мебель.

Готовят еду в частном доме в основном в холодное время года, в непогоду. Обычно это делается во дворе на костре, или небольшой металлической печке. Правда, сейчас строгие противопожарные правила, поэтому теперь используют или газовую плиту, или простую электрическую плитку.

Едят за низким круглым столом, который на это время ставят посреди комнаты. Потом он убирается к стене. Но сейчас это делают за обычным обеденным столом.

Хлеб не режут, а просто делят руками на небольшие части. Хлеб восприинимается как тело Христа, и резать его считается плохо. И ещё один момент… никто тут не сосчитает, сколько кто съел хлеба, не укорит. Отдаётся предпочтение пище со всякими специями, как и в Индии.

Продукты обычно покупаются. Огородами бОльшая часть цыган не занимается, хотя бы потому, что никогда не знают, уедут они скоро отсюда, или останутся на месте ещё на какое-то время. Гонения «по делу» и «без дела» приучила к мобильности. Да к тому же стеклянные банки с овощными «закрутками» вещь в дороге довольно хрупкая…

Сейчас же многие цыгане живут осёдло, и обустраивают быт как общепринято в России, поэтому особых примет в современном цыганском доме не часто можно увидеть.

Занятия.

Учатся цыганские дети, не редкость, всего до третьего — пятого класса, рано взрослеют, и погружаются во взрослую жизнь: довольно рано женятся, или выходят замуж, помогают зарабатывать.

Если занятие не связано с артистическим ремеслом, то это перепродажа вещей по деревням, на рынке, сбор цветмета, а также изготовление и продажа ювелирных изделий под золото, из дерева, камня, разведение лошадей, кузнечные работы, поделки из дерева, камня, плетение корзин.

Тем не менее, сейчас всё больше и больше цыган которые, всё же, доучиваются в школе, поступают дальше в учебные заведения. Сейчас без образования сложно для молодых цыган.

Единственное место, где цыган точно не много — среди профессиональных военных. Никогда цыгане не горели желанием с кем-либо воевать. Просто какие-то «разборки» — не в счёт. Однако, если случалась какая-то острая необходимость, то шли на фронт как все в ВОВ, а теперь на СВО.

Очень глубоко заложенные в далёком времени гены до сих пор продолжают побуждать цыган к занятиям музыкой, танцам, выступать на сцене. Существуют неписаные условия выбора другой работы. Цыган может быть водителем, трактористом, егерем, столяром, плотником, электриком, лётчиком. Может заниматься аудио видео аппаратурой… Но вряд ли когда-нибудь встретите настоящего цыгана, который бы работал сантехником…

Что же дальше?

Цыгане, поставленные перед неким прямым негласным ультиматумом «либо живите как все, либо уходите!». Многие из цыган понимают изменившуюся ситуацию, и адаптируются, но меньшая, выбирают, всё-таки, сохранение своей самобытности.

Невозможно отрицать тот факт, что ради пропитания та самая меньшая часть цыган, которая упрямо держится за старые законы, обычаи, вынужденно идёт криминальным путём. Они приметны, и окружающими воспринимаются так, что все цыгане именно такие, не зная, что на самом деле всё не так просто. Этим та часть цыган только подтвеорждает основания для негатива, укрепляет все отрицательные стереотипы.

Это, вне всякого сомнения, очень плохо, но никак не оправдывает случаи принудительной стерилизации! А такие случаи известны, когда женщинам-цыганкам обманом проводили подобные операции! Никак не оправдывает огульные обвинения всех цыган, сгребая всех в одну кучу. Никто никому не давал право творить самосуд, сжигая цыганские дома, при этом оставляя без крова и невиновных цыган.

Невозможно согласиться с тем, что, как утверждают, абсолютно все цыгане занимаются наркотиками! Продажей, или употреблением. Это нонсенс. Нет такой национальности на свете, в которой не было бы преступивших закон! Всё зависит от жизненных принципов каждого отдельно взятого человека. Не существует 100% негодяя или 100% праведника. Этот баланс, некая «чаша весов» у каждого человека различается.

Проблемы, которые стоят на сегодня перед цыганами, очень сложные. Как, не нарушая закон, сохранять свои веками сложившиеся традиции, самобытную культуру? Как, наконец, изменить просто какой-то «железобетонный» стереотип, что цыгане — это непременно ложь, наркота, грязь, попрошайки, бродяжки, какой-то криминал. Стоит только сказать «цыгане» — и тут же начинаются целыми потоками рассказы и жалобы «про дела скорбные», как-будто мошенников-нецыган не существует рядом. В упор их не видно. А между тем телефонные мошенники в наше время стали таим же бедствием, как и наркота. Это, естественно, очень прискорбно, и возмущает. Так что, на сегодня пока больше трудных вопросов, чем каких-либо ответов на эти вопросы…

Возвращаясь к Стёпке…

Ни одна книга у меня не обходилась без «цыганской темы». И это вполне полнятно по известной причине. Сохраняя эту традицию, я не могу не вспомнить про молодого парнишку цыгана Стёпку. И на страницы уже этой новой книги снова всплывает история про него, которую назвала предельно просто:

не на шутку. Струи хлопали по лужам, пузырились, издавая клокочущие звуки. Небо Конокрад.

Дождь разгулялся, затянутое плотной пеленой грязно-серых низких туч, казалось, икогда не будет снова приветливым, прозрачно — голубым. Ветер неистово трепал ветки мокрой зелени, и сеял оторваные листы, которые, упав, тут же впечатывались в тёмное нутро земли.

Конюх Денис Тимофеевич, которого все в селе звали запросто по отчеству Тимофеич, крепко спал на лежанке в уголке конюшни. В стойлах, склонив морды, сонно потряхивая гривами, переминались с ноги на ногу племенные лошади. Их немного, но требуют постоянного внимания и хорошего ухода, потому и находится старый служака при животных день и ночь. Всё равно дома никто его не ждёт. Жену похоронил три года назад, взрослые дети живут семьями в городе. Звали к себе, но он наотрез отказался перебираться к ним, не захотел никого стеснять. Так и коротает своё время на работе. Сегодня, правда, позволил себе излишне выпить хмельного…

Ещё днём забрёл неведомо откуда взявшийся молодой цыган. Смуглый, в простой вылинявшей футболке и потёртых джинсах. Очень вежливо попросил показать лошадей.

Сначала Тимофеич взялся прогонять его, говорил, что посторонним на охраняемой территории конезавода не положено находится, но тот такими умоляющими глазами смотрел на старика, так горячо уговаривал! Конюх стал колебаться.

Гость достал из кармана бутылку водки. Вроде как плата за простую «экскурсию».

— Это чего? Мне — взятку? — начал было негодовать дед, но тут же сменил гнев на милость. Незнакомец ведь ничего больше не просил, только посмотреть лошадей, стоит ли начинать ругаться из-за этого, по сути, пустяка? Не покататься же просил, а только посмотреть. Тимофеич проворчал, скорей, для порядка:

— Ходют тут, соблазняют добрых людей флакушками… Ну, да ладно… сгодится куда не то…

Старик спрятал поллитру во внутренний карман изрядно потрепанной безрукавки, погрозил пальцем:

— Смотри у меня!

Мотнул седой головой:

— Ладно, пошли, покажу…

Особое внимание посетителя привлёк гнедой жеребец по кличке Валдай. Отличная форма: статный, крепкая шея, стройные ноги. Шкура лоснится. Грива и хвост струятся тёмным шёлковым водопадом.

Восхищённый цыган только изумлённо покачал вихрастой головой и негромко сказал:

— Тэ мар ман о Дэвэл! Саво грай!

— Чего ты там говоришь? — строго спросил Тимофеич.

— Конь, говорю, хороший.

— А, это по-вашему так говорят?

— Ну, да.

Конюх вздохнул, и с сожалением сказал:

— Завтра заберёт Валдая новый хозяин. Какой — то богач. Видел я его вчерась. Как пить дать: поездит дня два-три с охотки, и забросит… пропадёт жеребец… Была б на то моя воля — нипочём не продал бы такому… А тебя как звать-то?

— Стёпка.

Тимофеич снова вздохнул, и с досадой махнул рукой:

— Вот такие дела у нас, Стёпка…

Они ещё немного поговорили о лошадях, и цыган ушёл. Даже не оглянулся…

«-Надо же, молодой, а лошадей понимает… Одно слово — «цыганское племя» — подумал с одобрением старик, посмотрев парню вслед, и занялся своими обычными делами.

Ближе к вечеру, спрятавшись от сильного дождя на конюшне, Тимофеич откупорил подаренную бутылку. Выпил одну стопку, другую, и ещё… В конце концов его сильно разморило…

Сквозьузенькую щель в воротах конюшни просунулось длиное остриё ножа, и осторожно приподняло крючок. Тихонько лязгнув, он опустился, и в открывшийся узкий проём проскользнула тень, тут же слившаяся с сумерками помещения.

Это был среднего роста худощавый парень. Он откинул с блестящих азартом глаз мокрые чёрные вихры, быстро смахнул ладонью с лица влагу, и, осторожно ступая, прошёл к стойлу Валдая.

Почуяв незнакомца, лошади начали негромко всхрапывать, оживлённо задвигались. Но конюх на это только слабо шевельнул губами, продолжая смотреть сны.

Ночной гость остановился, и, протянув между прутьями кусок сладкой булки, ласково зашептал непонятные слова. Жеребец шумно потянул ноздрями воздух, ощутил запах свежего хлеба. Невысокий худощавый человек в мокрой одежде не вызвал в нём опасения, и от вкусного угощения Валдай не отказался.

Однако, тот бесшумно открыл задвижку двери стойла, и, продолжая тихий вкрадчивый шепот, подошёл ещё ближе. Такого нахальства Валдай не ожидал. Тревожно прял ушами, перебирал ногами. Казалось, подумал: а не лягнуть ли незваного наглеца? Но негромкий умиротворяющий шёпот, поглаживания рукой были такими приятными, что жеребец, как заворожённый, успокоился.

Продолжая ласковый разговор, Стёпка ловко накинул уздечку, и осторожно вывел коня мимо беспробудно спящего пьяного Тимофеича на улицу.

— Не дам тебя загубить! Не дам! — повторял цыган… — Тэ дэл о Дэвэл э бахт лачи…

Жеребец послушно вышел из конюшни на волю, и скоро они с конокрадом скрылись в ночном сумраке…

Дорожная фантазия

Вечер накрывал всё вокруг тёмным воздушным покрывалом, словно прятал от кого-то хранимый хрупкий мир… Дождь ронял и ронял свои слёзы на вагонные окна, на зябко покачивающиеся деревья и кусты, на старые черепичные крыши станционных построек…

Ветер играл свою бесконечную симфонию на проводах. Звуки её были тихи и печальны…

Пятнышко белёного вокзала, узкая кайма одинокого перрона, освещались тусклыми сонными фонарями… Железнодорожные пути, без начала и без конца, сверкая холодными стальными бликами, никого не звали с собой. Они уходили прочь так, как уходит человек, решивший исчезнуть навсегда. Не оборачиваясь, ни о чём не сожалея…

Но вот раздался потревоживший дремоту гудок. Поезд словно ожил, сродни существу, имеющему чуткую живую душу. Подставляя небесной влаге своё тело, навсегда пропахшее бродяжьим духом, двинулся вперёд, к назначенной далёкой цели…

Он мне представлялся молодым рослым гнедым жеребцом с хорошо сложенной мускулатурой, лоснящейся шкурой. Видно, что ухаживал опытный конюх. Однако, красавец — конь жаждал только одного: вырваться на волю. Этого требовало всё его свободолюбивое естество, от чутких ушей до конца хвоста. Жгучее желание толкнуло на отчаянный поступок: беспокойно пометавшись по надоевшему периметру загона в поисках выхода, он остановился, громко заржал, и вздыбился свечкой. Со всей силой ударил передними копытами по ненавистной преграде. Один удар, следом — другой… Не выдержав натиска бунтаря, перекладина хрустнула, и разломилась. Путь был открыт… Одурманенный свободой, изогнув дугой шею, гнедой помчался прочь. Тёмная шелковистая грива развивалась по ветру будто флаг. Словно точёные, крепкие ноги рысака выбивали ритмичную дробь, и несли его всё дальше и дальше от конного двора. В этом беге было столько грации! Она приводила в состояние немого восхищения от увиденного…

Как, наверное, жалел этот поезд, что может двигаться лишь по проложенному пути, не имея сил разорвать крепкую узду рельсов! Только отчаянно рвался вперёд, стуча колёсами, как-будто пытался догнать неведомо куда ушедшее время…

Всю ночь, пока люди внутри него безмятежно спали, продолжался этот дикий бег. Мимо пугающих, окутанных мраком нескончаемых лесов. Мимо небольшой будки, опущенного шлагбаума, у которого, щурясь от сильных порывов ветра, с флажком в руке стояла дежурная. Мимо колонны рефрижераторов, ворчащих двигателями в ожидании проезда… Останавливался лишь на пару минут возле маленьких полустанков, чтобы перевести дух…

Ближе к полудню состав медленно, словно задумавшись, подошёл к пункту назначения. Казалось, не верил, что путь в один конец закончен, и будет три долгожданных часа отдыха перед обратной дорогой.

Двери поезда дружно лязгнули. Из их проёмов одна за другой стали выглядывать проводницы, как любопытные белки из дупел…

Из вагонов неторопливо стали выходить. В одном из них приехали пассажиры, которые сразу же привлекли к себе пристальное внимание окружающих, едва ступили на перрон. Послышался гортанный говор. Черноволосые темноглазые люди в разноцветных одеждах, длинных юбках с оборками вызывали интерес своей яркостью. Платки и шарфы на головах женщин удивляли обилием расцветок. В ушах посверкивали серьги. На фоне унылых серых стен вокзального хозяйства, мокрого асфальта, хорошо сдобренного успевшей потемнеть опавшей листвой, беспокойные пассажиры контрастно выделялись. Будто в тёмной комнате неожиданно включили свет. Это был табор артистов — цыган, прибывших на гастроли.

Разговор встречающего администратора с руководителем коллектива занял всего две-три минуты. Потом они расположились в салоне автобуса. Этот шумный радужный клубок направился в гостиницу, а на опустевший перрон, будто спохватившись, вернулась печальная осень, и вновь с седого неба падают мелкие холодные слезинки.

Неудержимо бегущее время заменило кибитки на длинные железнодорожные составы, но оказалось не властно уничтожить поселившийся в них дух вечного вольнолюбивого бродяги.

Вот и вся история, без начала и конца… А, может, и не было ни поезда-скакуна, ни табора цыган… Может, это была всего лишь моя дорожная фантазия…

О гитаре

Простая на вид, с фигуркой стройной девушки, c вплетенным в гриф, как в косу, шёлковым бантом. Как звонко она может звучать в руках Мастера, глубоко задевая что-то заветное в душе! Сколько трогательного, нежного, может вызвать в сердце перелив переборов под скользящими по струнам трепетными пальцами! То звучит задиристо со словами дворовой песни неокрепшего голоса какого-то парнишки, то обжигает страстью фламенко в руках виртуоза. Сколько людей, сидящих у костра, гитара согревала душевным теплом! Если не хватало голоса у певца — вела за собой незатейливым мотивом, и от этой искренности не замечались ошибки в словах и сбои. Звучание гитары неповторимо, невозможно спутать ни с каким другим!

Гитара стойко пережила всякое от людей: и забвение, и порицание, и восторги. Недаром гитару сравнивают с женщиной с трудной сульбой. Только вот нет на свете такой силы, которая могла бы заставить гитару замолчать!

О дороге

Вот она, бесконечная дорога… Не важно, то ли это укатанная серая лента асфальта, тонущая за линией горизонта, то ли это зарастающая травой грунтовка… Всё равно она воспевается романтиками, чей бродяжий дух не даёт спокойно сидеть дома, тянет в путь к чему-то неизведанному, мянящему новизной. Сколько же дорог изъезжено, исхожено людьми! И на машине, и пешком… Сколько дорог пройдено лошадьми, запряжёнными в повозки, кибитки, под перестук копыт и мерный скрип колёс… Дорога, то прямая и ровная, то виляющая между перелесками… Может быть скрыта в тумане, который не даёт ничего разглядеть в двух шагах, а может быть открыта до самого горизонта… То дающая возможность прокатиться «с ветерком», обдувая лицо свежестью, то непролазная, размытая осенними дождями или весенним паводком… Дорога, как судьба человеческая, может быть широкой автострадой в несколько рядов, а может быть узкой, круто поднимающейся в гору. Одолевший такую дорогу, достигший вершины, бывает вознаграждён за смелость невероятной красоты панорамой местности, оказавшейся внизу как на ладони. И тогда из груди вырывается восторженный вздох, похожий на клёкот гордого орла. Но и рискует быть снесённым безжалостным, сильным потоком ветра вниз… Каждый человек выбирает свою дорогу сам: либо спокойно двигаться шаг за шагом по своей жизненной дороге, либо рисковать, не имея никаких гарантий на то, что вовремя придёт помощь, поддержка. Одно точно верно: каждый человек должен оставить след на своей жизненной дороге, оставить добрую память о себе людям. Иначе дорога его окажется просто бесцельно пройденой… Что может быть горше осознания того, что шёл чужим путём, по чужой колее, и пришёл непонятно куда? Ведь только поезд вынужден мчаться по заранее проложенным рельсам, не имея возможности это изменить. А человек, на счастье или беду, наделён правом решать, какую дорогу ему выбрать…

Часть — 2

Сказки старой цыганки

Подарок

Давно это было. Даже самые старые цыгане не помнят уже когда это случилось. Тэ хасёл мро шэро! Однажды за что-то смилостивился Бог, и решил каждому народу дать подарок, чтобы каждый народ имел в чём-то свою славу. Собралось людей со всего света видимо-невидимо. Будто море живое колышится.

И говорит Бог им:

— Что ж, собрал я вас сюда порадовать подарками. Каждому по труду и по справедливости. Туркмены, вы прославились овцеводством, так пусть слава о золотом руно будет с вами! …Грузины, вы услаждаете мой слух своим многоголосиым пением. Так пусть это будет славой среди других народов! …Узбеки, у вас в славу будет белое золото — хлопок! …Беларусы, такой вкусной картошки нигде нет. Так пусть за вами и останется эта слава! …Молдаване, у вас самые дучшие виноградники. Вино с него славится повсюду. Так пусть слава эта за вами останется! …Русские, а вам остаются в славу хлеб, блины, пироги!

Всех щедро одарил Бог, никого не обделил своим благословением. Только вот народ наш цыганский пока добрели до места, все уж, поблагодарив Бога за дары, разошлись обратно по своим домам. Никого не осталось.

И спрашивает строго Бог:

— Где же вы были? Почему не пришли пока звал?

Тут вышел вперёд уважаемый цыган, поклонился Богу, и говорит:

— Прости, Боже, нас. Пока добрались, опоздали… Мы люди кочевые, не сразу смогли явиться на зов.

И сказал тогда Бог всем цыганам:

— Ладно. Сам сказал «И последние будут первыми». И вас не обделю подарком. Чтобы впредь быстрее добирались на мой зов — будете неразлучны с лошадьми. Чтобы не терялись среди степей — жгите костры, как маяки, и носите яркую одежду. Чтобы не тосковали среди дорог — вам самые звонкие гитары и особая пляска. И если кто умрёт из вашего племени — провожать не плачем горьким, а песней. А женщинам вашим будет дано умение как открытую книгу читать линии у людей на руке. Наделяю даром целительства. И ещё… Не будете жить в одном месте, потому что вся земля — ваша! Живите где хотите!

Баро снова поклонился Дэвлэскэ:

— Спасибо, Дэвла! Век не забудем твоей милости!

Вот так всё и случилось. Только никто не верит, что и цыган Господь не оставил без подарка, ведь свидетелей не было тому, и стали считать изгоями, раз не видно было среди всех пришедших.

С тех пор народ наш цыганский рассеялся ао всему свету, а слава музыкантов, танцоров, знатоков лошадей и гаданий, всё же, слава Дэвлэскэ, осталась.

Сказка про белую кобылицу

Жил на свете цыган Петря. Удалой был, горячий. Во всём ему счастье было. Никто не мог сказать, что бесталанный. А всё жена его тому причина. Большую силу шувани имела, хоть и молодая ещё. Наворожит мужу удачи, и тот никогда не вовзращался домой с пустыми руками. Всё ему благополучно выходило.

Одно было плохо. Очень уж упрямым уродился Петря. Хоть забей кнутом насмерть, а от задуманного не отступится.

У одного гадже была кобылица. Ох, и красавица была! Не сойти мне с места! Белая, как чистый снег ъимой, шкура лоснится, грива и хвост густыми волнами по ветру развеваются. Шея крепкая, дугой. А бег какой! Будто не по земле скачет, а по воздуху летит! Но и очень уж строптивая была та лошадь! Сколько охочих было в таборе выкрасть! Никому не удавалось. Ни с каким угощением и близко не подпускала к себе. Даже подойти боязно. И лягается со всей дури, и куснуть норовит.

Задумал Петря непременно выкрасть ту лошадь. Пристал к жене, чтобы наколдовала ему удачу. Не отстал, пока не согласилась. Как ни просила мужа отступиться от задуманного — не послушал.

Тёмной ночью прокрался, и увёл кобылицу. Только вот его гнедая не стала терпеть, ускакала прочь, лишь копыта по земле простучали дробью. А в гриве и удачу Петри унесла с собой. Так то, морэ… Не простила ему гнедая предательства. А Петря знай себе хвалится в таборе, что смог укротить строптивую кобылицу.

Собрался Петря ехать по своим делам, а жена его плачет, умоляет, упала на землю, за мужевы сапоги схватилась.

— Не езди на ней, Петря! Не к добру это!

Разозлился Петря, кричит на жену:

— Ты что болтаешь, женщина! Что в таборе скажут? «-Ай да Петря! Такую кобылицу на что променял! Не потерял ли ты ум, Петря?!» Вот что скажут люди! — и ускакал.

Первый раз поехал — всё у Петри получилось благополучно. Во второй раз едва живой вернулся. Только упрямым был Петря, снова собрался ехать на той кобылице. Жена ещё сильнее причитает, слезами умывается:

— Не езди на этой кобылице, Петря»! Не принесёт она добра! Беду чую от неё!

Петря разозлился, жену плетью ударил.

— Ты что болтаешь! На мужа накликиваешь!

Ускакал Петря, не послушал, гордец, предостережение жены. Едва живой вернулся. А тут новость: пропали их дети. И снова Петря сел на ту кобылицу, ехать искать ребят.

Сильней прежнего жена с плачем просит, в ногах валяется:

— Не езди на этой лошади, Петря! Послушай меня! Пропадёшь, как и дети наши!

Заругался Петря, ударил жену плетью.

— Опять накликиваешь на меня беду?! Вот вернусь, так ещё больше плети получишь, глупая!

И поскакал Петря на поиски своих детей, да и пропал. Будто и не жил на свете. Будто никогда и не было такого цыгана. А виной тому — упрямство его. Кто ж виноват, если сам со своей судьбой как в рулетку вздумал играть, не послушал слова жены…

Сказка про трёх братьев.

Жили на свете три брата из цыганского племени. Старший был умным, средний — так себе. А младший — дурак дураком уродился.

Вот однажды говорит старший брат младшему:

— Нам по делам нужно ехать, а тебе придётся остаться. Знаешь, где старая мельница?

— Знаю, — отвечает.

— Вот и хорошо. Возьмёшь барана, и отведёшь мельнику. Он купить его хотел. Отдашь барана, и возьмёшь с него деньги. Вот и всё дело.

— Хорошо, брат!

Вскоре собрались старший и средний, и уехали, а младший, как и наказано было, взял барана, и повёл мельнику. Дорога длиная, через лес. Устал идти, присел на пенёк отдохнуть, а барана неподалёку привязал. Только стало дураку страшновато одному в лесу. Показалось, будто рядом кто-то бродит. Не то зверь какой, не то разбойники лесные рядом ходят.

С испугу дурак спрашивает:

— Кто здесь? Хочешь купить барана?

Эхо вторит:

— …барана-а…

— А деньги когда отдашь? Сегодня, или завтра?

Эхо повторяет:

— …завтра-а…

— Ну, ладно. Завтра. А то прокляну!

Эхо повторяет:

— …кляну-у…

А дураку слышится: «-Кляну-усь!». Успокоился, и оставил барана в лесу, а сам, довольный, домой вернулся.

Приехали братья. Спрашивают его:

— Ну. что? Отвёл барана мельнику, получил с него деньги?

Дурак хвалится:

— До мельника я не дошёл. Нашёлся покупатель поближе. Сказал мне, что завтра деньги отдаст.

Схватились за голову братья, заругались. Старший брат говорит:

— Веди сейчас же, барана обратно! Завтра сам пойду с ним к мельнику!

Пошёл дурак в лес на то место. Видит, что от барана остались одни рога да копыта. Волки съели. Заплакал дурак, и начал с горя биться головой о старый дуб. Думает: «-Всё равно, приду пустой — братья убьют за барана!»

Тут кора на старом дереве посыпалась, а в щели — клад. Дурак обрадовался, и, не долго думая, снял с себя рубаху, завязал рукава узлом, и сгрёб богатство. Довольный отправился домой.

Идёт он, поёт себе. Тут встретился ему гадже. Спрашивает:

— Это что ты несёшь? Уж не ограбил ли мой дом! Дай посмотрю, что там у тебя!

Испугался дурак, что тот отнимет у него богатство, размахнулся, и сшиб гадже в реку. Акэ со скэрдя! А гадже тот плавать не умел, и утонул. А дурак быстрей домой побежал.

Прибежал, братьям рассказал всё, как было. И осталось бы тайной, если бы дурак не стал хвалиться кругом, что богатства получил. Скоро и до стражников слух дошёл. Тот гадже важным человеком оказался. Вот и пришли к братьям арестовывать. А братья говорят:

— Да кому вы верите! Он же дурак у нас! Вот послушайте, что рассказывает!

И стражникам дурак повторил свою историю:

— Братья послали меня продать барана мельнику. По дороге я продал барана старому дубу. Тот меня не обманул, и отдал деньги…

Дальше стражники не стали слушать. Посмеялись, и ушли. а братья, не теряя времени, быстро собрались в дорогу. Только их и видели.

Сказка про вдову.

Жили в одном таборе муж с женой. И любили друг друга как никто на свете. Только вот недолго их счастье длилось. Умер муж, и осталась цыганка одна в палатке жить. Боатья же мужа стали зорче орлов наблюдать, как вдова траур будет сохраняить по их брату.

Прошло какое-то время, и умерший муж явился ночью в палатку к своей любимой. Она и не знает, бедная, толи плакать ей, толи радоваться. Вобщем, остался цыган с женой. Дело молодое, тёмная ночь всё покрыла. А с рассветом умерший исчез. Растворился, будто не было.

Только цыганка та была вовсе не глупая. Среди ночи проснулась, спрятала сапог мужа, и легла снова, как ни в чём ни бывало. Подумала: «-Пусть теперь каждую ночь приходит за сапогом!»

С тех пор так и пошло. Приходил ночью, утром исчезал, забыв про сапог. Вот какая крепкая любовь у них была!

Прошло время. Стало заметно, что цыганка не одна, никакой одеждой уже не скроешь, что скоро будет матерью. Заметили и братья.

— Ах, ты, беспутная! Ещё срок траура не истёк, а ты уже согрешила! С кем спуталась?? Отвечай!

Цыганка плачет, оправдывается:

— Муж у меня один, и ребёнок от него!

Братья ругаются, руками машут:

— Что ты нас дураками выставляешь?! Как такое может быть?!

А цыганка на своём стоит:

— Я правду говорю! Не верите? Тогда сами увидите! Вечером спрячьтесь у меня в палатке. Он снова придёт за сапогом!

Так и сделали. Спрятались, и наблюдают. А как стемнело, муж цыганки опять появился. Но на этот раз она сама напомнила про сапог.

— Что ж ты так и не заберёшь сапог? Сколько ночей прошло… Уже братья приступают, ругаются. Откуда у меня ребёнок может быть…

— Ой, совсем забыл опять! Нельзя мне больше приходить. Иначе плохо будет нашему ребёнку. Давай скорее сапог, и я вернусь в тот мир…

Так братья узнали, что цыганка была верной женой. А когда родился ребёнок — стали помогать растить племянника.

Сказка про злую жену.

— Жил-был на свете цыган такой. Буча звали его. Никогда ничем особенно не отличался. Ни особым талантом в цыганских делах, ни в грамоте силён не был. Цыганки в таборе не особо интерес к нему имели. Не идут за него замуж, и всё тут!

Надоело ему такое терпеть. И вот решил Буча, наконец, очень круто исправить свою судьбу. Приходит к Баро табора, и говорит:

— Ты человек умный, пожил на свете, всего повидал… Надумал я жениться. Возрастом уж вышел, а семьи у меня всё нет. Подскажи, что мне делать?

Баро подумал немного, и говорит:

— Что тебе сказать… Если цыганки за тебя не идут — делать нечего, ищи других. Сходи в город, присмотри торговку какую на базаре побойчее, и сразу сватайся. Хоть не пропадёшь с бойкой.

Так Буча и сделал. Женился таки на подходящей торговке, и остался с ней. А табор его дальше двинулся кочевать. Прошло сколько-то времени, и у них дитё должно было появиться. Только жена с другим спуталась. Узнал Буча, что пока его нет, она с другим время проводит, сразу выгнал её, и опять остался один. Не смог простить измены. А тем временем срок пришёл родить. Родила та гади сына. Назвала Егором. Только вот на Бучу огромную обиду затаила…

Как один день пролетели годочки… Вырос Егор. Только ни в какую не сказала та гади сыну, кто его отец на самом деле.

Надо чем-то жить с матерью… Стал Егор ходить на охоту. И вот однажды вернулся, зашёл тихо в дом, и услышал голоса. Мать со своим любовником разговаривают. Так увлеклись разговором, что не услышали, как сын домой вернулся. Парень всё подслушал. Любовник говорит:

— Зачем нам твой сын? Он же только мешает! Сколько бы продала всякой ерунды и дерьма глупым людишкам, кабы не боялась осуждения сына! Сколько бы денег могли иметь с них! Давай ночью приду, и напополам его разрублю!

А его мать любовнику на это отвечает:

— Зачем рубить напополам? Хватит голову отрубить, и всё. Ладно, как уснёт — открою дверь, и ты покончишь с ним.

Тут Егор не выдержал, любовника этого напополам разрубил, а ей голову отсёк. Сделал с ними то, что они с ним удумали сотворить. Убил, и сразу ушёл из этого дома. Идёт куда глаза глядят.

Довелось ему в лесу ночевать. Костёрок развёл, чтоб не замёрзнуть. Вдруг, откуда ни возьмись, пёс появился. Шерсть вздыбил, а сам куда-то в глубину леса смотрит, в чёрную темень. Потом схватил пёс в пасть крепкую щепку, и очертил ей круг вокруг костра. И костёр, и парень внутри круга с этим псом оказались. Не успел пёс круг дочертить, как из тёмной чащи вышли мать с любовником. Мать в руках голову свою отсечённую держит, а у любовника верхняя часть туловища над нижней в воздухе «плавает». Хотели они добраться до парня, чтобы убить, да не в силах были никак круг переступить. Бились, бились, измучились — больше не куда. Начали с горючими слезами прощения просить за зло, просить, чтоб похоронил по-человечески. Так парень и сделал. Похоронил обоих, и пошёл быстро прочь, подальше от этого жуткого места. А пёс тот — следом неотступно идёт.

Вот пришёл Егор в какой-то город. Там на базаре старая цыганка гадает людям. Подошёл и он к ней погадаться. Та взглянула на ладонь, и говорит:

— Что ж ты, парень, гадать просишь, если сам — цыган?!

Удивился Егор, отказывается:

— Я не цыган.

Цыганка ему говорит:

— Мать твоя — да, правда, не цыганка. А вот отец — самый настоящий цыган, не сомневайся!

— Где же он? — спрашивает Егор.

А цыганка и отвечает:

— Да вот же он! — и показала рукой на пса. — Только ты, найденный им сын, можешь расколдовать отца. Утром рано набери воды из реки в ведро. Перекрестись сам, перекрести набраную воду в ведре, и окати ею пса. Но только от чистого сердца! Тогда отец твой снова человеком станет!

Так Егор и сделал. На рассвете набрал воды, перекрестился, перекрестил воду, и, не мешкая ни минуты, окатил пса. В тот же миг собачья шерсть будто спала, растворилась, и пёс превратился в человека. А это и был Буча. Оказывается, его жена-злыдня пошла к злому колдуну, и слёзно просила наказать Бучу за то, что он выгнал из дома. Егор колдовство снял с отца, и зажили Буча с сыном вместе. Потом и жёны хорошие однажды обоим со временем встретились. Так то…

Часть — 3

Посвящается Одессе

«Фантазия на тему Шерлок Холмс и Остап Бендер». (а перед глазами Василий Ливанов и Андрей Миронов…)

Никогда даже представить себе не могла, что в голову придёт мысль дать интересную возможность встретиться таким совершенно разным литературным героям… Но, почему бы не попробовать? Почему бы не попробовать пофвнтазировать? И вот что из этого у меня получилось…

Остап очень удивился, первые секунды даже был в настоящем шоке, неожиданно оказавшись в непривычной обстановке старой английской квартиры. Но, со свойственным ему хладнокровием, быстро огляделся вокруг, поправил знаменитый вязаный длинный шарф на своей крепкой шее, и чутко прислушался. Тишина его заметно успокоила, и Бендер, как бродячий дикий кот, попавший только что с улицы в чужой непривычный дом, мягко ступая, принялся осматривать просторную гостиную.

Он подошёл к довольно старому шкафу, где на полках стояли всякие декоративные безделушки, оглядел их оценивающе, и с усмешкой негромко сказал сам себе:

— Общее впечатление мне подсказывает одно: не плохо устроились господа… Киса был бы в восторге от этого пережитка прошлого…

Бендер вспомнил своего неопытного компаньона, и, слегка вздохнув, добавил с улыбкой:

— Ах, Киса, Киса, незадачливый охотник за табуретками…

Посерьёзнев, проговорил негромко:

— Однако, хорошо бы узнать, где, я, собственно, сейчас нахожусь? Лёд тронулся! Заседание продолжается, господа присяжные заседатели!

Бендер довольно быстро освоился в гостиной, и решил заглянуть в комнаты наверху, куда вела деревянная лестница. Осторожно ступая, он начал медленно подниматься. Ступеньки под ногами Остапа ворчливо заскрипели, но это обстоятельство его не остановило. Он лишь недовольно поморщился, и с досадой подумал: «-Боже мой, что ж так хозяева запустили лестницу! Всё в доме должно быть бесшумно!»

Наконец, преодолена последняя ступенька, и Остап оказался у одной из двух комнат. Тихонько потянул на себя ручку, осторожно открыл дверь, и… сразу же наткнулся на пронзительный, внимательный взгляд темноволосого мужчины, стоящего прямо перед ним. Хозяин комнаты явно уже ждал появления непрошеного гостя, уловив скрип ступенек.

Великий Комбинатор и Великий Сыщик встретились…

— Что вам угодно, сэр? — дружелюбно спросил Холмс, с интересом глядя на посетителя в капитанской фуражке с якорем, заметно потёртом, зелёном в полоску. пиджаке.

Остап невольно на секунду растерялся от неожиданности, поскольку не знал, не придумал, как объяснить незнакомцу своё появление.

Великий Комбинатор решил идти напрямую, посчитав, что для начала будет достаточно эффектно представиться, что он и сделал с большим пафосом:

— Я — сын турецкоподданного, Остап-Сулейман-Берта-Мария-Бендер-Бей!

Молча быстро окинул глазами небольшую комнату, выиграв время для обдумывания плана дальнейших действий, и строго спросил:

— А вы, гражданин хороший, кто будете? Проживаете здесь легально? Ордер на квартиру имеется?

— Шерлок Холмс. Частный сыщик. К вашим услугам, сэр, — с улыбкой представился хозяин комнаты.

— Сыщик?? — удивлённо переспросил Бендер, но не изменив своему самообладанию, тут же с пафосом добавил:

— Мы, дорогой товарищ, чтим Уголовный Кодекс! Кстати, что это за странное обращение: «сэр»? Вы — эмигрант? Давно в России?

Но Шерлок Холмс был с не менее хорошим чувством самообладания, поэтому вежливо спросил:

— Скажите, сэр, я не слишком вас огорчу, если скажу, что вы глубоко ошибаетесь? Мы с вами сейчас находимся в Лондоне, на Бейкер-стрит 221-Б.

Бендер, хоть и начал подозревать что-то неладное, но, всё же упрямо не хотел верить в такой сюрприз, а потому, со всей имеющейся в нём на данный момент иронией, ответил:

— Что ж мелочиться то? Сказали бы сразу, например, в Рио-де-Жанейро!

Холмс раскурил свою знаменитую изогнутую трубку, и уже серьёзно спросил:

— Что вас убедит в справедливости моих слов? Может, вас убедит то, что я вполне могу рассказать некоторые подробности о вас? Могу сказать, например, что вы попали сюда совершенно случайно. Не женаты. Из России. Могу также добавить, что вы проживали в последнее время в южной её части, точнее — в Одессе. Об этом говорит ваша одежда и особая манера говорить…

Остап Бендер был искрене потрясён услышанным, но не показал виду. В голове промелькнула шальная мысль: «-Этот товарищ — не то, что Предводитель Киса Воробьянинов! Вот с кем можно иметь дело! Заседание продолжается! Командовать парадом буду я!», а потому примирительно согласился:

— Ну, хорошо. В Лондоне, так в Лондоне…

И тут же задал свой традиционный вопрос:

— А как насчёт невест у вас тут? Есть здесь приличные дамы?

Тут заскрипели ступеньки лестницы, по которой только что поднимался Остап, и через минуту в комнату без суеты вошла довольно пожилая женщина, со словами:

— Мистер Холмс, вам срочная телеграмма! У дома меня встретил почтальон, и попросил передать вам…

— Благодарю вас, миссис Хадсон! — вежливо поблагодарил Холмс, принимая бумагу из рук хозяйки квартиры.

Увидев посетителя, пожилая женщина, казалось, нисколько не смутилась, не выразила никакого удивления, только спросила: