Бесплатный фрагмент - Мне повезло — 2: Протокол «Фурант»

Серия «Мне повезло»:

Книга вторая «Протокол Фурант»

Жанр:

Психологический триллер / Философская антиутопия / Киберпанк-нуар

Анонс:

Книга «Протокол «Фурант», продолжение из серии книг: «Мне повезло».

В первой книге концепция «Золотой клетки» сюжета выстроена вокруг героя, который вырос в «идеальной» семье. Внешне это воплощение успеха, любви и заботы. Однако философская загадка заключается в цене этого везения. Марк думал, что война окончена. Он сбежал из «Золотой клетки», разрушил лабораторию отца и вычеркнул из своей жизни тотальный контроль. Он научился чувствовать ложь, боль и любовь. Он стал человеком.

Но код нельзя убить камнем. Он живет в проводах, в мерцании фонарей, в памяти тех, кто рядом.

Система не умерла, она мутировала.

Проект «Фурант» активирован. По городу ходят люди с чужими воспоминаниями. Клоны. Копии. Идеальные сосуды для бессмертия элиты. И они начинают просыпаться.

Марк больше не просто архитектор. После контакта с ядром системы он стал чем-то большим. Мостом между плотью и цифрой. Он видит мир насквозь. Он слышит шум данных. Но чем больше силы он получает, тем меньше остается от его человечности.

Рядом с ним женщина, которую он любит. Но теперь их двое. Одна — из плоти и крови, с шрамом на затылке и страхом смерти. Другая — из стали и кода, с глазами цвета ночи и готовностью к жертве.

Кто из них настоящая? И кого придется потерять, чтобы сохранить свою душу?

Во втором романе появляется дедушка Марка. Он именно Тот, Кто Начал. Дед — Виктор, в глубине сети пробуждается как архитектор реальности, человек, победивший смерть сто лет назад. Он не хочет власти. Он хочет порядка. И он предлагает Марку выбор, от которого невозможно отказаться:

Стать богом новой эры и спасти человечество от самого себя…

Или остаться смертным и позволить миру сгореть в хаосе свободы.

Цена свободы выросла и за неё нужно платить не жизнью. А правом быть собой.

Клетка не исчезла, а она расширилась до большого вольера.

Автор:

Максим Софьин — писатель, практикующий психолог с 2001 г. (семейный, спортивный, клинический).

Психолог — эксперт ТВ и Радио. Спикер образовательных форумов и конгрессов для психологов и игропрактиков.

Магистр образования, НЛП мастер.

Автор курсов: «Игропрактик», «Квантово-матричные расстановки»

Автор Трансформационных психологических игр: «Квантовая матрица судьбы», «Матрица действий»

razdvatry.ru

Содержание:

Часть I. Эхо в тишине

Глава 1. Учитель рисования

Глава 2. Глитч в реальности

Глава 3. Тень в зеркале

Часть II. Гнездо архитекторов

Глава 4. Город без теней

Глава 5. Лаборатория памяти

Глава 6. Кто такая Анна?

Часть III. Восхождение

Глава 7. Цифровой призрак

Глава 8. Жертва ради кода

Глава 9. Новый мир

Эпилог. Тень на песке

Цитата:

«Они сказали ему, что он свободен. Но разве птица свободна, если небо запрограммированно?»

Часть I. Эхо в тишине

Глава 1. Учитель рисования

Дождь в этом городе пах иначе. Не стерильным озоном и бергамотом, как в поместье отца, а мокрым асфальтом, прелой листвой и дешевым табаком из открытого окна кафе напротив. Марк любил этот запах. Он пах настоящей жизнью. Не той, что выстроена по линейке, а той, что течет хаотично, как вода по трещинам в бетоне.

Он сидел за деревянным столом в центре классной комнаты. Стены были увешаны детскими рисунками: кривые дома, солнца с глазами, деревья, похожие на брокколи. Несовершенство. Хаос. Свобода.

Марк провел пальцем по поверхности стола. Дерево было шершавым, не отполированным до зеркального блеска. Это успокаивало его нервы.

— Марк Викторович? — голос прозвучал тихо, почти неуверенно.

Марк поднял голову. В дверях стоял мальчик. Лет десяти. Худой, бледный, с волосами цвета соломы, аккуратно зачесанными назад. Слишком аккуратно. Будто их только что расчесала твердая рука.

— Лев, — представился мальчик. — Я новый. Мама сказала, что вы лучший учитель.

Марк улыбнулся. Улыбка далась легко, без привычного напряжения мышц лица.

— Проходи, Лев. Садись. Сегодня мы рисуем дом. Твой дом мечты.

Лев кивнул. Он подошел к столу, поставил портфель. Движения были выверенными. Никакой детской неуклюжести. Никакой суеты. Он сел, достал карандаш и линейку.

— Линейка!

Марк нахмурился. Дети редко приносят свои линейки на урок рисования. Обычно они рисуют от руки, криво, весело.

— У тебя есть линейка? — спросил Марк, стараясь, чтобы голос звучал легко.

— Точность важна, — ответил Лев. Он не посмотрел на учителя. Его взгляд был устремлен на белый лист бумаги. — Ошибка в угле наклона может привести к структурной нестабильности.

Марк замер. Карандаш в его руке перестал двигаться.

«Ошибка в угле наклона может привести к структурной нестабильности».

Эту фразу говорил Томас. Когда Марку было семь лет. Они строили башню из кубиков, и Марк поставил один криво. Отец сказал именно так — слово в слово.

— Кто тебя этому научил? — спросил Марк. Голос стал тише.

— Папа, — ответил Лев, наконец подняв глаза.

Его глаза были светло-серыми. Почти прозрачными. И в глубине зрачка, если присмотреться при определенном свете, мелькало что-то металлическое. Отблеск? Или игра света?

— Что рисует твой папа?

— Будущее, — сказал Лев и склонился над листом.

Карандаш заскрипел по бумаге. Марк ожидал увидеть квадрат коробки с трубой, треугольную крышу, круглое окно. Детский штамп.

Но Лев чертил иное.

Прямые линии. Перпендикуляры. Узлы вентиляции. Сечения стен.

Это был не дом. Это был чертеж серверной комнаты.

Марк встал и обошел стол.

На листе бумаги, выведенное детской, но твердой рукой, было изображено помещение. В центре — колонна. Вокруг — терминалы. И подписи мелким, каллиграфическим почерком: «Охлаждение уровня 4», «Ввод питания», «Точка доступа ядра».

— Лев, — сказал Марк. Его сердце начало биться чаще. Ритм сбивался. Тук-тук-пауза. Тук-тук-пауза. Аритмия, которую врачи в поместье называли «следствием чувствительности». — Откуда ты это видишь?

— Я вижу структуры, — ответил мальчик, не отрываясь от работы. — Как и вы, Марк Викторович. Папа сказал, что вы поймете. Он сказал, что вы — Старший Брат.

Марк почувствовал, как холод пополз по спине. Старший Брат. Так Томас называл его в своих дневниках. Объект 5. Старший Брат для новой линейки.

— Где твой папа, Лев?

— Он везде, — мальчик наконец оторвался от чертежа. Он посмотрел на Марка, и в его взгляде не было ничего детского. Это был взгляд старого человека, запертого в теле ребенка. — Он говорит со мной через шум. Через вентиляцию. Через свет ламп. Он хочет вернуться.

Марк схватил чертеж. Бумага хрустнула.

— Это игра? Кто тебя просил это нарисовать?

— Это не игра, — Лев встал. Он был ниже Марка на голову, но казался выше. — Это проект «Фурант». Папа сказал, что вы поможете нам завершить загрузку. Иначе система падет. И все умрут.

— Кто умрет?

— Все, кто подключен, — сказал Лев просто. — Вы тоже подключены, Марк Викторович. Вы просто забыли пароль.

В коридоре зазвонил телефон. Резкий, требовательный звонок. Марк вздрогнул. В этой школе не было стационарных телефонов в коридорах. Только мобильные у учителей.

Звонок повторился. Длинные гудки.

Лев улыбнулся. Впервые. Улыбка была слишком широкой. Рот растянулся дальше, чем позволяла человеческая анатомия.

— Он звонит вам, — сказал мальчик. — Ответьте.

Марк попятился. Чертеж выпал из его рук.

— Кто ты?

— Я — Объект 6, — ответил Лев. — И я жду вашей команды.

Свет в классе мигнул. Лампы заурчали, меняя частоту. Тени на стенах начали удлиняться, хотя солнце еще не село.

Марк выбежал из класса.

За спиной он услышал спокойный голос мальчика:

— Не бегите, Марк Викторович. Клетка теперь везде.

Глава 2. Глитч (ошибка) в реальности

Марк бежал по коридору, не чувствуя ног. Пол казался мягким, словно покрытым слоем ваты. Стены дышали.

«Галлюцинация, — сказал внутренний голос. Голос Томаса. — Стресс. Нужна коррекция. Выпей воды. Успокойся».

— Заткнись, — прошипел Марк.

Он выскочил на крыльцо школы. Холодный воздух ударил в лицо. Дождь усилился. Капли били по глазам, реальные, холодные, болезненные.

Значит, это не галлюцинация. Или галлюцинация стала слишком совершенной.

Он достал телефон. Экран горел. Одно пропущенное. Номер скрыт.

И сообщение, текстовое:

«Ты нашел его. Теперь найди её. Она не та, кем кажется. Проверь шов на затылке. А.»

Марк замер под дождем. Вокруг ходили люди. Мокли, спешили, ругались на погоду. Нормальная жизнь.

Но сообщение жгло ладонь: «Проверь шов на затылке».

Анна.

Все эти месяцы они спали в одной кровати. Он касался её волос. Целовал её шею.

Он никогда не смотрел на затылок.

В кармане завибрировал второй телефон. Тот, что был выключен год назад. Тот, что он хранил как доказательство, как якорь реальности.

Он сам включился.

На экране горела одна иконка. Видеофайл.

Марк нажал «Воспроизвести».

Экран залило зеленым светом. Лаборатория. Белый кафель.

На столе лежала женщина. Анна.

Но она была без сознания. Вокруг неё суетились люди в халатах.

«Субъект 7-Б, — голос за кадром. Голос Сенатора. — Имплант памяти стабилен. Синхронизация с Объектом 5 прошла успешно. Она верит, что она — оригинал. Эмоциональный отклик в норме».

«А оригинал?» — спросил другой голос.

«Утилизирован. После загрузки данных в резервную копию. Нам нужна была только лояльность».

Видео оборвалось.

Марк стоял под дождем, сжимая телефон так, что пластик трещал.

Анна, которая была с ним. Анна, которую он спас. Анна, которую он любил.

Она — копия. Робот? Клон? Био-конструкт с имплантированными воспоминаниями?

«Проверь шов на затылке».

Машина тормознула у тротуара. Черный внедорожник. Тонированные стекла.

Дверь открылась.

Из салона вышла женщина. В плаще. Капюшон низко натянут.

— Садись, Марк, — сказала она. Голос был голосом Анны. Но без теплоты. Без той усталой нежности, к которой он привык.

Марк посмотрел на неё.

— Кто ты?

— Та, которая помнит всё, — сказала женщина. — Та, которая не спала год, пока ты играл в учителя. Настоящая Анна. Или то, что от неё осталось.

— Где та, что со мной?

— В безопасности. Пока. Но её память начинает давать сбои. Имплант не рассчитан на долгую автономность. Ей нужен сервер. Ей нужен Томас.

— Томас мертв

— Томас — это код, Марк. Код не умирает. Он копируется. Садись. У нас мало времени. Система уже засекла аномалию. Лев — это маяк. Ты включил его, когда увидел чертеж.

Марк посмотрел на школу. В окне второго этажа стоял силуэт мальчика. Лев махнул рукой.

Фонарь над входом взорвался. Осколки стекла посыпались на асфальт.

— Быстро, — сказала женщина в плаще.

Марк сделал шаг к машине. Но его нога застыла в воздухе.

Внутри него боролись два голоса.

«Это ловушка, — сказал Томас. — Они хотят разделить вас. Чтобы легче было контролировать».

«Это шанс, — сказал свой собственный голос Марка. — Узнать правду».

Он сел в машину. Дверь захлопнулась.

Запах в салоне был знакомым. Бергамот и аптечная горечь.

Марк резко повернулся к женщине.

— Сними капюшон.

Женщина медленно откинула ткань.

Лицо было лицом Анны. Но глаза…

В глазах не было зрачков. Только сплошная черная радужка. Как у насекомого.