Бесплатный фрагмент - Дезертлэнд

Глава 1

Транспортный шаттл, оставляя за собой столб густого дыма работающих двигателей, стремительно уменьшался в размерах, практически растворяясь в голубом мареве полуденного неба.

— Нет, сука, нет! — закричал Игорь, будто его хриплый вопль способен был остановить отбывающий транспорт. — Будь ты проклят, паскуда!

Обессиленный мужчина всем телом навалился на ржавую решетку и буквально вывалился следом за ней под палящие лучи беспощадного солнца. Тяжёлый разряжённый промышленный конденсатор с глухим звуком упал на горячий песок подобно последнему глухому удару сердца, в котором еще теплилась надежда успеть выбраться из этой западни. Перчатки электрика из толстой резины с резким шлепком ударились о каменную стену входа в шахту.

— Нет! Нет! — продолжал кричать он, упав на колени и вцепившись грязными пальцами в волосы, перемазанные кровью. — Вернитесь, нет! Суки, чтоб вы сдохли все, твари!

Игорь кричал так долго и сильно, что полностью сорвал голос. Вместо слов с его губ стали слетать бессвязные стоны. Голосовые связки больше не могли формировать звук, и громкие проклятья и отборный мат переросли в хриплое шипение полностью отчаявшегося человека. Он упал на горячий песок, больше не в силах бороться с приступом кашля.

Внутри него всё оборвалось, словно кто-то невидимый обрезал ту самую нить надежды, за которую он вытаскивал себя из непроглядной тьмы нижних ярусов шахты. Он до последнего верил в то, что успеет выбраться. Успеет добежать до первого попавшегося транспорта, который будет на ходу. Успеет пролететь те самые двадцать километров, отделявшие его от посадочной площадки. Он был уверен, что стоит только экипажу шаттла заметить пыльный след, направляющийся в их сторону, как они сразу же остановят процедуру взлета, и он будет спасен.

Но всему этому было не суждено случиться. Он слишком много времени провел, приходя в себя и буквально проламываясь сквозь все закрытые перегородки.

— Да как же так, — прохрипел он, скребя пальцами белесую пыль, — как же так? Я же здесь. Суки…

На глазах наворачивались слёзы, смешиваясь с засохшей кровью от множества рассечений и ссадин. В горле пульсировал огромный ком боли и отчаянья. Заплывшими глазами Игорь с ужасом и тоской смотрел на дымный след, вертикально перечеркивающий небо, словно это был топор палача, обрывающий его жизнь. Этот белесый небесный шрам сейчас стал самым настоящим приговором, предрекающим неизбежную смерть в полнейшем одиночестве на этом, всеми чертями забытом планетоиде.

Игорь толком не осознавал, как долго он пролежал на песке в таком состоянии. Сквозь закрытые веки он видел лишь плывущие яркие круги и пятна, а сознание туманилось от многочисленных ударов по голове. И, несмотря на свою достаточно спортивную юность и даже участие в городских соревнованиях по боксу, противостоять сразу нескольким противникам, да еще воспользовавшимся фактором внезапности, он не смог. Нервная система достигла допустимого пика напряжения, а потом словно раздался звук лопнувшей струны, и всё прекратилось. На мгновение мужчина подумал, что умер. Но ощущение нестерпимого жара, проходящего сквозь одежду, говорило о том, что это не так.

Игорь с трудом поднялся на колени и медленно заполз под небольшой навес, образованный пластом горной породы над входом в шахту. На грубой каменистой поверхности осталось множество мелких борозд, напоминающих о том, с каким трудом в эту породу вкручивалась буровая установка.

Сорванная ржавая решетка валялась здесь же на песке. Одна петля была расплавлена разрядом промышленного конденсатора. Игорь отсутствующим взглядом смотрел на ее растекшиеся края, которые уже успели остыть и перестали дымиться. Большая табличка из листового железа, покрытая свежей белой краской, словно издевалась над ним, усмехаясь рядом больших, аккуратно выведенных черных букв: «Бессрочная консервация. Июль 2088. Ответственный участка: Фомин В. Я. УДСТР. 48—036».

Игорь подтянул к себе ноги и с горечью посмотрел на высокое чистое небо. Дымный след последнего отбывшего шаттла уже начинал растворяться в горячем воздухе планетоида. Но это его мало интересовало. С замиранием сердца, словно это был какой-то идиотский сон, человек вглядывался в выгоревший небосвод.

Внезапно, насколько хватало взгляда, по поверхности всей огромной сферы пробежала сетка ветвистых желтых молний, словно обволакивая этот проклятый шарик раскалённого песка и камней.

— Нет… — просипел Игорь, уронив голову себе в руки. — Да как же так? Что же вы за твари…

Спустя несколько десятков секунд с небес опустился насыщенный гул, отозвавшийся глухим резонансом в грудной клетке. Даже мелкий песок пришел в движение, сформировав причудливые узоры вокруг грязных ботинок Игоря.

— Ну всё, капец… — прохрипел он, не поднимая головы.

Всё это означало лишь одно — гравитационный синхронизатор времени и пространства был отключен командой отбывающего корабля. Игорь сам никогда не наблюдал этого явления. Впрочем, уникальность момента сейчас практически не волновала.

Он остался один.

И с этой секунды даже не знал, жив ли он или уже умер для своих друзей и знакомых, оставшихся дома.

Внезапно в опустевшую голову пришла мысль. Он почему-то вспомнил о своих родителях. Возможно, уже в эту секунду они состарились на несколько лет. А может быть, наоборот, для них ничего не изменилось, а вот он уже давно умер от старости. К сожалению, он так и не запомнил временную разницу между этим миром и его родным. Просто у него не было необходимости даже размышлять над этим, пока гравитационный стабилизатор находился на орбите и работал как надо.

Игорь прислушался к своим ощущениям. Он должен был хоть что-то почувствовать, впрочем, и сам не понимал, что именно. Может быть, отчаянье или боль тоски по родным. Но вместо этого где-то в глубине души шевельнулся червячок бессильной злобы.

Отец, один чёрт, никогда его не ценил, а мать больше заботили антидепрессанты. А он… Он был нужен лишь как источник непрерывного потока наличных средств, так необходимых на эти самые таблетки. Он даже не помнил, когда последний раз удалось искренне пообщаться со своими стариками без отцовского морализаторства и непрерывных материнских жалоб на то, как всё плохо.

— Обойдетесь и без меня, — тихо прохрипел он. — У вас есть Антон, любимый сын. Так что не пропадете. Братишка же большой человек. Торгует. Не то что я — чёртов инженер где-то в заднице вселенной. К чёрту вас!

Сказав это, Игорь внезапно почувствовал что-то очень похожее на эмоциональное расслабление. Словно кто-то снял с души тяжёлый камень, который лежал там последние двадцать или больше лет. Есть он или нет — теперь это было абсолютно неважно. Никто больше не прибудет на этот планетоид. Он остался здесь навсегда. Это была не та мысль, с которой он мог свыкнуться за одно мгновение. Это даже невозможно было осмыслить.

Игорь тяжело поднялся на ноги. Что бы ни происходило вокруг, он не мог позволить себе сидеть без дела. Голова гудела. Засохшие брызги крови темными пятнами красовались на засаленной оранжево-синей спецовке. Тяжёлые рабочие ботинки на шнуровке были покрыты слоем мазута с прилипшим мусором. Игорь осторожно коснулся раны на голове в том месте, куда пришелся первый внезапный удар обрезком арматуры.

— Отлично сдал последнюю смену, — он пошатнулся и ощупал заплывшее лицо. — Глеб, скотина, лучше бы просто убил…

Но Игорь прекрасно понимал, что это было бы слишком просто. Недостаточно многозначительная месть — убить просто так. А вот избить до полусмерти и бросить в бессознательном состоянии в одной из темных штолен — намного более изощренный способ. Особенно хорошо, когда никто не удосужится сверить список взошедших на борт с количеством людей на челноке, когда все просто «поверят» твоему слову, не желая с тобой связываться.

— Прекрасное решение, сволочь, — тихо хмыкнул мужчина. — Я бы так не сделал. Фомин, сука, тоже его боишься? Может, хоть по прибытию заметишь неладное? Хотя, никто корабль за одним инженером не развернет. Да если даже так, синхронизатор всё равно отключен. Может, я уже состарюсь к тому времени. Если вообще продержусь столько.

«Чёрт, чёрт, чёрт! — мысленно продолжил ругаться он, будучи больше не в силах говорить вслух. — Как нелепо всё вышло! Вот надо было мне тогда порадовать себя в душевой! Подумаешь, яйца гудели невмоготу… Пил бы дальше эти чёртовы таблетки, но нет…»

Игорь еще раз коснулся разбитых пересохших губ и медленно двинулся в сторону шахтёрских домиков. Теперь это небольшое скопление модульных коробок стало его личным царством, которым он был обречен править в гордом одиночестве. Впрочем, не только это небольшое рабочее поселение, но весь планетоид.

Дезертлэнд — как окрестили его работяги, соединив два известных слова из английского языка. Земля песков. Или песчаная земля. Никому не нужный шарик, болтающийся на орбите местного светила в одном из бесконечных циклов и периодов повторяющихся систем.

Теперь он полностью принадлежал ему. Он стал его единоличным правителем.

Игорю ничего больше не оставалось, кроме как вступить в свою должность и начать наводить порядок в своем новом владении, о котором он никого не просил. И так как сдаваться и сидеть без дела он не привык, пора было приступать к работе. Надо было занять голову любыми мыслями, кроме попытки осознать всё произошедшее.

Глава 2

Первым делом Игорь запустил электропитание модуля управления. Это было самое большое здание, находящееся на территории шахты с символическим названием «Росток». Именно в нем располагалась администрация, медпункт и столовая.

Прихватив с собой тяжёлую кувалду, он с легкостью сбивал хлипкие навесные замки с редких дверей. Большой кулер с наполовину опустошенной бутылью стоял на своем месте у входа в столовую. Блокирующий механизм дозировки и оборудование для считывания личных карт разлетелись на сотню мелких осколков под ударами кувалды, освобождая драгоценную емкость. Больше ему было не перед кем отчитываться, не превысил ли он свою дневную норму, и можно было пить сколько хочешь. Он точно знал, что на складе осталось еще много подобных бутылей с очищенной водой. Ведь никто не собирался тащить с собой на орбиту всё это барахло.

Игорь усмехнулся растрескавшимися губами и выпил столько воды, сколько смог вместить организм. Звук глухих глотков и падение мелких капель на бетонный пол тихим эхом отражались от опустевших стен.

Утолив жажду, он отправился в медпункт. Специального образования у него не было, но богатый жизненный опыт подсказывал, что всё будет хорошо. Да, досталось ему неслабо, и первый удар по голове сильно его дезориентировал. Он даже не помнил, сколько было нападавших, но был уверен, что трое. Глеб и его два прихвостня. В памяти до сих пор вспыхивали картинки мельтешащих кулаков и летящих ударов. Он закрывался от них как мог, но первая плюха арматурой сильно выбила из колеи. И вообще, он был уверен, что окажись на его месте другой работяга, то всё могло закончиться намного хуже. Благо голова у Игоря была набитая.

А потом в полумраке штольни, освещаемой лишь одинокой аварийной лампой, возникла мерзкая рожа Глеба и быстрый прямой в нос, от которого он был уже не в силах уклониться. После чего ноги начали подкашиваться, и он повалился на пол, осыпаемый градом ударов.

Но, несмотря на свою врожденную стойкость и крепость организма, раны всё равно надо было промыть обеззараживающим раствором и наложить повязку, чтобы в них не попала мелкая грязь.

Медицинский гель приятно холодил кожу. Обезболивающие таблетки делали свое дело. Немного отлежавшись, Игорь медленно побрел по опустевшим коридорам администрации, пытаясь систематизировать огромный поток мыслей и задач.

Первым делом надо было разобраться со всем необходимым. Подсчитать запас пресной питьевой воды. А так же количество консервированных продуктов, которые не успели доесть работяги. Благо между отбытием шаттла, и подачей энергии прошло всего несколько часов, и холодильная камера не успела разморозиться. Здесь ему повезло, если, конечно, это слово было уместно в данной ситуации. И хоть точного подсчета он не провел, навскидку Игорь предположил, что этих припасов ему одному хватит на пару-тройку месяцев.

Теперь оставалось решить, что будет, когда запасы иссякнут.

С энергоснабжением проблем не предвиделось. Небольшая ферма солнечных батарей вполне закрывала все нужды его небольшого царства. Игорю просто надо было не забывать проводить своевременное ТО. Сметать песок с панелей и следить за тем, чтобы местные тушканчики не погрызли проводку. Всё это было очень увлекательно и почему-то забавляло Игоря.

Впрочем, сквозь пелену воздействия обезболивающих таблеток он прекрасно понимал, что таким образом его мозг попросту противится осознанию всей трагичности своего положения.

— Как там психологи говорят? Стадии принятия? — Сорванные связки дали о себе знать ноющей болью. — Интересно, на какой я сейчас? Наверное, на стадии полнейшего охреневания от всего происходящего.

Его сиплый голос отразился от пустых стен и убежал эхом в полумрак коридора. Он невольно подумал о том, что еще сегодня утром здесь суетилось множество людей. Таскали коробки с документацией, контейнеры с образцами. Серёга — уборщик, курил напротив открытой двери с победоносным видом. И вообще даже не пытался ругаться на то, что весь коридор засыпали огромным количеством белесого песка с подошв ботинок. Все были рады тому, что скоро оставят этот шарик и вернутся домой.

Игорь остановился, глядя в открытый прямоугольник дверного проема. Отпечатки их подошв до сих пор оставались на полу коридора. Казалось, что вот-вот пройдет несколько секунд, и ослепительный полуденный свет перечеркнет силуэт очередного работяги, торопящегося за новой коробкой.

— Сука! — не выдержал Игорь и со всей силы врезал кулаком по навесному шкафчику с огнетушителями. — Суки! Твари! Вы же все знали, что меня нет! Что меня бросили здесь! Засунули языки в задницы, паскуды!

Он продолжал со всей силы колотить ящик. Острая боль от разбитого стекла пронзила кулаки, но он не останавливался. Крепление не выдержало, и огнетушители со звоном упали на бетонный пол, осыпаемые сверкающими осколками. Не в силах больше ничего кричать, он с остервенелым рычанием вцепился в покорёженную коробку и оторвал от стены, метнув ее в открытую дверь. Набрав в легкие как можно больше воздуха, он выпалил последний мощный набор проклятий, от всей души послав своих бывших коллег по всем возможным адресам.

Но в тишине коридора было слышно лишь его хриплое дыхание и редкие звуки капелек крови, падающих на бетонный пол. «Чтоб вы сдохли, — мысленно добавил он, и болезненно сглатывая, побрел в сторону душевой. — К чёрту вас всех! И планету эту к чёрту. Глеб — тварь…»

Одинокий гул рециркулирующего насоса и шум капель воды понемногу успокаивали нервы. Разбитый кувалдой аппарат контроля расхода никак не мог повлиять на то, сколько технической воды потратит Игорь. «Впрочем, если ее собрать и прокипятить, вполне будет пригодной для питья… — рассеяно прикидывал он. — Да пошло всё к чёрту. Буду экономить с завтрашнего дня. А сегодня… Я ведь король этого мира! А король заслужил омовения безо всяких ограничений!»

Горячие струйки воды стекали по телу, наполняя тесное помещение душевой запахом мокрого бетона и заплесневелых стен. Игорь, словно находясь в затянувшемся сне, в десятый раз провел большой губкой по синякам вдоль ребер и невольно задумался. Именно здесь была запущена та цепочка событий, которая и привела его к нынешнему положению дел. Он хотел было в очередной раз выругаться, но действие обезболивающих таблеток и сотрясенная голова сделали свое дело. Мужчина горько хмыкнул и закрыл воду. Он стал ощущать сильную, волнами накатывающую дремоту.

«И как же глупо это получилось… — устало подумал он. — Взрослый дядька. Тридцать пять лет. И решил вот, как прыщавый подросток, лысого погонять в свое удовольствие».

Игорь грустно хмыкнул, будучи больше не в силах винить себя за не самый умный поступок в жизни. Впрочем, что сделано — то сделано. Ситуация получилась очень глупой и нелепой. И уж тем более Игорь тогда не мог предположить, что у нее будут именно такие последствия.

Ясное дело, что с женским обществом на Дезертлэнде были большие проблемы. Женщин просто не было. Не каждая бы согласилась отработать полугодовой контракт на окраине обжитого космоса в компании сотни мужчин. К тому же руководство такой расклад тоже не устраивал. Никому не хотелось разбираться со всеми возможными проблемами на этой почве.

В тот злополучный день Игорь выкроил себе лишний часик свободного времени и, дождавшись, когда все его коллеги заступят на смену, уединился в дальней ячейке душевой с небольшим планшетом. Конечно, идея была глупой, но пить таблетки, подавляющие всё мужское естество, больше не было сил, а желание выпустить пар становилось абсолютно неконтролируемым. В это время суток по расписанию душевые были самым уединенным местом, кроме разве что общественной уборной. Но там царила такая вонь, что он вообще старался заходить туда только в случае большой необходимости.

Игорь быстро запустил выбранный голограммный ролик, на котором стройная блондинка особо усердно и громко отдавалась своему накаченному приятелю, и приступил к нехитрому делу. Громкость воспроизведения была небольшой, но достаточной, чтобы разобрать все томные стоны и крики сквозь журчание воды.

И в этот момент в душевую ввалился Глеб со своими дружками-приятелями. Нельзя было сказать, что ситуация была из ряда вон выходящей, но всё равно неприятной. Игорь словно переместился во времени назад в прошлое, почувствовав себя снова неуверенным подростком, только начинающим познавать свое тело с этой стороны.

Он поспешно ткнул по клавише остановки записи. Она, разумеется, не сработала. Чёртов планшет дрогнул и упал с подставки для шампуней, на которой стоял. Голограммная проекция всего этого дела покосилась набок и воспроизводилась теперь где-то под ногами.

Товарищи Глеба залились каким-то диким смехом и стали показывать пальцем, словно увидели самое небывалое чудо вселенной. Сам здоровяк начал что-то там раскладывать по понятиям, вместо того чтобы корректно сделать вид, что не заметил, и просто отнестись с пониманием.

И тут, слово за слово, и Игорь, борясь с ураганом смешанных чувств и ощущений от глубокого стыда до дикой ярости, быстро пробил ему в челюсть. Он прекрасно знал, что в честном противостоянии Глеб попросту размажет его ровным слоем по полу душевой, но здесь на его стороне была инициатива и внезапность. И «счастливое» стечение обстоятельств. Здоровяк, явно не ожидавший такого развития событий, сделал шаг назад, продолжая защищаться от резких и быстрых ударов инженера, но запнулся об лавку. Именно это и сыграло на пользу Игоря. Глеб на секунду замешкался, потерял равновесие, и Игорю удалось сбить его с ног и продолжить успешно начатое дело. Остолбеневшие поначалу прихвостни решили броситься на выручку своему вожаку, но тут же были остановлены отборным матом и окровавленными кулаками голого Игоря, направленными в их сторону. Именно так и закончилась эта история.

Какого чёрта Глеб делал в душевой в тот день, было неизвестно. Впрочем, ничто не могло ему помешать покинуть свое рабочее место, если здоровяк решил, что уже давно выполнил свою норму. Но и сама история никакого развития не получила. Во всяком случае Игорь так думал. Многие на шахте перешептывались, видя опухшую физиономию Глеба, но с расспросами никто не лез. Игорь же, наоборот, скрывал разбитые кулаки под перчатками, чтобы лишний раз не компрометировать авторитет здоровяка. И ему казалось это очень верным решением, ведь никаких ответных действий со стороны Глеба так и не последовало. До последнего рабочего дня.

Ну а дальше всё было просто и банально. Глеб отыгрался и бросил его здесь умирать.

«Ну и что? — спросил Игорь сам себя. — Стоило это того? Нет конечно. А что я теперь могу изменить? Отмотать время назад? Ну нет, так не получится…»

Игорь прошлепал босыми ногами по холодному полу и опустился на край длинной скамьи в центре душевой, той самой, благодаря которой он тогда смог одержать победу. Насос продолжал свое гудение, собирая стекающую воду, и подавая ее в огромный железный бак на крыше постройки, где она будет нагрета солнцем, чтобы вновь излиться ему на голову. От мокрой кожи исходил резковатый запах обеззараживающей присадки, призванной убить всевозможные грибки и большинство известных бактерий.

Медицинский гель успел уже засохнуть тонкой прозрачной корочкой. Правда она немного раскисла от взвеси горячей воды, хотя он специально не подставлял голову под поток. Но это было не страшно. Игорь еще немного посидел в тесном помещении на шесть условных кабинок без дверей, всё сильнее и сильнее чувствуя накатывающий сон. После пережитого стресса, физического и эмоционального напряжения тело настойчиво требовало отдыха и расслабления.

Игорь в очередной раз попробовал задуматься над своим положением. Но мысли никак не хотели собираться в кучу. Собрав последние силы в кулак, он покинул душевую.

Надев комплект чистого белья и комбинезон, взятый со склада, он отправился в кабинет Фомина. Ложиться спать в пустой рабочей ночлежке на жесткую койку с замызганным матрасом ему вовсе не хотелось. А вот в кабинете начальника участка был прекрасный мягкий диван. И этот диван теперь тоже всецело принадлежал ему — единственному человеку на всём Дезертлэнде…

Глава 3

Игорь проснулся от резкого шума, доносившегося со стороны пустого лестничного пролета, ведущего на второй этаж.

«Что за дерьмо?! — невольно вскинулся он, быстро сев на диване и приходя в себя от резкого пробуждения. — Показалось, что ли?»

Голова отозвалась глухой болью. К вспотевшей спине прилипла скомканная футболка, а скинутый с плеч верх рабочего комбинезона нелепо натянулся где-то в области поясницы. Несмотря на то, что широкие жалюзи были плотно закрыты, взошедшее солнце всё равно уже смогло нагреть воздух внутри тесного помещения. Игорь невольно пожалел о том, что не оставил окно открытым. От жары это вряд ли бы спасло, но создало бы хоть какое-то движение воздуха.

Спустя несколько секунд по коридору разлетелось звонкое эхо десятков жестяных тарелок, падающих на бетонный пол столовой. Этот грохот невозможно было перепутать ни с чем другим. Кто-то явно сейчас был на первом этаже административного модуля и раскидывал посуду.

«Они вернулись за мной!» — пронзила сознание Игоря простая мысль, и он тут же соскочил с дивана, бросившись в сторону коридора.

Он так торопился, что пару раз чуть было не упал, наступив на незавязанные кончики шнурков ботинок. Головная боль тут же улетучилась, не оставив и малейшего следа. Безумное, одурманивающее чувство надежды пронзило его, наполнив таким количеством адреналина и прочих гормонов, что Игорь даже не успел подумать о том, что вовсе не слышал рева посадочных двигателей шаттла.

Преодолев лестничный пролет за пару секунд, только и успев по пути накинуть на плечи верхнюю часть комбинезона, Игорь тут же замер в дверном проеме, ведущем в столовую. В первое мгновение он не совсем понял, что происходит. Он ожидал увидеть людей, но вместо этого косые лучи солнца, проходящие сквозь стыки самодельных ставней, падали на какой-то большой мохнатый камень, который замер в центре помещения и пристально смотрел на человека.

«Байбак!» — ударило обухом по голове, и в глазах буквально потемнело от мгновенного выброса гормонов стресса.

В одну секунду перед внутренним взором всплыла белесая равнина песка, по которой бежало большое лохматое существо. Наблюдать со стороны за животным было очень забавно, так как его передние лапы были значительно меньше задних. По этой причине бег его выглядел очень нелепым, словно задница пыталась настигнуть голову, а та была вынуждена улепетывать от нее из последних сил. Тогда Сашка Алексеев, входивший в состав их инженерной группы, воскликнул: «Вот ни хрена себе байбак!» И вопреки тому, что стоящий сейчас перед Игорем зверь не имел никакого отношения к настоящим лесостепным грызунам, это название так и сохранилось за данным хищником среди местных работяг.

Байбак внимательно смотрел на того, кто с таким грохотом и топотом только что возник в дверном проеме. Животное в холке было чуть выше обеденного стола и при этом обладало достаточно массивным телом. Густая сероватая шерсть покрывала большую его часть, оставляя лысой лишь морду с сильно вытянутыми вперед челюстями. На Дезертлэнде это был высший хищник. Во всяком случае, за всё время работы никто не смог доказать обратное.

Игорь был неробкого десятка и вполне мог за себя постоять. История с Глебом была ярким тому подтверждением. Но то был человек. А сейчас перед ним замер грозный хищник, под серой шкурой которого бугрились мышцы, закалённые в бесконечных погонях за местными тушканчиками. Байбак слегка ощерил пасть, обнажив ряды желтоватых клыков. Длинные острые когти тихо скребли по бетонному полу столовой.

Игорь невольно сжал кулаки, судорожно соображая, что же ему теперь делать. От этого движения затянувшиеся за ночь коросты порезов лопнули, и на костяшках выступили свежие капли крови.

«Сука! — стремительно пронеслись мысли в голове Игоря. — Он пришел на запах! Я же кровью весь коридор залил, когда шкафчик крушил! Как можно было забыть про байбака?! Как, Игорь? Ты идиот!»

Почуяв кровь, байбак тут же припал на коротковатые передние лапы и ощерил пасть еще сильнее. В теле Игоря мгновенно сработал инстинкт: бей или беги, и так как бить стокилограммовую тушу голыми руками бесполезно, он со всех ног рванул в сторону открытой двери в дальнем конце коридора.

Хищник тут же бросился за ним, но лапы не сразу зацепились за гладкий заливной бетон пола. Бегущий по коридору Игорь слышал мерзкий скрежет когтей, проскальзывающих на непривычной для животного поверхности. Послышался скрежет и грохот столов и стульев, разлетающихся во все стороны с пути разгоняющегося байбака.

Человек пулей пролетел по коридору к спасительному прямоугольнику яркого дневного света. Плохо завязанные ботинки норовили слететь при каждом размашистом шаге, и Игорь думал только о том, чтобы не наступить на болтающиеся шнурки. Дикий выброс адреналина ударил в голову, заставляя соображать как можно быстрее.

«Это ничего не даст! — промелькнуло в мозгу. — Дверь не закрывается, он задерет тебя сразу же!» Осознав это, Игорь мгновенно изменил направление движения и метнулся в сторону, буквально ввалившись в ближайший к выходу кабинет. Судя по топоту лап за спиной, байбак уже догонял его.

Он кое-как успел зацепиться рукой за незатейливую ручку, чтобы захлопнуть за собой дверь. В этот же миг в образовавшуюся щель просунулась когтистая лапа зверя, который не смог повторить столь быстрый маневр человека в силу массы тела и инерции. Длинные, выпущенные вперед когти прошли в опасной близости от голени Игоря и с легкостью сдернули ботинок с ноги.

— Сука! — заорал он и со всей силы ударил дверью по торчащей лапе.

Из коридора послышался злобный рык, но на какое-то мгновение мохнатая конечность скрылась из вида. Игорь тут же захлопнул дверь и трясущимися руками повернул фиксатор слабого офисного замка, который при желании можно было выбить ударом ноги. Выпученными глазами он быстро осмотрел помещение, судорожно соображая, что делать дальше.

Это был небольшой кабинет, где еще вчера утром размещался отдел документации и местный архив. Все ценные бумаги были вывезены, а вот дешевую мебель бросили здесь навсегда. Многие завидовали этому рабочему месту, так как оно было расположено на затененной стороне здания, и температура в нем была немного ниже, чем в остальных.

Дверь, к которой Игорь прижимался спиной, содрогнулась под мощным ударом байбака. Судя по всему, животное решило любой ценой добраться до столь аппетитно пахнущей добычи. Косяк хрустнул, и на голову инженера посыпались мелкие опилки и штукатурка. Стало очевидным, что второй такой удар дверь явно не переживет.

Недолго думая Игорь быстро перемахнул через небольшой стол и толкнул его вперед, как раз в тот момент, когда зверь совершил очередной бросок. Хлипкий офисный замочек со звоном вышел из своего крепления, и дверь практически ввалилась бы в помещение вместе с сорванными наличниками. Если бы не стол, блокирующий ее от падения, байбак давно бы ворвался внутрь.

Игорь схватил небольшой стальной шкафчик, бывший некогда картотекой участка, и забросил его на столешницу. Следом пошли стулья и другие ящики. Тем временем байбак полностью сорвал дверь с петель, и теперь она держалась только благодаря подпирающей баррикаде. Тесный кабинет наполнился треском, грохотом, рычанием и тяжелым дыханием Игоря. Он прекрасно понимал, что всё это никак не сможет остановить зверя, а лишь немного отсрочит неизбежное.

Надо было выбираться из кабинета как можно быстрее. Игорь подскочил к окну и вцепился в ручку морально устаревшего стеклопакета. Окно было расположено невысоко, подоконник как раз находился на уровне пояса. Он судорожно повернул ручку и дернул ее на себя, но пластиковая рама лишь откинулась на проветривание.

— Сука… — прохрипел он, возвращая ручку и раму в исходное положение.

В этот момент за спиной раздался скрежет и хруст мебели, сдвигаемой по полу под натиском байбака. Животное уже просунуло в образовавшуюся щель свою лысую морду, и продолжало давить всем телом, расширяя брешь. Игорь отчетливо видел, как поблескивает влажный черный нос байбака, часто вдыхающий запах жертвы. Он слышал, как хриплое дыхание чужеродного зверя вырывается из полуоткрытой пасти вместе с брызгами слюны.

Мужчина еще раз повернул ручку и что было сил дернул ее на себя. Раздался противный хруст, и он чуть не упал, сжимая в кулаке оторванный элемент конструкции. Баррикада тем временем медленно скребла по полу, всё больше и больше поддаваясь натиску байбака. Недолго думая Игорь вцепился в раму, засунув кончики пальцев под резинку уплотнителя, и стал тянуть ее на себя. Все его мысли сейчас был направлены лишь на то, чтобы ручка всё-таки успела привести несложный механизм в нужное положение до того, как он ее вырвал из крепления.

Видимо, судьба решила быть благосклонной к единоличному правителю Дезертлэнда. В раме что-то щелкнуло, и она резко распахнулась. Игорь тут же подпрыгнул и вывалился на улицу, бросив быстрый взгляд через плечо. Байбак уже вовсю крушил передними лапами дверь, которая всё дальше и дальше отодвигала стол. С резким грохотом на пол посыпались пустые ящики из листового железа, увлекая за собой стулья и обломки дверного косяка.

«Надо что-то делать! — соображал Игорь, продолжая свой бег. — Что? Что?! Как?!»

Он судорожно вертел головой по сторонам в попытке отыскать средства или путь к спасению. Солнце было уже высоко, заливая своим беспощадным светом протоптанные в песке дорожки между рабочими постройками и отвалами различного технического мусора. Бежать до жилых ячеек было бесполезно, а с других построек он вчера не успел сбить навесные замки. И тут его взгляд упал на бульдозер, примостившийся перед большим валуном, торчащим из земли.

Сверкая пятками, он рванул к старой машине, которая сейчас была единственным шансом на спасение. Несмотря на стрессовую ситуацию, инженер не утратил способности быстро соображать. Кабина бульдозера сейчас выглядела надежным укрытием во многом благодаря тому, что стёкла были обварены самодельной решеткой из мелких стальных прутьев. Эта простая конструкция была создана для защиты оператора машины от попадания больших камней. А раз выдерживала камни — должна была выдержать и атаку байбака. В любом случае у Игоря не было других вариантов.

Горячий песок обжигал босую ногу, но он не обращал на это никакого внимания. Перед глазами плыли цветные круги от яркого солнечного света, отражающегося от выбеленного песка и пыльных стекол кабины бульдозера.

«Лишь бы было открыто… Лишь бы было открыто…» — пульсировала в мозгу навязчивая мысль, и сколько бы Игорь ни пытался, он так и не мог вспомнить, остался ли бульдозер закрытым.

Сейчас всё было поставлено на одну простую карту человеческого пофигизма. С одной стороны, бульдозер должен быть закрыт, а ключи могли быть где угодно — от пустой жилой ячейки оператора до выдвижного ящика грязной тумбочки ремзоны. С другой стороны, кому нужен этот гусеничный раритет, навсегда оставленный здесь компанией за ненадобностью, чтобы вообще его запирать и прятать ключ? Свое дело машина уже сделала, и ее транспортировка сюда наверняка окупилась сторицей.

Игорь услышал скрежет когтей по пластиковому подоконнику. Быстро обернувшись через плечо, он увидел, как грузная, но неимоверно прыткая туша зверя уже выскакивает в оконный проем следом за ним. Мерзкая лысая морда вытянулась в его сторону, и он даже отсюда слышал, с каким свистом ноздри зверя втягивали горячий воздух, пропитанный запахом крови и страха человека.

Мужчина невольно пискнул и побежал так быстро, как только мог. А байбак, оказавшись на привычной для себя поверхности, уже гнался за ним, вытянув вперед приоткрытую пасть и не сводя кровожадного взгляда с заведомой добычи.

Игорь подобно сине-оранжевой молнии подлетел к бульдозеру и, запрыгнув ногами на высокую гусеницу, сразу же рванул дверцу транспорта. Она оказалась открытой. Он пулей заскочил в кабину и обеими руками захлопнул дверь. Буквально в следующую секунду раскалившийся на солнце металл принял на себя сильнейший удар передних лап байбака. Когти с мерзким скрежетом прошлись по поверхности дверцы, сдирая выгоревшую желтую краску.

— Отстань, сука! — заорал Игорь и нажал клавишу блокировки замка дверцы.

В кабине бульдозера было душно. Растрескавшееся кресло из кожзаменителя раскалилось настолько, что обжигало задницу даже сквозь одежду. Игорь словно зачарованный смотрел на то, как байбак злобно щерится и клацает вытянутой пастью, прислоняя ее боком к решетке стекла, словно пробуя на зуб.

Игорь, хватая ртом горячий воздух, с размаху ударил по кнопке пуска двигателя. Бульдозер должен быть на ходу, ведь еще вчера его использовали, чтобы завалить щебенкой большие разрезы в грунте, как того требовали правила разработки в необжитых мирах. Ведь после себя надо было оставить природный ландшафт в максимально первозданном виде, словно это действительно будет иметь какое-то значение после отключения гравитационного стабилизатора.

Двигатель тут же взревел, и две почерневшие трубы выпустили столбы вонючего дыма. Машина содрогнулась, готовая приступить к работе. Услышав резкий звук, байбак мгновенно отскочил в сторону на несколько метров и припал к земле на своих коротких передних лапах. В таком, готовом к прыжку положении его косматый зад возвышался над песком подобно огромному меховому шару.

— Конечно! — воскликнул Игорь. — Ты же, сука, боишься громких звуков!

Внезапно, жадно глотая ртом душный воздух кабины, он испытал самое настоящее воодушевление. Он резко осознал, что вдруг превратился из потенциальной жертвы в настоящего победителя. Да, байбак был сильнее, но он был всего лишь животным! А он, инженер Игорь, был человеком! Венец известной эволюции, способный мыслить и созидать.

— И управлять бульдозером, мать твою! — прохрипел он и дернул рычаги.

Железная махина мгновенно пришла в движение. Кабина заполнилась ревом двигателя и дребезжанием мелких деталей. Игорь развернул бульдозер на месте и поднял ковш, намереваясь приблизиться к застывшему зверю и разрубить его к чертовой матери. Лязгнули траки, и машина ринулась в атаку. Явно не ожидавший такого поворота событий байбак еще секунду злобно щерился, пытаясь устрашить надвигающуюся громадину, но потом принял единственно верное решение и стал спасаться бегством, подобно Игорю всего лишь минуту назад.

— Да, беги, сволочь!

Игорь победоносно вскинул кулак и потянул за шнур клаксона. Опустевший рабочий городок содрогнулся от резкого звука, эхом отразившегося от массивной каменной гряды, где были расположены входы в штольни. Услышав это, байбак побежал еще быстрей. А Игорь всё продолжал тянуть за шнур клаксона, издавая нервные смешки и поток хриплых ругательств.

Догнать байбака на медленном бульдозере было практически невозможно, и он остановился, проехав всего несколько десятков метров. В скором времени очертания массивной туши животного растворились в горячем мареве, поднимающемся над песком.

— Беги, мать твою так… — прохрипел инженер и буквально растекся в пыльном кресле. — Напугал до смерти скотина. Я, я… Я чуть не обделался! Точно! Надо было брать дерьмо и в глаза ему кидать, как в том анекдоте!

Игорь нервно засмеялся, смахивая с лица огромные капли пота. Похоже, у него началась самая настоящая истерика. Он не мог остановиться, продолжая обхохатываться над этой мыслью, пока не понял, что уже задыхается. В тесной, закрытой кабине было очень душно.

Мужчина распахнул обе дверцы, мгновенно ощутив поток горячего воздуха, который сейчас показался ему самым настоящим освежающим ветерком. Он смеялся и периодически тянул за шнур клаксона, словно истошный сигнал бульдозера вторил его внутреннему крику отчаянья, который он хотел издать.

«Быть сожранным на второй день… — сокрушался он. — Отличное завершение карьеры! Как ты мог забыть о байбаке, Игорь? Ясное дело, что он к шахте никогда не подходил. Ему же непривычно слышать резкие звуки, а тут каждый день грохот стоял, пока… Пока было чему греметь. И кому греметь. А теперь всё! Обычно эта дрянь в естественной среде обитания тушканчиков жрет. А тут ты — такой красивый. Байбак же не дурак! Быстро сообразил, что в таком „тушканчике“ мяса куда больше и ему надолго хватит. Дурак ты, Игорь! Ты теперь только на себя можешь рассчитывать, внимательнее надо быть».

Закончив внутренне себя отчитывать, он устало развалился в горячем кресле. Нервная дрожь, пробирающая всё тело, начинала исчезать. В голову вновь возвращалась ясность мышления, которая не сулила ничего хорошего. Надо было срочно собраться, взять себя в руки и решить первую же, весьма очевидную проблему — обезопасить себя от местного хищника. А в том, что зверь, почуявший кровь и оценивший калорийность жертвы, обязательно вернется, Игорь не сомневался.

Глава 4

Проснувшись на следующий день, Игорь поймал себя на мысли, что он даже благодарен байбаку за то, что тот попытался его сожрать. Ведь теперь ему было чем заняться. Во всяком случае временно отпала необходимость размышлять над своим плачевным положением. И еще стало вовсе некогда считать оставшиеся ресурсы. И думать о том, что делать после того, когда они кончатся. Надо было срочно искать надежное укрытие и решать, как себя обезопасить.

Раньше байбак никогда не рисковал подойти так близко к шахтёрскому городку. Было очевидно, что его пугал шум, круглосуточно висевший над работавшей шахтой. Гремели вагонетки, лязгали грузовики и бульдозеры. С грохотом высыпался щебень. Пару раз в месяц с диким ревом двигателей садился и взлетал транспортный шаттл, доставляя на корабль ценные грузы и обратно добытые минералы. Так что инстинкты подсказывали животному весьма верное решение — просто обходить это место стороной. Поэтому его давно никто не видел. Впрочем, отдельные группы, гонявшие на расстановку геозондов, иногда встречали этого зверя. Но тот всегда предпочитал не рисковать и держался от машин на почтительном удалении.

Погружённый в свои дела Игорь всё равно пытался припомнить, что еще рассказывал о байбаке специалист по флоре и фауне экспедиционного отдела. Как же он теперь жалел, что практически его не слушал. Единственное, что всплыло в памяти, так это то, что байбак животное-одиночка и ревностно охраняет свою территорию от себе подобных. Так что появления сразу двух или трех хищников можно было не опасаться. Впрочем, и с этим одним надо было что-то решать.

Первым делом, выбравшись из бульдозера, Игорь приволок со склада пару небольших дизельных генераторов и, быстро заправив остатками солярки, привел в рабочее состояние. Пользы как от источника энергии они в таком состоянии не приносили, зато отлично тарахтели, создавая всё тот же неприятный шум. Один он оставил рядом со зданием администрации, а другой уволок поближе к ремзоне, расположенной у входа в одну из штолен. Таким образом он смог хоть как-то обезопасить то пространство, в котором собирался находиться в ближайшее время.

Наступил полдень — самое тяжелое время суток на Дезертлэнде. Оставаться на улице было просто невыносимо. Тени практически полностью исчезли, а от раскалённых камней и песка поднималась самая настоящая стена горячего марева, создающая причудливые оптические иллюзии. Казалось, что приземистые постройки, обшитые листами дешевого композита, пытаются исполнить какой-то причудливый танец или вовсе оторваться от поверхности и взмыть в знойные небеса.

Но всё это мало волновало Игоря. Он сосредоточился на решении главной задачи. Первое, о чём подумал, конечно же, стало оружие. И тут его мысли сразу же уперлись в оружейную комнату службы безопасности, расположенной в небольшой пристройке к административному зданию. Когда шахта функционировала, у местных блюстителей порядка точно было несколько дробовиков и пара старых нарезных карабинов. Ни на что более серьезное рассчитывать не стоило. В конце концов, это была горнодобывающая компания, а не армейское подразделение. Но вот на случай, если рабочим придется распугивать представителей местной, возможно, агрессивно настроенной фауны, этого было более чем достаточно. Да и для поддержания порядка в «дружном» коллективе — тоже.

Но оружейка оказалась пустой. Он нашел только несколько резиновых дубинок и пару электрошокеров.

— Значит, технику мы бросаем, — злобно прошипел Игорь, сантиметр за сантиметром обшаривая помещение, — а вот дробовики и карабины забираем. На кой чёрт они вам сдались?! Им сто лет в обед. Столько же, сколько бульдозерам и генераторам. Сука, ну хоть бы пара патронов завалилась куда-нибудь, ну пожалуйста…

Но патронов он так и не нашел. Конечно, попадись они ему, он бы без труда смог сделать что-нибудь самопальное. Благо руки росли из нужного места, и оборудование, имеющееся в распоряжении, вполне позволяло.

Игорь чертыхнулся и вытер лицо рукавом рабочего комбинезона. Невзирая на то, что он подал на административное здание электропитание, система кондиционирования почему-то не работала. В небольшом помещении было очень душно, и пот крупными каплями выступал по всему телу.

— Так… — протянул он, остановившись в центре комнаты. — Этот вариант отпадает. Хорошо. Что я могу еще придумать?

Звук собственного голоса немного успокаивал и создавал ложную иллюзию хоть какого-то общения. «А не станет ли это первым признаком моего сумасшествия?» — подумал он и тут же категорически ответил сам себе:

— Не станет. Итак, оружия нет. Есть только шокеры и дубинки. Шокеры дерьмо, ими и работяг не всегда получалось усмирить, особенно если те хряпнули чего-нибудь крепкого сверх нормы. От дубинки вообще не будет никакого толка. А вот решетка здесь хорошая и крепления тоже. Сегодня заночую здесь… Потом надо присмотреть место получше для своих «царских апартаментов», более защищенного от постороннего проникновения.

Игорь подошел к двери в оружейку и провел рукой по грубо сваренной решетке.

— Взять металл, уголок, усилить косяки… Похожую штуку сделать. Да, это правильная идея, но за сегодня уже не успею. Буду спать здесь под тарахтение генератора, так спокойней будет. С этим разобрался. Что дальше? Оружие. Всё-таки надо сообразить что-то, что решит проблему с байбаком раз и навсегда.

Инженер покрутил в руках бесполезный шокер. Индикатор заряда горел зеленым цветом, и Игорь нажал на кнопку. Между оголенными концами контактов тут же с треском проскочила электрическая дуга.

«Точно! — мгновенно озарило его. — Конденсаторы! А вот это идея!»

Игорь улыбнулся и, бросив шокер на небольшой столик, решительным шагом покинул помещение. Довольная улыбка тут же расплылась на лице, и он почувствовал неприятные ощущения от всех ссадин и царапин, которые натянулись вместе с кожей.

— Так, так, осторожней. А то рожа треснет, — сказал он сам себе, направляясь в сторону той самой штольни, в которой его и бросил Глеб.

Оставшуюся половину дня он потратил на то, чтобы создать некое подобие оружия, которое он гордо окрестил дугомётом. Но когда разработка и сборка были завершены, инженер всё-таки переименовал его в более лаконичное — жало. Идея была очень простой, и он уже использовал ее, когда буквально испарил петлю ржавой решетки, закрывавшей вход в штольню. Только на этот раз потребовалась значительная доработка для возможности дистанционного поражения цели.

Оружие получилось весьма массивным, но ничего умнее в голову не пришло. Игорь использовал громоздкие конденсаторы от промышленного оборудования. Жертвой инженерных изысканий стала лентопротяжная установка «засветки», как называли ее местные работяги. Лично ему данное устройство было больше не нужно, а вот конденсаторы как раз оказались подходящими.

Уделив особое внимание изоляции каждого из них, Игорь подключил емкости к телескопической штанге шахтёрской подсветки. Еще немного помудрив с портативным компрессором и небольшим баллоном, он создал пневматическую систему с запорным клапаном. Стоило только повернуть небольшой рычаг, и давление воздуха тут же выбрасывало штангу вперед, подобно телескопическому копью, на конце которого был замыкающийся контакт, подключенный к конденсатору. Полевые испытания «жало» прошло весьма успешно, с яркой вспышкой проделав огромную дыру в куске ржавой железяки толщиной в полсантиметра, а так же подпалив старое кресло небольшой дрезины, брошенной у входа.

— Великолепно, — заключил Игорь, довольный результатом своих трудов, на которые потратил весь день. — Не зря на технаря отучился.

Но был у самодельного оружия и существенный недостаток. Штанга-копье раздвигалась всего лишь на два с половиной метра, и после каждого удара конденсаторы полностью разряжались. А учитывая их вес, плюс баллон и прочие элементы, конструкция получилась достаточно громоздкой. В конечном счете Игорь приспособил ее в старую спортивную сумку, найденную в жилых ячейках. Так «жало» как раз можно было перекинуть через плечо, держа изолированный конец штанги в руках наподобие стрелкового оружия. Штука получилась тяжелой, килограмм двадцать пять, не меньше. Но разрушительная способность поражала.

— Может, проще было собрать огнемет? — спросил Игорь сам себя, снова запуская «засветку», чтобы зарядить конденсаторы. — Хорошая идея, конечно. Но чистого бензина здесь бросили не так-то много. Думаю, он мне еще пригодится. А зачем? Это пока остается неизвестным, но торопиться его расходовать не стоит. Вдруг устрою ритуальное сожжение какой-нибудь хибары, а солярка на такое дело вряд ли сгодится. Не спичками же ее разжигать.

Игорь устало попинал рельсу шахтёрской вагонетки, убегающей в пустой темный тоннель. Мерное позвякивание и гудение работающего оборудования напомнило о том, что еще недавно здесь кипела работа, суетились люди. Выходила одна смена, и заступала другая. А теперь он остался один.

Инженер тяжело вздохнул, глядя на то, как вдоль каменного свода штольни пляшут яркие отблески работающей «засветки», мощные ультрафиолетовые лампы которой использовались на одном из этапов очистки руды, грунта. Ну а некоторые работяги приспособили ее для обеззараживания воды и одежды. Неподвижный воздух шахты начинал пропитываться запахом озона.

— Вот и хорошо, царапины обеззаразит, — протянул Игорь, стараясь отогнать подкрадывающуюся тоску и безысходность.

А за входом в штольню начинал гореть закат. Пожалуй, то немногое, на что можно было посмотреть на Дезертлэнде. Огромное красное солнце, объятое раскалённым маревом, медленно опускалось за горизонт, отбрасывая длинные серые тени от редких валунов и крупных барханов. Пройдет еще немного времени, и выгоревшее небо покроется черным бархатом с бесчисленным количеством незнакомых и чужих звезд.

Игорю вновь захотелось завыть от тоски, горечи и обиды…

Глава 5

Ночь прошла спокойно. Впрочем, Игорь всё равно часто просыпался. Ему постоянно казалось, что в любую секунду в коридоре раздадутся грузные шаги когтистых лап, и в свете ламп появится лысая голова байбака. Так что, несмотря на то, что решетка оружейки была надежно заперта, а «жало» стояло под рукой, готовое к бою, толком выспаться не получилось. Но были в этом и плюсы. В голове Игоря сформировалось видение возможной засады на грозного зверя.

Достаточно было просто вновь заманить его в здание, и произвести меткий выстрел, находясь по другую сторону надежной решетки. Если термин выстрел вообще был применим к самодельному оружию. Вопросов с тем, каким именно способом приманить байбака, у Игоря не возникало. Практика показала, что зверь прекрасно чует кровь, так что всегда можно было снова порезаться и оставить несколько капель в коридоре. Впрочем, учитывая свое обреченное положение, он решил лишний раз себя не калечить и для начала попробовать приманить хищника порцией разогретой тушенки.

«Любит кровь, должен любить и тушенку», — прикидывал он в секунды тревожного пробуждения.

Так же дополнительной защитой выступал и генератор, тарахтящий на улице. Игорь решил некоторое время пользоваться этим методом. Впрочем, в его распоряжении осталась только половина цистерны с соляркой, так что не стоило затягивать с этим методом. Приняв мысль о том, что этим запасом топлива ему придется распоряжаться до конца своих дней, он поставил себе четкую задачу — оборудовать нормальную жилую зону в течение пары суток и больше не тратить горючку впустую.

Именно этим он и занялся, как только тревожный сон окончательно отступил вместе с восходом солнца. Но прежде всего наспех позавтракав и накинув «жало» на плечо, он совершил обход своих владений.

Результат был неутешительный. Песчаные барханы, окружающие выходы каменной породы, служащей природным ветрозащитным заграждением шахтёрского поселка, были покрыты следами больших когтистых лап. Игорь оказался прав, байбак вовсе не оставил мысль о том, чтобы полакомиться единственным разумным обитателем этого пустынного мира.

Он так и не понял, оставил ли зверь эти следы днем, пока он собирал «жало», или же ночью, но это не имело особого значения. Главное было одно — байбак точно бродил вокруг шахты. Очевидно генераторы сделали свое дело, и пока эффект подобной звуковой завесы был более чем результативен.

— Только вот вопрос, а надолго ли его хватит? — задумчиво протянул Игорь, невольно осматриваясь по сторонам. — Чёрт, что там про него говорили? Может он к однообразному шуму привыкнуть? Осмелеть и сунуться еще дальше? Генераторы всё-таки слабый вариант? Так-то тут почти сотня человек всегда галдела, плюс техника работала. А это совсем несерьезно.

Игорь поправил ремень сумки. Мысли ворочались в голове неохотно, словно всё это происходило и не с ним вовсе.

Несмотря на раннее время, солнце уже начинало припекать. От ночной прохлады не осталось и следа. Со стороны бескрайнего моря песка еще долетали слабые порывы ветерка, но свежести от них ждать не стоило. Игорь повернулся, невольно высматривая взглядом шерстяную тушу байбака, и взгляд упал на Голливудские холмы. Так здесь называли несколько домов, расположенных на большой скальной возвышенности в восьми километрах от шахтёрского поселка.

В обычные дни работяги были заняты своими делами, а редкие минуты досуга проводили здесь же, среди этих быстровозводимых модульных коробок. Другое дело — высшее руководство данного безобразия. Представитель компании и его сын, который проходил практику, чтобы получить необходимое формальное образование и влиться в элитную прослойку бизнесменов, жили именно там. Плюс еще несколько человек, которым было явно не к лицу находиться среди шахтёров. Именно поэтому комплексу этих построек и дали столь ироничное название.

— И охрана у них была своя собственная, — неизвестно зачем сказал Игорь. — Сразу же слиняли, как только корабль на орбиту выпрыгнул. Эх, надо было тоже с первой сменой отбывать, черти дернули задержаться. Хотел побольше заработать. Ну и как, получилось? Получилось, заработал сука на всю жизнь вперед.

Инженер чертыхнулся и решительным шагом направился к боксам ремзоны. Мысли его были весьма просты — раз он теперь стал единоличным правителем Дезертлэнда, то почему бы не посетить элитный район? К тому же он там ни разу не был. Охрана никогда не пускала его дальше подъездной дорожки и входных ворот.

«Надо посмотреть, как там дела с условиями быта и защитой, — думал он, спускаясь с больших каменных пластов, присыпанных песком. — Если всё так, как я себе фантазирую, то жить я однозначно буду там. Впрочем, стоп. Все материалы здесь и оборудование тоже. По дороге до „холмов“ около восьми километров, если все изгибы между каменюк посчитать. Пешком не находишься, к тому же байбак. Но сегодня всё равно съезжу, посмотрю. Там видно будет».

Ремзона встретила своего правителя распахнутыми воротами больших боксов, в которые без труда мог въехать бульдозер или грузовик. Хорошую тяжелую технику компания предусмотрительно вывезла с Дезертлэнда, чтобы перебросить на новый объект. Широкие колеи, прокатанные в песке парой карьерных самосвалов, еще не успело замести песком. Тут и там в тени высоких стен валялось множество бесхозных железок. Обрывки цепей, обрезки рельсов, гнутые диски, фрагменты траков и прочий хлам.

Игорь еще раз осмотрелся, высматривая байбака, после чего зашел в душную тень одного из открытых боксов. Там, прямо над смотровой ямой, среди больших пятен машинного масла и груды опрокинутых жестянок стояла «буханка».

— Ну что, подруга, — протянул Игорь и с нежностью похлопал машину по закрытой дверце. — Тебя тоже бросили здесь за ненадобностью? Такая у нас с тобой судьба. Тоже кому-то не угодила? А ну да, морально устаревшая, конечно…

С этими словами он потянул за ручку двери и забрался внутрь. Старый УАЗ, он же «буханка», производился уже более двухсот лет. Игоря всегда поражал этот факт. Как бы ни менялись веяния технической мысли, конструкция машины оставалась практически неизменной. А с началом космической экспансии «буханки», вообще, оказались более чем востребованными. Проходимый, многофункциональный микроавтобус, который всегда можно починить практически на коленке с помощью чуть ли не подручных материалов. При своей копеечной цене «буханки» надежно заняли место среди космических первопроходцев. Конечно, данный автомобиль визуально отличался от своего далекого дедушки. Дизайн претерпел несколько рестайлингов, линии стали более обтекаемыми, борта обзавелись резкими ломаными элементами, но в целом это был всё тот же УАЗ. Особенно в конструкции ходовой части, за которую его и ценили.

Игорь завел мотор, с удовольствием отметив, как резко и громко тот заурчал, а, следовательно, отпугнул потенциального байбака. Он положил «жало» рядом с собой на пассажирское сидение и, заперев все дверцы, резко нажал на педаль газа. «Буханка» взревела еще сильнее и с шумом и грохотом вылетела из бокса.

— Эх, мать твою так! — радостно крикнул Игорь, стуча кулаком по клаксону. — Разбегайся кто куда!

Машина, поднимая за собой огромный пыльный след, весело понеслась по прокатанной песчаной дороге, присыпанной мелкой щебенкой. Впрочем, особо погонять у Игоря не получилось. Вскоре дорога начала сильно петлять между огромными торчащими из песка валунами, так что скорость пришлось сбавить.

До Голливудских холмов он добрался достаточно быстро и без каких-либо проблем. Остановившись рядом с широкими воротами, сваренными из стальных прутьев и выкрашенными черной краской, он долго и неистово жал на клаксон. Резкий звук гудка протяжным эхом отражался от горячих камней и растворялся в бескрайней пустоши Дезертлэнда. В силу недавних событий очертания байбака мерещились Игорю в каждом камне или отбрасываемой тени, и он надеялся, что это резкий и мерзкий звук точно отпугнет непрошеного гостя.

Войти не территорию «холмов» оказалось очень просто. Несмотря на то, что обе створки въездных ворот были закрыты и смотаны массивной цепью с навесным замком, небольшая калитка была полностью распахнута.

— Благодарю за гостеприимство, — сказал Игорь, проходя мимо с «жалом» на плече.

Внешнее убранство домов вполне соответствовало ожиданиям. Конечно, нельзя было сказать, что тут присутствовала какая-то чрезмерная роскошь, но всё равно явно отличалось от модульного и типового содержания шахтёрского городка. Даже стулья были более крупными, массивными и удобными. Широкие кровати с хорошими матрасами. В стенных шкафах комплекты чистого постельного белья. За соблюдением санитарных норм на Дезертлэнде, конечно, следили, но в условиях дефицита воды стирка всё равно была большой роскошью. Но, видимо, не у обитателей «холмов».

Электропитание было отключено. Некоторые холодильники еще сохранили приятный холод, но были пусты. Оставленные вещи где-то аккуратно сложены, а где-то так и оставлены своими владельцами, которые не видели смысла в наведении порядка. Ведь они, один чёрт, сюда больше никогда не вернутся. Понятно, что всю документацию, проекты и ценности они забрали, бросив лишь бесполезный в данных условиях хлам. Впрочем, в ванных комнатах осталось много различных косметических принадлежностей. Шампунь, лосьон, душистое мыло, мягкие полотенца, банные халаты — всё столь знакомое и словно полностью забытое за те полгода, что Игорь провел в шахтёрском городке.

Инженер топал грязными ботинками по светлому ковровому покрытию и задумчиво щелкал клавишами вентиляторов и кондиционеров. Полезные устройства, и он тут же подумал, как приспособить их в своих целях, но усиливающееся чувство тоски и одиночества начинало сильно давить на психику.

За время своего контракта он привык к скромному, максимально функциональному содержимому жилых модулей, а здесь он словно вошел в полноценные дома… квартиры нормальных людей. Наподобие тех, что остались где-то там, на Земле. И в которые ему не суждено вернуться. Всё это выглядело как издевка, словно прошлая жизнь дразнила его, напоминая о том, чего он лишился навсегда.

— Сожгу к чёртовой матери… — пробурчал он себе под нос, покинув очередной дом и направляясь к последнему — двухэтажному особняку представителя компании, который, как и положено человеку максимально допустимого статуса, возвышался над всеми остальными.

Двери были открыты, и внутри его ждала всё та же картина оставленного жилья. За тем только исключением, что большой стол в гостиной комнате, размером с четверть здания администрации, был завален грязными тарелками, столовыми приборами и бокалами. Среди всего этого красовалось несколько пустых бутылок дорогущего вина, в которых не осталось ни единой капли.

— С размахом отметили закрытие… — протянул он, вдыхая еле сохранившийся аромат из горлышка бутылки. — Надо поискать, может, припасли где-то еще…

Игорь с надеждой посмотрел на кухонную зону, но потом припомнил ценник такого напитка и решил, что начальство, даже если они и не выпили всё, с большей вероятностью забрали вино с собой, чем бросили его здесь.

Инженер еще немного постоял в пустом помещении, в котором были слышны только его грустные вздохи. С одной стороны, если ему было суждено провести остаток своих дней на этом планетоиде, то, конечно, эти дома нравились ему намного больше, чем шахтёрский поселок. Но с другой стороны, рядом с шахтой действительно находилось множество полезных вещей и оборудования.

— Может быть, перевезти необходимые компоненты сюда? — начал размышлять он вслух, медленно двигаясь к лестнице, ведущей на второй этаж. — Или устроить в низине что-то вроде рабочей зоны, а здесь жилой? Будет чем заняться, ходить туда-сюда… Или даже ездить на «буханке», пока бензин не кончится. Впрочем, байбак. Одного я грохну. Но не факт, что не придет второй.

Игорь задумчиво коснулся подбородка, ощущая жесткую трехдневную щетину. На втором этаже царил приятный полумрак. С теплоизоляцией особняка дело обстояло намного лучше, и в узком коридоре не было столь ужасной духоты как в здании администрации.

— Еще один плюс за то, чтобы перебраться сюда… — протянул Игорь и толкнул носком ботинка первую закрытую дверь.

Только он успел переступить порог просторной спальни, как увидел стоящего у стены человека. От неожиданности он невольно вздрогнул, запнувшись одной ногой о вторую при попытке резко остановиться. Такого Игорь никак не ожидал, поэтому единственное, что он успел сделать, так это издать какое-то сдавленное ругательство.

«А будь здесь байбак, он бы уже тебя разорвал…» — быстро пронеслась в его мозгу издевательская мысль.

Уже в следующий момент глаза Игоря раскрылись от удивления еще шире. Напротив него, прислонившись спиной к стене, стояла девушка. Стройная фигура, округлые бедра, узкая талия, большая грудь и длинные красноватые волосы, небрежно растрепанные по плечам. Из одежды на ней были ажурные трусики и темный, обтягивающий топ, сквозь который отчетливо проступали торчащие соски.

— Чего? — прохрипел Игорь.

Девушка не шевелилась, и он сделал пару шагов в ее сторону, помимо своей воли не отводя глаз от заманчивых округлостей, обтянутых тканью топика. В скором времени его взгляд наконец-то упал на станцию зарядки вместе с небольшим контрольным планшетом, лежащим рядом на углу стола.

— Резинка… — протянул он со смесью удивления, восхищения и начинающего быстро разгораться желания.

Словно не веря своим глазам, Игорь остановился в метре от секс-андроида и, вытянув руку, быстро покосился на оставшийся открытым дверной проем. Ему показалось, что сейчас в комнату войдет владелец данного изделия и устроит ему разнос. Но ничего такого не произошло, да и не могло произойти.

Дрожащими пальцами Игорь осторожно сдвинул пряди волос, прикрывающих лицо андроида. Глаза изделия были закрыты, но Игорь не мог не восхититься прекрасным исполнением модели головы искусственной девушки.

Да, делали их на славу. Словно сейчас перед ним стояла самая настоящая фитнес-модель из соцсетей, зарабатывающая миллионы только за то, что выкладывала голопроекции своей задницы.

Не в состоянии пересилить себя Игорь тут же положил свою грязную ладонь на ткань топика и сжал искусственную грудь. Ощущение были намного лучше, чем он ожидал. Да и как они могли быть хуже, если ему совсем нечего было ожидать чего-то подобного до конца своих дней.

Он почувствовал нарастающий похотливый шум в голове и нервную жгучую пульсацию в штанах. Невольно сглотнув и облизнув пересохшие губы, он сделал шаг назад и быстро осмотрелся.

— Так, Игорь, держи себя в штанах… — шутливым тоном прохрипел он. — Ой, вернее, в руках. Помнишь же, байбак…

Мужчина быстро осмотрел комнату, практически не обращая внимания на мелкие детали интерьера. Единственное, что успел различить взгляд сквозь быстро расширяющиеся зрачки, стало закрытое окно и небольшой столик у стены.

— Ладно, подойдет, — быстро прохрипел он, и, закрыв дверь, подпер ее этим предметом мебели. — За секунду не вломится, а там я уже сориентируюсь.

«Жало» с глухим стуком опустилось на светлое ковровое покрытие с густым ворсом. Игорь взял планшет. Пальцы нервно дрожали. По телу разливалось вожделенное предвкушение того, что можно сделать с секс-андроидом. Мысли, фантазии и похотливые образы замелькали перед внутренним взглядом с бешеной скоростью, неистово сменяя друг друга. Дыхание стало неровным и хрипловатым.

«В принципе, можно даже и не включать…» — подумал он, но экран планшета уже загорелся, приветственно мигая в воздухе проекцией логотипа компании «Эйбис Криэйшн».

— Так хорошо, хорошо… — пробормотал он, листая пункты меню. — Версия ПО, настройки, паттерны поведения… Гарантия, материалы… Правила эксплуатации… данные владельца. Это я позже удалю. Так, ну где? А вот, активировать вашу «Хармони В-12».

Игорь ткнул пальцем в большую зеленоватую иконку. В эту же секунду девушка-андроид издала самый настоящий вдох и открыла глаза. От реалистичности звука и движения мужчина невольно вздрогнул.

Конечно, он слышал о таких изделиях. Не только слышал, но и смотрел обзоры в глобальной сети. Их начали производить еще в две тысячи двадцатых годах, но активное развитие началось пятьдесят лет назад, когда технологии значительно продвинулись вперед. Впрочем, данные, как их еще иногда называли — резинки или куклы, всё равно были слишком дорогим развлечением.

Но ему «Хармони В-12» досталась даром, так что…

Девушка отстранилась от стены и сделала пару шагов вперед, покрутив головой по сторонам. Ее глаза были небесно-голубого цвета с искусственной подсветкой, отчего казались двумя яркими огоньками в полумраке комнаты. Игорь замер, осматривая андроида. Если бы не слишком равномерные и плавные движения головы, отличить резинку от настоящего человека было практически невозможно.

— А где Володя? — спросила девушка-андроид приятным голоском, синтезируемым нейросетью.

Игорь невольно кашлянул, даже не совсем понимая, как к ней относиться и как мысленно ее называть.

«Володя, значит… — подумал он. — Похоже, так сынишку большого босса звали. Да, подготовился к прохождению практики по полной, что называется. Явно не скучал. Это сколько же этот практикант получает, что не потащил такое сокровище обратно, а здесь бросил?»

— Володи нет, — наконец-то ответил он дрожащим от возбуждения голосом. — И не будет. Он всё, улетел. Теперь вот только я.

— Как тебя зовут? — мерцающие голубыми огоньками глаза посмотрели прямо на него.

«Конечно, там же айтрекинг, — вспомнил Игорь. — Она прекрасно понимает, куда смотреть ей, и куда смотрю я».

— Меня зовут Игорь.

— Очень приятно, Игорь. Ввиду отсутствия Володи настройки профиля будут сброшены на базовые. Изменить их можно в расширенных настройках, создав новую учетную запись пользователя. — Девушка на секунду замолчала, на планшете мигнули иконки. — Привет, Игорь, я «Хармони В-12» производства компании «Эйбис Криэйшн», как ты хочешь меня называть?

— А… — Игорь до сих пор не верил, что разговаривает, по сути, с металлическим скелетом, обтянутым армированным силиконом и прослойками из термопластичного эластомера. — Имя… пусть будет Олеся.

— Олеся. Имя сохранено. Ты всегда можешь заполнить другие разделы биографии, открыв меню настроек…

— Так, так, Олеся, — оборвал ее Игорь, — давай к делу перейдем, я хочу секса.

— Мое тело еще не нагрелось до естественной температуры, возможен легкий дискомфорт.

— Наплевать.

Искусственная девушка опять на секунду замерла, иконки вновь мигнули, и Олеся издала глубокий томный вздох, похотливо изогнувшись и скользнув руками по своим бедрам и округлостям груди.

— Выбери режим, милый, — с придыханием сказала она, и Игорь уже окончательно перестал соображать. — Воспользуйся базовой предустановкой, позже ты сможешь изменить ее в настройках. Какой ты хочешь, чтобы я была? Молчаливой и скромной. Нежной и романтичной. Опытной и похотливой…

— Опытной и похотливой! И стони как можно громче! — не выдержал он и начал быстро стаскивать себя комбинезон, который и так уже давно стал ему тесноват.

— Я так хочу тебя! — прохрипела Олеся и буквально подскочила к Игорю.

Он тут же почувствовал, как искусственные руки секс-андроида обвили его шею, а губ коснулся упругий, нагревающийся силикон ее рта.

Игорь ощутил приятную мягкость искусственной плоти, а еще манящую и чертовски реалистичную теплоту нагревающегося тела. Полноценным поцелуем это было назвать тяжело. Язык куклы совершал какие-то странные движения, но губы позиционировались достаточно точно.

Краем затуманивающегося сознания мужчина подумал, насколько это тупо должно выглядеть со стороны. Но в следующую секунду вцепился в бедра Олеси и притянул ее к себе. Искусственная грудь приятно прижалась к телу, анатомически достоверно деформировавшись, и он услышал реалистичное, дико возбуждающее, вожделенное постанывание резинки.

В это мгновение мозг окончательно перестал соображать, уступив место пылающей похоти, и Игорь с легкостью подтолкнул Олесю к кровати, продолжая стаскивать с себя комбинезон. «Хорошо, что она не чувствует, как от меня пахнет…» — подумал он, прежде чем полностью отдался мужским инстинктам.

Глава 6