Бесплатный фрагмент - Цепи вечности

ЦЕПИ ВЕЧНОСТИ

Пролог.

Сотни лет назад где-то у края Каньона

Диск оранжевого солнца сливался с горизонтом. Его рыжее сияние просачивалось в каждую трещину и глубокую расщелину перевёрнутых вверх ногами гор. Взгляд невольно следовал вдоль резкого, изломанного края хребта, уходя всё дальше, там, в дрожащем золотистом мареве заката, начали проступать длинные и густые тени. Они ложились на землю четкими линиями, напоминая таинственные магистрали, ведущие в скрытые от глаз земли.

У самого обрыва он стоял рядом с самой прекрасной девушкой на свете. Ветер трепал её воздушное белое платье, прихваченное широким кожаным поясом с драгоценными камнями.

Мужчина задумчиво посмотрел на свой серый мешковатый балахон, подвязанный простой бечёвкой, и провёл сухими пальцами по седеющей бороде. Тёплый воздух приятно щекотал кожу, норовя забраться под одежду, дразня увядающего учителя ароматом чужой молодости и цветущей жизни. Проглотил комок в горле. Старик. Сколько ему? Уже далеко за пятьдесят. Казалось большую часть жизни он провёл, обучая это нежное создание, она стала его личным раем. Пару дней назад девушке исполнилось шестнадцать — возраст, когда отец решает судьбу дочери, выдавая её замуж.

— Учитель, правда ли, что душа может возродиться в другом теле? — раздался девичий голос, чистый, точно весенний ручей.

Уголки его тонких губ дрогнули в подобии улыбки.

— Может, душа моя. Но она не помнит прошлого, иначе мир погрузился бы в хаос. — Он жадно запоминал каждую черту её лица: острый подбородок, высокие скулы, губы цвета спелой вишни. А глаза! За всю жизнь он видел подобные только у одной девушки, Иоанны. Повинуясь настроению эти глазах вспыхивали, то нежной зеленью листвы, то золотом осени, то синевой бушующего моря.

Взмахнув длинными ресницами, она устремила взгляд за горизонт.

— Я знаю, почему отец больше не женится. Он боится обидеть душу моей матери.

— Если он хранит верность той, что ушла из этого мира, значит, он одновременно самый несчастный и самый счастливый человек на земле, — голос учителя прозвучал хрипло.

— А если я не встречу того, кто полюбит меня всем сердцем? — продолжала рассуждать она. — Неужели я обречена на одиночество?

— Ты слишком глубоко смотришь, — он наклонил на бок голову, перехватив её требовательный взгляд, мельком брошенный в его сторону, от которого когда-то каменное сердце стало как раскалённая лава. Он собрал всю свою внутреннюю волю, чтобы ответить бесстрастным голосом, когда его разрывало на части. — Ты ещё очень молода и умна не по годам. Не каждый достоин идти с тобой одной тропой. — Он осмелился коснуться её шёлковых волос. — Твой спутник может явиться не в этой жизни, а в следующей. Стоит верить в вечность и уметь ждать.

— Но как же эта моя жизнь? — возмутилась девушка, нахмурив брови.

Любуясь румянцем на её смуглой коже, он прищурился:

— Настоящая любовь — дар богов. Она не случается дважды. Всего раз! Ты поймёшь это позже. Твой отец прав, истинное чувство — подарок высших сил. Трудно жить, зная, что твоей «половины» нет в этом мире. Кому-то проще обмануться, приспособиться… но тот, кто познал истину…

Он замолчал. Тяжёлая пелена невысказанных слов и несправедливых обстоятельств, перекрыла ему дыхание.

Вступление

Наше время

Серое небо за готическим окном старого замка казалось унылым, но именно оно наполняло пространство тайной. Комнату в бордовых тонах освещало пламя камина. Его языки исполняли захватывающий танец света и тени на старой каменной кладке. На стенах замерли выцветшие гобелены — их немые сюжеты оживали в воображении, превращая покой в зеркало прошлых эпох. Тяжёлые книги на деревянных полках, рассыпались от времени, сохраняли знания поколений. Каждая из них была свидетелем истории мужчины, сидящего в кресле с высокой спинкой. В его глазах отражалась глубокая проницательность и сила духа, отлитая столетиями наблюдений и опыта.

Треск поленья в тишине звучал как дивный концерт, предназначенный лишь для одного слушателя. Губы мужчины тронула кривая улыбка — он не улыбался так давно, что почти забыл, как это делается.

Он нашёл её. Она была так же прекрасна, изящная фигура, светлые волосы, только короче, нежность в каждой черте лица и изумрудный блеск глаз, который горел жизненной энергией и не только. Прищурившись, он сложил руки в замок, вглядываясь в экран монитора. Её образ дразнил его уже несколько месяцев. Всего два снимка в сети — и его душа забилась, словно дикий зверь в клетке. Прошли столетия, прежде чем эта встреча стала возможной.

— Анна… — выдохнул он, едва дыша. В этой жизни её зовут так.

Сходство поражало.

Вселенский разум мог смеяться над ним сколько угодно, но теперь он знал, как обойти правила. Впереди их ждёт новое испытание, но до этого времени Анна должна вспомнить, клятвы данные не в порыве страсти, а по истине глубоких чувств которые были как оказалось совсем не наградой от Вселенной.

Не все воспоминания греют душу, есть те, что словно скальпель вскрывает старые раны. Даже смерть и новое перерождение не спасает от сворачивающих душу в тугой узел шрамов.

Реинкарнация, та, что так манит учёные умы и эзотериков стала наказанием для единственной души. Этим конечно он был уникален, но счастлив ли?! У Вселенского разума явно есть программа для испытания души, при этом она стирает память прошлого рождения, заставляя вспомнить на интуитивном уровне пройденные уроки не замедляясь идти дальше. Кто не слушает энергетические всплески посылаемые запертой душой в новом теле обречены проходить тот же путь заново. Однако с его душой что-то пошло не так!

Его память, подобно цепям, удерживала детали прошлых воплощений.

Глава 1

Пробуждение. Анна.

Миллионы сверкающих частиц, словно звёздная пыль стремились друг к другу, закручиваясь в едином потоке. Я ощутила, как они проникают в каждую клеточку. Если хоть одна не сольётся с остальными — я не очнусь. Эта мысль вспыхнула внутри как древнее знание! И микроскопические огоньки, подгоняя друг друга, объединяются в теле, которое без этих частиц пустая оболочка. Они становятся мной. Я чувствую своё тело, стук сердца. Я жива!

Сквозь щёлку вяло открывающих глаз, пытаюсь сфокусировать взгляд, цепляясь за плывущую тень мужчины. Он сидит, подперев подбородок, и, кажется, спит. Желая проверить свою жизнеспособность, пошевелилась, не понимаю, почему лежу. А в нос впивается какой-то незнакомый и едкий дух аптекарской лавки. Я не должна быть здесь. Посмотрела вверх. Белый потолок был неестественно гладким. Неужели слуги смогли так натянуть накрахмаленные мои простыни? Я приподнялась на локтях, и сердце пропустило удар. Стены были пугающе ровными, а от моей груди тянулись провода к странному пикающему ящику. Комната с идеальными ровными стенами, да как такое возможно? Я приподняла одеяло, опуская голову ахнула, да я как младенец, нагишом и мужчина с опущенной головой на стуле в странной одежде.

— Кто вы? — голос прозвучал чужой, но мелодичный.

Мужчина вскинул голову и улыбнулся. Его взгляд, цвета ясного неба, замер на моем лице — так смотрят на величайшее сокровище.

— Анна, ты очнулась! — его хриплый голос заставил что-то внутри меня содрогнуться.

— Что вы делаете в моих покоях? — я постаралась придать голосу строгости, хотя понимала, что лежу совершенно нагой под тонким одеялом. — Где мой отец?

При этих словах он начал обеспокоенно оглядываться. Встал и прошёл к шкафу, открыл створки и тут же закрыл их, смущённо прижимаясь к ним спиной.

— Ты вспомнила? — Утопающие под нависшими бровями большие глаза смотрели на меня неприлично восхищённым взглядом.

— Я должен тебе так много рассказать! Я так рад, что мы нашли тебя!

Наверно я сейчас выглядела крайне глупо.

— Меня похищали?

— Нет, Анна. — Он направился в мою сторону поднимая.

Я плотнее прижала к себе одеяло, готовая к прыжку подальше от странного и пугающего своим нарядом молодого мужчины. И почему он искажает моё имя?! Он достал что-то из кармана чёрного укороченного плаща или это было пальто, не понимаю с каких он краёв в такой идиотской одежде. Протянул мне небольшое зеркальце.

Я взяла его в руки и ахнула, когда увидела в отражении совершенно незнакомую девушку. Разглядывая себя в зеркале находила похожие черты, моими были только глаза, цвета осенней листвы с искрящими лучами солнца сквозь голубое небо.

Отвлёк звук противного пиликания, словно лилипут играл на флейте, противно так. Этот мужчина прислонил маленькую коробочку к уху и вышел в коридор.

Пока его не было я потрогала гладкую кожу на лице, волосы немного темнее, чем были, может вода тут не чистая, подумала, стараясь найти объяснение изменённой внешности.

Он вошёл, взял из шкафа футляр музыкального инструмента, играть для меня будет? Его пальцы коснулись защелок, приоткрыл крышку, из узкой щели вырвался ослепительно-белый свет. Он не просто горел — он вибрировал, заполняя пространство гулом. Свет быстро густел, превращаясь в плотный, липкий туман, который жадно облизывал мои руки и поднимался выше, к лицу. Холод сковал легкие. Реальность начала растворяться в этом белом мареве, пока мир окончательно не схлопнулся в звенящую темноту.

Андрей

Сердце парня выстукивало ритмы чечётки, он как ребёнок испытывал радость от долгожданной встречи.

Учитель много рассказывал о реинкарнации и ему открыл завесу из прошлого воплощения. Андрей знал о возможностях учителя всецело доверяя каждому слову. Эта девушка предназначена ему судьбой. Их души связаны крепкими цепями, она начинает вспоминать жизнь прошлого воплощения, не эту. Он ждал когда её душа потянется к нему, это случилось бы вот вот, но учитель каким-то образом почувствовал пробуждение Анны и сразу позвонил.

— Андрей, Анна вспомнила прошлую жизнь! — Взволнованно произнёс старик, это был не вопрос.

— Да, учитель. Она вспомнила прошлое воплощение, а значит вот вот вспомнит и меня.

— Немедленно останови её воспоминания, это не правильно. В этой жизни нет того, что было раньше. Ей будет слишком больно. Она может не справиться с этим.

Андрей пожал плечами.

— Учитель, вы сами говорили, она должна разбудить свою память прошлого и свои способности. Способности есть. Я сам видел. Ну, а теперь она потихоньку вспоминает остальное.

По голосу и интонации учителя было заметно как он нервничает.

— Если у тебя есть наличие ума, то ты должен понимать, что она вспомнит, как не стало того кого она любила и чем закончилась её жизнь. Это будет так явно и громко, что ты оглохнешь, а потом будешь кусать себе локти, что не послушал мудрого и старого провидца.

Андрей понял, что воспоминаниям не время, но что он мог сделать?

— Что я должен сделать учитель? — Смирился с отсрочкой которая соединит их сердца. Значит немного позже. Что ж, учитель прав. Не время!

— Открой футляр, в нём туман забвения.

— Но учитель… — запереживал молодой мужчина, — а вдруг она больше не вспомнит прошлое и меня?

Учитель прочистил севшее горло, он так часто делал, когда злился, а значит не стоит его нервировать дальше, подумал Андрей.

— Вспомнит Андрей. Но позже и не так резко. Сейчас она в этой жизни и у неё есть близкие, которые переживают за неё.

— Хорошо. Я сделаю как вы говорите.

После разговора Андрей вошёл в больничную палату в удручённом настроении и сделал то, что сказал учитель.

Она отключилась, а он ещё несколько секунд заворожённо разглядывая свою наречённую. Видел, как под веками Анны быстро двигались зрачки — возможно, в этот момент она видела их общее воспоминание. Он почувствовал липкий холод, пропитавший всё помещение. И не мог оторвать взгляд от её лица, губы словно наливные вишни, аристократический прямой носик. Коснулся пряди русых волос, короткие, он представлял её с длинной и толстой косой или с завитушками убранными в высокий хвост. В его голове немного туманно отражался полный образ девушки, слишком долго они были врозь. Провёл кончиками пальцев по оголённому плечу и кожа сразу покрылась мурашками, прикрыл её одеялом, сел на стул ожидая нового пробуждения.

Анна

Меня разбудил монотонный писк аппаратуры. Едва открыв глаза сразу поняла — я в больнице. Только не помнила причину попадания в эти стены.

Рядом на стуле сидит незнакомый мужчина в классическом костюме. Тёмно-русые волосы, безупречная стрижка, дорогой классический костюм. Его ухоженные пальцы были переплетены, длинные ноги скрещены. Он выглядел слишком идеальным для этого места. Стоило мне пошевелиться, он поднял взгляд — пронзительно-голубой, а губы тронула мягкая улыбка. Его обаяние отразилось на ритме моего сердца, оно предательски дрогнуло, сбившись с ритма. Мужчина тут же встревоженно глянул на монитор, к которому шли спутанные провода.

— Проснулась, — произнес он. Голос был глубоким, обволакивающим.

— Простите… — голос подвёл, сорвавшись на шепот. — Вы врач?

Он снова улыбнулся — ослепительно, как в рекламе.

— Нет. Я Андрей. Твой… друг.

Потёрла рукой лоб, память что ли отшибло? Перед глазами начали всплывать последние события.

Сумерки. Старый город, где покосившиеся деревянные дома втискиваются в узкие улочки. Я спешу домой, фонари ещё не горят. Навстречу идёт мальчишка лет тринадцати со скрипичным футляром. Всё произошло за долю секунды, визг тормозов, глухой удар, и его хрупкое тело подлетает в воздух, падает как тряпичная кукла на бетонную поверхность. Рёв мотора, запах жжёной резины. Тварь за рулем даже не притормозила.

Лужа крови под его головой казалась почти черной. Страх и непонимание в его глазах… а потом — пустота. Он застыл.

Дрожащими руками достала телефон из кармана своего пальто, набрала номер скорой, не имея понятия, что делать в такой ситуации. Хотелось помочь, но что я могу? Здесь определённо нужен только медик. Чем дольше на него смотрела, тем больше во мне возрастало желание облегчить его страдания. Бедный мальчик, лежит на осеннем мокром асфальте, не понимая, что с ним произошло. Стало оглушительно тихо. Так, что я услышала шелест крови, бегущей по моим венам, стук сердца превратился в молот бьющий по вискам.

Время растянулось. Боже всемогущий! Я видела — клянусь, я видела! — как над телом поднялось что-то туманное, зыбкое. Ладони обожгло невыносимым теплом.

«Пожалуйста, не умирай… вернись!» — кричал мой разум.

В оцепенении посмотрела в его стеклянные глаза, прежде там был страх, а теперь покой. Он умер! На потерявших опору ногах упала пред ним на колени. Не отрывая взгляда от мальчишеского лица с тонкими чертами, мои руки потянулись к его светлым волосам, там, где было испачкано кровью, лихорадочно поглаживая.

— Вернись к родным. К тем, кто наверняка не сможет без тебя.

По щекам произвольно, одна за другой покатились слёзы.

Моё тело сковал страх. Помню как расстегнула замок на лёгкой курточке, слишком резко дёрнула рубашку, так что разлетелись пуговицы. Приложила ладони его груди, мой мозг скомандовал: «Возвращайся!» Под руками возникла вспышка света и так же быстро исчезла. Показалось? Я ли это была в тот момент, точно не могу сказать. Увидела как у парня открылись глаза и следом резкий глубокий вздох. Глазами полными удивления он осмотрелся. Ко мне вернулись звуки, и нарастающий вой сирены скорой помощи раздражённо зазвенел в ушах. К нам начали подбегать люди. Кто-то ухватил меня за плечи, пытаясь поднять, но ноги не слушались.

Мальчик поднялся, пошатываясь, прижимая к себе куртку. Он посмотрел на меня так, будто я была привидением, и просто ушел, растворился в толпе, прежде чем медики успели его перехватить. Потом мои глаза заволокла тёмная пелена, тело охватил озноб, и на вихре головокружения провалилась в темноту.

Я вздрогнула, возвращаясь в стены больничной палаты. В пластиковое окно ярко светит солнце, рядом незнакомый молодой мужчина, и почему-то решила, наверное, это родственник мальчика.

Он подошёл ближе. Высокий! Небрежным жестом зачесал волосы назад, но пряди тут же снова рассыпались по лбу. Пожалуй, весь вид говорил о высоком положении в обществе, и только мягкая улыбка на его губах немного снимала напряжение. Сглотнула. Под тонким больничным одеялом я казалась себе почти раздетой совершенно неподходящий вид для встречи с таким интеллигентным красавцем. В моём окружении молодые парни так не одевались.

Что он там сказал, кто он? Мной овладела растерянность. У меня не было друга, да ещё такого, во всяком случае, я бы знала. У меня обычная и скромная жизнь. Про себя скажу, обычная девушка, скорее серая мышка, а здесь стоит красавчик и смотрит словно влюблённый.. Стоп! Он явно перепутал меня с кем-то! Пригладила спутанные волосы, когда они вымыты и уложены, то отливают на солнце золотом, моя кожа немного темнее, чем у обычных блондинок. А глаза, смешанного коричневого и зелёных цветов, иногда пробивается непонятно откуда серый. Вспомнила про свой нос, казалось он не пропорциональный моему лицу. А вот с губами мне повезло.

Живу с бабушкой в родительской квартире, их практически не помню, меня растила только она. Мои родители любили путешествовать, из одного они так и не вернулись. В шесть лет я могла попасть в детский дом, но бабушка, папина мама, занялась моим воспитанием. Больше родни не было. Мужчина словно услышал эти мысли, произнёс:

— Теперь всё будет хорошо. Я рядом.

Я молча смотрела на него, пытаясь осознать реальность происходящего.

— Вы мой родственник?

Он снова улыбнулся, обнажая не естественно белоснежные зубы. Виниры, это вроде очень дорого, подумала и опустила взгляд.

— Я больше, чем родственник, больше чем друг, я тот кто икал тебя всю свою жизнь.

Эти слова и чрезмерно пристальный взгляд сбивали мои мысли. Подумала, наверно всё-таки с моей головой что-то случилось, когда я падала в обморок. Это мираж или игры разума? Провела рукой в воздухе, разгоняя перед собой «воображаемый» образ. При этом он наклонился, поцеловал мою руку, и как ни в чём не бывало направился к выходу, уже там обернулся.

— Восстанавливайся, Анна. — Облокотившись на дверной косяк, добавил. — Чуть позже я тебе всё расскажу. Главное мы нашли тебя.

Подмигнул и скрылся в коридоре, оставив после себя аромат дорогого парфюма и липкое чувство тревоги. Ему было не больше двадцати пяти, и он определенно был из другого мира. Как только дверь закрылась, интерес сменился паникой. Бабушка! Она ведь осталась дома одна, прикованная к постели. Мне срочно нужно позвонить!

Осторожно отцепила провода соединяющих меня с аппаратом, помещение тут же заполнилось противным звуком. Под тонкой сорочкой только трусики. Прикрываясь одеялом, посмотрела, где его можно отключить. Проследила, куда идёт шнур, выдернула его из розетки. Рядом на прикроватной тумбе увидела свой немодный мобильный, потянулась к нему.

— Алло, бабушка, как вы там? С вами всё хорошо?

В трубке услышала скрипучий от старости голос.

— Нормально я. Ты где внуча?

— Бабушка, я скоро приду домой.

— Я думала, сбежала от старухи. — Было слышно, как она облегчённо выдохнула.

— Сколько меня не было, бабушка? — Затаила дыхание.

— Кажись, сутки. Почему спрашиваешь?

— Ладно бабуль. Я скоро буду. Целую.

Сбросила звонок. На сердце сразу полегчало.

Пробежалась глазами по слишком комфортным больничным покоям со свежим ремонтом. Помню, когда бабушку положили, здесь были жуткие условия, по шесть человек в палате и окна закрашены так густо, что не открыть. Посмотрела я на это всё, забрала её домой. Теперь справляюсь сама. Лишь врач, приходя на осмотры, обречённо поглядывает на меня своими уставшими глазами. Тяжёлая у них работа.!

Здесь же всё было иначе, просторная комната, одна кровать и мягкий диванчик у стены. На стене — выключенный телевизор, у выхода — платяной шкаф. Сбросив одеяло, я открыла дверцы. На вешалке висело моё прошлогоднее серое пальто, а на полке лежали аккуратно сложенные джинсы и белая кофта.

В углу заметила футляр мальчика. Повертела в руках — лёгкий, открыть не получилось. Наверное, на скорой решили, что инструмент мой. Быстро оделась, подхватила футляр, подумала, «отдам его позже, сейчас не до этого» и вышла в коридор.

По слабо освещённому коридору почти бегом, двигалась в мою сторону хрупкая, встревоженная медсестра средних лет.

— Девушка, вы ещё слабы, вам нельзя вставать, — попыталась остановить, хватая под локоть, — я позову врача, не уходите.

— Со мной всё в порядке, у меня лежачая бабушка дома. Мне нужно идти. — Слабо, но ободряюще улыбнулась взрослой женщине, освобождаясь из её рук.

— Но тогда подпишите отказ от госпитализации, иначе мне попадёт, — плаксиво произнесла медсестра.

Она выглядела такой искренней — темноволосая, с тонкими нитями седины, — что уйти просто так стало неловко.

— Конечно, всё подпишу. Спасибо вам за помощь.

Поспешила выйти на свежий воздух, подальше от запаха спирта и хлорки. Остановилась только на аллее.

Влажную, местами сколотую брусчатку покрывали жёлто-красные листья, закрывая собой пожухлые. Город шумел, машины, люди бегут по своим делам, обычный рабочий день. Мне нравилось это время, уже не жарко и ещё не холодно. Глотнула пропитанного влагой свежего воздуха, было необычно тепло, хотя по календарю конец сентября. С опаской оглянулась на серый кирпич больницы, спрятав руки в карманах пальто, расправила плечи, направилась в сторону дома. Мысленно я благодарила современную моду за кроссы, их сейчас было великое множество. Для любителя пройтись пешком, то есть меня, это просто кайф. Пока я шла к дому через кварталы старых пятиэтажек с их добротными советскими качелями и бельевыми верёвками во дворах, меня не покидало странное чувство, казалось, будто прохожие оборачиваются, а водители сигналят именно мне. Глупость какая-то, нарциссизмом я никогда не страдала. Укутавшись плотнее в пальто, я почти побежала к своему подъезду.

Ключи от квартиры, и некоторая мелочь покоились в кармане пальто. Я открыла деревянную дверь, хорошо, что без скрипа, в доме меня встретил привычный запах, лавандового освежителя и разогретой еды. По звуку поняла, что бабушка не одна. Выдохнула. Тихо, чтобы никто не услышал поставила футляр в углу коридора. Разделась и на носочках прошла по коридору, остановилась в нерешительности у порога комнаты. Бабушку развлекала моя подруга Маша. Мы начали дружить в институте, и она стала нашим частым гостем. Я выдала ей запасные ключи, мне приходилось иногда задерживаться на подработке в детском доме. Обучаясь в педагогическом, мечтала стать учителем младших классов, а пока только няня.

Увидев меня, подруга радостно воскликнула, подскочив со стула у кровати, крепко сжимая в объятиях.

— Анна, что случилось, я переживала, и бабушка тоже. Телефон не отвечал. Ты где была?

В ответ я обняла подругу, утыкаясь головой в её подбородок.

— Простите меня, я сама не поняла. Со мной произошло что-то странное.

Бабушка привлекла моё внимание.

— Анечка, рассказывай. Ты хоть не пострадала? — Пристально отыскивая признаки повреждения, она говорила не совсем чётко, но я привыкла и хорошо понимала каждое слово.

Я села на край кровати, взяла в свои руки сморщенную от старости руку и осторожно начала свой рассказ. Про ситуацию на дороге и как оказалась в больнице.

Маша сидела на стуле, скрестив длинные ноги, обтянутые тёмными джинсами, поправила волнистые тёмные волосы, сдвинув аккуратно уложенные брови, выдвинула свою версию, жестикулируя руками.

— Может он родственник того парня. Да и травма была пустяковая?!

Поднявшись с кровати, я тоже начала нервно ходить по комнате, благо у нас на полу ковролин и тапочки надевать не обязательно.

— Ну да, и обморок у меня был затяжной, что потребовалась медицинская помощь? — Поджала губы, обняла себя двумя руками, продолжила, — Он сказал, что должен мне многое рассказать. А я получается, сбежала.

В этот момент на телефон пришло смс, звук которого заставил меня подпрыгнуть. Прочитала, не скрывая удивления. Повторила в слух.

«Анна, это Андрей, тот что был в больнице. Рад, что тебе лучше. Нам надо увидеться, сможешь сегодня?»

— Ого! Прыткий какой. — Маша скрестила перед собой руки, приподнимая небольшие холмики под белой кофточкой. Лукаво просверлила меня взглядом. — А он симпатичный?

Наш диалог прервала бабушка, проговаривая каждое слово с укором.

— Молодость! Вы такие забавные. Человек хочет что важное сказать, а вы красавец он или нет? — голос у неё был явно недовольный.

Я полулёжа присела на кровать, положила голову на грудь заглядывая в уставшие и потухшие глаза.

— Ну бабуль ты же тоже когда-то была молода и оценивала внешность парней. — Я мечтательно закатила глаза. — И он реально симпатичный.

Она нежно погладила меня по голове.

— Да понимаю я вас. Вот бы мне ваши года.

Приподнимаясь я взяла её за руку. У неё были когда-то светлые волосы, сейчас перемешанные с платиновой сединой, карие глаза, небольшой нос и вероятно, когда-то красивый овал лица, который сейчас был растёкшимся и мятым. Она лежала уже год, что встанет надежды, не было. Ноги отказали внезапно, врачи объяснили, что к семидесяти годам к сожаление такое бывает.

— Какая у тебя рука горячая. Температура, что ли? — Встревоженно посмотрела на меня бабушка.

Убрала руку, начиная чувствовать в пальцах покалывание. Посмотрела на ладони и увидела сквозь кожу лёгкое словно в венах сияние, оно слишком быстро исчезло. Возможно, показалось. А я тряхнула головой. Скорее всего, так и есть. Сжала руки в кулаки.

— Анна, ответь этому Андрею. Он наверно ждёт. И давай пойдём вместе, мало ли, что это за тип такой. — Вывела меня из состояния прострации подруга, подозрительно разглядывая.

— Не стоит пугать парня. Съест он её, что ли. — Прокряхтела, пытаясь поправить голову на подушке бабушка.

Я смотрела на неё, думая помочь, но она справилась сама.

— Бабушка. Может правда нам вдвоём лучше сходить. — Поцеловала её в щёку, встала.

Она мечтала выдать меня поскорее замуж, переживала, что останусь одна. И каждое знакомство с парнями оценивала, как предстоящее замужество, когда дальше кофе и мимолётного поцелуя не доходило. Меня словно что-то отворачивало от них и внутренний голос настаивал, что тот самый ещё не пришёл в мою жизнь. И я ему верила.

— Может, что важное сказать должен, а при Маше постесняется.

Я посмотрела на подругу, поджимая губы.

— Маша, ты не обидишься? Вдруг он и в правду при тебе ничего не расскажет. И смысл тогда будет от этой встречи.

— Да ладно, я поняла. Не настаиваю. Пойду домой, увидимся позже. — Маша взяла свою трендовую сумочку, помахала рукой моей бабушке, направилась к выходу, надевая куртку, шепнула. — Только ты мне позвони сразу, расскажешь, как пройдёт ваша встреча. — Чмокнула и ушла, подмигнув напоследок.

Через час я была готова к встрече, причём бабушка браковала все наряды, пока я не надела короткую кожаную юбку и кремовую трикотажную обтягивающую кофточку, просто в шутку. Как-то с Машей всего раз вышли в клуб, но после я открещивалась от походов туда. Пьяные парни, проходя мимо, рукой скользили по бёдрам, делая вид, что это не они. И какие-либо возмущения пропускали мимо ушей.

— Отличный вид. Товар лицом. Грудь у тебя моя, твёрдая, налитая троечка. Красавица! — Улыбаясь, подняла подбородок словно сама перед зеркалом красуется.

Закусив нижнюю губу, я залилась краской. В округлом вырезе моя грудь была чересчур открыта.

— Бабушка, массаж ног не делали. Давай я быстренько разомну. — Присела было на кровать, но бабуля закачала головой.

— Вот ещё чего. Потом придёшь, сделаешь. Девушка, конечно, должна опаздывать, но не более пяти минут. Зачем заставлять ждать красавчика. — Подтолкнула меня слабой рукой. — Иди давай. Маша уже поухаживала за мной.

— Хорошо. Я недолго.

— Анечка, не спеши. Я сериал смотреть буду. Дай пульт.

Глава 2
Знакомство

В галдящем кафе стояли мягкие диваны с высокими прямыми спинками скрывающие посетителей. Я мялась у входа, не решаясь пройти дальше, запахи еды щекотали нос и в животе отозвалось урчанием. Ко мне подошла молодая официантка.

— У вас забронировано?

— Нет. Но меня ждут. Парень в костюме, должен быть здесь.

Девушка улыбнулась. Пробежавшись по мне оценивающим взглядом. Я стянула шёлковый шарфик, не соображая куда его сунуть.

— А, поняла, пойдёмте провожу.

Уже на ходу расстегнула пальто, перекинув его через руку. Мы подошли к столику где сидел он, отвернувшись к большому окну. В том же деловом костюме или это был новый?! Слишком идеальный. На столе графин с водой и цветы, маленькие розы нежного розового цвета в вазочке. На других столах я не заметила таких. Мы столкнулись взглядами. Его оценивающий, и слишком уверенный в себе. Я отвела взгляд на букет.

— Красивые.

Он встал, намереваясь помочь мне с пальто, но я резко отстранилась, вешая его на стойку сама. Рядом висела его куртка — из мягкой кожи, пахнущая дорогим парфюмом и чем-то острым, холодным. Я села напротив. Он сморщил лоб, словно моё присутствие причиняло ему легкую головную боль, но тут же нацепил подобие улыбки.

— Это тебе. — Пододвинул вазу с розами.

— Спасибо.

Официантка мило спросила всё так же стоя рядом с нашим столом.

— Что будете заказывать?

— Позже. — Буркнула я. Мне совершенно не хотелось перед ним есть.

Милая девушка удалилась, недовольно качнув головой.

— Анна, я рад нашей скорой встрече. Переживал, что ты дольше будешь восстанавливаться.

У него был небольшой еле уловимый акцент. Я сцепила перед собой пальцы рук стараясь не смотреть на свой нюдовый маникюр с едва отросшей квадратной кромкой. Я не ходила в салон, сама ухаживала за руками, даже желания не возникало тратить на это деньги. Возможно, сегодня спрошу у Маши номер её маникюрщицы. А пока вопросы были к мужчине напротив, сидит глаз своих небесных не сводит. Облизнула пересохшие губы, чёрт, блеск забыла.

— Почему я оказалась в больнице? Там машина на скорости сбила мальчика, это у него было много крови! — Выпалила на одном дыхании.

Он начал разговаривать со мной, так словно перед ним сидит несмышлёный ребёнок.

— Анна, то что ты видела, и что сделала — правда. Тебе не показалось. Но сейчас успокойся и не нервничай. Постараюсь всё объяснить.

— Слушаю вас. — Спрятала свои руки под стол, оттягивая рукава кофты.

— Как ты поняла, что можешь помочь ему? — Теперь наклонился ближе постукивая пальцами руки по столу.

— Кто вы?

Последовала кривая ухмылка. Мурашки от него по коже, не скажу что мне было страшно или неприятно, просто я почувствовала лёгкое волнение.

— Скажи, как ты себя чувствуешь, есть какие-то для тебя новые ощущения. Жар например или в руках заметила какую особенность?

Я взяла стакан воды, сделала пару глотков. Внимательно посмотрела в глаза собеседника, поставила стакан на стол, продолжая держаться за него.

— Если да, то что? Вы можете объяснить откуда это взялось?

— Да, могу. Ты просто не совсем обычная девушка, у тебя есть способность и я здесь, чтобы помочь тебе ею управлять.

— То есть у меня внутри что-то спало, а теперь проснулось. И я вроде как могу лечить людей, так? — Казалось я несу бред, но. Это он сидит здесь и втирает мне о супер способностях. Надо сваливать. Я встала. — Думаю не стоит продолжать, вы говорите о непонятных для меня вещах. — Пожала плечами, — Это просто невозможно!

Он тоже встал, положил на моё плечо руку слегка надавливая.

— Анна, неумение пользоваться этой силой опасно для твоей жизни. Меня прислали помочь тебе привыкнуть.

— Кто прислал? — Совсем растерялась.

Он мельком скользнул по моей вздымающей груди взглядом, но я всё-равно заметила.

— Садись. Ты ничего не даёшь сказать. — Качнул головой в сторону окна. — Или поехали, прокатимся, на свежем воздухе пообщаемся. Здесь слишком много народу, это отвлекает.

Повела плечом, смахивая его руку.

— Никуда я с вами не поеду.

— Анна, прекрати мне выкать. Я старше тебя всего на два года. Мне двадцать три.

Снова посмотрела на него внимательно. Красивый и опасный. Всё внутри кричало бежать, но тело словно вкопанное не слушалось. Мой взгляд задержался на чётких верхних контурах губ в виде галочек, немного припухшая нижняя. Я дёрнула головой, прогоняя надвигающий на мозг туман. Присела на диванчик, стараясь избавиться от нахлынувшего состояния..возбуждение.?

— Хорошо, я слушаю.

Он тоже сел на своё место, мягко улыбаясь.

— Ты особенная девушка, Анна. Таких, как мы на земле по пальцам пересчитать.

Нахмурилась.

— Мы?

— Да, я тоже не совсем обычный человек. Но речь сейчас о тебе.

К нам подошла та же официантка, сдержанно, но явно испытывая недовольство детским голосом, произнесла:

— Выбрали, что будете заказывать?

— Анна, что тебе заказать? — Спросил заботливо.

— Ничего. — Хотя уже глотала слюни от запаха вкусовых излишеств.

Он премило улыбнулся официантке.

— Красавица, можно мы просто пообщаемся, и чуть позже уйдём? — Сунул ей в руку денежку.

Девушка вернула крупную купюру, положив на стол.

— Если вы не будете делать заказ, то лучше освободить места для посетителей, у нас в час пик нельзя просто так сидеть. Хозяйка будет ругаться.

Андрей понимающе качнул головой.

— Мы поняли, сейчас уйдём.

Я понимала, что разговор не окончен. И меня пугало остаться с ним наедине. Он встал, галантно помогая надеть пальто. Накинул куртку, неожиданно для меня взял за руку и повёл на улицу. Растерянную. Потому что чувствовать тепло его руки было умопомрачительно приятно. На стоянке мы остановились у красивой, и явно дорогой модели автомобиля цвета ночи. Машина была низкой. Мне пришлось пригнуть голову, чтобы сесть и провалиться в мягкое кожаное кресло. В салоне пахло новой и дорогой кожей вперемешку с терпким мужским парфюмом, от которого у меня слегка закружилась голова. Андрей нажал кнопку, и мотор отозвался едва слышным урчанием.

— Люблю красивые вещи, — небрежно бросил он, смахивая невидимую пыль с приборной панели.

«Выпендрёжник», — подумала я, отворачиваясь к окну. Наверное, все богатые красавцы считают своим долгом это подчеркнуть.

— Куда поедем? — спросил он.

— На набережную. Вода меня успокаивает.

— Отлично. Я так и знал, — Андрей плавно тронул машину с места.

Он вел идеально. Я наблюдала за его профилем, за тем, как уверенно его руки лежат на руле, и чувствовала странное, едва уловимое щекотание внизу живота. Чтобы не выдать своего смущения, я поджала губы и уставилась на дорогу. Тишину мягко заполняла музыка, я почти начала расслабляться, пока он не заговорил.

— Анна, ты даже не представляешь, как изменится твоя жизнь. Ты увидишь великолепие другого мира, познакомишься с необыкновенным человеком. Это мой учитель. Теперь и твой тоже. Он, кстати, просил меня привезти тебя к нему.

Я медленно повернула голову в его сторону. Хотела было сказать, но поняла, что в горле появился ком. Прочистила.

— Учитель? То есть надо будет куда-то ехать? — Покачала головой. — Вы наверно ошиблись со мной. У меня лежачая бабушка, я не могу взять и уехать.

Андрей накрыл мою ладонь своей. Его рука была горячей, и этот жар, казалось, прошиб меня насквозь.

— Всё будет только так, как ты захочешь, — мягко произнес он, ловя мой взгляд. — Против воли никто ничего делать не станет. Кстати, мы приехали.

И действительно. Впереди показалась Волга и пустая набережная. Сейчас мне это совсем не понравилось. Мы вышли из машины, и резкий порыв ветра приятно остудил мои пылающие щеки. Мы молча дошли до самого берега. Народу практически не было. Обычно я стараюсь избегать скопление людей. Не знаю почему, но меня с детства пугали большие компании.

— Таких, как мы, в мире по пальцам пересчитать, — внезапно прервал тишину Андрей. Его голос стал ровным, почти торжественным. — О нашей силе обычно узнают раньше нас самих. Учитель знал, где тебя искать. Это он послал меня, чтобы я помог тебе принять этот дар.

Я замерла.

— У тебя дар воскрешения, Анна. И ты, конечно, об этом не догадывалась. Он пробуждается во время сильнейшего стресса, когда организм полностью созревает. Как раз в двадцать один год..

Он смотрел на меня в упор, не мигая. А мне захотелось, исчезнуть, убежать и спрятаться.

— Что… что еще вы обо мне знаете? — прошептала я.

— Всё, Анна. Наше сообщество очень древнее, мы видим каждого рожденного с редкими способностями. Тебя искали долго. Вычислили только пару месяцев назад, а ситуация с тем мальчиком стала окончательным подтверждением.

Сердце пропустило удар.

— Вы подстроили ту аварию? — мне было страшно услышать «да». Он мне нравился, и я отчаянно не хотела в нем разочаровываться.

— Нет, — отрезал он. — Я просто присматривал за тобой. А когда всё случилось, я сделал так, чтобы у тебя была лучшая палата и лучшие врачи. Я помогал им вытащить тебя. Ты ведь была в коме.

Я отшатнулась.

— В первый раз всегда так, — сделал шаг ближе. — Ты была на грани. И только противоположная сила могла вернуть тебя обратно. — Он снова взял мои руки в свои.

— Ты меня так напугала. Думал, нашёл и тут же потерял. Но мой дар помог тебе быстро вернуться. — Отпустил одну руку, потянул меня вперёд по аллее, я осторожно высвободилась. Сделал вид, что не заметил, шел медленно рядом. — До встречи с тобой я не понимал, как мой дар сработает, и только когда ты ожила, понял почему именно я должен быть рядом. — Парень выглядел счастливым, и тут же с серьёзным видом покачал отрицательно головой на мой немой вопрос. — Нет Анна, я не могу воскрешать и лечить людей. Только тебя. Меня много лет готовили к нашей встрече. Потому что мы с тобой две родные души, нам суждено быть вместе. Даже наши способности прежде всего друг для друга.

Я резко остановилась. Воздух стал вязким, словно меня придавило бетонной плитой. «Он безумен», — вспыхнула единственная четкая мысль. Типичный бред преследования с элементами мессианства. Сбежал из клиники и выбрал меня своей жертвой.

— Мне пора. У меня бабушка дома… она совсем беспомощна, — мой голос дрогнул. — Простите, я ухожу.

— Стой. — Он шагнул навстречу.

— Не подходи! — я выставила руку вперед. — Закричу так, что все сбегутся!. — Оглянулась. Пара стариков кормили рыбок или уток, кидая в воду хлеб. Дальше шла мамочка с коляской. Да уж, они мне точно не помогут. Но мало ли.

— Анна, просто проверь на своей бабушке, — его голос оставался пугающе спокойным. — Ты можешь поставить её на ноги. Сама. Но ты снова обессилишь. Позволь мне пойти с тобой, и ты увидишь, на что способна на самом деле. Сила требует восполнения, и я — твой единственный источник.

— Хорошо, я поняла. Я… я вам позвоню! — Я попятилась, судорожно вытаскивая телефон. — У меня есть ваш номер. Все, прощайте!

Я почти бежала к остановке. Автобус как раз затормозил у обочины. Спряталась на заднем сиденье, обернулась. Он просто стоял на набережной и смотрел мне в след не думая преследовать.

«Дура, зачем я пошла на эту встречу?» — пальцы дрожали, пока я набирала номер Маши. Подруга ответила мгновенно.

— Ну рассказывай, что там? — В её голосе было предвкушение от любопытства.

Что ж разочарую подругу.

— Маш, он псих. Или маньяк. Я не знаю. Но теперь мне жутко страшно. Сказал, что всё обо мне знает или почти всё.

— В смысле всё о тебе знает. — Сбавила свой тон, — Он что следил за тобой? Подруга может ко мне ночевать приедешь?

— Ты забыла, у меня бабушка. Господи я вообще не знаю, что мне делать. — Впилась зубами в ноготь большого пальца — старая привычка возвращалась в моменты крайнего стресса. Автобус был почти пустой, спереди обернулся мужчина, простой такой на вид мужик но слишком долго как мне показалось разглядывал меня.

— Так успокойся. — Маша включила режим заботливой родительницы. — Я буду звонить тебе каждый час, если ты не ответишь, позвоню в полицию.

Я нервно хмыкнула.

— Переночуй у меня, а? — Почти взмолилась я.

— Не могу, Ань. Родители на дне рождения у друзей, я на няньках с Даней.

Дане было четыре года, её родители усыновили мальчика из детского дома, где я подрабатывала.

— Ладно, — разочарованно выдохнула. — Давай по плану. Каждый час.

Выходя из автобуса, снова наткнулась на странный взгляд пассажира. Паранойя расцветала буйным цветом, теперь каждый мужчина казался мне угрозой. В магазине у дома я на автомате купила пачку печенья. Ночка предстояла бессонная.

Как только ключ повернулся в замке, из глубины квартиры донесся слабый голос:

— Анечка? Это ты? Скорее иди сюда, расскажи, как всё прошло!

Я закрыла дверь на все два замка. Прислонилась лбом к дереву и тяжело вздохнула. В голове набатом стучали слова Андрея: «Ты можешь поставить её на ноги».

Глава 3
Эксперимент

Андрей задумчиво смотрел вслед уходящей девушке. Отвлёк звук смс на телефоне. Он недовольно сморщился.

«Андерс, ты поговорил с Анной? Как можно быстрее уговори её прилететь в Ирландию».

Странная настойчивость, учителя начала нервировать парня. Девушка и так напугана, слишком много непонятной для неё информации.

«Контакт слабый, она не верит мне. Это займёт время, на неё нельзя давить может испугаться!»

Ответил и убрал телефон в карман брюк, он намеренно снял квартиру в том же доме, где живёт Анна, увидев, как она села в автобус, тоже отправился домой.

Анна

В моей комнате не было плотных штор. Мне нравился лунный свет, а просыпалась я и так рано. Только сегодня ворочаясь в кровати с боку на бок, безрезультатно пытаюсь заснуть. Взяла с прикроватной тумбы телефон. Не писал и не звонил.. Второй час ночи. Хоть баранов считай, закрыла глаза, вспоминая лицо симпатичного безумца. Моё воображение рисовало его заинтересованный взгляд, только для меня он был пугающим и вызывал настороженность. Не знаю, в какой момент мой мозг отключился и был ли это сон, или подсознание, но я оказалась в другой реальности.

Вокруг буйство сочной зелени. Невысокие кустарники жмутся к подножию многовековых деревьев, а под ногами расстилается изумрудный ковер, расшитый мелкими желтыми цветами. В теплых солнечных лучах испаряется влага, и воздух наполнен густым ароматом после дождевой свежести. Я кружусь на маленькой поляне в длинном до щиколоток голубом платье схваченным коричневым кожаным поясом. Светлые волосы, собранные лентой вместо ободка свисают до бёдер, искрятся перед глазами золотыми нитями. Кто-то зовёт меня и прячется за широким стволом дерева. Обхватывая щёки руками, останавливаюсь, мышцы болят от долгой улыбки.

— (Вместо имени странный гул), это ты? — Жду. Замечая краем глаза знакомую фигуру, переминаюсь с ноги на ногу, сцепив руки за спиной в ожидании, покусываю губы.

В мою сторону движется внушительных размеров парень в железных доспехах. От начищенного металла, как от зеркала отскакивает солнце, не позволяя рассмотреть лицо. По мере его приближения появилось лёгкое головокружение, сердце замерло от предвкушения встречи. Сильные руки подхватывают за талию и кружат, едва успеваю зацепиться за плечи. Пытаюсь держать прямо спину, когда он останавливается. Кончиками пальцев провожу по гладко выбритой щеке, останавливая взгляд на его губах, которые придают лицу особую выразительность, словно созданные для соблазнения и искушения не только юных девиц. Их хотелось поцеловать, и я была в ожидании. Моё воспитание не позволяло сделать это первой. Дотронулась до тёмных волос, свисающих до плеч. Ловлю нежный и любящий взгляд серо-голубых глаз, напоминающих сапфиры в моих серёжках, такой цвет был большой редкостью в нашем замке. Он поставил меня на траву, и остановил прожигающий взгляд на губах. Я не дышала. Наклонился. Осторожно коснулся словно лепестком бархатной розы медленно и нежно провёл по моим жаждущим поцелуя. Потёрся своим носом о мой. Дыхание участилось. Не испытывая стыда или смущения, приоткрыла рот, позволяя ему больше. В ответ он крепко прижимает меня к доспехам, сплетая наши языки, в более яростном и требовательном танце. Откуда-то из глубины вырвался звук похожий на стон, не сразу осознаю, что мой. Он с трудом отстраняется, хриплым голосом, возвращает в реальность.

— (Такой же шум, как и на его имени) не соблазняй меня так, я не железный, подождём согласия твоего отца, получим благословение, и тогда я тебя не выпущу из своих объятий, — он снова подхватывает меня двумя руками за талию и кружит.

— Ну как же, не железный он, ещё какой железный — состроила обидчивую гримасу. — Зачем ты приходишь ко мне в этих доспехах?

Он нежно посмотрел, всё так же держа на весу. Вот же силища! Глубоко вздохнул.

— Если я их не одену, боюсь, твой отец убьёт меня раньше, чем благословит. — Хитро улыбнулся, сверкнув ровными белыми зубами. Опустил аккуратно на землю, взял за руку и потянул к своему чёрному как смоль коню, он ждал хозяина чуть дальше нашей лужайки.

— Прокатимся принцесса…

Потянулась на кровати, закидывая руки наверх блаженно промычала и тут же хихикнула, пряча лицо в подушку. Какая романтика, словно во сне действительно была я, настолько яркие ощущения от прикосновений юноши. Рыцарь и принцесса, откуда у меня появились такие фантазии? Даже исторические фильмы стараюсь переключать, отвергая времена, когда были безграмотные и дикие варвары, не желая погружаться в ту историю. Радовалась, что родилась в это время.

За окном сверкнула молния, освещая на мгновение комнату, на потолке затанцевали тени, и глаза Андрея, они у него были такие же, необыкновенно синие. Моё сердце затрепетало, как бабочка, попавшая в паутину. Всё внутри стремилось увидеть его вновь. Его губы! Мечтательно потрогала пальцами свои. Чёрт! Резко села на кровати. Да что это? Он странный, говорит непонятные вещи, нельзя с ним сближаться. Нельзя! Я решила не тешить себя мечтами о принцах, в жизни такого не бывает, подмяла под себя удобнее подушку, и провалилась в пустую темноту.

На следующий день проснулась ближе к полудню, что было крайне редко и бабушка меня не будила. Я позавтракала наспех яичницей, накормила бабулю кашей, посматривая периодически на телефон. Проверила, включён ли звук. Возможно ли то, что он рассказал вчера хотя бы чуточку, правда?

Сегодня был выходной и пока я убиралась в квартире Маша мне позвонила уже несколько раз. Она ждала меня у себя испытывая высокое любопытство. Дорога к подруге заняла около 20 минут, но этот путь всегда казался мне переходом в другой мир. Район, где жила подруга, пропах свежевыпеченными круассанами из кофейни на первом этаже и какой-то особенной, «статусной» тишиной.

Я позвонила в домофон, подруга жила в одном из элитных домов города. Заслуга отца пожарного, им выдали от государства. Поднялась на лифте, она стояла с открытой дверью и ждала меня в шёлковой розовой пижаме.

— Наконец-то! Проходи, я уже заварила высокогорный улун, который ты любишь.

Квартира Маши была воплощением минимализма, панорамные окна в пол, много света и холодного мрамора. Я невольно поправила рукава своей старенькой кофты.

— У тебя как всегда… стерильно, — прошла на кухню, садясь на высокий барный стул.

— Это называется «порядок», Ань, — Маша ловко разлила чай по тонким фарфоровым чашкам. Она внимательно посмотрела на меня. — Рассказывай. Ты же не всё мне вчера рассказала..

— В общем, этот тип утверждает, что я могу оживлять людей. Что собственно и произошло с тем мальчиком на дороге. — Выпалила как какую-то повседневную новость, не зная, куда деть руки, обняла обеими руками чашку. Когда подняла взгляд на подругу, удивилась её задумчивому виду. Она неожиданно резко подняла указательный палец наверх.

— Я тоже так подумала. Должно же в тебе быть что-то особенное. Иначе зачем мне с тобой дружить. — Засмеялась, поставив чашку на стол.

— Дурочка. Я серьёзно. — Обиделась, отвернувшись в окно.

— Ань, ну ты сама-то слышишь? Ты правда веришь в этот бред? — Маша подошла со спины и мягко приобняла меня за плечи.

От неё пахло сладковатыми духами — Маша была из тех, кто годами не меняет парфюм, если однажды нашла «свой» аромат.

— Маш, а что мне ещё думать? Я в коме сутки провалялась. Он говорит, что он мой «источник», потому что вся моя сила ушла на того пацана. — Я опустила взгляд на свои ладони — самые обычные, ничем не примечательные. — У меня в руках тогда закололо, они сами потянулись к нему. А потом он просто встал и ушёл. Понимаешь?

Я сама не верила своим словам, но мне отчаянно требовались её логика и трезвый расчет. Она же у меня аналитик, всегда разложит всё по полочкам.

Маша повернула стул в сою сторону, упираясь в меня своим цепким взглядом

— Хорошо. Если это гипотеза, её нужно проверить. Как мы можем протестировать твою «чудо-силу»?

— Попробовать поднять бабушку. — Я посмотрела в удивлённые глаза подруги. — Лечить я тоже вроде как могу. Но одна боюсь. Да и бабушку напугать не хочу.

— И чего тогда мы тут сидим. — Отпустила меня. — Жди, я быстро, — убежала в свою комнату. Вышла из неё уже в светлых молочного цвета джинсах и белой худи.

— Ну что пошли поднимать бабулю! — Воинственно пропела моя подруга.

— Маш. Я, вообще-то серьёзно.

— Я тоже. — Взяла меня за руку, вытягивая из квартиры.

На улице заморосил дождь, хорошо, что автобус ждали недолго. Маша нетерпеливо выглядывала в окно, пока мы ехали. У нас были одинаковые дутые чёрные куртки. Это был её подарок нам на восьмое марта. Подчёркивая, что мы с ней как сёстры, роднее некуда.

Остановилась перед дверью нашей с бабушкой квартиры, я обернулась к Маше. Лицо горело от решимости.

— Маш, если всё это — правда, мне сможет помочь только он. Слышишь? — Я сглотнула, чувствуя, как бешено колотится сердце при мысли о том, что бабушка снова сможет ходить. — В телефоне он записан как «Андрей странный». Позвони ему, если… если я не справлюсь.

Маша мягко коснулась моего плеча, успокаивая.

— Ань, мы справимся. Но, — она слабо подмигнула, пытаясь разрядить обстановку, — я с радостью наберу этому красавчику. Нужно же выяснить, псих он или… — Она неопределенно развела руками.

В квартире встретила давящая тишина. Бабушка спала? Мы замерли на пороге комнаты, я побежала в комнату где моё сердце оборвалось, её рука безжизненно свисала с кровати, а из приоткрытого рта вырывались тяжелые, клокочущие хрипы.

— Бабушка! — я рухнула на колени перед кроватью, не видя ничего из-за мгновенно застилающих глаза слез. — Держись, родная, я здесь…

Маша уже судорожно набирала номер скорой на телефоне.

Я была уверена — они не успеют. В груди вдруг стало тесно, дыхание участилось, а по венам, от плеч к самым кончикам пальцев, побежал знакомый огонь. Ладони закололо тысячами невидимых игл.

Я не осознавала, что делаю. Мои руки сами легли на бледное лицо бабушки, поглаживая лоб и щеки. Жар из моих ладоней словно перетекал в неё, кожа начала розоветь, дыхание выровнялось. Я отбросила одеяло и повела руками ниже, над сорочкой, к самым стопам. Каждое движение рождало во мне невероятное, почти физическое блаженство.

Когда пальцы на её ногах впервые за долгое время шевельнулись, я вскрикнула от радости. Бабушка медленно открыла глаза и — чудо! — села сама, сгибая колени.

Меня качнуло. Спина отозвалась ноющей болью, голова закружилась, и я сползла на пол, тяжело дыша.

«Вот что чувствуют врачи, когда спасают жизнь», — пронеслась мысль. Это не было опустошением, скорее приятной усталостью. Значит, я могу. Значит, сил хватит.

Бабушка на радостях свесила ноги с кровати. Едва её стопы коснулись пола, она судорожно охнула — от самого факта, что чувствует их.

— Анечка… что это? Как же это, родная?

Её голос доносился до меня откуда-то из далека словно из под слоя плотной ваты. Мир начал стремительно терять четкость, я поняла — отключаюсь.

Надо мной склонилась Маша, её глаза за расширенными зрачками казались огромными озерами ужаса. Рядом возникло лицо бабушки — ещё мгновение назад сияющее, теперь оно исказилось от новой, ещё более страшной тревоги. Паника в их взглядах была последним, что запечатлела моя память перед тем, как реальность окончательно рассыпалась.

— Скорую звони, Маша! Чего стоишь как вкопанная?! — голос бабушки прорвался ко мне откуда-то из бесконечно длинного коридора.

— Вызвала уже… — донеслось в ответ едва слышным шелестом.

А затем пришла темнота. Она не была пугающей — скорее блаженной, обволакивающей, как теплая стоячая вода. Здесь не было боли, не было ответственности, не было жуткого истощения. Стало удивительно тихо. Но тишина не продлилась долго, где-то на периферии сознания зазвучали голоса. Слов было не разобрать, они напоминали шум прибоя.

Внезапно пространство вокруг начало наливаться тусклым, призрачным светом. Из этого марева, отделяясь от общего фона, ко мне медленно двинулась чья-то высокая тень.

Глава 4
Принятие дара

Маша впустила фельдшеров в квартиру, то и дело озадаченно оглядываясь на Надежду Семёновну. Бабушка вела себя более чем странно, она невозмутимо накинула теплый халат, обула тапочки и теперь мерила комнату шагами, плавно взмахивая руками, будто совершая какой-то обряд.

— Как это она… Не понимаю. Экстрасенс, что ли? — причитала бабушка.

Маша не выдержала. Её сорвало на крик:

— Надежда Семёновна, вы в своем уме?! Какая разница, как?! Ваша внучка без сознания!

Вспомнив про Андрея, Маша схватила телефон подруги. Пальцы не слушались, едва попадая по буквам в контактах. Когда он ответил, она лишь вскрикнула: «Ане плохо, мы у нее дома!».

Медики в это время растерянно кружили вокруг девушки. Тонометр показывал норму, пульс был ровным, но Анна не реагировала ни на свет, ни на нашатырь. Они переглядывались, не решаясь начать инъекции.

Андрей ворвался в квартиру спустя мгновения — растрепанный, тяжело дышащий. Растолкал застывших фельдшеров, рухнул на колени перед Анной. Не обращая внимания на присутствующих, он бережно взял её безжизненные ладони в свои и поднес к губам. Он не целовал их, а лишь согревал своим дыханием, словно пытался отогреть замерзающую душу среди лета.

И Анна распахнула глаза, в них не было боли или страха — только тихая, неземная радость.

— Ты слишком рано меня вернул, — прошептала она, глядя на Андрея. — Там было так хорошо… Он говорил со мной.

Маша опустилась на пол рядом, пока Надежда Семёновна с неожиданной властностью провожала из квартиры онемевших медиков.

— Ань, кто? Кто с тобой говорил? — обеспокоенно спросила Маша.

Она смотрела на подругу и не узнавала её. Анна казалась невообразимо, пугающе красивой. Но больше всего поразили глаза, их привычный цвет исчез, уступив место чистому, сияющему изумруду. Таких оттенков просто не существует в человеческой природе.

Андрей был тоже очарован видом очнувшейся девушки.

— Создатель нашего мира, это смесь энергий мужской и женской, его зовут Аяши. — Анна, смотрела куда-то в пространство.

— Кто? — Не поняла Маша.

— Неужели ты была так близко к нему? — не отпуская рук, просил Андрей.

— Это восхитительное ощущение. — Девушка встала на ноги разглядывая свои ладони.

Вернулась в комнату бабушка.

— Анька, ты чего несёшь. Совсем что ль. Какой такой Яши? Бог понятно, а это чёрт поди.

Девушка обняла бабушку за плечи.

— Это он позволил мне вылечить тебя, он един бабушка. Как если бы мужчина и женщина были едины. — Улыбка погасла, и она замолчала.

Тем временем Маша без стеснения разглядывала парня. Высокий, статного сложения, мужественные острые скулы, прямой аристократический нос, на зависть всем девушкам ярко очерченные губы. Слишком красив для парня. Интересно кто он?

— Анна я предупреждал. Не зная тонкости своей силы, это опасно. — С упрёком посмотрел на обеих. — Вы девочки поступили очень опрометчиво, что затеяли этот эксперимент без меня. Ладно я рядом снял квартиру.

Маша не замечала здесь никого, тембр низкого грубоватого голоса завораживал, очнулась, когда подруга ущипнув её, подмигнула.

— Маша рот закрой — муха залетит.

— Да ну тебя. Устроила здесь цирк. — Тряхнула головой. До сих пор полностью не осознавая, что сейчас произошло. Села на кровать. — Вы пранканули меня что ли? Давно бабушка ходит? — Подозрительно осмотрела всех присутствующих.

— Маш, ты что! Мы же с тобой знаем, то что сейчас произошло это...- Анна изобразила задумчивость, — чудо! — Закружилась по комнате пребывая в какой-то эйфории. — Теперь моя бабуля может ходить. И я так счастлива!

Андрей качая головой снисходительно посматривал на веселящую только что пришедшую в себя девушку. Маша с подозрением на него.

— Ты кто? Куда втянул нашу Аню? — Предъявила претензии Андрею.

Наконец, он обратил внимание на Машу. По-доброму улыбнулся девушке.

— Я никуда не втягивал. Просто она открывает себя настоящую.

— Ага и теперь она дурочка с переулочка? Чего сияет, когда только что чуть не умерла? — Для неё было странно разговаривать с ним резким тоном, но ничего с собой поделать не могла.

— Мария, можете не переживать за подругу. У неё сейчас состояние полного духовного блаженства. Это пройдёт чуть позже. Она счастлива оттого, что приняла свой дар. Это главное. Отвергать, было опасно. Первый шаг сделан. — Поправил рукав рубашки. Даже дома он выдерживал деловой стиль.

— Чем ты моей Аньке голову забил, красавчик? И что за дар такой? — Наконец-то бабушка пришла в норму и тоже начала наступать двигаясь в его сторону уперев руки в боки.

Остановила взгляд на танцующей внучке. Отступила.

— И кто это силой тебя наделил такой? Меня вылечила. Это ж надо. — Бабушка довольная происходящим притопнула ножкой. — Я теперь и танцевать могу.

Маша с непониманием посмотрела на двух родственниц, встала с кровати, чертыхаясь направилась к выходу.

— Вы ненормальная семейка! Одна чуть не умерла теперь танцует, другая чуть внучку не потеряла и тоже танцевать собралась.

К ней подошла подруга и крепко зажала в объятиях.

— Маша, моя дорогая. Я так люблю тебя. Всё хорошо. По-другому и быть не могло. Не злись.

Наверно каким-то волшебным образом это подействовало на Машу и она улыбнулась подруге.

— Ну раз хорошо. Я спокойна. Бабушку твою может врачам показать? — Маша сомневалась, долго ли этот эффект продлится, может бабушка опять через несколько часов сляжет.

— Не. Зачем. Она теперь ещё долго будет жить. Правда чуть меньше, чем жила, но всё равно долго.

Маша удивлённо посмотрела на Анну.

— Ты ещё и будущее видеть можешь?

Анна понемногу трезвела от своего состояния.

— Нет, дорогая. Только знание и чувство от соприкосновения с вечностью. — Произнесла девушка с видом знатока.

— Ты сейчас как-то непонятно говоришь. — Маша приложила руку ко лбу подруги. — Может у тебя жар?

Сделавшись совсем серьёзной, Анна отодвинулась от Маши.

— Я не больна. Наоборот как никогда здорова. — Посмотрела на Андрея немного с вызовом. — Куда надо ехать к учителю? Я согласна.

Парень довольно улыбнулся.

— Я рад, что ты приняла верное решение. Нас ждут на Алтае, оттуда в Ирландию полетим.

— Не пущу. Ещё чего. Кто ты такой и куда зовёшь мою внучку? Где мы, а где Алтай! Ирландия.. и где я потом буду её искать. Не пущу! — Бабушка качала головой, прикрывая собой от внезапно ворвавшегося в их жизнь человека

Андрей тяжело выдохнул.

— Надежда Семёновна, со мной ваша внучка в полной безопасности. Я жизнь отдам за неё.

В разговор вмешалась Маша.

— Я могу поехать с Аней.

Бабушка посмотрела на подругу внучки, нахмурив брови.

— С чего ты собралась? Я теперь ходить могу и сама за своей внучкой куда угодно поеду.

Анна, прищурив глаза с весёлыми искрами, посмотрела на Андрея.

— Видел сколько у меня охраны, так что смотри, если обидишь, загрызут.

Андрей пожал плечами.

— Анна от меня тебе защита не нужна. А вот от себя нужно учиться защищаться. Но как ты видишь, со мной тебе ничего не угрожает. Познакомишься с учителем, он введёт тебя в круг общины и даст своё личное покровительство и защиту. С нами ты заживёшь по другому.

Теперь Маша замахала руками.

— Подождите, откуда у Анны этот дар вообще взялся?

— У неё он был всегда. Просто пришло время ему пробудиться.

***

На меня смотрели три пары глаз с разными взглядами, удивлёнными и восторженным. Я только что была в каком-то странном месте и говорила с самим создателем нашей Вселенной. Люди привыкли называть его Богом, и я точно уверена, что не схожу с ума. Только чувствую жуткий голод от недостатка информации. Интересно все люди могут услышать его? И почему я слышала. Он сказал что-то об осторожности. Напрягая память, не могла вспомнить о чём меня предупредили. Хотя какая теперь разница, от знания, что есть высшая и разумная сила которая благоволит людям, я почувствовала себя особенной.

— Анна, как ты себя чувствуешь? — Заботливо поинтересовался Андрей.

— Замечательно! Я чувствую, как во мне танцует каждая клетка, но я не понимаю почему?

— Ты прикоснулась к вечности, но будь осторожна, это опасно.

— Почему же? — Я надула губки.

— Потому что однажды она может тебя не отпустить. А ты нужна нам здесь на Земле.

Ох, заботушка, приятно слышать от такого красавчика, подумала я и посмотрела на своих близких. Так ли они нуждаются во мне? Маша грубо схватила меня за плечи:

Маша грубо схватила меня за плечи.

— Подруга, приходи уже в себя. Ты нас всех напугала. И если твой дар так для тебя опасен не надо его использовать. Нам с тобой только двадцать один год исполнился. Вся жизнь впереди! — Посмотрела на парня с благодарностью. — Андрей видимо поделился с тобой своей.

Тут бабушка взяла меня за руку и отвела в сторону.

— Внучка, я знаю, как тебе в эту жизнь ворваться успешной, яркой, красивой. Нужно собрать полный зал народу и ты, как тот Чумак руками поводишь и всё люди здоровы, мы с тобой богаты! — Подняла голову, посмотрела на парня махнув ему головой подойти. — Андрюш, ты, конечно, с нами. Мало ли, Аньке опять плохо будет, ты подлечишь. — Довольная своей идеей, она обняла меня одной рукой, с другой стороны прижала к себе незнакомца.

Мне стало некомфортно стоять так близко к нему, хоть он и имеет отношение к моему восстановлению.

Маша качала головой, посматривая с укором.

— Вам конечно решать, Надежда Семёновна судьбу Ани. — Посмотрела на меня испуганно, — Я бы не хотела потерять подругу.

— Маша, ты тоже можешь с нами ездить по городам, найдём и тебе дело.

Бабушка продолжала говорить о том, чего я даже не рассматривала. Услышав мечтательные нотки в её голосе, я поняла, что она не шутит, и убрала её руку со своего плеча, отодвинувшись.

— Бабушка, не думаю, что это моё предназначение.

— Совершенно верно Анна. У тебя другая задача. — Андрей тоже освободился от руки бабушки.

— Хорошо, что кроме меня есть ещё разумный человек. — Удовлетворённо произнесла Маша.

Я посмотрела на свою подругу, чувствуя к ней искреннюю любовь. Мы дружили четыре года, но мне казалось, я знаю её гораздо дольше.

— Когда едем, Андрей? — мне не хотелось затягивать с поездкой. Если Маша захочет поехать с нами, я буду рада. А вот бабушку нужно уговорить остаться дома. И странное чувство преследовало меня: бабушка родная по крови, но такая чужая по духу. Теперь она могла сама себя обслуживать, и это сняло с моих плеч тяжёлый груз. Год был сложным: учёба, подработка и уход за бабушкой измотали меня. Возможно, из-за этого я не смогла принять силу, которая пришла внезапно.

— Идеально было бы выехать завтра утром.

Бабушка отрицательно помахала головой.

— Дорогие мои, погодите спешить. Мы с Аней завтра утром сходим в больницу. Пусть меня обследуют, а потом уж и поедем все вместе.

В груди сжалось, я не хотела ждать. Что-то толкало меня ускорить события.

— Бабушка, теперь ты сама всё можешь. Посмотри, как уверенно ноги стоят, несколько минут назад ты танцевать собиралась.

Бабушка часто заморгала, произнесла наигранно плаксиво.

— Ну вот бросаешь меня одну.

Я обняла её за плечи, положив голову на плечо.

— Бабушка, зачем тебе таскаться со мной? Здесь все условия, больница рядом. Я узнаю, что и как, устроюсь там и за тобой приеду. — я чмокнула её в щёку, выдохнув с облегчением.

Мне больше не хотелось возвращаться к этому разговору.

Глава 5. Дорога. Андрей

Обстановка в съёмной квартире довольная скромная. Андрей не думал, что можно жить в таких условиях, однако, учитывая как ему сложно было уговорить соседку пустить его на пару дней за сотку евро и этому был рад. Только сейчас сидя в маленькой кухне был жутко недоволен сжимая в руке телефон. В груди саднило после полученной смс.

«Андерс какой Алтай? Не смей использовать силу Анны. Надо сначала во всём убедиться. Частный борт зарезервирован для вас. Вылет завтра с местного аэропорта в 15.10. И не дури мальчик!»

«Не дури мальчик», говорило о беспрекословном подчинении. Как же его угнетала чрезмерная опека этого старика, успокаивала мысль, что скоро они воссоединятся с Анной и их силы возрастут в разы, тогда он посмеётся над вытянутым лицом учителя. Андрей подозревал, что учитель заинтересован в Анне намного больше, чем показывал. Скорее всего он хочет использовать Анну для лечения смертельно больных богатеев, сколько может стоить шанс на новую жизнь? Любой заплатит состояние.

Ему необходимо это выяснить раньше.

Андрей знал, что где-то на Алтае было первое земное воплощение Анны. Ей нужно вспомнить прошлые жизни и тогда она вспомнит его. И любовь их сплетённых душ. Он обманул её, когда сказал, что они поедут к учителю, но эта ложь ради их будущего, она простит когда вспомнит, подумал прощаясь до завтра. В груди торжествующе плясала его душа, какое же это интересное чувство, найти родную душу в новом воплощении.

Ранним утром он зашёл за ней. Дверь открыла обновлённая девушка с лицом ангела. При первой встречи он, конечно, восхитился её нежной красотой, но сейчас был поражён насколько она похорошела. Стоял как истукан, не зная, что сказать и сделать, пока к нему не подъехал чемодан на колёсиках. Анна выглядела слишком сосредоточенно, надевая дутую куртку на трикотажную кофту в обтяжку. Он сглотнул, оценивая взглядом стройную фигуру. Тонкая талия, длинные, худые ноги при среднем росте, в обтягивающих тёмных джинсах.

— Бабушка прилегла. Обиделась, что не полетит со мной. — Пропела звонким голосом нимфа, только наполненным грустью.

Решил немного приободрить.

— Твоя подруга присмотрит за ней, не бросит. Маша-добрая девушка. У меня на хороших людей нюх. — Изобразил носом дыхательные манипуляции, чем повеселил девушку.

— Да, Маша очень хорошая и она присмотрит. — Закрывая входную дверь, Анна бросила в него настороженный взгляд. — Я буду скидывать геолокацию, и если она до меня не дозвонится, то, твоё фото отправится в полицию.

Андрей выгнул брови, но ничего не сказал. Открыл пассажирскую дверь перед девушкой. Этот жест заметно смутил её, опустив глаза она села в машину. Девчонка не из робких. Реально бойкая и продуманная, подумал, закидывая сумки в багажник. Сел за руль надел на глаза тёмные очки, хотя на улице было морозное утро, солнце светило ярко.

Виновато вжимаясь в кресло Анна вспомнила.

— Пропала скрипка.

Парень нахмурился.

— Какая ещё скрипка?

— Скорая когда меня забирала, положили, наверно подумали моя.

— Ты открывала футляр? — Выруливая со двора на дорогу, он крепко сжимал кожаный руль.

— Нет конечно. Чужая вещь, зачем я буду лазить. — Девушка нахмурив брови, отвернулась к окну.

Коснулся тоненькой руки только кончиками пальцев.

— Анна, возможно, бабушка куда-нибудь переложила.

Покачала головой.

— Навряд ли.

— Не забивай свою милую и красивую головку мелочами. Найдётся позже.

— Ты не понимаешь. Вещь не моя, получается я её потеряла. Я хотела разыскать того мальчика и отдать. — Кусая губы, девушка искренне переживала. — Ты сказал, ваше сообщество может найти любого человека.

— Можем Анна. Но это не такая важная деталь сейчас.

Девушка прожгла его своим сердитым взглядом. Андрей не удержался, растянул губы в улыбке.

— Современные технологии упрощают поиск людей, можно узнать город, где живёт человек и даже вычислить по фото адрес. — Отвернулся обратно к дороге. Кажется, она немного расслабилась.

— Ну да, поэтому у меня практически нет фото на просторах интернета. И вы всё равно меня нашли.

— Анна, это особенность нашего сообщества. Там люди с необычными способностями. Современное общество таких не принимает. Поэтому мы не афишируем себя.

— Таких как мы много?

Мужчина с удивлением и восхищением посмотрел на девушку. Каждая черта её лица была уникальна и привлекательна для его глаз. Он не мог отвести от неё взгляд, её благородного очертания лицо идеально сочеталось с невинным и проницательным взглядом ребёнка, который проникал прямо в душу. Учитель был прав, предсказывая их встречу. «Все вокруг померкнет и перед глазами будет только она». Эти слова пронзали его сознание, становясь настоящей мантрой. Он был действительно восхищён! Каждая часть девушки излучала особый внутренний свет. Её кожа была ровной и сияла словно фарфор, а губы словно лепестки алой розы. Пытаясь сосредоточиться на дороге, он сглотнул, испытывая смешанные чувства внутри себя — волнение и надежду, что они смогут в этом коротком путешествии обрести друг друга.

— Я думаю достаточно. И становиться небезопасно быть особенным.

— Не понимаю.

— Анна, что-то меняется в обычном мире, это известно нашему учителю, поэтому он настаивает чтобы ты приехала как можно быстрее.

— Я? Почему именно я? — Девушка начинала негодовать.

Андрей крепко держал кожаный руль руками.

— Если б я всё знал, то возможно, спрятал бы тебя куда-нибудь подальше или наоборот привёз, как можно быстрее. — Сжимая челюсть, наполненным горечью взглядом, посмотрел на девушку и снова на дорогу.

— Поэтому ты выбрал автомобиль, а не самолёт? — Она скрестила на груди руки прикусывая нижнюю губу.

— Ты умная девочка, Анна. Я даю нам время понять замысел учителя. И так ли ты нуждаешься в его помощи. — Он пожал плечами, не отвлекаясь от заполненной автомобилями дороги. — Если я могу восполнять твою энергию возможно, сами разберёмся как тебе помочь в случае ослабления.

Она всё поняла, выпрямила спину, повернулась к нему.

— Так ты обманул меня и похитил? — Негодование отразилось на приятном лице девушки, ноздри раздувались, щёки разрумянились.

— Это не похищение Анна. Он знает, где ты живёшь. А я знаю, где на Алтае место для пробуждения твоей памяти прошлой жизни, там ты сможешь открыть прежние знания и вспомнить, как пользоваться даром. Тогда тебе не нужен будет никакой учитель. И там тоже есть друзья, которые хотят нам помочь.

— Он опасен? Андрей, останови машину. Немедленно! — Учительским строгим голосом гаркнула на мужчину.

— Я не могу Анна. Нам нужно как можно быстрее уехать из города, он хоть на время потеряет твой след.

Девушка запаниковала, что вполне понятно. Он не хотел её пугать. Но знал одно, им нужно время для общения наедине.

Прикрыла лицо руками, кажется, заплакала.

— Я боюсь, почему раньше не сказал. Я домой хочу.

Мужчина съехал на обочину, остановил машину, отстегнул ремень, обхватил её за плечи поворачивая к себе.

— Анна, милая. Я буду защищать тебя. Поэтому нам нужно сначала самим разобраться зачем ты ему. Алтай наше спасение, это я точно знаю.

— Откуда? — Хлюпая носом, произнесла тихим голоском девушка.

— Я запоминал его рассказы о местах силы для одарённых. Он говорил, что жизнь и смерть можно приручить только в одном месте в месте рождения этой силы. Для нас это Алтай. Анна, ты для меня очень важна, и я не буду рисковать тобой. Нам нужно сначала проверить.

Она откинулась на спинку и отстегнула ремень, с опаской глядя на парня, который не отводил от неё глаз.

— Почему я должна тебе верить?

— Я говорил, ты плохо слушала. Ты моя половинка души. Ты не помнишь сейчас, но вспомнишь в месте силы. Поэтому я хочу сначала доехать с тобой туда.

— Хочешь что бы я вспомнила тебя из прошлого?

— Да Анна. Хочу. Очень хочу. Ты не представляешь как тяжело быть с тобой рядом и не чувствовать твоей нежности, не видеть влюблённого взгляда. Во мне самом открылись эти чувства только с появлением силы. Так же в двадцать один год. Знания приходили постепенно, поэтому я знаю как они будут появляться у тебя. Учителю важно наше воссоединение и я должен узнать раньше него для чего. — Парень смотрел на девушку с глубоким волнением в глазах, и его голос звучал наполненным нежностью и искренностью. Он нежно сжал её руку в своих, полностью отдаваясь этому моменту.

Он видел как Анна хотела верить ему, но что-то ей не давало полностью довериться. Вжимаясь в дверь, распахнула свои ярко изумрудные глаза, он был заворожён игрой цвета этих глаз. Необычные как и сила в ней.

— Откуда он знает о нас? И зачем ему наше воссоединение? Я не понимаю. — Рука нащупала ручку, открыв дверь, она выскочила из машины и ветер сразу покрыл лицо волосами. Лесополоса, и пролетающие мимо автомобили не остановили пыл девушки направляющейся вдоль обочины.

— Анна, Анна, подожди. Ну поверь мне, пожалуйста. — Андрей выбежал за ней в одном джемпере, куртка осталась лежать на заднем сиденье.

Девушка уверенно шла вперёд не оглядываясь.

— Если существует какая-то опасность для меня и тебя, то лучше и не быть нам рядом, оставь. Уезжай. Не хочу я ничего вспоминать.

Смелая девочка, он восхищался ею. Поймал за руку, пытаясь удержать в объятиях. Она вырывалась. Андрей зацепил её руки за спиной, прижимаясь с наслаждением вдыхал аромат тела, приятный цветочный, не перекрытым маслянистыми духами.

— Анна, моя Анна. Неужели ты не чувствуешь нашу энергию, что перекликается каждой клеточкой. Ведь ты моя. Я очень хочу, чтобы ты вспомнила. Если не вспомнишь, то полюбишь заново. Я смогу завоевать тебя. Только не убегай. — Он не хотел делать ей больно, ему пришлось. Надавил на сонную артерию, как научил тренер по рукопашному бою.

Анна

Я ощутила ноющую боль в затылке, когда мои глаза начали изучать просторы помещения. Белый потолок с хрустальной люстрой и светло-бежевые стены создавали ощущение пространства и свежести. Мягкое освещение распределялось равномерно, придавая комнате уют и комфорт. Подо мной большая и удобная кровать. Опираясь на одну руку села. Лёгкое головокружение остановило меня.

Взглянула на стильный диван из кожи и элегантный стол на фигурных ножках, наверно это гостиница.

Появился вопрос: как я здесь оказалась?

Он обращался ко мне, моя. На что я подписалась? Как посторонний человек может так ко мне обращаться.

— Проснулась принцесса! Я нам покушать купил и кофе. — Поставил пакет на стол, подошёл к кровати протягивая кофе в картонной подставке. — Слева с сахаром, с права без, выбирай.

Я пристально посмотрела на Андрея, как по мне, мой взгляд мог прожечь в нём дыру, но он сделал вид, что не замечает воинственного настроя.

— Почему я в кровати? Мы же были на дороге.

Присел рядом, дотронулся пряди волос, заботливо убирая за ухо, начал говорить мягким голосом словно разговаривает с непослушным ребёнком.

— Ты отключилась, сам не понял, что произошло. Возможно, происходят слишком сильные энергетические всплески и твой организм не справляется.

— Это опасно как-то для меня? — Внутренняя неуверенность в собственной безопасности одержала верх.

— Анна, будешь меня слушать и не сопротивляться, с тобой ничего плохого не случится.

Меня чуть не подбросило от возмущения. Чего захотел!

— Может, ещё, стать твоей любовницей?

Усмехнувшись вручил мне стакан кофе, поднялся на ноги, открыл крышку у своего, сделал глоток.